108 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  2. Первый энергоблок БелАЭС включен в сеть
  3. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  4. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  5. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  6. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  7. Помните, сколько стоили машины на авторынке в Малиновке 20 лет назад? Сравнили с современными аналогами
  8. Оперная певица, которая троллит чиновников и силовиков. Кто такая Маргарита Левчук?
  9. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  10. Минское «Динамо» в третий раз проиграло питерскому СКА в Кубке Гагарина
  11. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  12. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  13. На 1000 мужчин приходится 1163 женщины. Что о белорусках рассказали в Белстате
  14. Суды над студентами и «Я — политзаключенная». Что происходило в Беларуси и за ее пределами 7 марта
  15. «Белорусы готовы работать с рассвета до заката». Айтишницы — о работе и гендерных вопросах
  16. На воскресенье объявлен оранжевый уровень опасности
  17. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  18. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  19. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  20. «Кошмар любого организатора». Большой фестиваль современного искусства отменили за сутки до начала
  21. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  22. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  23. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  24. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  25. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  26. Минздрав опубликовал свежую статистику по коронавирусу: снова 9 умерших
  27. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  28. Студентка из Франции снимала Минск в 1978-м. Показываем фото спустя 40 лет
  29. На ЧМ эту биатлонистку хейтили и отправляли домой, а вчера она затащила белорусок на пьедестал
  30. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта


/

Нашумевшая история с закрытием популярного минского кондитерского магазина «Лакомка» вызвала у наших читателей прилив ностальгии и воспоминаний о посещении этого сладкого места. Городские власти выступают против закрытия магазина. Пока Мингорисполком борется за лакомое место, мы решили вспомнить, чем запомнился горожанам этот эпохальный магазин.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

В энциклопедическом справочнике «Минск» за 1980 год про «Лакомку» сказано кратко: «специализированный кондитерский магазин (Ленинский пр., 19). Открыт в 1952. Торговая пл. 103 м2. В магазине разнообразный выбор изделий белорусских кондитерских фабрик: шоколадные конфеты, карамель, ирис, печенье, вафли. Принимаются заказы на изготовление праздничных, именинных тортов; работает кафетерий».

До открытия нового магазина минчане ходили за сладеньким в магазин кондитерских изделий Белкондитера (ул. Карла Маркса, 11). В статье о послевоенном восстановлении Минска краевед Владимир Воложинский писал: «В 1949 году при строительстве жилого дома, на первом этаже которого находится магазин „Лакомка“, впервые на проспекте (тогда еще ул. Советской) был применен башенный кран. „Каждому хотелось взобраться наверх, посмотреть на город с небывалой высоты“, — вспоминал заслуженный строитель Беларуси Аркадий Дигилевич».

Видны башенка на здании КГБ, дом с центральным книжным магазином, дом архитектора Г. Баданова (№ 19 по Советской) с будущим магазином «Лакомка» и здание ГУМа в лесах. Над домом № 19 виден подъемный кран. Фрагмент фото 1950 года из книги Виталия Кириченко «Минск. История послевоенного восстановления. 1944 — 1952»

В момент открытия магазин не имел звучного названия, а именовался просто «кондитерский магазин № 50 Мингорпищеторга». К середине пятидесятых годов он сменил принадлежность и стал зваться «кондитерский магазин № 19 Мингоргастронома».

Фрагмент фото Л. Матусевича 1952 года из книги Виталия Кириченко «Минск. История послевоенного восстановления. 1944-1952»

Соседние торговые помещения на первом этаже этого же дома заняли магазины «Цветы» и «Художественные изделия» (позже получил название «Павлинка», затем сменил его на «Купалинка», сейчас — «Кiрмаш»). Все пять главных магазинов (или, говоря сегодняшним языком, «якорных арендаторов торговых площадей») квартала до сих пор сохранили свою специализацию: от улицы Комсомольской до улицы Ленина следуют магазины книжный, кондитерский, цветочный, худпромыслов, универсальный. А название «Лакомка» кондитерский магазин обрел между концом шестидесятых и серединой семидесятых.

Поразительно пустая улица. По теням от деревьев можно предположить, что на дворе раннее утро. Фото середины 50-х годов из книги Виталия Кириченко «Минск. Исторический портрет города. 1953-1959»

Учитель с 45-летним стажем, отличник народного образования Лилия Чижик в книге «По ступеням жизни» вспоминает:

«Девчонки-студентки были большими сластенами. В день получения стипендии обязательно заходили в кондитерский магазин „Лакомка“, открывшийся на проспекте, и покупали сразу по несколько штук пирожных и по 100−200 граммов конфет, ассортимент которых тоже был очень разнообразный: „Трюфели“, „Белорусская картошка“, „Мишка на севере“, „Косолапый Мишка“, „Лебедь“, „Зубр“, „Мариетта“ и др. У меня на сладости ежемесячно уходило полстипендии, остальные я отдавала маме. Она немного ворчала: „Лучше бы что-нибудь из одежды купила, чем тратиться на сладости!“ Но я ничего с собой поделать не могла. Магазин „Лакомка“ на протяжении всех лет студенческой жизни притягивал как магнит, пройти мимо него было невозможно. С тех пор на всю жизнь я осталась сладкоежкой!»

Журналистка «Вечернего Минска» Светлана Шидловская дополняет:

«В „Лакомке“ для выполнения плана в конце каждого месяца бросали в продажу „Столичные“, „Грильяж в шоколаде“, „Красную Шапочку“, „Суфле“… И начинался Вавилон. Купить конфет приезжали даже люди из регионов, поэтому в очередях мы выстаивали по часу-полтора. Зимой это было настоящее испытание: душно, потно, шумно… У белорусов с литовцами был договор о взаимном обмене сладостями, и в „Лакомке“ можно было купить „Пяргале“ и „Тракай“. Но наши конфеты все равно были вне конкуренции.

Лепнина у колонн, мозаика на полу, натюрморт на стене и массивные люстры на потолке — все это исчезло в ходе одного из ремонтов. Мингорисполком утверждает, что сейчас помещение снова нуждается в модернизации. Вряд ли стоит рассчитывать, что богатое оформление начала пятидесятых восстановят. Фото середины 1950-х годов из книги Виталия Кириченко «Минск. Исторический портрет города. 1953-1959»

Предполагаемый убийца Кеннеди — Ли Харви Освальд — в 1960-1962 годах жил в Минске. Писатель Александр Лукашук в книге «Сьлед матылька. Освальд у Менску» приводит фрагмент дневника Освальда в переводе на белорусский (орфография сохранена): «Насупраць гэтай булачнай — крама цукерак. Гэта дзіцячая краіна мараў з цукерак і шакаляду, хаця з-за клімату шакаляд каштуе ў чатыры разы болей, чым у ЗША. За чатыры унцыі трэба заплаціць 60 капеек. Шакаляд карыстаецца вялікім попытам, бо расейцы — ласуны. Тут заўсёды натоўп».

В 1961 году Минская студия научно-популярных и хроникально-документальных фильмов выпускает короткометражку «День рождения» о том, как полезно и выгодно хранить деньги в сберегательной кассе. Режиссер несколько секунд показывает героев фильма, идущих в сберкассу мимо кондитерского магазина. Бросается в глаза контраст со снимком середины пятидесятых: прохожих огромное количество. Вероятно, и внутри магазина не протолкнуться, как это и описывает Освальд.

Многие читатели и комментаторы отмечают, что в «Лакомке» можно было купить домой молотый кофе или тут же выпить чашечку горячего напитка. Минчане вспоминают: «А в семидесятые-восьмидесятые годы там еще продавали, мололи и варили шикарный кофе!!!», кто-то даже описывает кофемолку как «страшно шумную и массивную».

Публицист Лев Лейкин в книге о жизни в Израиле мимоходом вспоминает и белорусскую столицу: «Ведь не зря же в Минске на «Лакомке» была гениальная надпись: «Тот, кто утром кофе пьет — целый день не устает!».

Светлана Шидловская уточняет: «В «Лакомке» стоял тончайший аромат ванили, шоколада, меда и кофе. Здесь работал кафетерий. За чашку черного кофе брали 5 копеек. За стакан кофе с молоком — 8 копеек, причем его никто не варил: продавцы размешивали в чане содержимое жестяных банок (сгущенку с кофе). Чан, подключенный к электричеству, все время грелся, грелся… Пили мы кофе, стоя за высокими круглыми столами. Молодежи из всех минских вузов в этот закуток «Лакомки» набивалось много, завязывались знакомства, случались любови…»

Дом с «Лакомкой» нечасто встречается на старых советских фотографиях и открытках. Возможно, «виной» тому пышные деревья, которые росли перед магазином и целиком отгораживали его от дороги.

Одна из наших читательниц пишет: «Очень жаль. Я „Лакомку“ помню с гномом в витрине. Это ж символ города, этот магазин…». В 1986 году киностудия «Мосфильм» выпускает киноленту «Плюмбум, или Опасная игра», которую снимали и в Москве, и в Минске. В сцене одной из многочисленных погонь герои бегут по Ленинскому проспекту, мимо ГУМа и «Лакомки». Вот тут-то мы и можем увидеть четырех упомянутых разноцветных гномов в витринах.

Наш читатель под ником Сеня Беспробудный пишет: «Магазин действительно культовый, исторический. Мне уже за 60, а помню, когда мне было лет 10, это был для меня храм сладостей. Помню торт „Сказка“ за 2 р. 39 коп., помню, как шныряли под прилавками в поисках утерянных копеек. Помню даже конкретные 15 копеек, которые там „взял“. Это необъяснимое чувство, когда видишь монету под прилавком, это сродни ощущению кладоискателя, когда он открывает ларец, наполненный золотом. Поэтому для меня очень тяжело переживать смерть „Лакомки“…»

-30%
-15%
-10%
-10%
-50%
-10%
-10%
-17%
-30%