/

Чиновники давно пытаются научить белорусов любить белорусское. В ход идут убеждения, ограничения, запреты и налоги. Очередной призыв неделю назад прозвучал от Александра Лукашенко и касался одежды: «Давайте наше, белорусское, поносим! Пускай лучше оно будет немножко не тех мод, без дырок на коленях…». TUT.BY спросил дизайнеров с опытом работы на предприятиях, как работает отечественный легпром, если за него приходится заступаться президенту.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Госпредприятие: придумать 200 моделей на сезон

Елена (имя изменено) работает художником-модельером на одном из крупных госпредприятий по производству одежды. Ее задача — определять цветовую гамму сезона, подбирать ткани и фурнитуру для коллекции, разрабатывать модели и следить, как их раскупают.

— Удачные решения кочуют из одной коллекции в другую. Некоторые модели мы заново запускаем вообще без изменений, только из новой ткани. Я считаю, это минус госпредприятия. Покупатели говорят: «Что вы одно и то же шьете из года в год», да и магазины жалуются. Некоторые модели могут повторяться по 4 года, пока их не перестанут покупать.

Если вещь не продается, ее отправляют на склад, объясняет Елена. Оттуда она уйдет на другой рынок сбыта. Чаще всего в Россию.

— Сейчас склады переполнены, поэтому к продажам стали относиться более разумно. Например, в этом сезоне впервые стали делать скидки в 30%. До этого мы снижали цены максимум на 5−10%.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

На разработку коллекции у Елены есть примерно полгода. Сейчас она работает над моделями лета 2016 года. На сезон вдвоем с коллегой ей нужно представить около 200 моделей. С учетом того, что художественный совет фабрики отбраковывает до половины эскизов, готовить приходится около 350 моделей.

— Это очень много, и это может позволить себе только госпредприятие. На частном идет борьба за каждую модель. У нас большое производство, работает очень много конструкторов, всем им нужна работа и зарплата. Психология такая: чем больше отошьем, тем лучше. Модели обычно простые, потому что мы не успеваем «вылизать» каждую, подобрать отделку и фурнитуру.

В худсовет фабрики входят начальники отделов и директор. Именно они решают, какая модель пойдет в производство, а какая так и останется на бумаге.

— Предприятие очень осторожно относится к тому, что запускать в производство. Шить оригинальные, рискованные модели мы даже не пробуем. Мне даже не стоит предлагать что-то молодежное, потому что сразу возникает аргумент — это не купит средняя женщина. У нас нет молодежной моды — и у нас на предприятии, и вообще в Беларуси.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Некоторые модели предприятие шьет специально для 20-летних покупательниц. Тем не менее, по мнению Елены, они скорее понравятся женщинам 40 лет и старше, которые более консервативны, чем молодежь.

— Когда мы придумываем модели, мы, конечно, ориентируемся на модные тенденции. Например, кармашки можно подсмотреть у Шанель или Гальяно. Но все это потом настолько перерабатывается и сглаживается, что ничего не заметно. Все усредненное: рукав, силуэт, длина.

Предприятию не важна мода, ему важно одеть человека, делает вывод Елена. При этом одеть недорого: платье фабрики, на которой она работает, стоит в магазине в среднем 400 тысяч. Качество ткани и пошива, в отличие от цены, достаточно высокое.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

— Мы закупаем больше 100 видов тканей, и они у нас не самые плохие, много натуральных материалов. Заказываем ткани из Китая и Турции. Турецкие ткани закупают и европейские масс-маркет бренды: Zara, Mango, H&M.

Однако сравнивать одежду белорусской госфабрики и вышеперечисленных брендов не стоит, считает дизайнер. Слишком уж разные у них стратегии.

— Они сориентированы на более молодую аудиторию. У них много вещей из синтетических тканей, плохое качество пошива и конструкция. Это вещи на один сезон, которые берут расцветкой и силуэтами. Это не наша история.

Частное предприятие: подготовить и отшить модель за день

Дизайнер Наталья Цуран несколько лет назад работала на частном предприятии, которое шило верхнюю одежду. Там объемы производства были не так велики, как на госфабрике. Но работать зачастую приходилось быстро.

— Мы могли готовить модели чуть ли не день в день. Бывало, надо было придумать за день 10-15 единиц, из которых что-то отбирали и запускали в производство. Если продукция в магазине расходилась быстро, тоже нужно было срочно дошивать.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Как и гос-, частное предприятие ориентировалось на массового потребителя и повторяло удачные решения из прошлых сезонов. Смелые модели иногда проскакивали в производство, но отшивали их небольшими партиями, чтобы не рисковать.

— В основном потребитель осторожен. Люди у нас скованные, боятся косых взглядов окружающих. Поэтому креативные идеи покупаются хуже, чем классические.

Многие производители одежды в госсекторе направлены на удовлетворение спроса женщин постарше, считает Наталья. Отсюда ориентация на большие размеры и отказ от модных силуэтов в пользу классики.

— Но спрос рождает предложение. Люди одеваются так, и ничего не поделаешь. Возможно, это связано с желанием купить подешевле, ведь вещи в универсамах стоят недорого. А у нас еще такой менталитет, что женщины скорее купят что-то детям или сделают ремонт, чем потратятся на хорошую одежду. Например, Nelva отшивает великолепные коллекции для всех возрастов, но у них цены в 2−3 раза выше, чем в ГУМе и ЦУМе. Белорусский Центр моды тоже шьет модно и красиво, но дорого за счет стоимости французских тканей.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Молодежь по большей части повесила на белорусскую одежду «советский» ярлык и предпочитает импорт. Между тем, в стране хватает достойных производителей, считает Наталья. Недорогой и качественный трикотаж выпускает Mark Formelle, красивое белье делает «Милавица», неплохие мужские костюмы появились у «Коминтерна», перечисляет она.

— Дизайнеры у нас неплохие. Три вуза готовят крутых специалистов — ИСЗ им. Широкова, Витебский технологический университет и Академия искусств. Талантливых людей много, это доказывают конкурсы молодых дизайнеров, где появляются интересные работы, — рассуждает Наталья. — Я думаю, переломить свою репутацию многие предприятия не могут по банальной причине — нет денег. Если бы были выше вложения в имидж, в качественные ткани и меньше страха перед тем, что модель не купят… Но их можно понять. У них производственные мощности, сотрудники, они не могут позволить себе рисковать.

Читайте также:

Склады ломятся: подшипники и шубы запасли на полтора года, самосвалы и перчатки на год

Глава «Беллегпрома» уверен, что удастся распродать складские запасы

-50%
-10%
-20%
-30%
-10%
-5%
-20%
-10%
-25%
0072330