/ фото автора,

В деревне Новые Терешковичи практически все знают о безымянном братском захоронении, которое появилось здесь во время Великой Отечественной войны. "Эти могилки были бесхозные, одни холмики: ни памятника, ни таблички, - говорят сельчане. - Наш Саша навел там порядок". "Наш Саша" - местный житель, ныне директор гомельской фирмы. Прожив более 20 лет в областном центре, он вернулся на малую родину. TUT.BY побывал в деревне, от которой в 1943 году осталось одно пепелище. После войны Новые Терешковичи возродились. К слову, дома для вдов здесь строили пленные итальянцы.

Терешковичи

Александр Куровский три года назад переехал жить со своей семьей в Новые Терешковичи, но на работу продолжает ездить в Гомель, который в 22 км отсюда.

- Деревня уже не та, что прежде: несколько поколений уехали. Кто-то в город подался, кто-то - в соседний агрогородок Старые Терешковичи, там птицефабрика, сельсовет, Дом культуры. В общем, процесс обычный. Но места здесь живописные - лес, река. Люди хорошие. Живи и радуйся, - улыбается он.

Александр 20 лет прожил в Гомеле. Теперь вернулся со своей семьей на малую родину
Александр построил для своей семьи дом на малой родине и возвращаться в город не собирается

Александр вспоминает свое пионерское детство. Говорит, их водили на братскую могилу, что на краю деревенского кладбища. Дети листья там сгребали, порядок наводили. Еще мальчишкой он узнал, что в 1943 году здесь была переправа через Сож - полтора месяца кровопролитных боев, которые предшествовали боям за Днепр в Лоеве и освобождению Гомеля.

- Последние годы школьников в деревне стало меньше, да и перестали они ходить на эту братскую могилу. В основном пенсионеры за ней ухаживали - кто мимо идет, тот и убирает. Но людей, которые помнят войну, с каждым годом все меньше и меньше. Обидно стало за нас всех: живем на освобожденной земле, а солдаты, воевавшие здесь, лежат никому не нужные 70 лет. Меня начала беспокоить мысль, что через какое-то время эти холмики сравняются с землей, как если бы здесь ничего не было.



Идея привести в порядок братское захоронение возникла у Александра года два назад. Воплотить ее удалось недавно. К 9 Мая этого года была установлена гранитная плита со списком погибших, а сегодня, в День независимости, прошло торжественное открытие всего комплекса - со стелой, доставленной на днях из Минска. 

Братское захоронение перестало быть безымянным
Братское захоронение перестало быть безымянным

- Таких безымянных могил в Беларуси много. Ответственность перед погибшими в той страшной войне должна быть у каждого, - рассуждает Александр. - Есть два пути: можно критиковать местную власть, у которой руки не доходят до этого, а можно самому делать то, что в твоих силах. Когда я занялся установкой мемориала, понял, что финансово один  не потяну. Обратился к другим, таким же небезразличным людям, и к делу подключились руководители сельхозпредприятий, работающих на территории нашего сельсовета, и частные компании из Гомеля.


Вот в этом месте была переправа
"Вот здесь была переправа", - показывает Александр место, где шли шли жестокие бои

Председатель Терешковичского сельского исполнительного комитета Евгений Игнатьев рассказал, что всего на территории сельсовета четыре воинских захоронения, самое большое в Калинино, там захоронено более 600 погибших.

Председатель сельского исполкома
"На территории сельсовета осталось всего три ветерана Великой Отечественной", - говорит Евгений Игнатьев

 - К сожалению, солдаты той войны уходят от нас. Когда одиннадцать лет назад я пришел сюда на работу, их было 21. А  теперь осталось только три ветерана Великой Отечественной. Раньше от тех, кого уже нет в живых, слышал: когда шла переправа через Сож в районе Скитка и Новых Терешковичей, вода в реке была красная от крови.

После этого разговора мы решили первым делом отыскать Ивана Яковлевича Ковзика, единственного ветерана войны в Новых Терешковичах. Когда стали спрашивать о нем местных жителей, отзывы были только хорошие: "дядя Ваня - добряк", "харошы чалавек, нікаму врэда не сделал". А еще люди говорят, что он мастер на все руки: и лодку смастерит, и санки детские, и возы.

Дядя Ваня и правда приятно удивил буквально с первых минут встречи своим внешним видом, хорошей памятью и оптимизмом: выглядит он гораздо моложе своих лет. Даже не верится, что ему исполнилось 90.

Дядя Ваня, как называют ветерана в деревне, не выглядит на свой возраст. Ему 90 лет.
Дяде Ване, так называют ветерана в деревне, 90 лет, но он не выглядит на свой возраст

Ветеран рассказал, что он в той переправе не участвовал, молодой еще был.

- Маю маці растралялі немцы за то, што она яўрэйку пратала. Яўрэйка асталася жыва, а маму выдала саседка... Яе застрэлілі ў акопе. Я был у парцізанскім атрадзе тагда. Када нашу дзярэўню асвабадзілі, нас, 16-17-летніх пацаноў, адправілі на Бранск, аттуда - на фронт.

ветеран
Иван Яковлевич узнал о Победе в Праге

Ветеран рассказал, что воевал на трех фронтах, был связистом.

- Мы Одэр фарсіравалі, па Польшчы прайшлі, патом нас павернулі на Чэхаславакію, мы зайшлі ў Прагу - і сразу дзень Пабеды, - улыбается он.

Иван Яковлевич демобилизовался из Германии только в 1949 году. Приехал в Лоевский район, откуда родом. Но на месте родительского дома было пепелище. В 50-х годах он переехал жить в Новые Терешковичи, где построил себе дом.

К слову, о домах. В Новых Терешковичах до сих пор сохранилось несколько небольших домиков, построенных после войны пленными итальянцами для вдов погибших на войне и их детей. Заходим во двор, чтобы посмотреть один из таких. Его хозяин Александр Казимирович рассказал, что строение ничем не отличается от других, разве что по размеру меньше.

Дом, построенный пленными итальянцами после Великой Отечественной войны
Дом, построенный пленными итальянцами после Великой Отечественной войны

- У моей матери муж погиб и родной брат, - говорит он. - Этот дом строили пленные итальянцы. Два окошка спереди и два сбоку - 6 на 5 метров. Вот и весь дом. Жили в нем я, брат, бабушка, мать, свинья и коза. Позже мать делала сама пристройку.

Есть в Новых Терешковичах большой коттедж, который также связан с итальянцами, но уже с нашими современниками. Говорят, они купили его и отдали детскому дому семейного типа. В этом коттедже сейчас живут 10 детей. Заглянули мы и туда. Оказалось, многие дети разъехались на каникулы. Их приемная мама Лариса Григорьевна рассказала, что про новый мемориальный комплекс они не только слышали, но и ходили туда листья сгребать, когда строительство там только начиналось.

приемная семья
Лариса Григорьевна и дети на крыльце дома семейного типа

Выйдя на дорогу, мы увидели женщину, ехавшую на велосипеде. Попросили ее остановиться и поинтересовались, что она знает о войне.

Мне моя мама рассказывала
"Салдаты заслужылі, каб ім памятнік паставілі за то, што яны далі нам харошую жызню", - говорит Галина Никодимовна

- Я вайны не застала, но гаварылі, што страшна тут было. Особенно, кагда немец наступаў. Мне мама пакойная расказвала, каб толькі не парцізаны і каб людзі не сапраціўляліся, яны б занялі ўсё на свеце, - говорит Галина Никодимовна. - Яны жэстока абрашчаліся з людзьмі, нашу дзярэўню спалілі датла. Адна хата асталася толькі. Расказвалі, што тут у нас была пераправа чэраз Сож, салдаты тыя, што ў нас пахаронены, пагіблі. Яны заслужылі, каб ім памятнік паставілі за то, што далі нам харошую жызню.

Судьба практически каждого человека, с которым довелось пообщаться в Новых Терешковичах, так или иначе связана с войной. Вот и отец Николая Николаевича воевал с 1941 по 1945 год.  Дошел до Берлина, после Победы еще два года служил в армии.

Мой отец тоже прошел войну
"Мой отец прошел войну с 41-го по 45-й", - говорит Николай Николаевич

- То, что памятник Саша здесь установил - так это большое дело, - говорит мужчина. - Прошло столько лет со дня Победы, и пока не появился мемориал с фамилиями погибших, солдатские могилы ничем не были обозначены. Мы только знали, что здесь лежат солдаты - и все на этом. Теперь, когда известно, кто конкретно тут похоронен, может, родственники этих парней будут приезжать к нам сюда.

Местные жители посоветовали заглянуть и в дом к Нине Николаевне. В те страшные годы она была ребенком и жила в другой деревне, в Терюхе, при освобождении которой сгорела ее мама и сестричка:

- Маму маю харанілі з сястрычкай, яны разам згарэлі. Бабушка з папам на кладбішчы былі, а немцы стралялі, бамбілі, - вытирает слезы, вспоминая ужасы войны, женщина.

Было страшно
"Тут столькі людзей у нас пагібла", - говорит Нина Николаевна

- А на той пераправе, што ў Новых Цярэшкавічах была, каней было столькі убітых і людзей плыло столькі... Прама на нашым агародзе тры салдаціка было пахаронена, мы выкапалі іх, ў брацкую магілу занеслі. І местных жыцялей тут пабіла столькі. Саседке прама ў пограб снарад заляцеў. Людзі ў лес праталіся, там у нас урочышча такое. Кагда нашы прыйшлі, гавораць: "Не бойцеся, выхадзіце, мы ўжо немцаў прагналі, тут у вас будзе мірная жызнь". Эта такая была радасць! Усе выйшлі, плакалі...

Еще Нина Николаевна рассказала, что раньше за братской могилой ухаживала женщина, у которой с войны не вернулись два брата и муж.

- А патом врэмя прайшло, вроде і забыліся пра этыя магілкі, многа людзей пасыходзіла старых, а маладыя пра эту вайну мало што знаюць. Усе мы, старыя, благадарны Сашы, што ён эта дзела вазабнавіў, - говорит она.

Отец Михаила Терентьевича тоже пороху понюхал в ту войну.

- Он проходил ту переправу в Новых Терешковичах, потом воевал еще. Вернулся домой в 1946 году, а в сельсовете на его имя похоронка лежит, - говорит сельчанин. - Про войну он много чего рассказывал, а про ту переправу не любил говорить.

Переправа вот там была
"Мой отец проходил ту переправу", - говорит Михаил Терентьевич

К слову, сын Михаила Терентьевича, историк и реконструктор Юрий Лупиненко и его друг Павел Сысой помогли Александру восстановить список фамилий солдат, захороненных в братской могиле. Раньше этих сведений нигде не было, даже в книге "Память". Юрий и другие реконструкторы из разных городов Беларуси приняли участие и в открытии мемориального комплекса.

Залпы орудий
3 июля 2015 года. Залпы в день открытия мемориального комплекса
на месте захоронения 42 солдат, погибших здесь при форсировании реки Сож

Александр говорит, что теперь он спокоен: жители деревни будут обязательно приходить к мемориалу и детей своих приводить.

- А знаете, утром, когда солнце всходит, цвет стелы - не черный, а розово-бронзовый, - сказал он, когда мы прощались. -  Ведь она смотрит на восток, на восходящее солнце. Что-то в этом есть... 



Официально

На территории Гомельской области на государственном учете числится 1047 захоронений, из них 881 - воинских, 166 - жертв войны. В них - 170 009 павших, из которых 115 726 установлены, 54 283 - неизвестных. Братских могил - 769. По состоянию на 1 января 2015 года из учтенных захоронений 476 находятся в хорошем состоянии, 495 - в удовлетворительном, 76 требуют ремонта.

- Даже по прошествии стольких лет ежегодно на Гомельщине выявляется более 20 новых воинских захоронений, мы паспортизируем их, высылаем в управление по увековечиванию Министерства обороны, где захоронению присваивают государственный номер. Также устанавливаем судьбы солдат, - рассказал TUT.BY главный специалист отдела по вопросам обороны и правоохранительной деятельности главного управления делами Гомельского облисполкома Виктор Красников. - Ежегодно находим около трех тысяч человек. За последние пять лет нашли 27 тысяч захороненных в нашем регионе. В этом году на цели ремонта захоронений и в связи с 70-летием Победы выделено из областного бюджета 5 млрд рублей.

Виктор Красников отметил, что случай в Новых Терешковичах, когда местный житель сам проявил инициативу по поиску погибших и установке памятника на братской могиле, можно назвать редким. Захоронение в этой деревне было неучтенным. В оперативном порядке ему был присвоен паспортный номер, чтобы можно было избежать проволочек с работами по его реконструкции.
{banner_819}{banner_825}
-20%
-23%
-12%
-30%
-15%
-40%
-50%
-20%
-17%