/ фото автора /

Суд по делу над гомельчанами, которые после употребления наркотиков лишили своего товарища зрения, длится уже почти два месяца. Корреспондент TUT.BY посетил все судебные заседания процесса, который близится к завершению. В среду, 29 апреля, прошли прения сторон.

Фото: Иван Яриванович

Напомним, 21 июля 2014 года около полуночи в милицию поступило сообщение о нарушении общественного порядка в частном секторе на улице Докутович. По словам звонившего, во дворе соседнего дома бегали голые мужчины и кричали. Выехавшие на место происшествия правоохранители в одной из комнат обнаружили 23-летнего парня, у которого были удалены оба глаза и сильно повреждены нос, щека, уши. Рядом на кровати находились два приятеля пострадавшего.

Про дружбу

Потерпевшего по этому делу зовут Дмитрий, он - инвалид ІІ группы с рождения. С Александром, одним из обвиняемых, он был знаком еще с детства. Соседка, проходившая по этому делу свидетельницей, рассказала, что купила жилье на улице Докутович несколько лет назад, и принимала Дмитрия за брата обвиняемого – настолько часто она видела их вместе.

Второй обвиняемый, Максим, был студентом одного из гомельских вузов, но забрал документы, чтобы перейти на заочное обучение. На жизнь парень зарабатывал рекламой в интернете, получал около 400 долларов в месяц. Молодой человек был хорошо знаком с Дмитрием, а с Александром на момент произошедшего – около года. Дмитрий рассказывал Максиму, что когда отец Александра уезжает на дачу, дома у него можно делать что хочешь.

"Покурить что-то веселое и кое-что еще"

На всех судебных заседаниях обвиняемые Александр и Максим держались внешне спокойно: не прятались и не отворачивались от фотокамер, не закрывали лица. Для резонансной истории, о которой сообщали все СМИ Беларуси, в зале суда немноголюдно – конвой, два бойца ОМОНа, несколько журналистов, знакомые и родители обвиняемых.

Войдя в зал суда, мама Дмитрия, увидев фотографов, разворачивает сына спиной и отворачивается сама. Но женщину успокаивают: журналистов еще до начала заседания попросили не фотографировать пострадавшего. У Дмитрия – бинтовая повязка вокруг головы, которая держит ватно-марлевые тампоны, закрывающие пустые глазницы. Все это парень прячет под очками от солнца. На его лице все еще заметны шрамы от порезов.

Почти полчаса гособвинитель зачитывал из материалов дела все нанесенные Дмитрию травмы: удары в височную область, рваные раны лица, раздавленные пальцами рук глазные яблоки, 15 ударов в область головы, груди, живота, паха. Среди травм – "открытая ЧМТ в виде перелома у основания черепа".

Свою версию случившегося потерпевший рассказал достаточно подробно. Пропуская лишь те моменты, когда компания уже была под "кайфом", а он время от времени был без сознания:

– Вечером я созвонился с Александром, купил пива и направился к нему в гости. Потом мне позвонил Максим и сказал, что "у него есть покурить что-то веселое и кое-что еще". Я рассказал об этом Александру, но уточнил, что нужно 200 тысяч с каждого по 100. Взял деньги и поехал на встречу с Максимом, после чего мы вдвоем с ним  приехали домой к Александру.

По словам Дмитрия, "чем-то веселым" была голландская марихуана. Поскольку она оказалась мокрой, компания просушила ее утюгом. Затем "траву" поделили на две части, половину наркотика Максим забрал себе, а вторую часть парни выкурили.

Дмитрий не отрицал, что также курил марихуану. Хотя экспертиза в крови потерпевшего следов наркотика не обнаружила, но от "кое-чего еще" – белого порошка – он отказался: побоялся последствий. Дмитрий рассказывал, что помнил, как его друзьям стало жарко: Александр снял часть одежды, а Максим лег на кровать. Но после того как из комнаты вышел Александр, а следом за ним Максим, Дмитрий помнит лишь как "встал с кровати, сел боком и потянулся за пивом, взял стакан в руку и… все." Парень потерял сознание. Через некоторое время он очнулся на кухне, на полу.

– Сильно болела голова, в голове кружилось и подташнивало. Я не понимал, что происходит. Первое, что я увидел, это как Максим сидел за столом. Чувствовал слабость, пытался встать, но не мог. Потом он подошел ко мне, положил мою голову к себе на колени залез в рот пальцами и надавил на нижнюю челюсть. И я снова потерял сознание, – рассказал потерпевший. – Когда пришел в сознание в следующий раз, ощутил, что вращая головой, моя губа касалась носа и говорить я уже ничего не мог. Но боли особо не чувствовал, только какую-то горечь во рту. По ощущениям, видел двумя глазами.

И снова отключился. Дмитрий помнит, что когда очнулся, его кто-то тянул за ногу, и он слышал голос Александра, который кричал: "Димон, Димон!". Затем – какой-то шум, толчки, звон разбитого стекла.

– Потом уже приходил в себя, когда приехала милиция, немного помню, как ехал в скорой. Окончательно пришел в сознание где-то через неделю.

По словам Дмитрия, в моменты, когда он приходил в сознание, он помнит, что удары ему наносил только Максим.

– Из того, что я помню, Александр мне ничего не делал.

Фото: Иван Яриванович

Медики, которые выступали на последующих судебных заседаниях, рассказывали, что потерпевший не чувствовал боли, говорил лишь, что ничего не видит. Врач скорой помощи, передавший Дмитрия в хирургическое отделение, в справке отметил колотые раны бровей и отсутствие глаз, которые были "вырезаны". К такому же заключению пришел и хирург, осматривавший потерпевшего:

– У пострадавшего была рваная рана губы, век, отсутствовали глазные яблоки. Пациент был в сознании, боли он не чувствовал, осознавал, что находится в больнице. В местах ран посторонних предметов не было.

По мнению хирурга, полученные раны можно было нанести только колюще-режущим предметом, к тому же повреждения глаз были симметричны. По его словам, увечья на щеке возможно сделать лишь при первоначальном надрезе кожи, и только потом - надрыве:

– Просто так разорвать руками кожу сможет не каждый человек. Если вообще сможет, – сказал хирург.

К выводу, что глаза пострадавшему именно вырезали, пришла и врач-офтальмолог, которую вызвали в ту ночь на помощь в операционную. Женщина обратила внимание на отсутствие глазных яблок и частично отрезанные веки:

– Внутри глазниц не было ничего. Их содержимое практически вытекло: глазных яблок не было, внутри были только нервы.

Медэксперт также склонялся к тому, что глаза были вырезаны, но и выдавливание он не исключал. Единственное, о чем нельзя было говорить с уверенностью, это о переломе у основания черепа: вполне возможно, что его Дмитрий мог получить как от удара, так и от падения с высоты собственного роста.

"Убей меня! Убей меня хоть раз без боли!"

Александр рассказал в суде, что в тот злосчастный день он готовился к отъезду в Россию – на заработки. До этого гомельчанин работал на одном из местных предприятий, но денег на жизнь не хватало: в 2014 году он стал отцом. К тому же к финансовым проблемам добавились и проблемы в семье – разлад с женой.

Когда вся компания собралась вместе, ее участники решили сначала понюхать "кое-что", а потом покурить марихуану. Порошок, похожий по виду на соль, разбили на три дорожки, скрутили трубочку из тысячной купюры. По словам обвиняемого, нюхали все по очереди – Максим, Дмитрий, Александр. Потерпевший же настаивал на том, что ничего не нюхал. Александр объяснил это тем, что его друг попросту чего-то боится, поэтому и не говорит правду. К тому же Дмитрий рассказывал, что ранее практически никогда не пробовал наркотики, только один раз. На вопрос адвоката, как у него дома при обыске оказался пустой пакет из-под спайсов, ответил:

– Пакет давний… Он был в столе, где я храню велосипедные запчасти. Может, кто-то с деньгами сунул, может завалялся. Он давно лежал у меня.

Компания попробовала все, что у них было, Александра "накрыло" где-то через 10 минут. Он частично помнил какие-то моменты, но когда его сознание взяли под контроль наркотики, в памяти остались только галлюцинации.

Фото: Иван Яриванович

– Рассказывать вам это (галлюцинации. - TUT.BY)? – обращаясь к суду, спросил обвиняемый.

Александр говорит, что ощутил некую слабость, и в то же время его чувства стали обостряться. Появилась замедленность, затем выступил пот, ему захотелось постоянного движения. Через некоторое время в глазах начало попеременно темнеть, он перестал ориентироваться в пространстве.

– Я начал кричать: "Вызывайте скорую!".

К сожалению, скорую никто не вызвал. Возможно, приняв единственное верное в тот момент решение – звонок на "103", компания смогла бы избежать более страшных последствий. Но к Александру подбежал Максим и лишь обмахнул его полотенцем и обдал водой.

Через несколько минут четкое осознание реальности у Александра, как он говорит, прервалось и он оказался в мире иллюзий. Обвиняемый рассказывает, что то катился в шаре со скалы и ощущал каждый удар о землю, то вдруг увидел себя со стороны, а затем – Максима в позе лотоса и лежащий рядом с ним большой белый череп. Мысленно общаясь с Максимом, он спросил у него, что тот делает. На что Максим показывал руками в сторону черепа, давая Александру тем самым понять, что ему необходимо сделать то же самое. Александр не понимал, что Максим от него хочет, показывая на череп.

Во время этого рассказа мама потерпевшего только горько вздыхала.

– Потом Максим вдруг взлетел и превратился в Иисуса, засиял белый свет. Я видел Иисуса настолько близко, что мог рассмотреть каждый волос, каждую родинку на коже. Я спросил у него, кто такой бог? На что он мне ответил, что бога нет. Люди это боги.

Одна галлюцинация сменялась другой. Александр не мог сосредоточиться, и в какой-то момент все вокруг заполнил желтый свет.

– Помню, как увидел летающую голову соседа Андрея, которая говорила мне: "Ты знаешь, что ты натворил?" (судя по всему, обвиняемый имеет в виду тот момент, когда в дом вошли сотрудники ОМОНа вместе с его соседом. – TUT.BY). Затем все снова поглотил желтый свет.

Желтизна спала в наркодиспансере, и Александр начал разбирать очертания людей, голоса. Полностью в сознание он пришел только утром 23 июля, через день после случившегося. Хотя, как говорит сам обвиняемый, непонятный шум в голове у него стоит до сих пор, но на его слова никто не обращает внимания.

Фото: Иван Яриванович

По словам Максима, инициатором покурить марихуану и употребить наркотик выступил Дмитрий, который был должен ему 200 тысяч рублей. С долгом Дмитрий предложил рассчитаться именно так. Максим не возражал.

Впечатления Максима, полученные после "коктейля" из марихуаны и синтетических наркотиков, в чем-то были похожи на впечатления Александра.

Максим, по его словам, также начал ощущать рядом присутствие высших сил, в тот момент ему казалось, что это был Александр. Он у него ассоциировался с Аллахом. Но если Александр не помнил ничего, кроме своих видений, вызванных наркотиками, то Максим частично восстановил цепочку событий того июльского вечера.

– Дмитрий стоял в одной из комнат. В какой-то момент Александр схватил его за шиворот и со словами "Дьявол! Дьявол!" потянул в коридор. Дмитрий споткнулся и упал на пороге. Александр сел над ним и руками что-то начал делать с его головой Дмитрий только смеялся. Александр не понимал, что он делает, впрочем, как и я. На пол по лицу Дмитрия потекло что-то темное. Затем я услышал Димин голос и слова: "Убей меня! Убей меня хоть раз без боли!". Я отполз к стенке и начал просто кричать. Когда поворачивался в сторону Александра, то видел, как он ходил вокруг Дмитрия, периодически выбегая и возвращаясь на кухню. Он наклонялся к нему, ворочал его, в руках Александра было что-то блестящее, – рассказал Максим.

По воспоминаниям обвиняемого, Александр пошел в коридор, опять вернулся к Дмитрию, походил возле него и опять вышел. Так продолжалось несколько раз. Максим говорил, что черты лиц его приятелей хаотично двигались и искажались. Моментами он просто не понимал, что Александр это Александр, а Дмитрий это Дмитрий. Возможно, по этой же причине потерпевший утверждал, что удары ему наносил только Максим, а Александр ничего не делал: Дмитрий мог видеть те же галлюцинации, что и Максим, и попросту спутать лица. Обвиняемый также не исключает и того, что Александр – близкий друг Дмитрия и потерпевший его защищает. Единственное, что тогда ясно понимал Максим, это что одно тело лежало, а второе двигалось. И только теперь ему стало ясно, кто тогда из них был кто.

– Затем Александр побежал в зал к окну, я за ним. Я увидел на улице людей и отошел от окна, сел на кровать. Александр время от времени еще бегал в зал. После чего он подошел ко мне и сказал: "Полетели", и присел возле меня.

Максим не помнил, как в дом вошла милиция, наркотический эффект спадал волнами. Он говорит, что понимал, кто он, но одновременно не осознавал, где находится в данный момент.

Эксперт-психиатр, тем не менее, вынес заключение, что галлюцинаций у обвиняемых не было – парни описали классические симптомы.

– То есть это обычная картина? – поинтересовался один из адвокатов.

Эксперт пояснил, что рассказанное Максимом и Александром научным языком называется "интенсивностью опьянения", в данном случае наркотического. К тому же какого-либо психического расстройства у обвиняемых не выявили, а значит, и галлюцинаций у них быть не могло.

– Вранье все это, – прошептала мама Максима. - Люди после спайсов в окна выбрасываются, а здесь…

Несмотря на то, что сторона защиты ходатайствовала о повторной психолого-психиатрической экспертизе, суд прошение адвоката не поддержал.

Фото: Иван Яриванович

"Старший изредка приходил в себя и только спрашивал: "Что мне за это будет?"

По словам соседки Александра, которая также давала показания в суде, из-за стены она услышала человеческие стоны, когда готовилась ко сну - их не смог заглушить даже работающий телевизор. Затем раздался крик.

Женщина говорила, что ей стало не по себе и она вышла во двор, поближе к забору соседей, чтобы узнать, что происходит:

– Входная дверь была открыта. Я услышала неестественный хохот, стоны, и снова тот же истошный крик "Убей меня, ... (здесь нецензурное слово. – TUT.BY), без боли!". Через пару минут вышел Александр. Я спросила, что у них случилось, и сказала, что если они не успокоятся, я вызову милицию. Он наклонился, что-то подобрал и бросил в меня (сковороду. – TUT.BY). Я вернулась в дом, сказала дочке, что у соседей творится что-то неладное и нужно вызывать милицию.

Когда суд заслушивал показания оперативников, мама Дмитрия не могла сдержать слез.

– Я постучал в окошко и старший (Александр. – TUT.BY) выглянул, а затем разбил стекло. Младший (Максим. – TUT.BY) поставил кулаки на осколки и, вытаращив глаза, начал кричать на меня. Бессвязно. Это был просто ор. Парни были в крови и оба голые. Потом они спрятались за штору, а из дома начали доноситься крики. Вначале они показались женскими. Второй раз, когда обвиняемые выглянули из-за шторы, я увидел лежащего на полу человека. Мы с коллегой вернулись к машине, надели бронежилеты и вызвали оперативно-следственную группу и скорую, – рассказывал один из правоохранителей.

По словам милиционеров, когда они зашли в дом, Максим и Александр были на кровати, потерпевший лежал на полу, в комнате за стенкой, он был в крови.

По дороге на медосвидетельствование милиционеры пытались заговорить с задержанными, но "младший (Максим) нес бред, а старший (Александр) изредка приходил в себя и только спрашивал: "Что мне за это будет?".

– Еще старший говорил о том, что они с друзьями употребляли наркотики. А после он увидел дьявола.

"Максим - любящий, хороший, спокойный мальчик"

Когда в зал для дачи показаний заходили родители обвиняемых, парни краснели. При виде своего отца Максим чуть не заплакал. Александр, увидев своего, попытался ему улыбнуться, но не смог.

– Никаких странностей в поведении сына я не замечала. Он никого никогда не обижал. Максим – любящий, хороший, спокойный мальчик, – мама Максима внешне держалась спокойно, но голос ее дрожал.

На последних судебных заседаниях, когда зачитывались материалы уголовного дела, Максим с Александром уже не записывали ничего в свои блокноты и старались не смотреть на присутствующих в зале родителей. Александр чаще смотрел на прокурора, взгляд Максима был направлен в сторону сидящего в зале Дмитрия.

В ходе прений сторон прокурор отметил, что вина обвиняемых доказана полностью. Гособвинитель просил суд признать виновными обоих парней по ст. 147 УК (Умышленное причинение тяжкого телесного повреждения способом, носящим характер мучения или истязания, из хулиганских побуждений группой лиц) и назначить каждому наказание в виде 10 лет лишения свободы.

Максима признать виновным по ч.3 ст. 328 УК (Незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров и аналогов, совершенный группой лиц) и наказать 11 годами заключения без конфискации имущества. Таким образом, путем частичного сложения - 14 лет лишения свободы без конфискации в условиях колонии усиленного режима.

Александру по совокупности наказаний, предусмотренных по ч.1 ст. 328 и ч.3, 7, 9 ст. 147 УК, назначить 11 лет лишения свободы в колонии усиленного режима.

Сумму гражданских исков, которые предъявил потерпевший Александру и Максиму, прокурор поддержал частично - по 500 млн рублей с каждого обвиняемого.

Дмитрий как на первом, так и на последнем судебном заседании еще раз заявил, что видел перед собой только Максима.

– У меня не было никаких галлюцинаций, и я уверен, что именно Максим лишил меня зрения и нанес раны лица. В те моменты, когда я был в сознании, понимал, кто находится передо мной: Максим, милиционеры, сотрудники скорой помощи. Я не имею ни малейшего желания кого-то выгораживать или оговаривать. Но по причине того, что Максим не признает свою вину и утверждает, что я вру, прошу для него высшую меру предусмотренного наказания по предъявленному обвинению, - подытожил потерпевший.

Отметим, что дома у Дмитрия были найдены наркотические средства и в отношении молодого человека также возбуждено уголовное дело.

Адвокаты Александра и Максима в своих заключениях делали упор на то, что вина их подзащитных, в частности по ст. 147 УК, полностью не доказана, а гособвинитель опирается лишь на показания обвиняемых, потерпевшего и заключения экспертиз. К тому же так и не были установлены предметы, которыми Дмитрию наносились травмы – имеются только предположения.

– Я хочу извиниться перед Димой, его матерью. Перед своим отцом и всеми, кто меня знает: извините меня, пожалуйста. Да, мне предложили (наркотики. – TUT.BY). Да, я согласился. Да, я их употреблял. Теперь я знаю, что такое наркотики. Я понял это сполна. Клянусь, я не знаю, как все произошло. Сложившаяся ситуация самая сложная в моей жизни. Я прошу вас, уважаемый суд, дать мне первый и последний шанс – не лишать свободы, – сказал Александр.

Максим в своем последнем слове начал с того, что указал суду на ряд фактов, которые, по его мнению, не вяжутся со следствием как по ст. 328, так и по ст. 147 УК:

– Они (Александр и Дмитрий) целенаправленно валили все на меня, просто не сошлись в показаниях, – сказал второй обвиняемый.

Также Максим задается вопросом, почему в материалах дела отсутствуют первичные показания Александра, в то время как первичные показания Максима есть:

– Я могу связывать это только с тем, что первичные показания Александра убраны, потому что не сходятся с показаниями Дмитрия. А по поводу последнего слова... Жалею, что поддался соблазну. Если бы я не употребил наркотики, всего этого бы не было.

Приговор обвиняемым суд Железнодорожного района Гомеля вынесет 4 мая.

Фото: Иван Яриванович
-20%
-10%
-15%
-20%
-20%
-30%
-30%
-20%
-10%