1. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  2. «Белорусы готовы работать с рассвета до заката». Айтишницы — о работе и гендерных вопросах
  3. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  4. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  5. Минздрав опубликовал статистику по коронавирусу за прошлые сутки
  6. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  7. Первый энергоблок БелАЭС включен в сеть
  8. Эту неделю еще померзнем, но весна все же придет
  9. У Марии Колесниковой истек срок содержания под стражей
  10. В суде по делу Бабарико продлен перерыв, заседаний 9 и 10 марта не будет
  11. «Один роковой прыжок — и я парализован». История парня, который нырнул в воду и сломал позвоночник
  12. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  13. Студентка из Франции снимала Минск в 1978-м. Показываем фото спустя 40 лет
  14. «Соседи, наверное, с ума от нас сходят». У минчан с разницей в четыре года родились две двойни
  15. Какие курсы доллара и евро установили обменники после больших выходных
  16. Что происходит в Беларуси 9 марта
  17. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  18. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  19. Автозадачка с подвохом. Разберетесь ли вы в правилах остановки и стоянки на автомагистралях?
  20. МОК не признал Виктора Лукашенко президентом НОК Беларуси
  21. Госсекретарь США назвал Лукашенко последним диктатором Европы
  22. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  23. У бюджетников заметно упали зарплаты. Их обещают поднять за счет оптимизации численности работников
  24. Три новых интересных здания, которые минчане вряд ли видели. Показываем, как они выглядят
  25. «Зарплата 350 рублей, медицины нет». Откровенный рассказ семьи минчан о переезде в деревню
  26. На овсянке и честном слове. История Марины, которая пришла в зал в 33 — и попала в мировой топ пауэрлифтинга
  27. Максим Знак остается в СИЗО до 9 мая
  28. Минское «Динамо» обыграло СКА в четвертом матче Кубка Гагарина
  29. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  30. «Я привыкла быть, как все. Но теперь это не так!» Как мы превратили читательницу в роковую красотку


Артем Кирьянов,

Брестский участок белорусско-украинской границы в районе Заболотья больше напоминает зону конфликта. Но не вооруженного, как в Донбассе, а вполне мирного. Здесь в причудливой борьбе встречаются белорусский рубль и украинская гривна. Буквально неделю назад курс гривны в очередной раз рухнул по отношению к доллару. Потому все так же активно жители нашего приграничья едут в Заболотье и Ратно за покупками. И с не меньшей активностью местные украинцы отправляются в Брест на работу. Об этом пишет корреспондент газеты "СБ.Беларусь Сегодня".



В пункте пропуска на платформе вокзала собирается сразу восемь очередей. Первые четыре на въезд: здесь в основном брестчане и совсем немного украинцев, что возвращаются домой с работы. Еще четыре на выезд: это белорусы, которые приехали закупиться пораньше и теперь торопятся домой. В столпотворении спокойно. Люди тихо переговариваются, пограничники не слишком спешно оформляют документы. У дежурных по вокзалу военнослужащих на плечах поблескивают автоматы. По поведению военных кажется: проблемы восточных украинцев здесь, к счастью, неведомы. Но отстраненность от войны только кажущаяся: все же люди и здесь живут общей трагедией. И хотя стреляют далеко отсюда, они будто готовы к тому, что с минуты на минуту может случиться самое худшее.

Подходит моя очередь. Пограничник протягивает в окошко паспорт, и приходит пора покидать пункт пропуска. В ту же минуту меня засасывает водоворот привокзальной площади Заболотья. Такой же, как два года назад, когда я последний раз приехал в Украину. Все те же столики торговцев по краям дороги. Все те же нагруженные покупками люди. Все те же юркие валютчики со своим неизменным "Меняю!" и пачками денег в руках. Вот только курс сегодня разительно отличается от прежнего: 23 нынешние гривны против 8 двухлетней давности. Я меняю десять долларов и получаю на руки 230 гривен. Практически сразу обращаю внимание, что местечко похорошело. У вокзала и несколько новых кафе, и торговый центр, и даже новехонький Дом культуры с государственным флагом на крыше.

На остановке тем временем в оранжевый бус водитель-частник зазывает пассажиров. Познакомились. Его зовут Николаем. За 15 гривен с ним можно доехать до Ратно - ближайшего райцентра, куда тоже любят отправиться за покупками из нашего приграничья. А по дороге услышал, что запчасти дорогие - все растет вслед за долларом. Что если объедешь ямку на дороге, попадешь в другую. Что набрать людей на рейс удается далеко не каждый день. Да и вообще, не заработок это - кататься туда-сюда. В разговор включается Алена. Она возвращается из Бреста, где работает в одной из городских поликлиник. В ее деревне под Ратно, добавляет она, работы нет. Ни для нее, ни для местных мужчин:

- Приходится ездить в Брест. Хорошо хоть график удобный: сутки через трое. А мужикам нашим вообще нигде не устроиться. Теперь же еще и в армию многих забирают. Чтобы повестки жгли, такого я не слышала. Чаще хлопцы наши просто их не берут и за границу едут. Кто в Польшу, кто в Беларусь. Потому что заберут - кто зарабатывать будет? Семью же кормить надо. Но есть и такие, кто идет служить. Слава богу, пока все возвращаются. В Минске президенты договорились, что войну нужно остановить. У нас вроде как настроены на мир, но посмотрим, что будет, - каждый раз, когда бус проезжает мимо церкви, Алена крестится. - Хочется, конечно, чтобы в Донбассе уже все это успокоилось. У нас здесь мирно, но сердце не на месте.



Ратно, как и приграничное Заболотье, живет тихой размеренной жизнью. У церквушки толпятся прихожане. На центральной улице многолюдно. Здание городской администрации украшено флагом. Под ним - большой баннер с героями "Небесной сотни" и цветы. На рынке стоит гомон, как в обычный выходной день. Шапки с украинскими гербами, продукты, бытовая техника хотя и не слишком бойко, но все же расходятся. Продавец электроники Олег говорит - закупаются в основном приезжие из Беларуси. Местные тоже приходят за покупками, однако их не так много:

- Но мы без работы не сидим. В Ратно тысяч десять человек живет. Работает примерно половина. И кто действительно хочет, тот зарабатывает. Продукты у нас в основном свои. Все огороды держат, теплицы, скотину. Свиньи, коровы, индюки, куры - это в порядке вещей. Раньше за одеждой и техникой в Польшу ездили, а теперь невыгодно стало из-за курса. Тяжелее стало, тут обманывать не буду. Но жить и работать можно - было бы желание.

Олег вспоминает: когда конфликт на востоке только начинался, люди просто боялись приезжать в Ратно. Виной всему слухи. Олег с юмором рассказывает, как пару месяцев назад здесь были покупатели из Бреста. И спрашивали, почему на рынке уже убрали виселицу.

- Это, конечно, смешно, но и грустно тоже, - замечает Олег. - Ведь ничего такого и близко у нас не было и нет. Ну кому в голову придет, что в XXI веке на базаре кто-то людей вешает?

Пока я говорю с Олегом, к нам подходит девушка-продавец из павильона напротив. Она поддерживает коллегу в части слухов: недавно были покупатели, которые интересовались, куда делись валютчики с автоматами. Посмеявшись, продавцы в один голос говорят: приезжайте, ничего не бойтесь. А потом машут рукой, мол, вы и сами все видите. На вопрос про минские соглашения оба отвечают: только время покажет, что будет дальше. И соглашаются, что хочется побыстрее конфликт остановить. Но здесь все зависит только от воли руководства Украины. Впрочем, надежду никто не теряет. И люди продолжают жить в надежде на мир. Ничего больше им просто не остается, невесело заключает Олег.

Флагов в Заболотье, кажется, немного больше, чем жителей. Они везде: на государственных учреждениях, жилых домах и особенно в автомобилях. Даже на машину с польскими номерами кто-то водрузил желто-голубое полотнище

Вернувшись из Ратно в Заболотье, на одной из деревенских улиц я встретил Галину Петровну - хозяйку большого дома. Она гуляет с внучкой. Женщина говорит, все в ожидании и гадают: что будет дальше?

- У нас теперь одна цель - это мир, - кум хозяйки Николай Владимирович показывает на малышей. - Хотя бы ради них, понимаете? То, что сейчас происходит, это все неправильно. Соседний дом видите. Забрали мужика воевать, и до сих пор никто не знает, где он. Живой или погиб уже. Батюшка говорит, молиться надо как за живого. Вот его семья и ждет до последнего, пока вернется.

Как раз в это время сельчане возвращались из церкви. Была Родительская суббота, когда принято поминать умерших. Но кажется, что в храме люди молились не только и не столько за них, сколько за живых. За тех, кто живет рядом. Кто оказался втянутым в войну. Друг за друга.

И за тех, конечно, в чьих руках сегодня судьба Украины. Будет мудрость в их умах, будет и мир. А все остальное к нему, без сомнения, приложится.
-10%
-37%
-10%
-30%
-10%
-25%
-10%
-5%
-10%
0072407