Юрий Глушаков, фото из фондов Гомельского дворцово-паркового ансамбля,

Сегодня геморрагическая лихорадка Эболы, выбравшись за пределы тропической Африки, повергла в панику весь мир. А ведь еще недавно практически такие же опасные эпидемии регулярно посещали Гомель.

Замечает ли человечество с высоты своей гордыни вирусы и бактерии, но они с самого начала составляли ему серьезную конкуренцию. Целые виды человека разумного, например, неандертальцы, исчезли, подцепив некий вирус от наших предков - кроманьонцев. А гибель древней цивилизации Мохенджо-Даро также ускорила некая лихорадка. В средние века чума и другие эпидемии продолжали бушевать в мире. Но это было в Средневековье. Не так хорошо известно, что и в прошлом веке заразные заболевания продолжали опустошать Гомель.

Скромное обаяние канализации

Сегодня, когда "в тренде" стало умиляться "балам, лакеям, юнкерам", сопровождающимся "хрустом французской булки", далеко не все представляют себе реалии жизни начала XX века. А во многих отношениях они были очень непростыми.

"ЖКХ" Гомельской городской Думы находилось тогда в зачаточном состоянии. Гомель, уездный город с населением более ста тысяч человек, на начало XX века совершенно не имел водопровода. Воду брали из колодцев. Но и тех не хватало, и зачастую водичку носили прямо из реки Сож. При этом нет никаких данных, что речную воду перед употреблением всегда кипятили или обрабатывали.

Поэтому в 1900 году Гомельская Дума приняла решение о строительстве водопровода из артезианских колодцев протяженностью 19 верст. Денег в бюджете не было, и решено было взять кредит в 200 000 рублей в одном из поземельных банков. Водопровод удалось построить нескоро - только в 1909 году. Но как раз вовремя - в 1910 году в России разразилась очередная эпидемия холеры, и с помощью "водоконала" в Гомеле ее удалось локализовать. Но протяженность составила всего около 13 километров, и первоначально к воде было подключено только 22 дома. К концу 1910 года количество домовых подключений составило 152. При этом водичка была платной - за 100 ведер нужно было отдать 25 копеек, при ее себестоимости в 14,5 копеек. Выгодный бизнес на воде. Однако гомельский водопровод - все равно достижение большее, потому что в 1909 году такую роскошь могли себе позволить только в 167 городах России.

А вот канализация была только в 13 городах по всей стране. Гомель в этот список не входил. "Ретирадные места" даже во многих многоэтажных домах располагались прямо во дворе. Другие здания уже были оборудованы теплыми клозетами, но с местным вариантом канализации, ведущей в те же выгребные ямы во дворе. В случае засора такой трубы проблемы касались всех. Даже при неправильном проектировании канализации жилые помещения наполнялись весьма специфическим амбрэ. Да и яма во дворе, особенно в жаркие погоды, радости жизни не прибавляла. Нечистоты из уличных сортиров на ассенизационных телегах вывозили профессионалы, носившие блестящее имя "золотарь". Этим весьма не почетным, но все же оплачиваемым ремеслом традиционно занимались жители одного села, расположенного неподалеку от Гомеля.

Еще хуже обстояло дело с кухонными отходами. Помои зачастую выплескивали из окон прямо на улицу. Зимой они замерзали, а летом оттаивали и зловонной жижей растекались по городу. Ко всему этому надо добавить, что домашний скот, включая свиней, вместе с утками и гусями тоже вполне уютно чувствовал себя на гомельских улицах - даже центральных. Железная дорога и пароходное сообщение по Днепру и Сожу, двигатели прогресса, в данном случае выполняли и функции перевозчиков инфекции. Очагами эпидемий в Гомеле являлись и кварталы городской бедноты с их скученностью.

Еще один опасный момент - тогдашняя торговля, особенно мясными продуктами или рыбой. В отсутствие холодильников скоропортящаяся продукция хранилась в ледовых погребах, ну а при торговле - как придется. Особый фактор риска составляли санитарные знания тогдашнего населения, или точнее - их отсутствие. Большинство населения было неграмотным и суеверным, и боролось с болезнями с помощью магических обрядов. Распространение холеры они связывали с пришествием огненной девы с огненным веником на голове и кровавой холстиной в руках, другие болезни - с засушенными лягушками и зачарованными яйцами, подброшенными колдунами и ведьмами.

Подобное положение вещей не могло не приводить в Гомеле к периодическим вспышкам разного рода "горячек", брюшного тифа, дизентерии. Эпидемии случались чаще всего весной и летом - с началом "таяния" зимних отбросов и наступлением жары. Самой грозной из них была пресловутая холера.

"Холера побери…"

Это недоброе пожелание сегодня превратилось просто в словесный штамп. А в свое время от этого грозного эпидемического заболевание погибали миллионы людей. Каждый второй из заболевших холерой рисковал умереть от обезвоживания уже в первые сутки - если ему не будет оказана медицинская помощь. Статистика еще более удручающая, чем при пресловутой Эболе.

Долгое время в России и других странах холеру "лечили" хлоридом ртути, который сам по себе является отравой. Поразительно, но из-за недостаточного развития науки среди врачей не было единого мнения ни о причинах заражения холерой, ни о способах ее передачи. Почти до конца XIX века консервативная часть медиков не желала признавать факта ее распространения через воду и оральным путем. Такие доктора даже сами демонстративно пили холерные вибрионы, пытаясь доказать обратное. Вибрионы, как рассказывают практики, даже по своему красивые - в пробирке отливают голубым окрасом. Впрочем, чисто бытовым путем было также выяснено, что хорошей профилактикой от холеры может послужить и употребление обычного пива.

Кроме холеры, грозным заболеванием был разного вида тиф. Поскольку Гомельский уезд считался малоурожайным, голодовки посещали его нередко. Ослабленный недоеданием и голодом организм бедняков был особо восприимчивым к различным инфекциям, в том числе и тифозным. Дизентерия, скарлатина, оспа, корь и дифтерит также пожинали здесь свои плоды. В сырых оврагах и низинах, где гомельская беднота делила лачуги и просто пещеры с комарами, нередким гостем была и малярия.

В течение XIX столетия крупные эпидемии холеры 8 раз случались в пределах Российской империи. В 1840-х годах холера опустошала Гомель, в 1848 году - Добруш. Серьезные инфекционные вспышки разразилась в Гомеле после русско-турецкой войны 1877-1878 годов, обывательская молва связывала их с размещавшимися в Гомеле турецкими пленными. Но, скорее, в этом были виноваты война как таковая и связанное с ней ухудшение жизни населения.

Анна Кузьмич, заведующая отделом ГИКУ "Гомельский дворцово-парковый ансамбль", сообщила TUT.BY следующую статистику: в 1875 в Гомельском уезде было 292 случая тифа, 20 больных умерли. В 1877 году - 65 случаев тифа, одна смерть. В 1878 году - 131 случаев, 27 человек умерли, в 1879 - 206 человек болело, из них 18 - со смертельным исходом. В 1880 году тиф пошел на спад: всего 49 случаев заболевания при двух смертях.

Схожая картина наблюдалась и по многим другим болезням. Так, если скарлатины несколько лет не было совсем, то в 1878 году ей заболели 273 человека, из них 46 человек умерли. Или вот еще такое заболевание, как "кровавый понос". Под эту графу могли попасть заболевшие разными инфекциями, от дизентерии до холеры. Два года в Гомельском уезде им не болел никто, но после войны, в 1879 году, происходит резкая вспышка - 81 случай, из них 11 со смертельным исходом. В Рогачевском уезде с 1875 по 1880 год от кровавого поноса умерло 54 человека. Но главным убийцей в Гомельском уезде в 1875-1880 годах была корь - от нее умерло 130 человек. Тиф был на 2-м месте, "кровавый понос" - на 3-м.

В 1892 в Россию из Астрахани по волжским торговым путям приходит новая холерная эпидемия. Весной 1893 года она доходит до Могилевской губернии и Гомеля. Кроме этого, отдельные вспышки холеры или прочих инфекций случались в Гомельском уезде едва ли не каждый год. Лучшие врачи и представители интеллигенции не жалели жизни в борьбе с опасными болезнями. Но в 1900 году Гомельское товарищество врачей, изучавшее санитарное состояние уезда, было закрыто - якобы из-за нарушения устава.

Консервативные методы лечения

Почти любая болезнь не так страшна, когда есть кому и чем ее лечить. Но в 1900 году из бюджета Гомельской городской Думы на всю медицинскую, ветеринарную и санитарную части выделялось всего 2600 рублей. Для примера - жалование городского головы было лишь немного меньшим и составляло 2000 рублей в год. А на полицию уходило около 19 000, на военное ведомство из местного бюджета тратилось более 33 000 рублей.

Как сообщили декан факультета довузовской подготовки к. и. н. Михаил Абраменко и другие преподаватели Гомельского медуниверситета, на весь Мозырь было всего три врача. В Жлобине не было не только врача, но и фельдшера. Во время эпидемий все больные оставались по домам, в лучшем случае сюда приезжали частнопрактикующие врачи и фельдшеры и за деньги предписывали лечение.

В 1897 году наконец при Гомельской городской управе была введена должность санитарного врача. В 1913 году эту должность занимал Н.Г. Рубинштейн, практиковавший на Замковой улице. Но в целом обеспеченность города лечебными заведениями была невысокой, обращение к частному доктору было для большинства тем более не по карману. Специализированных инфекционных заведений не было вовсе, прививочное дело находилось в зачаточном состоянии. Но объявления о платных прививках, наряду с услугами массажисток и акушерок, "оспопрививательницы" в Гомеле 1913 года давали.



Недостатки в развитии медицины восполняла церковь. В начале XX столетия с эпидемиями боролись, как и в далеком прошлом,с помощью крестных ходов и икон. Так, после эпидемии 1892-1893 года на деньги католиков-железнодорожников в Гомельском костеле был построен и содержался алтарь Беспорочного Зачатия Наисвятейшей Девы Марии. Крестный ход с иконой Казанской Божьей Матери, который прошел по всему центру Гомеля, согласно церковной легенде, остановил холеру в 1893 году (по другим данным - в 1840-х годах). С того момента и до революции 1917 года этот крестный ход повторялся ежегодно. Предание утверждает, что избавление от холеры принесла и Скитовская икона Божьей матери.

Радикальная терапия

В конце XIX века экономика Гомеля, через который прошли железные дороги, начала быстро развиваться. В 1908 году жители Мозырского и Речицкого уездов получили первые вакцины против холеры. Следующей крупной эпидемии холеры (в1910 году) в Гомеле благодаря принятым мерам удалось избежать. Кроме строительства водопровода, этому могло помочь и снятие запрета для городского самоуправления заниматься противодействию эпидемиям. Ранее это являлось делом исключительно чиновников. Но тяжелые последствия эпидемии 1892-1895 года заставили царские власти допустить в эту "заразную" область и силы общественности. В 1910 году в Речице работал противоэпидемический отряд из врачей, студентов-медиков и санитаров.

В 1911 году в нашем крае был снят запрет на создание земского самоуправления. Вместе с усилиями городских гласных, земских депутатов и разного рода общественных инициатив это позволило открыть земскую больницу и другие лечебные учреждения. Появились земские санитарные врачи.

Но Первая мировая война вызвала новый, ранее невиданный всплеск эпидемических заболеваний. Особенно свирепствовал сыпной тиф – "сыпняк". Чудовищные масштабы в годы империалистической и гражданской войны приобрели и венерические заболевания, в том числе и смертельно опасный в то время сифилис. Для борьбы с эпидемиями в Гомеле действовало несколько специализированных лечебных учреждений – 7-й эпидемиологический и 955-й полевой запасной военный эпидемиологический госпитали и другие. На средства противочумной комиссии в Гомеле были вырыты новые колодцы. Из городских средств были построены "заразные" бараки на 1500 человек с дезинфекционной камерой, полями орошения для обезвреживания отбросов и водопроводом. Действовавший на их основе госпиталь сыграл большую роль во время летней эпидемии холеры 1915 года.

Как результат империалистической войны, в Гомель пришел еще один страшный убийца - грипп-"испанка". В 1919 году, в разгар гражданской войны, жертвами эпидемий в Гомельской губернии стало 30 000 человек. В связи с этим 1-я Советская больница была переименована в 1-ю Советскую "заразную", т.е. инфекционную, больницу, которая была расширена до 300 коек. Помощь больным здесь оказывалась бесплатно. Многие больницы были разграблены оккупантами. Как сообщает Михаил Абраменко, первая помощь из Минска для Мозыря состояла из пары халатов, 7 катушек ниток, 50 кружек.

От инфекционных болезней умирали как рядовые обыватели и красноармейцы, так и видные деятели. В 1919 году тиф убил Г. Повицкого, социал-демократа-меньшевика, члена Гомельской Директории УНР. От тифа умер и большевик Якубов, комиссар от рабочих-железнодорожников. В марте 1920 году в Гомеле в тифозной горячке сгорел Борис Волах, уполномоченный Народного комиссариата заграничной торговли на Западном фронте, в прошлом видный эсер-максималист, боевик, политкаторжанин.

В Гомеле была создана еще одна ЧК - Чрезвычайная комиссия по борьбе с эпидемиями. Многие медики погибли в борьбе с эпидемиями - врач из Житковичей Дмитрий Крейнес, бывший заведующий Мозырским уздравом Бабицкий. В 1920 году в Гомеле года был открыт первый в Беларуси Дом санитарного просвещения. К началу 1921 года с эпидемиями удалось более-менее справиться, и слово "заразная" было убрано из названия больницы, вновь ставшей просто "Первосоветской". В 1922 году в Гомеле начала работать первая во всем СССР санитарно-эпидемиологическая станция. Населению начали планово и бесплатно делать прививки от многих инфекций. Частные аптеки и кабинеты были постепенно национализированы.

Первосоветская больница

Если в 1920 году в Гомеле было более 7000 случаев тифа, то в 1930 - только 50. Удалось победить дизентерию, оспу и другие опасные инфекции, но вот скарлатина и дифтерит еще цеплялись за детей. В пойменных зарослях Сожа гнездилась малярия. А в июне 1933 года в Гомель вернулся тиф - им заболело около сотни железнодорожников и членов их семей. Заразились от беженцев с Украины, где разразился голод.

В годы немецкой оккупации в 1941-1944 годах в Гомельской области вновь вспыхнули эпидемии. Тем более что при наступлении Красной армии нацисты специально заразили гражданское население, преимущественно женщин и детей, согнанных в Озаричский лагерь, сыпным тифом. С расчетом на то, что при освобождении они станут своего рода живой "бактериологической бомбой", которая поразит красноармейцев.

Поэтому не случайно, что первая больница, открытая в Гомеле почти сразу после освобождения, 2 декабря 1943 года, была инфекционная - на 86 коек. В конце декабря начала работать 1-я Советская больница - тоже для приема инфекционных больных, на 100 мест. В том же месяце начала работать Гомельская санстанция, в местах скопления людей был установлен специальный санитарный режим и массово делались бесплатные прививки от оспы, брюшного тифа, дизентерии и дифтерии. Но летом 1944 года тиф сменила эпидемия малярии. В Ново-Белице была спешно открыта малярийная станция. Для борьбы с малярийной "лихоманкой" также осушались болота и чистились водоемы.

В 1946 году полесские районы Гомельщины накрыла эпидемия дифтерии. По воспоминаниям Владимира Пашука, его семья тогда отправилась в гости к бабушке, в деревню Голубицы. Соседская девочка сказала, что ее маленький братик умер. "От чего?" - "Хварэў-хварэў, да і памёр…". 3-летняя сестра Света поиграла с соседской девочкой, потом и у нее вдруг резко поднялась температура. Мать бросила все и на попутке помчалась с дочкой в Гомель. Диагноз - дифтерия. Лечение не помогало, и Света умирала. В отчаянии пригласили домой знакомого доктора - Ирину Львовну Карасик (девичья фамилия. - TUT.BY). Врач опаздывала на поезд, но согласилась прийти. Видя, что медикаменты не помогают, предложила родителям последнее, радикально "народное" средство - пробить дифтеритные пленки палочкой с тампоном. Родители согласились, и девочка была спасена. Да, и на поезд доктор успела добежать. Потом прошел слух, что врач умерла. Какова же была радость родителей Светы, когда через 12 лет, в 1958 году, они вдруг встретили свою спасительницу Ирину Львовну на гомельском вокзале.



В 1950-х годах медики Гомельщины смогли взять под контроль почти все наиболее опасные эпидемические заболевания. Победы над эпидемиями были бы невозможны без развития не только сферы здравоохранения, но и жилья, питания, образования населения. Знаменитый в свое время плакат "Мойте руки перед едой!" нанес бактериям, возможно, не меньший удар, чем изобретение антибиотиков.

Врачи 1-й Советской больницы на демонстрации

Наверное, одна из последних встреч гомельчан с холерой произошла в 1970 году, но она была заочной, и не на родине. В августе того года локальные вспышки холеры были отмечены в Астрахани и Одессе - в прошлом именно отсюда начинались вторжения эпидемии в Россию. Некоторым отдыхающим в Одессе семьям гомельчан "повезло" продлить свое пребывание на море - их отправили в карантин на теплоходы на одесском рейде. Тогда проявления холеры удалось без особых потерь локализовать. Но дурное имеет свойство возвращаться - в "лихие" 90-е годы, при развале здравоохранения, уже тысячи людей страдали от холеры на Кавказе и в Украине. В 2011 году холерная эпидемия снова нагрянула в Мариуполь.
-10%
-55%
-10%
-20%
-30%
-47%
0068422