/ / Фото: Александр Васюкович,

В столкновениях на юго-востоке Украины участвуют добровольцы из Беларуси. Мы предложили четырем бойцам, которые воюют по разные стороны конфликта, рассказать свою правду. Согласились двое, при этом оба выступают на одной стороне противостояния. Собеседники дали согласие рассказать истории на условиях анонимности.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
 
Белорусы, которые принимают участие в военных действиях в Украине, могут быть привлечены по статье 133 УК РБ – наемничество. Ответственности подлежат и те лица, которые занимаются вербовкой наших граждан для участия в противостоянии в Украине.

Статья 132. Уголовного кодекса РБ
Вербовка, обучение, финансирование и использование наемников
Вербовка, обучение, финансирование, иное материальное обеспечение и использование наемников для участия в вооруженных конфликтах или военных действиях – наказываются лишением свободы на срок от 7 до 15 лет.

Статья 133. Уголовного кодекса РБ
Наемничество
Участие на территории иностранного государства в вооруженных конфликтах, военных действиях лица, не входящего в состав вооруженных сил воюющих сторон и действующего в целях получения материального вознаграждения без уполномочия государства, гражданином которого оно является или на территории которого постоянно проживает (наемничество), – наказывается лишением свободы на срок от 3 до 7 лет с конфискацией имущества или без конфискации.
 

Жители Донбасса, которым бойцы раздавали продукты, их проклинали, но продукты все равно брали

Три месяца на войне. Два ранения. У нашего собеседника своя арифметика конфликта на юго-востоке Украины. Он родом из Беларуси, в 2004 году переехал в Киев, работал на СТО, в апреле этого года добровольцем отправился воевать на Донбасс. Парень просит сохранить анонимность и называть его Лесником (это его позывной). Лесник женат, воспитывает двухлетнего сына.

Доброволец рассказывает, что "никаких шансов изменить существующую в Беларуси систему не видел, она его не устраивала", поэтому и переехал жить в Киев. В событиях на Майдане с ноября прошлого года по февраль этого он не участвовал . "Это был выбор украинского народа", - объясняет он. Но после событий в Крыму, когда жители полуострова, по официально озвученным данным референдума, решили присоединиться к Российской Федерации, Лесник не выдержал.

- Я уезжал в страну, которая называлась Украина, и флаг у нее был желто-голубой. Хочу чтобы и дальше так было. События в Крыму показали, что Россия может эти символы быстро поменять, - высказывает мнение он.

В апреле этого года парень записался добровольцем в ряды Национальной гвардии Украины (одно из ее спецподразделений входит в батальон "Донбасс" - военное формирование добровольцев, появившееся весной этого года для противодействия формированиям Донецкой Народной Республики).

Он говорит, что родные о его выборе знали. Сначала относились к этому "крайне отрицательно, потом привыкли и смирились, затем поддерживали".

Около месяца он проходил подготовку в учебном центре Нацгвардии под Киевом. Там ребята бегали, стреляли, учились делать окопы, бросали гранаты.

Вместе с добровольцами обучение проходили солдаты внутренних войск, которые несколько месяцев назад разгоняли протестующих на Майдане. По словам Лесника, некоторые солдаты осуждали происходящее в стране, кто-то "рвался перейти в батальон "Донбасс":

- Но все они говорили, что всего того, чему нас учили, они не делали в течение года службы. То есть солдаты стреляли пару раз в год, мы стреляли больше ста раз в день.

После обучения Лесника направили на базу сил Антитеррористической операции (АТО) в город Изюм в Харьковской области. Также он воевал в Славянске, Артемовске, Попасном, Лисичанске, Марьинке, Иловайске.
 

Лесник был командиром штурмовой роты батальона "Донбасс" (третий батальон Нацгвардии Украины). В его подчинении было пятеро бойцов. По его словам, в батальоне собрались добровольцы практически из всех регионов Украины.

- Обычные люди - бизнесмены, страховые агенты, строители, юристы, музыканты, – описывает он.

Во всех батальонах, по его оценкам, было несколько десятков белорусов. Со стороны сепаратистов белорусы также были. Там, по его оценкам, белорусов больше сотни.

- Посмотрите внимательно кадры и фото из Донецка и Луганска: практически на всех захваченных зданиях висит красно-зеленый флаг (флаг Беларуси), - предлагает он, чтобы удостовериться в том, что белорусы воюют с обеих сторон конфликта.

Жили добровольцы в административных зданиях: детских садах, школах, РОВД, санаториях, пионерлагерях. Спали на полу, питались сухпайками. Экипировку в батальоне выдавали.

- Я был с самого начала, у меня было все (экипировка. – TUT.BY). Потом сразу в зону АТО приходили новобранцы, им экипировки не хватало. Свою каску, например, я отдал бойцу. Она ему потом во время взрыва жизнь спасла, - говорит он.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

С экипировкой также помогали местные, кто-то из бойцов за свои деньги покупал, например, "более удобный бронежилет".

- Распорядка дня у солдата на войне особо нет. В любое время дня и ночи - ждешь приказа, потом его выполняешь, – говорит Лесник и добавляет, что ошибочно думать, что "добровольческие батальоны - какие-то дикие банды, неизвестно откуда взявшие оружие, бегающие где попало, и стреляющие куда ни попадя".

- Но это вполне официальные воинские формирования, подчиняющиеся командованию сил АТО, с нормальной дисциплиной. Просто при наборе добровольцев на некоторые бюрократические формальности закрывают глаза, - отмечает он.

Собеседник вспоминает случай в Иловайске, когда из противников взяли пленного. По словам Лесника, им оказался военный из России 1993 года рождения. В 2013 году он принял присягу.

- Его спрашивают: "Зачем ты сюда пришел? С кем воевать? За что? Мы же говорим по-русски". Я вообще украинского не знаю, - рассказывает Лесник. По его словам, пленному было все равно "куда идти, в кого стрелять, с кем воевать, когда есть приказ и зарплата у рядового 30 000 российских рублей".

Лесник добавляет, что из танка у пленного вытащили его паспорт, военный билет, приказ министра обороны РФ, зарплатную карточку банка ВТБ. Это и стало для добровольцев доказательством того, что перед ними солдат из России. (Заметим, что официальная Москва опровергает участие России в конфликте на юго-востоке Украины. В данном случае TUT.BY передает слова собеседника, который утверждает, что был свидетелем произошедшего.)

Затем этого пленного поменяли на пленного из батальона. Обмениваться пленными идут добровольцы. Как правило, это командиры подразделений:

- Идет один переговорщик с белым флагом и договаривается. Иногда у кого-то не выдерживают нервы, начинают стрелять, с той стороны стреляют в ответ ... По-всякому бывает.

Лесник рассказывает, что местное население примерно в одинаковом соотношении поддерживало сепаратистов и выступающих за целостность Украины. Но абсолютно все хотели, чтобы война закончилась. При этом местные плохо ориентировались в том, какие именно военные формирования против кого воевали, и одинаково помогали и тем, и другим.

Парень говорит, что, как правило, сепаратисты все добровольческие батальоны с их стороны называют "карателями", представителей Нацгвардии - "нацгадами". К солдатам регулярной армии относятся нейтрально, так как считают, что "ребят насильно заставили". Но так как форма у всех перечисленных практически одинаковая, большинство местных жителей не отличают, например, Нацгвардию от регулярной армии.

- Бывали даже курьезные случаи. Люди, поддерживающие ДНР, говорили нам: "Вот вчера приходили "Днепр-1" (подразделение спецназначения МВД Украины), гады жуткие, но оно и понятно, они ж каратели, фашисты. Не то что вы, нормальные, хорошие, но вы же украинская армия". Так мы же вроде как еще хуже каратели - лютый батальон "Донбасс", звери просто, – отвечаем.

Лесник говорит, что на войне иная система ценностей, нежели в мирное время. Например, мародерство там не воспринимается как что-то из ряда вон выходящее:

- Это война. Вырвали БТРом решетку в магазине, взяли продуктов, остальное раздали на улице мирным жителям. Если ты сегодня не "ограбишь" магазин, то завтра умрешь от голода. Но такое было всего один раз в Лисичанске. Обычно это просто разрушенный взрывом магазин, который все равно разворуют за пару дней.

Собеседника удивляла реакция местных жителей, которым раздавали продукты из магазинов:

- Они берут и все равно тебя проклинают. А еще бывает, что женщина берет бутылку минералки, прячет в сумку и еще раз в очередь за водой становится.

Лесник отмечает, что его раздражают разговоры об обстреле жилых кварталов.

- Такого я ни разу не видел. Во всяком случае, с нашей стороны. Если идет бой в городе, то и те, и другие (военные формирования с обеих сторон конфликта. – TUT.BY) сидят не на Луне, а в жилых кварталах. И друг в друга стреляют, иногда попадают, иногда - нет. Никто специально по жилым кварталам не стреляет. Бывает, промазали, бывает, не туда скорректировали, - передает суть событий он.

По поводу объявляемых перемирий Лесник говорит, что "особо сути дела они не меняют":

- Перемирия - это тактический ход. Когда обе стороны сильно выдохлись и не могут дальше активно воевать. Чтобы закрепить этот статус, и объявляют перемирие. Ничего в стратегии они не меняют.

В Иловайске нашего собеседника ранило в голову и ногу разорвавшейся рядом ракетой из системы "Град". Там же ему и оказали первую медицинскую помощь, затем перевезли в армейский полевой госпиталь. Он находился в спортзале сельской школы. Из госпиталя раненых вывозили на отдельной машине с белым флагом и красным крестом. Эту машину, как и другие, которые ехали в колонне, расстреляли противники:

- Машина сгорела, личные вещи и боеприпасы тоже. Я остался в майке и с автоматом. Большинство ребят сдались в плен. Мы маленькой группой сдаваться отказались и выходили из окружения пешком. За четыре дня и 80 километров пути раны уже более или менее зажили. Потом в Днепропетровске пару дней меня еще подлечивали.
 
Две недели назад Лесник по решению командования батальона ушел на ротацию и выздоровление после ранения. Планов он пока не строит: занимается семьей, работой, помогает бойцам, попавшим в больницу и плен.
 

"Сегодня думаю о том, что одеваться уже надо теплее"

Второй наш собеседник назвался Лисом и рассказал о том, как попал в белорусский добровольческий отряд "Погоня", а оттуда в зону АТО в составе батальона "Азов". Лис много недель провел на протестующем Майдане, после вернулся к учебе, но летом понял, что должен помочь украинцам и на войне, а не только на митингах. 

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Сегодня он собирается снова на несколько недель поехать на восток Украины:

- Я не думаю о том, что могу погибнуть. Уверен, моя миссия в жизни - в другом, но пока я должен быть там. Вместе с тем, я понимаю, что Кремль может тот же сценарий повторить в родной Беларуси. На востоке Украины много моих друзей с Майдана, я должен им помочь. Ну и, как говорил один публицист, "чтобы зло победило, достаточно, чтобы добрые люди ничего не делали". Для себя я решил быть на стороне добра. 

Лис не знает обо всех участниках отряда, но в ребятах из своей группы, а это еще четверо белорусов, уверен на все 100%. Сейчас они продолжают находиться в зоне АТО, пока сам Лис в ротации. Но уже через несколько дней и наш герой вернется на войну. Лис уверен, что его помощь нужна на востоке Украины и во время официального перемирия. 
 
Постоянно находиться в зоне боевых действий Лис не может по семейным обстоятельствам. Для себя он решил, что может помочь украинцам в их борьбе за свободу на протяжении лета, но непосредственно "на войне" пробыл две недели летом, а перед этим проходил почти месячную подготовку неподалеку от Киева. Здесь его научили обращаться с оружием, копать окопы, укрываться от пуль. Прежде навыков военной подготовки у Лиса не было, но он возражает скептикам, которые говорят, что подготовить бойцов за несколько недель невозможно:

- Нас подготовили хорошо. Нашими тренерами были профессиональные военные. Поэтому я смело поехал на восток. Я попал в батальон "Азов", сначала мы принимали участие в защите аэропорта Мариуполя, а потом нас перекинули в укрепление одной из воинских частей. Там около недели мы ждали российские танки: копали окопы, тренировались, ели, спали. Почти обычная жизнь, только вокруг война. 
 
Больше всего Лис боялся попасть под артобстрел; на счастье, такая возможность ему и "не представилась". Самым страшным был для него момент, когда он отправился сопровождать боевую технику с одним автоматом и одним рожком к нему:
 
- Если бы начался бой, я бы с одним рожком не смог бы дать отпор. 30 патронов все же маловато. И это только моя ошибка: я шел из столовой, и мне сказали, что надо срочно выдвигаться, времени на сборы не было. 

Родные и самые близкие люди, по словам молодого человека, беспокоятся за него, но понимают, что не быть на юго-востоке Украины Лис не может. Вот и сегодня, собираясь фактически на войну, боец думает не о беспокойстве семьи и возможных боевых угрозах, а о теплой одежде:

- Сильно похолодало, надо и одеться теплее, и вещей с собой взять. Зима не за горами. Но я вернусь с войны, меня еще ждут и учеба, и путешествия, и много еще чего. Говорю так открыто с вами, потому что в Беларусь решил не возвращаться, пока не изменится политическая система. За границей для меня угроз нет, надеюсь, семью не станут тревожить, даже если поймут, что я - это я. 
{banner_819}{banner_825}
-10%
-10%
-50%