108 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Первый энергоблок БелАЭС включен в сеть
  2. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  3. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  4. На овсянке и честном слове. История Марины, которая пришла в зал в 33 — и попала в мировой топ пауэрлифтинга
  5. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  6. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  7. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  8. Синоптики объявили желтый уровень опасности на 9 марта
  9. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  10. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  11. «Я привыкла быть, как все. Но теперь это не так!». Как мы превратили читательницу в роковую красотку
  12. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  13. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  14. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  15. «Один роковой прыжок — и я парализован». История парня, который нырнул в воду и сломал позвоночник
  16. Акции в честь 8 Марта и заседание МОК по Беларуси. Онлайн дня
  17. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  18. Автозадачка с подвохом. Разберетесь ли вы в правилах остановки и стоянки на автомагистралях?
  19. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  20. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  21. Суды над студентами и «Я — политзаключенная». Что происходило в Беларуси и за ее пределами 7 марта
  22. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  23. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  24. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  25. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  26. Минздрав опубликовал свежую статистику по коронавирусу: снова 9 умерших
  27. «Белорусы готовы работать с рассвета до заката». Айтишницы — о работе и гендерных вопросах
  28. Минздрав опубликовал статистику по коронавирусу за прошлые сутки
  29. Оперная певица, которая троллит чиновников и силовиков. Кто такая Маргарита Левчук?
  30. Студентка из Франции снимала Минск в 1978-м. Показываем фото спустя 40 лет


/ фото автора,

"Внимание, пропал ребенок!". В Гомеле листовки с таким заголовком, фото и описанием внешности регулярно появляются на остановках, магазинах, стенах домов и фонарных столбах. Означает ли это "эпидемию" подростковых побегов? И в чем ее причины?

Акция памяти пропавших детей, организованная гомельским отделением Белоруской организации Красного Креста. Лето 2013 г.

"Не успеваем снимать листовки…"

На Гомельщине искать пропавших без вести милиции помогают участники неформального сообщества волонтеров "Симуран".

Координатор проекта Виктор Кудрявцев подтверждает, что в последнее время подростки, уходящие из дома, - одна из категорий "постоянных клиентов":

– Но какого-то обострения на самом деле нет. Есть несколько конкретных подростков, которые постоянно бегают, мы постоянно их ищем, распространяем информацию, и потому создается впечатление, будто идет целая волна.

Как бы там ни было, проблема заслуживает внимания. Даже если ее создают буквально трое подростков, настоящих имен и фамилий которых мы не станем называть по этическим соображениям.

В этой беспокойной компании присутствует и девушка. Но самое примечательное – ребята знакомы между собой и несколько раз убегали вместе.

– Доходит до курьезов, – рассказывает Кудрявцев. – Нам сообщают, что подросток нашелся, мы начинаем снимать листовки. Но не успеваем их убрать, как поступает информация – снова сбежал – можно не снимать…

Сколько подростку ни бегать…

В последний раз один из мальчишек и девушка, назовем ее Юлей, также сбежали тандемом.

Сперва из дома ушел парень и позвонил подруге – договорились встретиться. Пообщавшись, пришли к выводу, что "вместе весело шагать по просторам". Позже каким-то образом к ним примкнул парень из Могилева. Добрались до Минского района, где на какое-то время даже умудрились найти подработку – мойщиками машин…

Примечательно, что речь не идет о ребятах из неблагополучных семей. Их родители не злостные алкоголики, дети обеспечены необходимым, накормлены и одеты. Однако, очевидно, этого мало. Ведь что-то заставляет их уходить из дома снова и снова…

Ситуации в каждой внешне вполне приличной семье бывают разные. Да и поведение некоторых родственников подчас удивляет.

Поразила сестра одного мальчика, которого мы как-то разыскивали, – делится Виктор Кудрявцев. – Больше всего ее интересовало количество лайков, просмотров, перепостов информации в Сети, показы по телевидению. А оставленный ею комментарий под ориентировкой на сайте был в духе: мой брат стал звездой интернета!

Или вот: нашли одного мальчишку. За ним приезжает отец. Я между делом поинтересовался: а где мать, почему не приехала? Ответ меня шокировал: "Она пошла к косметологу".

Иногда при общении с родными чувствуется, что они сами чего-то недоговаривают. Чтобы скрыть собственные "косяки". А потом случайно проговариваются о том, что 11-летний мальчик таскал на себе 30 килограммов лома, чтобы сдать в приемный пункт. То есть, они это знали и ничего не делали. Это как – нормально?

Когда побеги повторяются раз за разом, реакция некоторых родителей меняется. Они привыкают и к очередному уходу чада начинают относиться с буддистским спокойствием. Мол, побегает и вернется – не впервой. Иногда даже заявления в милицию поступают через неделю. Мысль о том, что к тому моменту ребенка может не быть в живых, очевидно, уже не вызывает былых эмоций…

Координатор сообщества "Симуран" Виктор Кудрявцев


Бери смартфон – пошли в побег…

Предугадать подростковый побег – задача не из простых. Та же Юлия после первого возвращения вроде бы многое поняла и даже изъявила желание присоединиться к деятельности поисковиков-волонтеров. Но вскоре сбежала снова – в компании с другим парнем, который также ранее уходил из дома. Примечательно, что в периоды "семейной жизни" девушка исправно ходила в школу и даже становилась призером предметных олимпиад.

Заранее юные странники не готовятся: рюкзаков с провизией и одеждой не собирают. У кого-то есть личные деньги (или же им известно местонахождение домашней "кассы"). Подспорьем на первое время становятся дорогие телефоны, на покупку которых "раскручивают" родителей. Проданный за полцены мобильник помогает какое-то время не думать о хлебе.

Один из найденных в очередной раз беглецов рассказывал про неких "взрослых друзей", помогавших со всем необходимым. В другой раз пылкого юношу отыскали на подворье цыган. Поняв, что пришли за ним, он пытался укрыться на чердаке.

До бродяжничества в чистом виде у подростков, как правило, не доходит. Издержки вроде ночлега на бетонном полу общего балкона в одной из малосемеек – мелочь. Обычно умудряются надолго "зависать" у друзей с чересчур лояльными родителями, не докучающими расспросами: с чего вдруг приятель сына несколько суток не уходит ночевать к себе. 

Следует отдать должное и подростковой фантазии, направленной на то, чтобы вызвать сочувствие у тех, кто может приютить. В душещипательных рассказах фигурируют злобные родители-алкоголики (либо лежащие в больнице), жестокие избиения за малейшую провинность или, к примеру, отчим-насильник (реально несуществующий в природе).

Узнав о последнем, шокированные люди обратились в милицию. Тогда и выяснилось, что их несчастная гостья находится в розыске как пропавшая без вести.

Другой герой симурановских листовок блеснул оригинальностью, поведав историю о неких "челкастых". которые держали его взаперти и каждодневно пичкали психотропами. На поверку все оказалось выдумкой.

Акция памяти пропавших детей в Гомеле, организованная гомельским отделением Белоруской организации Красного Креста. Лето 2013 г.


"Они играются…"

– Что касается наших, гомельских "бегунков", в последнее время они стараются покинуть пределы города, – раскрывает тактику "постоянных клиентов" Виктор Кудрявцев. – У нас выработан определенный алгоритм, мы изучили их повадки и знаем, где нужно искать в первую очередь. Находим обычно в течение нескольких суток.

Один раз местонахождение удалось вычислить почти как в кино. По свежему фото, которое тинейджер выложил на своей странице в соцсети. В кадр попала часть здания. С помощью специальной программы волонтеры изучили снимок и установили, где эта улица, где этот дом…

К слову, влияние интернета и соцсетей в частности - один из ключевых факторов проблемы. Ребята сидят в "паутине" настолько плотно, что даже во время побегов остаются в онлайне. С интересом наблюдая за тем, как их ищут, отслеживают количество лайков, увлеченно читают комментарии.

Там же списываются с единомышленниками. Иногда через записи о том, что "никто меня не понимает, жизнь – дерьмо и вообще, я хочу вскрыть вены". Среди комментаторов вмиг находятся сочувствующие – те, у кого "такая же фигня". После чего договориться о совместном побеге – вопрос десятка сообщений.

– Мое мнение – они играются. Им это интересно, для них это – развлечение, – резюмирует активист "Симурана". – Им просто в кайф поиграть с милицией, с нами, волонтерами… О чем говорить, когда девушка, уходя в побег, пишет у себя на стене: милиционеры, далее цитировать не буду – ненормативная лексика… Смысл же такой, что ищите, ищите – не найдете.

Милиция работает с последствиями

Начальник отдела разыскной работы управления уголовного розыска УВД Гомельского облисполкома Олег Дегтяренко подтвердил – массового характера проблема не имеет:

– Это единичные случаи. Есть несколько подростков, которые и создают такую картину. Ни семьи, ни школы их контролировать не могут, ну а милиция уже работает с последствиями…

Каждый раз, когда поступает информация, мы направляем на розыск все силы. Это приоритет, ведь, как бы ни было, речь идет о несовершеннолетнем.

Что касается причин, каждый случай индивидуален, поэтому дать какие-то стандартные рекомендации сложно. Бывает, ссора с родителями, какой-то конфликт – к примеру, отец ударил за плохую оценку. Или же проблемы в самой школе.

Хотелось бы сказать и о последствиях. Это, прежде всего, постановка на учет в инспекции по делам несовершеннолетних с осуществлением дальнейшего контроля со стороны милиции и школы. Также проводятся проверки, и если есть основания, родители привлекаются к административной ответственности.

Кроме того, несколько таких подростков в настоящее время с согласия родителей находятся на психиатрическом обследовании. Возможно, поведение этих ребят связано с какими-то отклонениями, и с ними будут работать специалисты.


Уйти нельзя остаться

О сложностях возраста, формах самовыражения и жажде приключений, которые толкают подростков на побег, говорит и практикующий детский психолог Татьяна Морозова:

– Если уходы из дома происходят постоянно, то, скорее всего, имеет место расстройство поведения. В данном случае оно проявляется в склонности к бродяжничеству. С таким как раз и работают психиатры.

Касательно одноразовых уходов, как и в случае с демонстративными суицидальными попытками, можно говорить о стремлении привлечь внимание. В силу возраста подростки эгоцентричны – им кажется, что мир вращается вокруг них. Логика мышления примерно такова: раз меня не поняли, я уйду и все должны страдать.

Это может быть и формой мести родным. Или выплеском пассивной агрессии. Либо вовсе неудовлетворенной жаждой экстрима, приключений, которую необходимо как-то направить в нужное русло.

Налицо и эффект подражания. Ушел один подросток – его бросились искать, поднялся ажиотаж, кто-то другой считает, что это круто, и делает то же самое.

Говоря о рекомендациях родителям, отмечу – не существует какого-то чудодейственного лекарства, используя которое можно сразу решить проблему. Ведь и возникает она не в один момент, а назревает какое-то время. Причины стоит искать в микроклимате семьи.

Если между ребенком и родителями нет эмоциональной связи, доверительных отношений, не налажен диалог, произойти может всякое. Разговоры не должны сводиться исключительно к бытовым темам и строиться на постоянной критике и нравоучениях со стороны взрослого. Ребенок просто перестанет доверять.

У него должно быть пространство, в котором он сможет себя размещать – как личность. Должны быть какие-то обязанности, формирующие ответственность, а главное – чувство защищенности и того, что он является частью своей семьи. Все это в совокупности создает привязанность. Если же ее нет, то и дома, по большому счету, ничто не держит…

Другая крайность, способная спровоцировать уход, это гиперопека, чрезмерное окружение заботой и любовью. При том, что для периода в возрасте 16-17 лет вполне естественно стремление к самостоятельности, некоторое отстранение от родителей.

Когда же подростка "душат" любовью и указаниями, как и что нужно делать "для его же блага", чтобы уйти от этого, у него остается один способ - уйти физически.

Акция памяти пропавших детей в Гомеле. Лето 2013 г.

-30%
-30%
-70%
-27%
-20%
-15%
-10%
-10%
-10%
-10%