Сергей Крапивин,

95 лет назад, 26 января 1919 года, председатель белорусского советского правительства Змитер Жилунович вызвал телеграфом из Петрограда особый "белорусский коммунистический отряд". Зачем вдруг понадобились в Минске вооруженные земляки?..



Жил и творил в Петербурге-Петрограде-Ленинграде замечательный фотограф Виктор Булла - сын также знаменитого мастера светописи Карла Буллы. Советскую власть встретил с пониманием ситуации, отчего сохранил свое руководящее присутствие в старом отцовском ателье на Невском проспекте. Стал одним из создателей кино- и фотоленинианы, выступал в качестве фотографа Смольного. Весь мир знает его фотографию юных ленинцев в противогазах:



В конце января 1919 года Виктора Буллу с ассистентами отправили на значимую работу: съемка смотра так называемого Первого белорусского коммунистического отряда перед его убытием в Минск.


Отряд этот был создан в декабре 1918 года в Петрограде Белорусской секцией РКП(б) из белорусов-беженцев, моряков Балтийского флота и красноармейцев белорусского происхождения. Такое вот вооруженное землячество видавших виды людей… Отряд со своим штабом насчитывал около 200 человек, в том числе 90 большевиков. Командир отряда - А. Козодоев, комиссар - Г. Ковшилло (заведующий Петроградской секцией Белорусского национального комиссариата). Полагаю, что люди это были амбициозные ("мы - из революционного Питера!") и могли повлиять решительным образом на раскладку сил внутри минской партийной организации, которая насчитывала всего лишь около 400 членов.

Для колорита приведу фрагмент протокола заседания представителей Первой конференции белорусских секций РКП(б), состоявшегося 21 декабря 1918 года в Москве:

"Представитель Петроградской секции РКП (большевиков) тов. Устилович, давая краткий обзор партийной работы среди белорусов в Петрограде, указал, что Петроградская секция образовалась из левого крыла Белорусской социалистической громады. Хотя в первое время Секция количественно и не была сильной, но сразу же на ее долю выпала большая и ответственная работа, которая усиленно велась среди рабочих-белорусов Путиловского завода и др. Совместно с матросами Гельсингфорса Секция взяла на себя задачу по созданию Белорусского национального комиссариата. 

Во время похода Керенского на Петроград все силы белорусов были мобилизованы и принимали самое живое участие в борьбе с керенщиной. Был создан отряд, каковой взят в распоряжение Петроградской чрезвычайной комиссии и работает там до сего времени. Секцией же образовано и отделение Белорусского национального комиссариата в Петрограде после эвакуации Белнацкома в Москву. 15 декабря с. г. в Петрограде открыта школа первой и второй ступени, в которой теперь более 200 учащихся. Создан рабочий клуб. На Белоруссию Секцией послано три человека, послана также и литература. 

Как факт т. Устилович отмечает следующее: Секцией послан с литературой в Полоцк тов. Сосно; подъезжая к Полоцку, т. Сосно заметил, что в вагоне несколько человек устроило пьянство и разгул. Как оказалось, пьянствовали полоцкие комиссары; выяснилось, что они занимаются не только пьянством, но и спекуляцией. Командированный Секцией на Белоруссию т. Ковшило весьма успешно провел митинги в Витебске и Могилеве, где собралось до 10 000 человек (в городском театре). В Смоленске т. Ковшило встретил недружелюбный прием со стороны руководителей Областного комитета партии. Петроградской секцией устроен был ряд митингов в Кронштадте среди моряков. Издается "Чырвоны шлях" и "Белорусская крыница", которые с 1 января решено объединить в один партийный орган. <…>

Представитель Тамбовской секции тов. Ханин в своей информации указал, что в окрестных деревнях Тамбова организовано до 60 коммунистов-белорусов и до 100 сочувствующих. Почти во всех учреждениях Тамбова ответственные места занимают белорусы, так что если бы все белорусы выехали для работы на Белоруссию, то в Тамбове и губернии Советская власть очутилась бы в самом критическом положении, без работников. Тов. Драко-Дракон отметил, что Тамбов был освобожден от белогвардейцев почти исключительно белорусами. Обилие политических работников-белорусов объясняется тем, что при занятии немецкими войсками Минской губ. и эвакуации в Смоленск Облискомзапа последний пошел вразрез с белорусами-коммунистами, работавшими в Минске, и поэтому им пришлось переброситься в Тамбовскую губернию. Тов. Драко-Дракон выражает пожелание, чтобы белорусы-коммунисты сплотились, двинули свои силы на Белоруссию и стали на месте Облискомзапа". (Цитируется по изданию: Михутина И.В. К вопросу о провозглашении Советской Социалистической Республики Белоруссии // Славяноведение. 2008. № 4)
…В январе 1919 года Виктор Булла сделал в Петрограде великолепные фотографии Первого белорусского коммунистического отряда (для этой публикации я пользуюсь экземпляром, который по заказу выпускника истфака ЛГУ Виталия Скалабана был отпечатан с оригинального негатива-фотопластинки). Снимки по причине их общей революционной колоритности регулярно использовали в академических и популярных трудах по белорусской советской истории.

Но вот незадача: если сообщать подробности об отряде Ковшилло, то неизбежно придется трактовать его как третью силу, которая попыталась вмешаться в жестокую борьбу между группировками Жилуновича-Червякова и Мясникова-Кнорина в руководстве ССРБ. Надо говорить и о том, что при трансформации ССРБ в Литбел белорусско-коммунистическую группировку ужасно наказали: председателя первого белорусского советского правительства Жилуновича не избрали в состав нового ЦИК, а членов правительства Дыло, Фальского и Шантыра арестовали.

Поэтому подписи к снимкам Буллы делали куцыми, а иногда и вовсе фантастическими. Например, на странице 293-й труда "История Минска" (Издательство Академии наук БССР. Мн., 1957) всем известная фотография отнесена к событиям аж 1920 года и подписана так: "Группа участников освобождения Минска от белополяков из разведроты 51-й стрелковой бригады 17-й стрелковой дивизии".



Ну да, особенно похожи на бойцов разведроты пишбарышня с меховой муфтой и гражданин в инженерской фуражке с молоточками:



Далее приведу цитату из небольшой, но емкой исторической работы "Деятельность белорусов Москвы и Петрограда по решению белорусского вопроса: согласованность или соперничество? Взгляд через призму лидеров (1918-1919 гг.)" (С.А. Синяк, БГУ):

"18 января 1919 г. состоялось общее собрание Петроградской белорусской секции РКП(б). С докладами о политическом положении в Беларуси выступили сотрудник Петроградского отделения Белнацкома Е.С. Канчер и Г.Г. Ковшилло. Выступления оголили суть отношений Москвы и Петрограда как центров белорусского национального движения. В своем выступлении Е.С. Канчер прямо заявил, что есть "политическая игра" с тремя игроками, тремя факторами, среди которых Облискомзап, Белнацком в Москве, "где были Жилунович и Червяков и другие, которые хотя и коммунисты, но и националисты" и "третий фактор это — мы петроградцы белорусы, хотим и вершим решение вопроса о создании Советской Социалистической Белоруссии, и если мы перенесемся работать в Минск, мы увидим, что надо осуществить третий фактор"…

Г.Г. Ковшилло в своем выступлении пошел еще дальше, предъявив правительству Жилуновича самые серьезные по тем временам обвинения. Говоря о правительстве, он провел параллель с режимом гетмана Скоропадского, который "не признавал вождей пролетариата, а делал по-своему", назвал правительство "дуалистическим", "не белорусами", наконец, применил по отношению к членам правительства слово "правители", употреблявшееся в политическом дискурсе по отношению к антисоветским кабинетам, в частности, к Раде Белорусской Народной Республики.

Очевидно, что непосредственным поводом для такого обостренного обсуждения послужило объявление о поспешном созыве Всебелорусского съезда Советов. Петроградские активисты, таким образом, еще не успев переехать в Беларусь, практически теряли шансы на активное участие в политической жизни республики, тем более — быть избранными в ЦИК. Не зная, что группа Д.Ф. Жилуновича не имеет никакого отношения к решению о скором созыве съезда, и, указывая, что белорусское правительство еще не обрело прочную опору среди населения, Г.Г. Ковшилло призвал к крайней мере — военному решению вопроса: "Мы так больше не должны оставаться без внимания … мы должны идти по пути военного шага при помощи батальонов и действовать при помощи штыков". В этой связи становится понятным стремление Г.Г. Ковшилло как можно быстрее отправить сформированный им Первый белорусский коммунистический отряд в Беларусь. Задача отряда состояла не только в вооруженном сопротивлении на польском фронте, но и, в первую очередь, в осуществлении государственного переворота…"
Разумеется, не мог не знать Жилунович про амбиции Ковшилло. И тем не менее вызвал его отряд из Петрограда в Минск — "в распоряжение правительства". Мотивация? А, похоже, как в песне Саши и Сирожы "Паскуда":

"Вот братан из Сибири приедет - нафиг спалим эный притон".

Вот приедут грозные братаны-белорусы из самого Питера и спалят притон Мясникова-Калмановича-Кнорина!

У враждебного Жилуновичу партийного вождя Мясникова был под рукой председатель ЧКБел Яркин с его интернациональным спецназом. И, похоже, такую же личную гвардию надеялся заиметь Жилунович. Но - не получилось.

Отряд Ковшилло и Жилуновича не выручил, и "третьей силой" не стал. Питерские белорусы пошли служить в Минскую ЧК, в партийные и советские органы. Мне почему-то кажется, что в ЧК особенно пригодились вот эти братишки:



В первых числах февраля 1919 года в Минске на съезде Советов, который провел специально прибывший Свердлов, состоялся разгром белорусского национал-большевизма. Газета "Звезда", в честь которой назван проспект в современном Минске, злорадно писала 5 февраля в редакционной статье "К итогам съезда Советов Белоруссии":

"Съезд подтвердил, что потуги белорусской националистической интеллигенции к созданию "своего" белорусского языка, "своей" национальной культуры напрасны. Делегаты с мест, представители белорусского крестьянства заявили, что они не понимают того языка, на котором пишут по-белорусски писатели из "Дзянницы", что этот язык менее понятен белорусским массам, чем литературный русский язык. Пусть примут это к сведению белорусские писатели".

Наспех сконструированная республика, годовщину которой у нас любят отмечать и считают дату 1 января 1919 года началом белорусской государственности, исчезла спустя всего месяц после своего провозглашения.

На всю эту возню с усмешкой поглядывал командированный в Минск мудрый уполномоченный ЦК РКП(б) Иоффе и отписывал в Москву председателю Высшего совета народного хозяйства Рыкову: "Шлю Вам пожелание всех благ, а если хотите, пришлю и гуся".

Очередной выпуск сериала "Демисезон-1919" в воскресенье 2 февраля 2014 г. будет посвящен обстоятельствам, при которых в газете "Звезда" 2 февраля 1919 г. была опубликована большая статья "Проституция".

Читайте также:

Демисезон-1919. Социалистический трансфер в капиталистическую "Европу" >>>
Демисезон-1919. Правительственное постановление № 1 >>>
Демисезон-1919. Красные тараканы на кухне "Европы" >>>
Демисезон-1919. "Система ниппель" комиссара Калмановича >>> 
-10%
-30%
-20%
-10%
-30%
-45%
-10%
-10%