/

Встретить Новый год в приемнике-распределителе на Окрестина, в инфекционной больнице и ночлежке для дальнобойщиков… В жизни всякое бывает. TUT.BY нашел пять историй порой ужасного, приключенческого, но всегда ни на что не похожего Нового года.
 

"Из туалетной бумаги сделали гирлянды, из хлеба - снеговика, а сам Новый год отметили соком, белым хлебом и шоколадкой"

Александр Костевич, оценщик стоимости транспорта и оборудования, 2011 год встретил в приемнике-распределителе на Окрестина в Минске. 19 декабря 2010 года он участвовал в акции протеста, после того как завершилось голосование в рамках президентских выборов. С площади его забрали на Окрестина, а затем дали 15 суток ареста. Тюрьму парень покинул 3 января.

- В камере нас было шесть человек. Всех забрали во время митинга. Я на тот момент был студентом 5-го курса строительного факультета БНТУ, также среди нас был студент-заочник, студент-очник БГУИРа, преподаватель философии в БГУ, садовник, который практически все 15 суток ареста голодал, пенсионер из Слонима, который приехал в Минск поддержать своего кандидата.

Чтобы как-то украсить камеру к 31 декабря, мы сделали гирлянды из разноцветной туалетной бумаги, вспомнив детсадовское и школьное время. Еще сделали снежинки и приклеили их на окно. Один из парней из двухлитровой пластиковой бутылки соорудил новогоднюю елку. Где-то отковырял гвоздь, им надрезал бутылку полосами - и получилась пушистая ель. Я слепил из хлеба снеговика. В итоге из новогодней атрибутики у нас были снеговик, елка и гирлянды.

Сначала родным и близким можно было нам передавать фрукты и шоколадки, но ближе к Новому году этот поток иссякал. Я знаю, что мне отец передавал шоколадку, но она до меня не дошла. У меня 31 декабря оставался шоколадный батончик Lion, у кого-то были половина шоколадки или целая. Вместо торта мы использовали белый хлеб, который нам давали на обед. Часов в камере не было, поэтому когда мы в новогоднюю ночь услышали звук фейерверков, открыли шоколадки, налили себе сока и сказали тост. В нем мы поздравили себя, пожелали добра врагам и друзьям.

Почему я вышел на площадь 19 декабря? Мне было интересно все увидеть своими глазами. Одно дело прочесть об этом в государственных или оппозиционных СМИ, другое – увидеть самому. Я не имею в виду, что таким образом хотел испытать дубинку омоновца или посмотреть, как выносили дверь в ЦИК, цели свергнуть власть у меня тоже не было. Это была первая акция протеста, в которой я участвовал.

Когда шел с другими людьми маршем с Октябрьской площади на площадь Ленина, я понимал, что народ воодушевлен тем, что в кои-то веки их собралось много (по разным оценкам от 10 до 40 тысяч человек. – TUT.BY). На площади Независимости я понимал, что среди оппозиции нет лидера, который мог бы повести за собой еще больше людей. Все говорили стандартные фразы, чтобы как можно больше оскорбить и выявить негативные стороны политики Лукашенко. Говорилось, что нет честных выборов, предлагалось пройти в ЦИК и пересчитать голоса, провести честные выборы. Призыв - дело хорошее, но он не звучал по-особенному. Сначала люди просто стояли около памятника Ленину, затем кто-то предложил выстроиться коридором с двух сторон, чтобы кандидаты в президенты пошли на переговоры в ЦИК. Когда кто-то начал "бомбить" стекла и двери Дома правительства - как мне кажется, это были засланные казачки - я стоял недалеко от внутреннего дворика и слышал, как люди возмущенно кричали: "Что вы делаете, гады?"

Собственно, на внутреннем дворике меня и забрали. Когда объявили приговор, в первую очередь мелькнула мысль насчет того, что Новый год придется встретить за решеткой. Хотя были планы с друзьями отметить праздник на даче недалеко от Гродно. Но друзья в знак солидарности со мной в тот год вместе не собирались.
 
Я не могу сказать, что это был ужасный Новый год. Скорее, он был запоминающийся. Со мной вместе в камере сидели хорошие люди.

В тюрьме я многое осознал. Там понимаешь отношение властей к людям. Посмотрел на оппозицию, которая решает свои задачи, а потом народ на произвол отпускает. Жаль близких людей и друзей, которые за меня волновались. Особенно, волновалась мама. Так как 16 декабря мне сняли гипс с плеча после операции, и мама переживала, что на площади дубинками махали и могли снова плечо повредить.

Полученный опыт никак негативно на мне не отразился. Из университета меня не отчислили, из общежития не выгнали, правда, к одному зачету не допустили, и в итоге я полгода не получал стипендию. Но это мелочи.

Еще я посмотрел на порядки в тюрьме. До суда нас держали в камере, где были двухъярусные кровати, матрасы и одеяла, туалет, стол. После приговора перевели в старый корпус. Там были деревянные нары, никаких одеял и матрасов. Как пришел в куртке, так и сидел. Если люди передавали теплые вещи, на себя их надевали или под себя подстилали, чтобы было мягко спать.
 
3 января я вышел. Нас встречали активисты из "Весны" (правозащитный центр. – TUT.BY), корреспонденты, люди предлагали чай и кофе. БНФ оплатили счет за питание на Окрестина (по воспоминаниям Александра, 98 тысяч рублей. – TUT.BY) и дали еще сто тысяч на оздоровление. "Весна" оплатила услуги моего адвоката. Это порядка 700 тысяч рублей. Незнакомый человек, работающий в государственной компании, на своей машине меня отвез с вещами к общежитию.
 

“Падзеі развіваліся, як у кіно: пажарныя мітусяцца, шыфер на лазні гарыць і страляе”

Воля Кузьміч, ілюстратарка, сузаснавальніца Generation.by, традыцыйна Новы год святкуе з сябрамі за горадам. Некалькі гадоў таму яны прыгледзелі файны дом у арэнду пад Лепелем на беразе возера з асобным домікам-лазняй. Там яна з сябрамі сустракала 2010 год. Адзначыць надыход 2011 года кампаніяй каля 15 чалавек таксама паехалі туды.

- Мы літаральна ўцяклі з ахопленага рэпрэсіямі пасля 19 снежня Менску ў гэту хату на хутары. Свята было ў разгары, калі мы патэлефанавалі ўладальніку дома і папрасілі даслаць каго-небудь натапіць лазню. У яго таксама свята было ў разгары, і ён сказаў, што панаехалі гарадскія, ужо лазню натапіць не могуць. Мы зразумелі, што гэта быў выклік, які мы сустрэлі годна. Мы ж дзеўкі і хлопцы, узгадаваныя хто на Палескіх балотах, хто у Налібоцкай пушчы, натапілі лазню самі. Папарыліся, затым усё затушылі, а ўначы яшчэ раз схадзілі праверыць, ці ўсё там пагасла.
 
Фото предоставлено героем материала
Сядзіба, якую арэндавалі Воля і яе сябры
Фота: Юрый Сідун

Раніцай прачнуліся ад грукату ў дзверы. У вакне ўбачылі лёгкі дымок з лазні, які імкліва ператвараўся ў клубы дыму.
 
Фото предоставлено героем материала
Імкліва гарыць лазня
Фота: Юрый Сідун
 
Мы кінуліся туды і выклікалі пажарных. Нягледзячы на непраходныя сумёты снегу і раніцу 1 студзеня, яны прыехалі хутка. Далей падзеі развіваліся, як у кіно: пажарныя мітусяцца, шыфер на лазні гарыць і страляе з грукатам, нібы салют. Лічаныя хвіліны - і полымя ахапіла дах. Гаспадар, які таксама прыехаў, трымаўся за галаву. А мы, прыціснуўшыся адзін да аднаго купкаю, нібы птушаняты, моўчкі назіралі побач. Па гарачых слядах адзін з пажарных правёў міні-расследаванне прычынаў пажару. Аказалася, што полымя ўспыхнула праз няправільна пабудаваную лазню. У абшыўцы выкарысталі нейкі пажаранебяспечны матэрыял, таму рана ці позна такое б здарылася. Гаспадару за гэта выпісалі штраф. Віна ў тым, што частка лазні згарэла, была не нашая, але ўсё адно ахінула няёмкае пачуццё. Мы падтрымалі гаспадара, як маглі, далі яму нейкія грошы, склалі рэчы, салаты і паехалі працягваць свята ... ў прыдарожным кафэ на трасе, дзе і паснедалі.
 
Фото предоставлено героем материала
Пажарныя тушаць лазню
Фота: Юрый Сідун

Кажуць, як год сустрэнеш - так і правядзеш. Так ярка і з усім наборам супярэчлівых пачуццяў мы сустрэлі 2011 год, год масавых затрыманняў грамадскіх актывістаў, эканамічнага крызісу, вулічных акцыяў з апладысментамі і шэрагам асабістых дасягненняў і выпрабаванняў. Цяпер той Новы год прыгадваецца, як прыгодніцкі, адрэналінавы, супярэчлівы і адназначна незвычайны.
 

"Поўная адсутнасць алкаголю, рэлігійныя гульні і малітва, каб завялася машына" 

Журналіст Аляксей Мінчонак 2004 год сустракаў у кампаніі пратэстантаў. Тое свята ён не лічыць для сябе жахлівым. Кажа, што гэта быў цікавы досвед.
 
- Я вучыўся ва ўніверсітэце і мне падабалася дзяўчына на год маладзейшая за мяне. Яна прапанавала сустрэць свята з ёй і сябрамі. Натуральна, пагадзіўся. Калі табе робіць прапанову сустрэць Новы год дзяўчына, ты гэта пазітыўна ўспрымаеш.

Мы паехалі ў катэдж за Менскам. Здаецца, гэта быў дом яе бацькоў. Там было чалавек 20-30 яе сяброў - і ўсе, у тым ліку яна, пратэстанты. Першае, што было для мяне дзіўна, так як я ніколі не сутыкаўся з пратэстантамі, поўная адсутнасць алкаголю. У нейкі момант да мяне падышоў хлапец і запытаўся: “Слухай, ты, можа, піва хочаш?” Я кажу: “ Ну, можна, не адмовіўся бы”. Апынулася, што ў яго аналагічная з маёй гісторыя, але ён аказаўся разумнейшы і ўзяў з сабой піва. Праўда, таго піва было толькі дзве баначкі, таму моцна не зрабіла надвор’я.
 
Тэлевізара ў хаце не было наўмысна, таму што пратэстанты адмаўляюцца ад яго. Пра тое, што наступіў Новы год мы даведаліся праз радыё. Я не адразу нават зразумеў, што ўжо Новы год наступіў.
 
Таксама на свяце людзі гулялі ў нейкія гульні. Шмат з іх былі скіраваныя ў рэлігійную тэматыку.
 
Раніцай 1 студзеня, калі трэба было з’язджаць, апынулася, што ўсе машыны замерзлі і ні адна з іх не заводзілася. Мы спрабавалі іх завесці. Памятаю момант, калі зайшоў ў хату сугрэцца, а людзі маліліся за тое, каб машыны завяліся. У пратэстантаў такі стыль малітвы, што яны проста звяртаюцца да Бога і просяць, каб дапамог. У мяне быў лёгкі шок, таму што такія малітвы для мяне троху нязвыклыя. Але гэта спрацавала, машыны завяліся і мы з’ехалі.
 
Не скажу, што незадаволены з гэтага Новага года. Я даведаўся, што ёсць людзі, якія прытрымліваюцца пратэстантызму, у іх ёсць свая традыцыя і рытуалы. Гэта, па-мойму, карысна. Каб я адзначаў Новы год з сябрамі, то мы, хутчэй за ўсё б, напіліся і пайшлі гуляць па горадзе. І не ведаю, што магло б здарыцца. А так я быў у поўнай бяспецы, і для здароўя ніякіх стратаў не было.
 

"В полдвенадцатого нашу дверь беспардонно открыл сторож"

Журналист TUT.BY Снежана Инанец поделилась новогодней историей из юности. Одиннадцать лет назад она вместе с родителями, сестрой, братом и его дочерью ехала встречать праздник из Волгоградской области к бабушке в Минск на старых "жигулях". По дороге их застала метель, а машина неоднократно ломалась.

- 31 декабря по дороге в Минск нам пришлось остановиться в Липецкой области в придорожном кафе "Русь", чтобы починить машину. Папа с братом занялись ремонтом, а мы с сестрой сидели в кафе и ели картошку.

Когда родители поняли, что уже ничего не починят, спросили у сотрудников кафе, где можно переночевать. Добрый администратор предложил ночлежку для дальнобойщиков. В ней ночью должен был находиться только сторож.

Ночлежка представляла собой одноэтажное здание, комнаты в ней не закрывались. Мы практически уже спали, когда в полдвенадцатого нашу дверь беспардонно открыл сторож и, как нам показалось, пришел "со злом". Но он негодовал, что мы не празднуем Новый год, сказал, что у него есть радио, а жена дала салат "Оливье" и мандарины и пригласил к себе. Отмечали мы праздник в его подсобке.

Утром 1 января родители починили машину. В следующий раз она сломалась уже в Беларуси, не доехав несколько километров до деревни Дулебы в Березинском районе Минской области. "Жигули" просто остановились на трассе. Но, к счастью, в этой деревне у дяди жили родственники. Мы остановили трактор, который дотащил нас вместе с машиной к ним домой. Там мы и оставили машину. К бабушке в Минск уже добирались на общественном транспорте, а "жигули" позже отец забрал и починил.
 

“Два года подряд на Новый год попадала в больницу”

Молодая мама Анна Гусак новый 2012 год встретила с двухлетним ребенком в Городской детской инфекционной клинической больнице. После чего Нового года даже стала немного побаиваться. В 2013 году 1 января Анна попала в больницу с аппендицитом…
 
- В декабре 2011 года мы готовились встретить Новый год дома. Нарядили елку, приготовили разные вкусняшки. 31 декабря у ребенка поднялась температура и стало тошнить. После обеда скорая забрала нас в инфекционную больницу. Ребенку поставили диагноз ларинготрахеит. Муж приехал к нам вечером, привез для меня вкусности, постоял у окна с бенгальским огнем, потому что посторонних в больницу не пускают, и уехал.
 
Вечером мы посмотрели с ребенком фильм "Один дома". Окна нашей палаты выходили в сад, где огоньками украшены деревья. Мы посмотрели на них, затем на фейерверки, которые запускали люди, и легли спать. Для меня как такового праздника не было.
 
1 января были больничные процедуры. Я ожидала, что медсестра придет и поздравит, но было все буднично, даже улыбок у докторов на лице не было. Но я понимаю, что у них дежурство, и 1 января не до улыбок. В этот день мы уехали домой под расписку. Приступ ребенку сняли, из лечения были отхаркивающие сиропы, поэтому я решила, что могу это все делать дома.
 
В следующем году 31 декабря заболела я. Всю ночь пролежала дома с мыслью не попасть в больницу. 1 января уже вызывали скорую и в этот же день мне удалили аппендицит. После операции в больнице пролежала несколько недель.