/

Акушер-гинеколог Лидия Козорезова, как она выражается, в органах уже 56 лет. В свои 82 года она продолжает вести прием в обычной поликлинике, бегает по театрам, путешествует по Беларуси и за границей, смотрит за двухлетней правнучкой. В канун Дня акушерки (5 мая) корреспондент TUT.BY пообщался с ней о путешествиях, женщинах, родах, абортах и … шнурках.



Свободной от стремительных хлопот мы застали Лидию Козорезову в санатории "Ислочь", куда она сбежала от целой кучи повседневных забот. На губах – красная помада, причем красится Лидия Леонидовна не глядя в зеркало. "А что там хорошего увидишь", - смеется. В Минск из санатория она планирует завтра заскочить на педикюр.

"Ну, конечно, если хотите написать про акушерок, то это не совсем ко мне, - говорит Лидия Леонидовна. - Я акушер-гинеколог. Но зато я человек, который задержался в органах на 56 лет, - это редкость. Как в 1956 году закончила институт и пошла в органы, до сих пор в них. И все это время, естественно, рука об руку с акушеркой". Акушерка – правая рука гинеколога, от нее во многом зависит работа врача, говорит Лидия Козорезова и вспоминает своих верных помощниц: с одной акушеркой, Полиной, Лидия Леонидовна работала аж 35 лет, с другой, Валей, тоже уже немало – лет 10.

Выпуск Минского мединститута 1956 года. 2001 - встреча через 45 лет.

"Жизнь и раньше, и сейчас держится на женщине, - рассуждает Лидия Козорезова за кофе с печеньем. - Женщин и по числу больше, хотя рождается всегда больше мальчиков. Мужчины - слабый пол, как говорим мы, гинекологи. Ну а вся жизнь женщины связана с гинекологом и акушеркой: с самого рождения и потом, лет с 13 и до глубокой старости: обследования, беременности, роды или проблемы какие".

И среди гинекологов, говорит Лидия Козорезова, 95% женщин. "Я считаю, что это хорошо: нечего мужикам лезть в наши органы".

Женщины стали и слабее, и сильнее одновременно

За смену через Лидию Козорезову "проходит" около 35 женщин. "В этом плане в стационаре работать легче (Лидия Леонидовна работала и в роддоме. — TUT.BY). Там женщина хоть на три дня после родов задерживается".

Представительницы прекрасного пола стали больше болеть, говорит гинеколог, теперь у них больше патологий. Поэтому и больные детки рождаются чаще. "Мы отмечаем флажками на карточках тяжесть состояния мамы. Самое тяжелое – 10 баллов. Без баллов сегодня карточек нет – или горло или кишечник - что-нибудь есть". И это нельзя списывать только на лучшую диагностику.

Онкологии теперь много, особенно у женщин 50-70 лет. Интересно, что гинекологи даже сами выезжают к женщинам, особенно в возрасте, с инвалидностью. И обязательная процедура – мазки на онкологию.

И абортов сегодня много. В основном, их делают женщины, у которых неблагополучные семьи — пьющие, безденежные. А благополучных, по наблюдению Лидии Леонидовны, - процентов 10: тех хороших семей, где на мужчину можно положиться, и не слишком туго с деньгами.

К сожалению, чаще женщинам приходится рассчитывать на себя, вздыхает Лидия Козорезова, "об этом они сами нам рассказывают". Наверное, потому стали более выносливы: сами тянут хозяйство, деньги зарабатывают, детей воспитывают – успевают все. "И если она дома выносливая, то и роды, к примеру, переносит терпеливо. Изнеженных теперь мало. Даже 16-17-летние девушки, которые, возможно, еще вчера бегали по дискотекам, забеременев, очень серьезно относятся к вынашиванию ребенка. И сохраняют беременность сегодня больше женщин".

Вспомнилось и о белье. "Мой приятель-гинеколог, который работал в роддоме, долгое время думал, что женское белье бывает только белым. Но теперь все по-другому: не трусы – одна символика (имеются в виду стринги. - TUT.BY). Я и своей внучке говорю: "Ты опять в шнурках?".

"82 года! Какой черт меня заставляет работать?"

Еще школьницей Лидия знала, что будет гинекологом. "Моя мама была заведующей кафедрой Мединститута, эпидемиолог. Мы росли после войны в самом помещении Мединститута: маму угнали в Германию, потом она вернулась, и жить было негде. Я "варилась" среди медиков, знала все специальности. Вот гинекология нравилась, и никогда никем больше не хотела работать".


"Муж был нейрохирург. Я говорю: "нервный хирург – до двух не говори", и всегда спорил со мной: "Что ты носишься со своими гинекологами?". - А мне вот нравится профессия", - рассказывает она.

Лидию Леонидовну даже не раздражают определенные ароматы, которыми сопровождают некоторые приемы - "ну, я выбрала такую работу". Только вот грязных ног она не терпит. "Я же тоже человек. На прием часто привозят дам, лишенных родительских прав, которых потом в "каталажку" сажают – ведь, если она беременна, не имеют права туда забирать. Хорошо им – ни талона не надо, ни в очереди стоять. Я милиционерам говорю, чтобы сразу везли домой, пускай приводят себя в порядок. Бывает, после таких кабинет кварцуем".

Всю Европу и даже Америку

Лидия Леонидовна встает в 7 утра, в 8 она уже "в органах", потом бежит по магазинам, гуляет с двухлетней правнучкой Машкой, а в 9 часов принимается за приготовление еды на завтра - "что-нибудь поедим" ее не устраивает.

Дома хлопот всегда хватает. Поэтому сейчас, приехав в санаторий, Лидия Козорезова и процедур не хочет – почитать бы да отдохнуть.

Но цейтнот в обычной жизни не мешает ходить по театрам и балетам: "Театры – ого! Балет Эйфмана и Ванесса Мэй - никак без меня!" Чтобы везде успеть, культурные походы она обдумывает за месяц. А поездки, которые Лидия Леонидовна любит непременно, планирует за год.

Женщина объездила всю Беларусь ("Вот сейчас опять в Жировичи еду"), Европу и даже Америку.

"Причем я знаю только “Thank you very much”, “Excuse me”, “I don’t speak English” (“большое спасибо”, “извините”, “я не говорю по-английски”. - TUT.BY). С этим “знанием” языка я была везде: с побережья до побережья. Потому что в Калифорнии у меня – племянник, приятель-гинеколог – в Бостоне, школьная подруга – в Ричмонде". А вскорости Лидия Леонидовна собирается к родственникам в Мексику.

А в Европу она наведывается с автобусными экскурсиями одной и той же туристической компании. "Молодежь жалуется, что ноги затекли – так я говорю, что "оттекут" дома. В Англию автобусом ездила – 3 тысячи километров! Причем езжу все время через Париж – я уже могу быть гидом". Туристы  просятся с ней по маршруту, но нужно выполнять единственное условие – "ни в один магазин!". "Одежду тут покупаю, мои сувениры – брелоки и магниты на холодильник. Я езжу на людей посмотреть, и только с дамской сумкой".



Спрашиваю про зарплату, ведь не секрет, что медики деньги лопатой не гребут. "Зарплата совсем низкая. У меня зарплата 3,5 миллиона. Это с 56 годами стажа! И 2 миллиона пенсии".

"Я не миллионер. Знаю, что могу себе позволить, а что - нет, - показывает на одежду. - Все покупаю на рынке, готовлю, поэтому деньги у меня есть всегда".

- Но как удается столько путешествовать? Как вы изыскиваете возможности?

- Рассказываю. Когда мы получали с мужем после окончания института по 70 рублей (я тогда работала в роддоме), то я каждый месяц шла в сберкассу и откладывала 10 рублей. Проходил год – у меня были на путевку деньги. То же самое сейчас: пенсию получила – отложила, в месяц – 100 долларов. На одну поездку в год хватает. Я привыкла все рассчитать, поэтому у меня всегда есть деньги. Акушерка хочет купить кофточку и знает, что можно у меня занять. Причем часто одалживают всякие богатые – у них никогда нет денег.

Все дело в практичном характере ("копеечка к копеечке") и еще в отсутствии зависти к другим.

Характер у Лидии Леонидовны хорош не только в плане экономности и расчетливости. У нее отличное чувство юмора (как в разговоре с ней – не смеялась уже давно). И энергии – через край. Тем же вечером, "подзарядившись" от Лидии Козорезовой, спешу на экскурсию в ближайший парк.
{banner_819}{banner_825}
-75%
-20%
-10%
-10%
-50%
-47%
-10%
-50%