/ Фото: Дмитрий Брушко,

Со стороны Беларуси станция Гудогай - последний железнодорожный пункт на пути к Литве. Через семь километров - шенгенское пространство. Но до сих пор заезжему путешественнику здесь негде выпить кофе. Хотя, говоря по правде, 1 мая в населенном пункте откроют кафе. Это, конечно, должно спасти ситуацию. О том, как живет приграничный Гудогай – в материале корреспондентов TUT.BY

Фото: Дмитрий Брушко

Покинув поезд на станции Гудогай, попадаешь в мир белорусской провинции: тишь да благодать. Местные колют дрова, сажают огород, подгребают листья. Из достопримечательностей – три магазина, школа, сельсовет, фельдшерско-акушерский пункт, Дом культуры, библиотека. До нашего поезда четыре часа. Их можно провести в зале ожидания, где кроме нас - ни одного пассажира. Но хочется разнообразия, поэтому отправляемся на поиски кофе.

- Не подскажете, где можно выпить кофе? – спрашиваю у местных.

- Нет.

- Почему?

- Потому что пока негде. Приезжайте 1 мая, у нас кафе откроется. Об этом даже в местной газете писали, - предлагают мне.

Приходится ограничиться шоколадным батончиком из магазина и беседами с местными жителями. Они, кстати, охотно идут на разговор с журналистом.
Фото: Дмитрий Брушко
Фото: Дмитрий Брушко
 
Янине 45 лет, она в косынке и с граблями в руках облагораживает территорию у своего дома. В Гудогае женщина живет большую часть жизни.

- Я бы не сказала, что здесь что-то поменялось за время моей жизни. Только стало больше людей, как пограничный пункт появился. За границу не езжу, мне там ничего не надо. Близко, но у нас же нет виз. Раньше пропуск давали в комендатуре, раз в неделю можно было пройти на Литву, но мне тоже не надо было.

Работает Янина помощником заведующей в сельскохозяйственном производственном кооперативе "Гудогай", на зарплату не жалуется:

- Зарплаты у нас зависят от удоев, качества молока, реализации, привесов и приплодов. В феврале сохранности не было. Это когда все поголовье не сохраняется, может быть, вынужденный убой, то ногу коровы вывихнут, то отравление… Поэтому зарплата была 2 млн 700 рублей. Но вот за март уже будет 4 млн рублей.

- А где местные работают?

- Одни на строительстве Островецкой АЭС, другие - на СПК. Вот соседка моя в Островце у предпринимателя из Литвы на фирме делает пластиковые упаковки.

По словам женщины, местная молодежь отдыхает в Островце в кафе. До него от станции - 4 км. Добираются туда на своих машинах.

Янина говорит, что не променяла бы жизнь в Гудогае на Минск:

- В свое время я могла жить в Минске. Пробыла там два месяца и вернулась сюда. У меня тогда была маленькая дочь, поднималась на четвертый этаж с коляской. А тут проблем нет: коляска может хоть день стоять около дома. Когда вернулась в Гудогай, подумала: "Чего я сюда приехала?" Так мне все серо и неуютно показалось, а через неделю уже радовалась, что живу дома.

В населенном пункте есть Дом культуры. Виктор Рудинский работает там аккомпаниатором за 1 млн 800 тысяч в месяц. Заниматься сольным пением к нему приходят дети и взрослые. Всего - человек десять. На местных дискотеках Виктор также выполняет роль диджея. Говорит, что молодежь до 18 лет на взрослые дискотеки не пускают. Иногда даже милиция приходит и проверяет, все ли отдыхающие – совершеннолетние. Потанцевать же может прийти и два-три человека, а порой и около 30.

Фото: Дмитрий Брушко
 
Фото: Дмитрий БрушкоФото: Дмитрий Брушко

Юрий преподает в Доме культуры игру на баяне, живет в Островце.

- У меня девять человек занимается. Работаю в Островце. Здесь у нас филиал. Зарплата для этого места хорошая – в районе 4 млн. В Островце работаем в современном здании, а здесь - в этом "сарае". Напишите об этом "сарае" и про дороги возле Дома культуры, - говорит он и показывает на стены Дома культуры. Они на самом деле с подтеками…

За Домом культуры – сельсовет. Когда мы туда пришли, рабочий день уже закончился и в здании была только бухгалтер. Она рассказала, что на начало прошлого года в Гудогае проживало 1075 человек. По словам собеседницы, в деревне в основном люди "рабочие", домашнее хозяйство мало кто держит. Например, у местных примерно пять коров.

Фото: Дмитрий Брушко

- Как живет пограничный Гудогай? Перевалочная база раньше была. Ездили челночники. Сейчас местные возят в Литву сигареты и алкоголь, но норму не превышают. Вырученные деньги окупают билет. В Литве покупают одежду, потому что дешевле. Работать в Литву мало кто ездит. В основном это дальнобойщики. Когда визы не нужно было делать - в дизель сели и поехали. Сейчас такого нет, - говорит она.

Фото: Дмитрий Брушко

О контрабандистах жители не рассказывают. Все как один утверждают, что таких у них на станции нет. А если и есть, то в близлежащих деревнях. Там, может, кто за бутылку водки и проведет через лес в Литву. Проверять это на собственном опыте мы не стали.

Костела или церкви на станции тоже нет. По словам местных, близлежащие костелы – в поселке Гудогай и Островце. В школу детей возят со всех деревень сельсовета, в детский сад дети ездят в агрогородок Палуши.

Размеренна и спокойна жизнь приграничной станции. Лишь местные жители подшофе привносят в нее немного перца и выделяются на общем фоне огородов и железнодорожных переездов.
 
Фото: Дмитрий БрушкоФото: Дмитрий Брушко

Фото: Дмитрий Брушко
 
-47%
-10%
-20%
-20%
-20%
-10%
-20%
-20%
0066856