Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


На минувшей неделе политсовет ОГП выступил с инициативой образования двух политических центров - правоцентристского и левоцентристского, которые во время президентской избирательной кампании поддержат, скорее всего, соответственно Семена Домаша (“Региональная Беларусь”) и Владимира Гончарика (ФПБ).

Судя по всему, предложение ОГП создать два активных избирательных центра, располагающих собственным ресурсом и поддержанных общим ресурсом оппозиции, можно рассматривать как едва ли не наиболее зрелую и дальновидную инициативу оппозиции за последнее время. Если отечественный демлагерь действительно пойдет на создание двух равноценных политцентров, то информационное влияние оппонентов Лукашенко на электорат окажется более сбалансированным и социально выверенным. В этой связи особое значение приобретает Федерация профсоюзов Белорусская, которую оппозиция уже признала полноценным инициативным центром. Но так ли это на самом деле?

СПРАВКА: ГОНЧАРИК Владимир Иванович. Родился 29 апреля 1940г. в деревне Августово Логойского р-на Минской обл. Окончил Белорусский институт народного хозяйства (1961), аспирантуру Академии общественных наук при ЦК КПСС (1976). Работал экономистом, заместителем и.о. главного бухгалтера совхоза "10 лет БССР" Любанского района (1961-1965). Первый секретарь Любанского райкома ЛКСМБ (1965-1970), инструктор Минского обкома КПБ (1970-1971), 2-й секретарь Дзержинского райкома КПБ (1971-1973). 1-й секретарь Червенского райкома КПБ (1976-1982), инспектор, заместитель заведующего отделом оргпартработы ЦК КПБ (1982-1984), 2-й секретарь Могилевского обкома КПБ (1984-1986). Председатель Белорусского республиканского совета профсоюзов (с 1986), председатель Федерации профсоюзов Белорусской (с 1990), член Исполкома Всеобщей Конфедерации профсоюзов. Кандидат экономических наук (1976). Народный депутат СССР (1989-1991). Депутат Верховного Совета БССР (1985-1990), Республики Беларусь (1995-1996). Награжден орденом Дружбы народов, медалями. Женат.

ЛУКАШЕНКО И ПРОФНОМЕНКЛАТУРА

ФПБ неожиданно активно проявляет себя в качестве полноценного ньюсмейкера. Если каких-то три месяца назад подобную информационную активность профлидеров можно было бы принять за попытку традиционного лоббирования неких экономических интересов мистического “рабочего класса”, то нынче президентские амбиции Владимира Гончарика самое время оценивать серьезно и с точки зрения “осенней” перспективы.

Другое дело, насколько эти амбиции подкреплены реальными ресурсами и тем более дееспособной командной игрой в рамках профсоюзной иерархии. Хотя Гончарика, в отличие от тех же Павла Козловского, Валерия Левоневского и Сергея Гайдукевича, можно отнести к политическим тяжеловесам, заметных “плюсов” у В.Н. как у кандидата в президенты пока гораздо меньше, чем “минусов”.

Однако понимает ли свои “избирательные” слабости сам Гончарик? Скорее всего, нет. Во-первых, потому, что собственно публичное заявление о своих президентских амбициях явилось для него приличным стрессом, от которого он пока не оправился. Дело в том, что по неписаной традиции профлидеры пытаются относительно мирно сосуществовать с действующими администрациями различных уровней и устраивать только санкционированные последними “акции протеста”. В данном случае Гончарик явно демонстрирует желание играть самостоятельно и это, по меньшей мере, непривычно для самого лидера ФПБ. Во-вторых, профлидеру, равно как и любому иному социальному выдвиженцу, всегда сложно расставаться с определенными иллюзиями относительно собственной "выбираемости". Но именно иллюзиями живет сегодня ФПБ. Среди которых особое место занимает уверенность в том, что ФПБ действительно имеет авторитет в широких социальных слоях. Кроме того, слишком сильны заблуждения тех, кто считает, что ФПБ - это не чисто бюрократическая иерархия, способная организовывать не только первоклассный бумагооборот; что местные (в т.ч. производственные) профсоюзы будут строго исполнять указания своего головного офиса, а не местных властей etc.

Тем не менее ФПБ все-таки прессингует местный информационный рынок. С одной стороны, в течение последнего года топ-менеджмент Федерации активно добивается ряда экономических уступок со стороны правительства, для чего открыто вступил в конфронтацию с официальным Минском. С другой, правящая администрация в последние три месяца контратакует официальные профсоюзы на правовом поле. В частности, администрация президента выступила с рядом инициатив, суть которых так или иначе затрагивает полномочия и влиятельность ФПБ.

Так, если летом-осенью 2000г. администрация пыталась использовать т.н. внутреннюю демократическую процедуру и добиться смены топ-менеджеров головных и отраслевых профсоюзов на отчетно-выборных съездах, то нынче используется тактика инициирования в Конституционном суде производства по делу “трудящиеся против ФПБ” (в частности, заведующий операционным отделением 10-й клинической больницы Минска Леонид Василевич якобы против того, чтобы ФПБ автоматически взимала членские взносы через бухгалтерии предприятий), Минюст пытается нащупать возможность вынесения ряда предупреждений ФПБ как общественной организации. Кроме того, администрация президента пытается создать на ряде крупных предприятий при помощи заводоуправлений дублирующие профсоюзные организации, для чего на рабочих оказывается весьма активное "воспитательно-агитационное воздействие". Более того, властями предпринята попытка инициировать создание при Мингорисполкоме координирующего профсоюзного центра, контролирующего профсоюзные первички столичных заводов-гигантов.

Правда, официальный Минск так и не сумел добиться серьезного раскола в рядах профсоюзной элиты. Профсоюзная элита также практикует жесткие корпоративные договоренности и не идет на своего рода сговор с правящей администрацией, если это нанесет ущерб части сотоварищей по номенклатуре.

Но однородность профноменклатуры автоматически не означает, что столь же однороден профсоюзный электорат. Более того, зачастую рабочие имеют весьма серьезные претензии к своим профбоссам. Официальный Минск, используя естественное недовольство рабочих, а также искреннее непонимание последними, кто действительно виноват, пытается вбить клин между профверхушкой и первичными ячейками. Из этого разряда - активная антипрофсоюзная кампания в проправительственных СМИ.

БЛИЗНЕЦЫ-ВРАГИ?

Совершенно неожиданное противостояние профсоюзов (именно ФПБ, а не независимых профорганизаций) и официального Минска впечатляет. По большому счету, ФПБ должна была выступать в качестве одного из функциональных звеньев тоталитарной госмашины. Исполнять в нынешней Беларуси аналогичную роль, какую в Советском Союзе играл легендарный ВЦСПС. Впрочем, в нынешней Беларуси все поставлено с ног на голову.

Если бы Лукашенко смоделировал в Беларуси систему советского типа, то каждый из традиционных субъектов государственного подавления гражданского общества, в т.ч. и ФПБ, старательно выполнял бы отведенную ему роль, получал бы за это адекватную плату и не пытался бы конфликтовать с высшим руководством. А так администрация Лукашенко имеет конфликты по всем направлениям: официальный Минск атакуют профсоюзы (от свободных, независимых отраслевых до ФПБ), политические партии, общественные организации.

Неумение идти на тактические уступки, очевидная социальная агрессивность не позволяют нынешней администрации рассчитывать на устойчивую, а главное сознательную поддержку в широких социальных слоях. Более того, именно чрезмерная агрессивность отталкивает от Лукашенко даже его потенциальных союзников, при помощи которых он вполне мог менее болезненно контролировать общественное мнение.

МИСТЕР “ИКС”

Так или иначе, но желание влиятельного профбосса поучаствовать в реальной, а не виртуальной политике сродни полновесной сенсации.

До недавних пор профсоюзы (в частности, ФПБ) рассматривались как часть существующей "вертикали", непрерывно работающей с наиболее активной социальной категорией - пролетариатом. Они выступали, скорее, в качестве своеобразного буфера между этим самым пролетариатом и правительством, пытаясь примирить интересы двух субъектов, чаще всего становясь на позицию последнего.

В Беларуси, где только государство является собственником крупнейших отраслей промышленности, профсоюзы до последнего времени выступали в качестве госорганизации, а не общественной структуры, пытающейся выстроить свои коммуникации в обход государства. Еще раз заметим, что подобная практика сложилась несколько десятков лет назад и слабо реагирует на преобразования. В бытность СССР от профсоюзов не требовалось политического лоббирования. Более того, создание советских профсоюзов инициировалось не столько рабочими, сколько самим государством. Через профсоюзы “государство рабочих и крестьян” пыталось решать некоторые социальные проблемы: путевки в детские лагеря и санатории для членов профсоюза стоили на 80-90% дешевле, дети членов профсоюза получали под Новый год “шоколадные подарки”, тогда как дети “непрофсоюзников” могли рассчитывать только на самую дешевую карамель. Все это несло сильный идеологический заряд, дополнительно воспитывая в советских людях дух коллективизма и корпоративности.

ФПБ до какого-то времени оставалась копией советского профсоюзного движения. Однако, как уже было сказано, нынешняя администрация так и не смогла вступить с лидерами ФПБ во взаимовыгодный диалог. В итоге Гончарик заявил о претензиях на президентский пост.

Но есть и иные причины. Во время первой пятилетки правления Лукашенко ФПБ не стремилась идти на жесткий конфликт с режимом, что порождало очевидное недовольство в рабочей среде с ее постоянно ухудшающимся материальным положением. Как следствие, во многих отраслях появились т.н. свободные, независимые профсоюзы, занимающие более радикальную и адекватную позицию. Падение собственного авторитета, рост влияния независимых профсоюзов резко сокращали перспективы трансформации ФПБ в действительно влиятельную тред-юнионистскую организации в постлукашенковский период. Кроме того, именно перманентный конфликт с официальным Минском однозначно указывает на то, что если Лукашенко победит осенью 2001г., Гончарик и его команда могут оказаться в весьма незавидном положении.

СЛАБОСТИ

Гончарик вполне может преобразовать свою организационную иерархию в действующие региональные штабы кандидата в президенты, пытаясь проводить целенаправленную агитацию на предприятиях. Впрочем, не стоит переоценивать роль и значение формальных профсоюзных структур. Наверняка администрации предприятий будут максимально препятствовать любой информационной работе ФПБ. С другой стороны, именно местная профноменклатура тесно связана с местными же властями, и скорее всего в ключевой момент избирательной кампании поведет себя так, как будет выгодно официальному Минску. Риторический вопрос: зачем подставляться, если возможность победы Гончарика в нынешних условиях несоизмеримо ниже, чем у Лукашенко?

Кроме всего прочего, Гончарик пока не демонстрирует понимания того, что успеха можно добиться только при командной игре. Из всех, кто нынче окружает лидера ФПБ, разве что лидер партии "Надзея" Валентина Полевикова представляется достаточно перспективной командной фигурой. С точки зрения публичной политики Гончарик несомненно уступает Лукашенко по части популизма, а ведь они оба должны будут работать на одном электоральном поле.

Впрочем, нынешний лидер ФПБ может полезно поработать в единой антилукашенковской команде в качестве левоцентристского кандидата и, выступая в рабочих аудиториях, не доказывать собственное превосходство над прочими кандидатами, а произносить единственный лозунг: “Голосуйте против Лукашенко!” Этого будет достаточно.

P.S. Потенциальные кандидаты должны понять, что президентская гонка - драматическая и рискованная работа. Только тщательно спланированная кампания позволит победить действующего президента. А кто это сделает - Чигирь, Домаш или Гончарик - не столь важно.

Белорусская Газета