Олег Галкин,

Общее количество потерь среди населения Беларуси в результате  войны 1654-1667 гг. между Речью Посполитой и Московским царством до сих пор еще не определено, и остается для ученых дискуссионным вопросом. Такое заявление сделал известный белорусский историк Геннадий Саганович во время своей публичной лекции “Беларусь як акупаванае грамадства: стратэгіі выжывання ў XVII ст”, прошедшей в Галерее "Ў".
 
Предыстория вопроса

На страницах многочисленных форумов и блогов сегодня часто можно встретить расхожее утверждение о том, что в войне 1654-1667 гг. погиб каждый второй белорус. Существует несколько его вариаций, согласно одной из которых в смерти каждого второго оказываются повинны уже непосредственно российские солдаты. Прямо или косвенно. При этом, защитники такой позиции часто ссылаются на авторитет лектора, который невольно поспособствовал популяризации этого мифа.
  
Кандидат исторических наук Геннадий Саганович известен прежде всего как автор книги "Невядомая вайна 1654 - 1667 гг.", вышедшей в минском издательстве "Навука і Тэхніка" в 1995 г. Публика встретила ее противоречиво. Одни восприняли ее как откровение, проливавшее свет на события одного из самых (если не самого) кровавых конфликтов в истории Беларуси. Понравившуюся книгу передавали из рук в руки и активно советовали к прочтению. Если учесть, что другую популярную литературу на эту тему тогда достать было крайне затруднительно, то неудивительно, почему она быстро обрела статус культовой. Другие отнеслись к ней скептически. Крайне критические рецензии на нее написали российские историки Олег Курбатов и Андрей Лобин. Они подвергают сомнению научную ценность "Невядомай вайны". Среди основных ее недостатков они отмечают некритический подход Сагановича при работе с источниками и излишнюю эмоциональность при изложении фактов. 
  
"Новизна кни­ги во многом связана с введением в оборот документов польско-литовского проис­хождения, в частности, мемуаров участников событий. Однако в работе ни слова не посвящено характеристике этого своеобразного круга источников — по прочте­нии ее выясняется, что автор и не задавался проблемой их достоверности, цитируя и пересказывая практически без оговорок", - полагает Курбатов.
  
Кто прав, а кто нет - споры об этом на просторах интернета не утихают по сей день. Возможно, слова самого автора нашумевшей книги поставят в них точку.
  
Стратегии выживания белорусов
 
О боевых действиях враждующих армий во время войны 1654 - 1667 гг. написано немало. Благодаря глобальной сети, информацию о войсковых операциях, победах и неудачах тогдашних полководцев сегодня можно найти без труда. Менее известно, как себя тогда вели простые люди, населявшие Беларусь. Именно этому аспекту конфликта и была посвящена лекция Сагановича. По словам историка, разные слои населения придерживались кардинально непохожих тактик поведения. Так, часть шляхты и горожан в начале войны охотно присягнули царю, когда он пообещал сохранить за ними имевшиеся права и привилегии. Часть шляхты уклонилась от участия в военных действиях. Но оставалась, безусловно, и та часть аристократии, которая сражалась в рядах хоругвей Короны польской или Великого княжества Литовского до конца. Маленькие города и вовсе зачастую переходили из рук в руки практически без боя. Особенно показателен пример Копыси, который 6 раз открывал ворота перед наступающими враждующими армиями, почти каждую из них встречая с хлебом-солью.
  
"Шкурники!" - раздалась в адрес копысьцев реплика из зала, когда разговор зашел о них.
  
"Маленький город, отсутствие собственного гарнизона, слабые городские укрепления - что еще им оставалось делать?" - прокомментировал мотивы их поведения историк.
  
Он также отметил, что у крестьян, по большому счету, вообще не было желания за кого-либо воевать - они с большей лояльностью относились к тем властям, которые требовали с них меньше повинностей. И за оружие начинали браться только тогда, когда возникала необходимость защищать свои посевы, дома и другое имущество. Причем неважно от кого - от царских полков или военных отрядов Речи Посполитой. А грабили селян нещадно порой и те, и другие.
  
Иными словами, совокупная картина поведения людей тогда была далека от возможно привлекательной "всенародной войны против российских оккупантов". Геннадий Саганович отмечает, что нечто подобное на нее происходило лишь в конце 50-х - начале 60-х, когда из-за недовольства действиями царской администрации и творимыми ее солдатами бесчинствами в ряде перешедших на сторону России городов вспыхнули восстания.
  
"Невядомую вайну" нужно новую писать

На лекции не обошлось без вопросов в адрес "Невядомай вайны". Безусловно, многих присутстствующих интересовало, планируется ли переиздание этой книги. По словам Геннадия Сагановича, не планируется. 
  
"На книгу не стоит ссылаться, поскольку книга писалась как вступительная. В ее введении я говорил, что писалась она по опубликованным источникам, а не по архивным. Она писалась как первое, что хотелось бы сказать о тех событиях, которые замалчивались. Поэтому вполне естественно, что она была очень поверхностной," - прокомментировал свое решение историк.
  
Геннадий Саганович отметил также, что после выхода книги он продолжал работать над темой войны 1654-1667 гг., и теперь у него накоплено куда больше информации.
  
"С тех пор было опубликовано много уникальных документов по этой войне, вышло много новых исследований. Книгу нужно совсем другую писать. Переиздавать ту не имеет смысла", - подчеркнул он.
  
Сколько погибло людей - неизвестно
 
Коснулся историк и болезненного вопроса потерь. Согласно популярной версии, до войны в Беларуси насчитывалось 2,9 миллиона жителей, после войны - 1,4 миллиона. Эти же данные были приведены и в книге белорусского исследователя.
 
"Это примерные подсчеты потерь на территории ВКЛ от 1648 по конец 1667 г. Вместе с Хмельниччиной! И я только лишь привел подсчеты Юзефа Моржи и Василия Мелешки. Я нигде не писал, что столько московская армия уничтожила!
Страшно читать, что только мне не наприписывали! - cказал Геннадий Саганович. - Утверждают, даже, будто бы я в этой книге что-то писал про геноцид! Полный бред - в ней даже слово такое не использовалось. Сегодня мы видим, что эти подсчеты очень несовершенны. Но других в таком масштабе пока нет".
 
Тут стоит пояснить, что данные Юзефа Моржи и Василия Мелешки охватывают разницу в населении не только до и после войны с Московским царством - в промежуток между 1648 и 1667 гг. вписывается еще и период восстания Богдана Хмельницкого (1648-1654 гг.). Во время него по Полесью прошлись войска казачьих полковников, а в ряде поветов ВКЛ вспыхнули крестьянские восстания. Многие бунтари бежали в Запорожскую Сечь, где пополнили ряды казацкого войска. От всех этих событий Беларусь тоже понесла определенные демографические потери, а вот какие - опять-таки неизвестно.
  
По словам автора "Невядомай вайны", пока имеются источники, которые дают возможность определить лишь локальные потери в войне 1654-1667 гг. - в границах отдельных поветов или воеводств Великого княжества Литовского. Но не в масштабах всей страны.
  
"Не говорить об этой войне нельзя. Эта тема очень болезненная. Но если во многих странах Европы сохранилась память об опустошительной Тридцатилетней войне, то в сознании наших предков память о Тринадцатилетней практически не зафиксировалась. И этот пробел нужно восполнять", - считает Геннадий Саганович.