1. Бежали за границу через реки, леса и поля. Как белорусы скрываются от преследования силовиков
  2. Умер автор белорусского букваря Анатолий Клышко
  3. Олексин рассказал, почему торговал сигаретами через арабскую компанию
  4. «Алкоголь — основная причина». Врач рассказывает, почему появляется панкреатит и как его лечить
  5. В Генпрокуратуре озвучили статистику по «протестным» уголовным делам
  6. Опубликована свежая статистика Минздрава по COVID-19
  7. Мошенники оформили на женщину онлайн-кредит на 10 000 рублей, пришлось его выплатить. Что говорят в банке
  8. «Побелка деревьев весной — пережиток советского прошлого». Эксперт рассказал все о побелке сада
  9. «Настроения упаднические». Работники «Белмедпрепаратов» сообщают об увольнениях из-за политики
  10. «С остринкой и иронией». Как белорусский бренд одежды стал конкурировать с известными марками
  11. Минчанку судят за оскорбление Ермошиной. Глава ЦИК в суд не явилась
  12. «Нацбанк показал, что рычаги у него остаются». Что означает повышение ставки рефинансирования
  13. Три белоруски попали в популярный «Женский стендап» на ТНТ. Вот кто они
  14. «Гродно Азот»: мы давно не работаем с Helm. Скоро средняя зарплата вырастет до 2 тысяч рублей
  15. «Затронута тема нагорно-карабахского урегулирования». Лукашенко и Путин поговорили по телефону
  16. Лукашенко пообещал рассказать «много интересного» об Алиеве и Карабахе, когда перестанет быть президентом
  17. «Белнефтехим» рассказал, насколько подорожает топливо до конца года
  18. Минлесхоз объяснил, почему доски в Беларуси подорожали в два раза
  19. «Это что вообще такое?» Владелец удивился страховой выплате за легкое повреждение Mercedes S500
  20. «Друзья шутят, что я теперь «яжбать». Молодой папа в декрете — о разводе, дочери и трудностях
  21. Бабарико говорит, что обвиняемые невиновны. А как считают они сами?
  22. Сегодня завершается сбор средств на проект TUT.BY
  23. «Вы будете петь вместе с ангелами, и твой голос будет звучать, как всегда, ярко». В Минске простились с Леонидом Борткевичем
  24. «Дети писали: вы крутая!» Татьяна ушла из бизнеса в школу и перевезла семью из Минска в Ляховичи
  25. «Сказали снять». Убирают ли с полок в магазинах запрещенную NIVEA и что об этом думают покупатели
  26. Суды и протесты, созвон Лукашенко и Путина, похороны Борткевича. Что происходит в Беларуси 15 апреля
  27. Как наши спецслужбы могут задерживать белорусов в России? Спросили у эксперта
  28. Товар исчезнет с полок? А есть шанс, что вернется? Про запрет по NIVEA — в простых вопросах и ответах
  29. Глава Нацбанка прокомментировал слухи о своей отставке
  30. Конституционная комиссия предлагает дать право голоса белорусам от 20 до 70 лет


Светлана Лоцманова,

Приемная семья не верит, что женщина, лишенная родительских прав восемь лет назад, сможет воспитывать своих детей.
“Мы с женой решили взять из детдома четверых детей. Долгие годы их мать не проявляла к ним никакого интереса. И вдруг спустя восемь лет она решила восстановиться в родительских правах. Мальчики в нашей семье уже пустили корни, у них большие планы на будущее. При одной только мысли, что придется куда-то уезжать, у ребят появляется страх и на глаза наворачиваются слезы. Неужели закон на стороне биологической матери, и нам придется расстаться с детьми, которых мы давно считаем родными?”
 
Папа или воспитатель?
Письмо, пришедшее на электронный адрес редакции “НГ” из Минского района, не оставило равнодушным никого из журналистов. На первый взгляд, закон четко регламентирует такие отношения. Приемные родители — это работники, которые получают зарплату. Они являются воспитателями, взявшими к себе ребенка на время, и обязаны поддерживать отношения со всеми родственниками детей. Поэтому и должны быть готовы к тому, что рано или поздно ребенок от них уйдет. Ведь у биологической мамы есть право восстановиться в родительских правах, и она может реализовать его в любой момент.
 
Это с точки зрения закона. А с человеческой? Согласитесь, очень трудно сохранить дистанцию, когда ребенок в твоей семье живет не один год и даже не два. Невозможно не привязаться к нему, не полюбить, не принять как своего. И дети, которым хочется тепла и нежности, привыкают к новым, добрым папе и маме...
 
Корреспондент “НГ” решила выслушать обе стороны, посмотреть, в какой обстановке живут сейчас ребята, насколько изменилась их родная мама и готова ли она заниматься воспитанием собственных детей.
 
Новая семья
Первым Валентина и Геннадий забрали из детского дома Сашку. А спустя несколько месяцев выяснилось, что у парня есть еще два брата и сестра. Долго думали, взвешивали, как поступить. Ведь они воспитывали своих пятерых дочерей. Потянут ли? И все-таки решились: рассудили, что не стоит разлучать родных людей.
 
— Я хорошо помню, как ребята появились в нашей деревне, — рассказывает воспитатель детского дома семейного типа Нина Ермакович. — Практически не разговаривали, с кучей диагнозов, дикие. Валентина и Геннадий постоянно возили их по врачам, столько тепла и любви отдали. Сейчас на парней любо-дорого посмотреть. Подобные отзывы я услышала и от других односельчан — и от соседей, и от учителей местной школы.
 
Сами мальчишки о своей прежней жизни рассказывают не очень-то охотно. Стасик говорит, что маму вообще не помнит. Оно и неудивительно. Ведь когда он попал в интернат, ему было всего три года. Для Саши самым ярким пятном оказались воспоминания о том, как они воровали в магазине. Потому что это были дни, в которые они вкуснее всего питались. А Сергей и вовсе настроен негативно: не может забыть, как мама бросала их на несколько дней одних, как его не пускали в дом. Приходилось ночевать то у друзей, то в сарае.
 
“Приедут домой и сразу оттают”
Родительских прав Наталью лишили еще в 2004 году. Причина известная — любила частенько прикладываться к стакану. Женщина признается: когда забрали детей, вообще стала пить по-черному.

— Потом почувствовала, что так дальше продолжаться не может, пошла и попросила участкового отправить меня в ЛТП, — вспоминает Наталья. — Спустя какое-то время закодировалась, и вот уже два года как не употребляю спиртное. Каждый день спать ложусь и думаю о своих мальчиках. Где они, чем занимаются? Знаю, первое время будет трудно, но они мои дети, и я хочу жить вместе с ними.
 
При этом моя собеседница уверена, что она быстро сможет найти общий язык с сыновьями, несмотря на то что прошло столько лет. Между тем сами ребята думают по-другому. Возвращаться к родной матери они категорически не хотят. Мамой и папой мальчишки называют Геннадия и Валентину.
 
Наташа, вместо того чтобы сказать спасибо людям, которые воспитывали ее сыновей, пока она пила, начинает винить их во всех грехах.

У Наташи свой взгляд на такое положение дел. Она считает, что детей настраивают приемные родители, не дают с ними видеться, не зовут к телефону.
 
— Мои мальчики для Геннадия и Валентины чужие, как ни крути, ведь и у них своих пять дочерей, — говорит Наташа. — Я знаю, почему они не хотят отпускать моих детей, нужна бесплатная рабочая сила.
 
Согласитесь, странная позиция. Наташа, вместо того чтобы сказать спасибо людям, которые воспитывали ее сыновей, пока она пила, начинает винить их во всех грехах. В том числе и в материальной заинтересованности — мол, как приемные воспитатели они получают зарплату, вот и не хотят ее лишиться.
 
Но если уж быть объективным, то и родной матери можно предъявить те же обвинения. На данный момент за содержание своих детей она должна государству 60 миллионов рублей. Но как только женщина восстановится в родительских правах, эту сумму ей тут же простят. К тому же Наташа как многодетная мама может претендовать на различные льготы...
 
Не только словами, но и делом
— Сегодня перед нами стоит действительно непростой вопрос — отдать детей родной матери или нет, — говорит начальник отдела образования Березинского райисполкома Наталья Жуковская (на территории этого района проживает Наташа). — Наше мнение — предпринимать такой шаг пока преждевременно. Да, Наталья изменилась, перестала пить, зарекомендовала себя хорошо на работе, участвует в художественной самодеятельности. Однако этого мало. Она должна научиться ставить интересы детей выше своих собственных. К сожалению, на данный момент такого стремления нет.
 
Сейчас Наталья с мужем проживает в квартире, общая площадь которой составляет всего двадцать квадратных метров. Разместиться там всем весьма проблематично. При этом Наталье предлагали улучшить жилищные условия: переехать в агрогородок, устроиться на работу в СПК, благо вакансии там есть. При таком раскладе ей сразу же предоставили бы дом. Однако от такого варианта женщина отказалась. Хотя прекрасно знает, что на очереди в исполкоме она под номером 746, и в ближайшую пятилетку новая квартира семье не светит. Согласитесь, подобное нежелание смотреть в будущее, мягко говоря, смущает.
 
Наблюдать или влиять?
Весьма странная в данной ситуации и позиция отдела образования Минского райисполкома. Единственное, что я услышала, обратившись туда за комментарием, — все делается в рамках закона и интересах детей. При этом специалисты уверены, сделав вывод лишь по представленным документам из другого района, что Наталья может и готова на данный момент восстановиться в своих родительских правах.
 
Между тем кого как не отдел образования должен интересовать вопрос: а вдруг дети все-таки там не приживутся? Что тогда? Опять забирать из семьи? К сожалению, бывает и такое. Или это уже чужая головная боль? Ведь мальчики переедут в другой район, а значит, ими будут заниматься другие специалисты.
 
Понять и простить
Судить о взаимоотношениях между людьми всегда сложно, вдвойне сложно принимать какое-то решение, когда речь идет о судьбе детей. И все-таки, мне кажется, что на данный момент забирать мальчишек из приемной семьи действительно пока не имеет смысла. Хотя бы потому, что между мамой и ребятами не налажен нормальный контакт. Ведь Наташа столько лет не занималась своими сыновьями, не знает о них практически ничего. Безусловно, решающее слово должно остаться за ребятами. Если они будут категорически против возвращения домой, то силой тащить их нет никакого смысла. Они — не игрушки и не мебель, которую можно вот так взять и переставить с места на место. Слишком болезненно, а в их жизни и так хватило стрессов.
 
С другой стороны, лишить мать возможности общаться с собственными детьми тоже неправильно. Ведь она нашла в себе силы бросить пить, значит не все потеряно. Возможно, именно мысль о ребятах не дала ей опуститься на самое дно. Отними эту надежду, и кто знает, не начнет ли женщина опять искать утешение в стакане. Ведь подтолкнуть упавшего человека к пропасти не составляет труда. А вот протянуть ему руку помощи и поверить — гораздо сложнее. При этом шаг навстречу друг другу должны сделать обе семьи. Проложить шаткий мостик между сердцами людей, бывших когда-то родными. А вдруг они захотят пойти навстречу друг другу? Согласитесь, чем больше людей любит ребенка, тем комфортнее и уютнее он чувствует себя в этом мире.
-30%
-20%
-25%
-21%
-25%
-25%
-20%
-20%
-20%
-10%
0073011