Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


— А знаете, вы первый белорусский журналист, который заинтересовался моей персоной, — иронично заметил Юрий Брайдер, распахнув дверь двухэтажного коттеджа. Дом, как и хозяин, выглядел внушительно: с отдельным писательским кабинетом и целой полкой книг, на обложках которых красуется имя Юрий Брайдер.

Из милиционеров — в писатели

Фантастикой Юрий Брайдер увлекался с детства, зачитывался Клиффордом Саймаком и Робертом Шекли. И если бы тогда сказали ему, что много лет спустя он будет заседать рядом с Шекли в жюри конгресса фантастов России — ни за что не поверил бы!

Свой первый рассказ Юрий Брайдер опубликовал ровно двадцать лет назад в "Знамени юности". В то время как на дрожжах росли клубы любителей фантастики (КЛФ). В Минске КЛФ заседал в библиотеке имени Пушкина и назывался "Люстэрка часу". Впрочем, клуб просуществовал недолго — спецслужбы посчитали его опасным и прикрыли. Но затолкать обратно в бутылку джинна было уже невозможно.

Кстати, писательская карьера абсолютно не мешала Юрию Михайловичу работать в МВД — он дослужился до звания майора милиции и вышел на пенсию.

— А что выгоднее: быть майором милиции или литератором?

— Мне нравится писать уже хотя бы потому, что никому не подчиняюсь и никем не командую. А что касается денег — судите сами. Дом я построил на милицейскую зарплату, а вот ремонт затеял на писательские гонорары. Чтобы его завершить, нужно писать два романа в год. Я даже журнал специальный веду, в котором ежедневно регистрирую, сколько страниц написал. Это дисциплинирует. К тому же я могу подсчитать, когда поставлю точку. Обычно в день пишу 10-20 рукописных страниц, а весь текст романа занимает листов 700.

А вообще, вы у жены мой спросите, какой муж ей больше нравится: писатель или милиционер, — шутит Юрий Михайлович.

В этот момент жена Ирина, хлопотавшая на кухне, заглянула в комнату.

— Не в деньгах дело, — призналась она. — Тем более что во многих романах я себя узнаю. Вот в романе "Стрелы Перуна с разделяющимися боеголовками" героиня прямо с меня списана. Кстати, за эту повесть Юрий стал лауреатом Государственной премии непризнанной Приднестровской республики. Насколько мы знаем, таких людей только трое.

Нет фантаста в родном отечестве

— Названия у ваших книг уж больно лихие. А что появляется раньше: текст или заголовок? — спрашиваю у писателя.

— Бывает, придумаю название, а издатель говорит, что не коммерческое. Так было с романом "Между плахой и секирой", который в черновом варианте назывался "Чужое место". А еще обложки заказывают яркие, хотя мне этот кич не нравится. Но в издательстве говорят: читатели "покупаются" не на фамилию, а рисунок на обложке.

Я пытаюсь "подколоть" Брайдера тем, что фантастика — все же "легкий жанр", и он тут же парирует: "А кто был Гоголь, если не фантаст. А Михаил Булгаков? Ведь большинство его романов содержит элементы фантастики. У Пушкина было также много фантастических элементов. А великие писатели XX века — Кафка, Борхес — их ведь тоже не назовешь реалистами!" В России сейчас порядка 300 писателей-фантастов, и почти всех Юрий Михайлович знает лично. Фантасты нередко встречаются на различных конгрессах в Питере, Москве, Харькове... А вот белорусских "коллег по перу" он может пересчитать по пальцам руки.

— О белорусах практически уже не слышно, остался я один, — сетует Юрий Михайлович. — Правда, в этом году на конвенте в Харькове я познакомился с молодой фантасткой из Минска Ольгой Громыко, которая привезла свой роман "Профессия — ведьма" и получила приз за лучший дебют.

— А вообще, какие тиражи у фантастики?

— Есть писатели, как Василий Головачев или Ник Перумов, их книги печатаются тиражом по 50 тысяч. Мои тиражи поскромнее — 12-15 тысяч. При этом в Беларусь поступает не более 2 тысяч экземпляров. К слову, у Юрия Брайдера издано в России уже 15 романов. Говорят, его произведения переведены на многие языки, среди которых есть даже монгольский и иврит. Но на скольких иностранных языках точно — не знает и сам автор, поскольку разрешение на перевод у него спрашивали только латыши.

В общем неудивительно, что белорусского писателя знают любители фантастики по всему миру. А вот спроси в нашей стране, кто такой Брайдер, — не ответят. Даже в родном Дзержинске многие не догадываются, что живут на соседней улице с маститым писателем. Юрий Михайлович на белорусов не в обиде.

— Люди сейчас заняты добыванием денег, поэтому книги читают мало. Как остроумно заметил кто-то: "Человек, который умеет добыть навоз, намного ценнее того, кто умеет писать книги".

Самые известные книги: "Телепатическое ружье", "Евангелие от Тимофея", "Между плахой и секирой", "Жизнь Кости Жмуркина, или Гений злонравной любви", "Гвоздь в башке".

Белорусский писатель награжден двумя жанровыми призами престижной российской премии в области фантастики "Странник". В 1998 году ему вручили "Меч Руматы" за приключенческий роман "Между плахой и секирой". А совсем недавно, в сентябре, он получил еще один престижный приз "Странника" — "Меч в зеркале" за новый роман "Гвоздь в башке". Церемония проходила в шикарном Юсуповском дворце в Питере.

Вообще же существуют еще три жанровых приза: "Лунный меч" (за мистику и ужасы), "Меч в камне" (фэнтэзи), что до третьего приза, "Звездного меча", его вместе с писателями-фантастами получают известные люди, которые воплощают фантастику на экране или подмостках. Так, обладателями "Звездного меча" являются Михаил Боярский и Валерий Гергиев.

Сергей МАЛИНОВСКИЙ