%D0%A4%D0%BE%D1%82%D0%BE%3A%20%D0%A1%D0%A2%D0%92
Фото: СТВ
Цены, в том числе на коммунальные услуги, тревожат и белорусов. И не только цены – они пока еще приемлемы. Тревожат и градусы в квартирах – особенно сейчас в ледниковый период, и качество работы ЖКХ. На все эти вопросы ведущему программы "Картина мира" на РТР-Беларусь готов ответить министр жилищно-коммунального хозяйства Андрей Шорец. 

Как, кстати, у Вас в эти морозы машина заводится?

Андрей Шорец: Машина заводится неплохо, потому что я, из опыта работы, готовлю её — готовлю сани летом.

А в квартире у Вас тепло? Потому что такие необычно сильные морозы.

Андрей Шорец: И в квартире тепло, потому что также провёл оклейку окон, проверил инженерное оборудование — как нормальный рачительный хозяин я готовлюсь к зиме.

На стеклопакеты министр ЖКХ ещё не заработал?

Андрей Шорец: Можно сказать и так. В моём доме стоят обыкновенные деревянные окна.

Как в целом система ЖКХ в эти морозы работает в стране?

Андрей Шорец: Система работает в штатном режиме. Есть, конечно, ситуации, где возникают вопросы как по котельному оборудованию, есть вопросы по состоянию теплосетей в отдельных регионах.

Всегда хочется конкретики: вот в Бобруйске была авария на ТЭЦ-1, 30 домов остались без отопления, но быстро решили эту проблему, так?

Андрей Шорец: Да, в Бобруйске было два случая. Причиной первого была проблема в энергосистеме в их оборудовании, вторая — по причине прорыва теплотрассы, нашей теплотрассы. Но всё было устранено, я думаю, что население это заметило, но это не привело к каким-то серьёзным техническим последствиям — мы не разморозили жилищный фонд. Да, люди пострадали, какой-то дискомфорт, но я думаю, что это минимальные потери. Но вместе с тем мы сделали и определённые выводы, я думаю, что больше таких ситуаций не повторится.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Есть, может быть, менее катастрофические ситуации, к нам на горячую линию звонят — не так много, к счастью, не так много проблем. Но в посёлке Гатово, скажем, есть проблема с теплотрассами, насколько я понимаю, и в некоторых домах температура не поднимается выше 10 градусов. Это Ваше хозяйство или нет?

Андрей Шорец: Действительно, проблема по Гатово есть. И на сегодняшний момент есть в ведомстве теплоисточник, который не выдаёт в нужном параметре теплоноситель, есть теплосеть и есть жилфонд, который находится на балансе нашего предприятия. Поэтому мы пришли к тому, что только у одного хозяина может быть порядок, подготовили нормативный акт, который предусматривает передачу всех теплосетей — чтобы владелец теплоисточника являлся и владельцем всех теплосетей.

В этом случае кожевенному заводу теплосети нужно передать или вам котельную?

Андрей Шорец: В этом случае в Гатово будет строиться отдельная котельная, потому что там достаточно большая протяжённость теплосетей, и в центре нагрузок будет построена новая современная котельная, которая снимет все эти вопросы. Соответственно, будет проводиться работа по модернизации инженерной структуры пострадавших домов. Я думаю, эту ситуации мы поправим, и вопросов здесь больше возникать не должно.

Человек в такой ситуации: температура ниже социальных стандартов, а оплата какая за коммунальные услуги?

Андрей Шорец: Обязаны сделать перерасчёт. Если мы не обеспечиваем температуру социального стандарта, для населения производится перерасчёт. Это в обязательном порядке.

А что в целом будет происходить с коммунальными платежами? Жители Беларуси платят какую-то маленькую толику себестоимости? Какой процент жители Беларуси платят, и какую нагрузку государство на себя берёт?

Андрей Шорец: Сегодня уровень возмещения населением затрат на оказание жилищно-коммунальных услуг по году составил лишь 17%. Для примера: в России по отдельным регионам доходит до 100%, Украина также подходит к 80%. Бюджет — 54%, остальное — доходы предприятий, где также присутствует перекрёстное субсидирование.

Эта доля, которую платит потребитель, будет повышаться? Мне кажется, в 2003 году 50% платили.

Андрей Шорец: Нет, не платили 50%.

Может быть, газ просто дешевле был.

Андрей Шорец: Может быть, был дешевле газ. Мы должны были по итогам 2011 года достичь уровня замещения населением в 34%. Но, к сожалению, вышли только на 17%. В законе о бюджете на 2012 год мы должны достигнуть цифры 35% уровня возмещения населением, но, к сожалению, наверное, это будет очень сложная задача.

К сожалению для кого? Для потребителя не к сожалению, для потребителя это хорошо.

Андрей Шорец: Для потребителя это очень хорошо, и для примера скажу, что при росте цен на газ в 3,3 раза в прошлом году, электроэнергии в 2,7 раза, при инфляции — мы все знаем её цифры, уровень роста цен на стандартную двухкомнатную квартиру составил всего лишь 32,2%.

Если инфляция была 108%, то уровень цен 32%? Как-то не возникали мысли привязать рост цен к уровню инфляции?

Андрей Шорец: У нас рост тарифов — вопрос, в первую очередь, социальный. И здесь государство берёт на себя большую долю затрат для того, чтобы наше население не почувствовало наряду с ростом цен на другое: на продукты, на товары народного потребления. Поэтому рост цен на коммунальные услуги незначителен. Для примера: куб воды стоит 585 рублей, и мы говорим, что это много и дорого. Но когда мы говорим о том, что в этом кубе помещается 666 полуторалитровых бутылок воды, такой же по качеству, за которую мы в магазине готовы платить больше 3-4 тысяч рублей — это несопоставимые цифры просто.

Это очень образно. Вы министр, скажем, новой генерации, молодой министр — один из самых молодых в белорусском правительстве. Скажите, Вы сторонник государственного перекрёстного субсидирования или сторонник того, чтобы жители платили полную стоимость коммунальных услуг? У Вас социалистический подход или капиталистический?

Андрей Шорец: У меня взвешенный подход, я считаю, что всё должно быть разумно, и мы выйдем на полную оплату коммунальных услуг тогда, когда мы будем получать сопоставимый уровень доходов нашего населения. Сегодня, если выйти на 100% возмещения затрат, это приведёт, во-первых, к неуплате, к росту неплатежей за жилищно-коммунальные услуги, что тоже нехорошо — мы просто не возьмём эти деньги, во-вторых — к росту социальной напряжённости. Время это, наверное, ещё не наступило.

Наверное, придётся выселять из квартир тех, кто не будет платить за коммунальные услуги. А в прошлом году уже 150 человек, если я не ошибаюсь, было выселено или переселено в квартиры меньшей площади.

Андрей Шорец: Да, и мы продолжаем эту работу, отключаем коммунальные услуги. Для примера, у нас задолженность населения за услуги ЖКХ составляет 27,8 миллиарда. И мы на 2,7 миллиарда за прошлый год снизили эту задолженность. И, наверное, вступление в силу Жилищного кодекса, который, мы надеемся, будет принят на весенней сессии, также позволит нам активизировать эти подходы. Основные методы — это переселение граждан в квартиры меньшей площади, в другой населённый пункт, типовые потребительские качества уже не учитываются — это также станет одним из элементов взыскания задолженности с населения.

Я не думаю, что депутаты накануне очередных депутатских выборов будут принимать кодекс с такими непопулярными мерами.

Андрей Шорец: Ну почему непопулярными — это нормальная схема работы, она работает во всём мире. Просто мы пришли к тому, что и у нас настало время.

А вот сегодня, если нет такого нормативного акта, какие есть законные основания для выселения человека из квартиры?

Андрей Шорец: Полностью мы не можем выселить, мы можем переселить в помещение, по площади меньшее занимаемогo, но в этом же населённом пункте и таких же типовых потребительских качеств. Поэтому, конечно, это сложно.

Хорошо, и чтобы закрыть тему субсидирования: часто говорят о том, что субсидирование — это субсидирование более богатых людей. Помните, когда обязали платить по другим тарифам владельцев коттеджей?

Андрей Шорец: Это был проект, был документ, он не работал. И сегодня чётко определить критерии и ввести в действие норму законодательства, которая бы предусматривала "чем ты богаче, тем больше платишь" сложно, хотя мы подходили к этой проблеме не раз, рассматривали с разных сторон. Но, наверное, не пришло ещё время в республике ввести такую дифференциацию. Потому что мы ввели дифференцированную плату за воду, и очень много вопросов возникает у населения, даже по этим копеечным тарифам, которые мы платим — вал, поток обращений, жалоб, народ недоволен. Хотя за четвёртый квартал прошлого года экономический эффект составил 20,3 миллиарда рублей, из которых 5,7 миллиарда — это эффект от снижения потребления. Это та электроэнергия, которую мы не затратили на подъём воды, это те затраты, которых мы не понесли за тот недопоставленный объём. Это 2,7% воды, на которые население стало потреблять меньше — это годовой объём такого города как Барановичи.

Вы сказали о жалобах — подождите, ещё лето не наступило. Надо будет огороды поливать, и на дачах использовать большое количество воды. Насколько справедлива эта дифференциация? Всё-таки в сельской местности люди больше воды расходуют для полива — огурчики выращивают и всё такое.

Андрей Шорец: В сельской местности, например, население не платит за услуги канализования, а платит только за воду. Городской житель платит ещё и за услуги канализования.

То есть, справедливо, Вы считаете?

Андрей Шорец: Я считаю, что это справедливо. Потому что 585 рублей за куб воды: мы действительно считаем, что вода — дар природы. Но воду надо поднять из скважины, её надо очистить, прокачать по трубопроводу и подать гражданину. В отрасли водопроводно-канализационного хозяйства Беларуси работают 25 тысяч человек.

Даже если взять в Минске на Пулихова здание водоканала с внутренним двориком — оно больше, чем резиденция президента. Я иногда думаю: а зачем, не барство ли это? И все эти утечки, которые из магистральных водопроводов, они на кого ложатся? Тут же тоже нужна система. Жители с введением дифференцированной оплаты стали экономить, и в хозяйстве ЖКХ нужно какую-то систему ввести. Как экономят предприятия?

Андрей Шорец: И мы экономим. В прошлом году мы обеспечили снижение затрат в целом по отрасли на 5,4%. Много это или мало — это 166 миллиардов рублей. Главная задача, которую сейчас перед нами поставило правительство — это снижение затрат.

А всё-таки утечки из магистральных водопроводов кто оплачивает? Бывает, вода течёт из люков, поднимается. Это же, наверное, раскладывается на всех потребителей в любом случае, как и прежде это было?

Андрей Шорец: Нет, часть относится за счёт себестоимости, за счёт действий предприятий. Сегодня уровень возмещения населением затрат по водоснабжению составляет всего лишь 24%. Две задачи, которые сегодня перед нами ставят правительство и глава государства — это снижение затрат и повышение качества. И через призму этих двух задач — конкуренция.

Вы сказали о конкуренции, но пока монополия, по сути, существует.

Андрей Шорец: Сегодня, при уровне возмещения 17-18%, сложно привлечь какую-то структуру для работы в этой сфере. К нам приходили несколько литовских предприятий которые были готовы организовать совместное предприятие и работать на этом рынке, но, к сожалению, посмотрев экономическую ситуацию, они не изъявили желания работать на рынке. И когда проводили конкурс в 16 городах республики, только в Борисове 12 домов — по конкурсу выиграло обслуживание частное предприятие. Заключается договор, с 1 марта они приступают к работе. И здесь мы посмотрим, насколько эффективно они будут работать, насколько качественно будут оказываться услуги. Я надеюсь, что рынок станет конкурентоспособным.

Не получится ли так: одна уважаемая компания решила уборщиц заменить клининговой компанией, пришла клининговая компания — тех же бабушек одели в спецодежду с красивыми надписями, только увеличилась стоимость услуг. Цены вырастут или нет?

Андрей Шорец: С приходом частных услуг цены должны упасть. Это основная и главная цель — за меньшую цену лучшее качество. Это главная наша задача, главный наш лозунг.

Если придут частники в большом количестве, зачем тогда Министерство ЖКХ? Даже премьер в прошлом году говорил, я помню, что надо ЖКХ слить с Минстройархитектуры. Видимо, вы доказали свою необходимость.

Андрей Шорец: Вы совершенно правы. Когда население будет оплачивать 100% коммунальных услуг, когда в республике будет создана нормативно-правовая база, как в техническом плане, так и в экономическом, когда государство уйдёт от дотаций отрасли — тогда, может быть, и министерство не нужно будет как орган госуправления.

Всё равно ещё до пенсии успеете доработать.

Андрей Шорец: Насколько ещё далеко до пенсии...

-20%
-25%
-25%
-10%
-11%
-50%
-60%
-27%
0070236