Елена Папкова,

И вовсе не потому, что у нас нет людей, способных на творчество. А потому, что любая профессия – это оплачиваемый труд. Автор с тиражом в 700 экземпляров элементарно не выживет, если будет заниматься только литературой. Да, способность писать – это искра божья. Да, творчество должно превалировать над коммерческой выгодой. Но если автор хочет, чтобы его труд был оценен, чтобы произведение нашло своего читателя, литература должна быть бизнесом.



Как стать успешным автором и как зарабатывать своим талантом – узнаем от писателя Андрея Жвалевского.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.

Скачать аудио (11.83 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.

Скачать видео

Каким должен быть автор, чтобы его называли успешным? Где он должен издаваться? Каким тиражом?

Коммерческий и литературный успех – это разные вещи.

Как по-вашему, что такое успешный автор?

Для меня это два разных автора. Есть коммерчески успешные авторы, которых очень легко определить по суммарным тиражам. Есть литературно успешные авторы, которых определяют по премиям.

И в одном лице они никогда не совпадают?

С моим соавтором Евгенией Пастернак мы пытаемся совмещать это. У нас неплохо продается книга, и достаточно много премий, в том числе довольно солидных. В принципе компромисс возможен. Но мы все-таки не Донцова и не Акунин по коммерческой составляющей, и больших премий вроде "Большой книги" нам пока тоже не дают. Мы балансируем на двух гребнях волны и пытаемся совмещать и то, и другое.

Давайте начнем с коммерческого успеха, его проще определить. Сами издатели выделяют три условия, необходимых для бестселлера: нужен хороший текст, не ниже определенного уровня, работа издательства по продвижению и удача. Третий компонент никак не прогнозируется, поэтому одна и та же книга у одного издательства может лежать, а у другого раскрутиться. Так было с Коэльо: он лежал в "Агриусе", и никто его не покупал. А потом "София" его переиздала, и вдруг пошли миллионные тиражи.

Но первые два компонента зависят от усилий человека. Понятно, что надо писать хорошо. Однажды я проводил мастер-класс "Как стать успешным писателем?" Я сорвал голос: 7 часов я вкратце пытался объяснить, как написать успешную книгу.

А что же, есть алгоритм?

Алгоритм есть. Я могу произнести последнюю фразу, которую я произнес в конце мастер-класса сипящим голосом. "А теперь забудьте все эти правила. Потому что чтобы написать реальный бестселлер, их надо отбросить". Действительно, чтобы быть продающимся писателем, надо выполнять определенные правила. Но Джоан Роулинг, Акунин их не выполняли. Книги, которые взрывают рынок, пишутся поперек правил. Это сложно тоже сложно предсказать, но можно потом объяснить. Джоан Роулинг гоняли из издательства в издательство.

Я помню, как на журфаке нам рассказывали, каким должно быть первое предложение. Это литературное правило.

Эти правила работают. Но произведение, написанное по всем правилам, может быть скучно читать. А можно увидеть слегка шероховатый текст, от которого не можешь оторваться.

Что тогда говорить о потоке сознания…

Модернизм вообще отдельная история. Целая повесть может быть написана одним предложением. Или, как у Кортасара в "Игре в классики", куски текста можно перемешивать произвольным образом и читать в любом порядке. Это поперек всяких правил, и, тем не менее, работает.

Второй пункт – продвижение издательства – тоже химерическая вещь. В принципе все издательства делают одно и то же. Я говорю о российских, а про белорусские просто умолчу, потому что они как церковные мыши. В России есть два достаточно обеспеченных издательства, которые держат полрынка, это "Эксмо" и "АСТ". Одно из них имеет мощное представительство в Беларуси в лице "Харвест". Эти издательства имеют право и возможность выделять какие-то деньги на продвижение, и они этим успешно занимаются. Они возят писателей по городам и весям, продвигают их по телевидению. Например, в московском метро можно увидеть рекламу книги, и это не экзотика. Писателей продвигают с помощью телепроектов, как, например, Устинову.

Этим занимается издательство?

Строго говоря, этим должны заниматься продавцы. Но "Эксмо" и "АСТ" сами и продают свои книги. Но на Западе этим занимаются издательства, хотя их тоже трудно разделить: там большие фирмы товаропроводники. Издательство – это конгломерат из сотен издательств. Некоторые выпускают альбомы про холодное оружие, а некоторые гонят попсу, и все это одно издательство.

Действительно, может, это хороший путь от обратного. Толстую все знают по "Школе злословия". Когда ее книги видят в магазинах, интересуются, что она написала. Я задам вам вопрос, который станет мостиком на нашу национальную почву. Почему вы издаетесь в России?

Потому что в Беларуси издаваться негде. Я пытаюсь вести статистику из тех источников, которые мне доступны, в частности из Национальной книжной палаты. У нас 93% художественной литературы издает "Харвест". Это небелорусская литература.

Это филиал?

Несколько лет назад у нас был завод, который собирал микроавтобус "Форд Транзит". Но никто не говорил, что в Беларуси появился свой легковой автопром. Привозили детали, собирали здесь и увозили автобусы. С "Харвест" то же самое: приходят заказы, здесь книги издают и увозят эшелонами в Москву. Они дают людям работу, платят налоги, большое им спасибо за это, но к белорусской литературе это не имеет никакого отношения. На остальные 7% художественной литературы приходятся 400 наших издательств, большинство из которых издают одну-две книги в год средним тиражом 700 экземпляров. Это копировальная деятельность.

700 экземпляров – это ведь очень мало.

Торговля просто не берет такие тиражи. Понятно, что это средняя температура по больнице. Львиная доля – это ИП, которые публикуют 200 экземпляров за деньги автора. А потом он раздает их друзьям. До читателя они не доходят. Получается, что в Беларуси можно издавать книги за свои деньги себе на память. Допустим, "Мастацкая літаратура", флагман белорусских издательств, за первое полугодие 2011 года издало две художественные книги. Членов Союза писателей Беларуси – 500. И есть еще неучтенное количество молодых писателей, которые тоже не прочь издаться. Простая арифметика показывает, что к тому времени, пока молодой писатель дождется своей очереди, он будет уже немолодым писателем.

Там есть очередь?

Какая-то очередь, наверное, есть. Как она формируется, мне не известно. Но простому человеку туда сложно попасть, тем более что они издают классику.

Автор издался. Что дальше? На него вдруг обрушится национальная слава? Он дождался очереди, его издали, и?

И все. Вторая большая проблема – наша книжная торговля. За этим столом сидел руководитель "Макбела". Он правильно все говорил. Он сказал, что товарных запасов российских книг у нас до Нового года. Теперь российскую книгу продать невозможно. Если не будет мощной подпитки с востока, и мы перестанем продавать российские книги, то книжные магазины просто опустеют, туда никто не будет ходить. И тогда белорусские книги, которые появятся взамен российских, просто некому будет покупать. Люди все равно идут за Донцовой, Акуниным, Устиновой.

Потому что они раскручены.

Из белорусских авторов они покупают Ольгу Громыко, которая тоже издается в России. Она есть в составе сборника в белорусском "Регистре", но это не восполнит читательский голод. Получается, что с торговлей у нас швах из-за проблем с российскими поставщиками. Казалось бы, у белорусских издательств появился шанс: россияне отвалятся, и теоретически белорусы могут заполнить этот вакуум своими изданиями. "ЛіМ" уже пытается это сделать, но белорусские издательства бедные. Государственные и частные издательства норовят расплачиваться с авторами не деньгами, а частью тиража, потому что денег просто нет.

Читатель пойдет на имя. Если он зайдет в книжный магазин, в потоке российской, зарубежной литературы он не обратит внимания на новое имя.

В этом смысле нам с "Порри Гаттером" повезло: мы выплыли на мощных плечах Джоан Роулинг. После этого уже не надо объяснять, кто такой Жвалевский. Самое главное - убедить торговцев, что ты хороший автор. Тогда они тебя заказывают, выкладывают на витрины, и тебя покупают.



Но наши писатели не ведут телепрограммы…

Почему? Например, Тамара Лисицкая. Она известная медиаперсона, работает на радио. Сейчас у нее появилась передача БТ.

Но все равно в общей массе это уровень минской тусовки: собраться в числе 10-20 человек и почитать друг другу. Я их знаю, потому что они в обязательной программе на филфаке и журфаке. Поэтому мы знаем Глобуса, Бахаревича, Ходановича. Но большинство не знает, кто это.

Это огромная проблема. Я процитирую одного высокопоставленного чиновника. В прямом эфире ОНТ я начал рассказывать ему, что издательства не могут издаваться, на что он ответил: "Это не проблема Министерства информации. Наша задача – выдать лицензии, остальное – проблема издательств". Представьте, что хоккеистам говорят: "Мы разрешаем вам играть в хоккей". Клюшки, спорт, командировки – это ваши проблемы. Как вы думаете, где была бы наша национальная сборная?

С литературой то же самое. Мало разрешить. Особенно сейчас нужна мощнейшая поддержка государства. Мало дать деньги госиздательствам, а потом у них же выкупить книги для библиотек. Это хорошая схема, но в результате читатель не видит книг. Нужна программа поддержки чтения, нужна информационная поддержка, шумные премии, а не внутряки, которые происходят в Союзе писателей и про которые никто ничего не знает. Я жду, когда писателю дадут госпремию. Последнее время такого не случалось.

Зато в некотором смысле это плюс для писателей: они ушли в андеграунд. Их книги продаются в маленьких магазинчиках. Единственный вопрос – за что жить?

Жить не за что. Да и писатель пишет, чтобы его читали. Деньги – это важно, но главное – это читатель. Когда их десять, зачем печатать книгу? Можно дать им ее в электронном виде. Литература по определению должна быть массовой. Читатели должны измеряться тысячами, лучше десятками, сотнями тысяч, а еще лучше миллионами. Литература для двоих – это переписка, эпистолярный жанр.

Можете назвать белорусских авторов, которым удалось прогреметь?

Я уже называл Олю Громыко. Внутри страны гремят Батракова, Лисицкая. Если выйти на улицу и спросить, кто это, могут ответить. Еще Михаил Голденков, который пишет исторические книги. Но прогремел он на книгах по разговорному английскому языку. Еще мы с Женей Пастернак и Игорем Мытько. Из тех, кто на слуху, больше я не назову.

Может быть, есть круг удачных тем или жанров?

Можно взять топ-10 продаваемых книг. Есть хороший сайт probooks.ru. Там публикуются достоверные рейтинги. Рядом стоят Донцова с ироничным детективом, Акунин, Маркес, которого недавно разрешили печатать легально.

Меня всегда удивлял Маркес в этом ряду.

Раньше его не было, потому что долго не было продано официальных прав на его издание. Его не переиздавали с советских времен. А это хороший писатель, я его очень люблю.

Конечно, хороший. Поэтому я и удивляюсь.

Туда же может попасть фантастика вроде Панова.

По-моему, там много детской литературы.

Детская литература редко бывает на верхах рейтингов. Это отдельный пласт со своим постоянным читателем.

На некоторых сайтах, которые продают книги, я видела детские книги среди бестселлеров.

Чем хорош тот рейтинг, о котором я говорю, он сводный по магазинам, торговым сетям. Там Минаев, Глуховский, может быть фантастика, офисная литература, любовный роман. Поэтому я не могу дать рецепта, на какую тему надо писать. Я могу дать другой рецепт: если хотите добиться успеха, любого, литературного или коммерческого, надо писать то, что хочется. Когда пишешь то, что из тебя прет, получается хорошо. А когда начинаешь подстраиваться под то, что продается, ничего не выйдет. Конечно, есть серии вроде "Сталкера", "Метро", когда садятся графоманы и на заданную тему "струячат" романы.

Какой окказионализм!

Я не могу сказать иначе. За две недели они пишут книгу. У меня просто волосы на голове шевелятся! В лучшем случае за две недели я могу написать рассказ, и то вряд ли. А тут люди пишут 300-страничные книги.

Может быть, идти вашим путем? Вы лично поклонник "Гарри Поттера"?

Да. Когда писали, мы не думали о коммерческом или литературном успехе. Мы думали издаваться не в книге, а по главе в журнале. Первые пять глав так и написаны, чтобы люди ждали следующего номера. Мы писали исключительно потому, что понравилась книга. Но если разобраться, больше нет примеров удачной пародии, которая сразу бы хорошо продавалась.

Были когда-нибудь пародии в Беларуси?

Была "Энэіда навыварат" и "Тарас на Парнасе".

А позже были Анка Упала, Ходанович с "Хлопчыкам і Копчыкам". Правда, это не совсем пародия - это злая пародия.

К сожалению, я не читал. Видите, не зря пришел.

Это не столько пародия, сколько от противного.

Это один из приемов пародии. В любом случае она должна быть насмешкой над оригиналом. Тем не менее коммерчески успешных примеров нет. Как пел Высоцкий, "делай, как я, не надо за мной". Надо находить что-то свое. Надо найти то, что греет. Думаешь над чем-то и уже представляешь, как напишешь это. У меня в голове всегда несколько идей, которые я откладываю. Потом одна из них привязывается, и я понимаю, что это надо писать, иначе не отстанет. Есть авторы, которые неплохо пишут под заказ, например, Ольховская, Тарасевич.

Всегда видно, когда это бизнес. Читателя не обманешь.

Достоевский писал свои книги буквально ради куска хлеба. Он переживал, что ему приходится слишком быстро писать. Например, "Идиота" он хотел переписать, потому что издатель требовал его слишком быстро. Чехов свои первые рассказы тоже писал за кусок хлеба, даже без масла.

Так то Чехов…

Чехов и Достоевский могли писать и под пулеметом, и все равно было бы хорошо.

Такие технические новшества, как аудиокнига, способна поднять популярность?

На мой взгляд, да. Неизвестно, как аудиокнига, электронная книга или пиратские тексты влияют на продажи и популярность авторов. Никто никогда не пытался получить объективный ответ. Есть эксперты, которые придумывают, глядя в потолок, нанесенный ущерб. Но это не оценка. Никто пока реально не оценил взаимодействие всех форматов: это очень дорого стоит.

Давайте послушаем фрагмент из книги "М+Ж". Актриса читает, как сказку.

Да и героиня была помоложе. А ведь там есть еще мужская часть, которую тоже читает женщина. Тем не менее даже такой любительский вариант идет в плюс. Благодаря этой книге кто-то услышит, что есть бумажная книга, кто-то найдет ее и почитает. Я знаю много людей, которые сначала читают в электронном виде, а потом, если понравилось, покупают бумажную книгу. Я предпочитаю слушать аудиокниги те, которые я уже прочитал глазами. Тогда удается услышать новые вещи, которые проскакиваешь глазами. Например, я с удовольствием прослушал "Сто лет одиночества", хотя эту книгу прочитал в студенчестве много раз. А когда послушал, увидел совсем другое.

В том-то и дело, получается, что актриса читает о другом.

Это на тот же самый предмет с другой стороны. Мне всегда нравилась стереоскопичность. Книга "М+Ж" именно такая: там мужской и женский взгляд. Как подспорье аудиокнига – хорошая вещь.
-20%
-33%
-20%
-50%
-21%
-10%
-10%
-55%
-20%
0066814