1. «Падает мотивация платить налоги». Белорусы плохо разбираются в бюджете. Вот к чему это может приводить
  2. «Попытка восстановить легитимность». Эксперты — о «заигрывании с Баку» и будущей встрече с Путиным
  3. Врач — о симптомах хламидиоза и том, как им можно заразиться
  4. Белорус заочно получил пожизненное за убийство французских миротворцев. Рассказываем, что известно
  5. Вместо Земфиры — Моргенштерн. Организаторы «Вёски» — о возврате билетов и новом лайнапе
  6. «Белнефтехим» рассказал, насколько подорожает топливо до конца года
  7. Курсы доллара и евро заметно упали. Что происходит на валютном рынке
  8. Дух захватывает. Что видно с крыши в центре Минска, где сегодня презентовали высотный огород?
  9. Переговоры с Мишустиным, новые законы и задержания. Что происходило в Беларуси 16 апреля
  10. На «Гомсельмаше» рассказали про 400 вакансий, приглашение россиян на работу и зарплаты выше 3600 рублей
  11. «Мы не гоняемся за сложными рецептурами». На Белинского открылась кондитерская Mousse
  12. Глава Минздрава о третьей волне коронавируса в Беларуси: заболевших меньше, но тяжелых случаев больше
  13. Где в Беларуси численность населения падала, а где росла? Посмотрели статистику по регионам
  14. Премьер-министр России в Минске: налоговая интеграция и анонс встречи Лукашенко и Путина
  15. В выходные чуть потеплеет, на следующей неделе — похолодание и дожди
  16. Девушка Роналду — модель с невероятными формами. Вы удивитесь, узнав, чем она занималась до встречи с ним
  17. Как скручивают пробеги у машин из Европы: вопиющие примеры и советы специалистов
  18. Склепы с останками ребенка и взрослого обнаружили при прокладке теплотрассы в центре Могилева
  19. «В больнице плакал и просил прощения». Поговорили с женой Виктора Борушко, которому дали 5 лет колонии
  20. Бежали за границу через реки, леса и поля. Как белорусы скрываются от преследования силовиков
  21. Руководителем Белорусской ассоциации журналистов избрали Андрея Бастунца
  22. «Переболел COVID-19 и вернулся». История 92-летнего фельдшера, без которого в деревне никак
  23. «Оказалось бы, что Минск — древний азербайджанский город». Бывший президент Армении раскритиковал Лукашенко
  24. Туктамышеву называют новой примой российского фигурного катания. Только взгляните, как она хороша
  25. Суд приговорил музыканта Тиму Белорусских к двум годам «домашней химии»
  26. «Это недопустимо». Григорий Василевич — об идее ограничить возраст для голосования 70 годами
  27. «Настроения упаднические». Работники «Белмедпрепаратов» сообщают об увольнениях из-за политики
  28. «Нормализация отношений невозможна, пока не прекратится насилие». Макей встретился с послами Германии и Франции
  29. В прокате — «Чернобыль» Данилы Козловского. Что с ним не так?
  30. Врач объясняет, когда выпивать два дня — это уже запой и как быстро человек может спиться


Ольга Корелина,

Этим летом исполнилось ровно 50 лет с момента вступления в силу Договора об Антарктике – своеобразного "паспорта" Шестого континента. Беларусь, присоединившись к системе Договора 5 лет назад, начала проводить там научные исследования. При этом мы до сих пор не имеем собственной базы на континенте. Парадокс?

Договор об Антарктике, по сути, бессрочный. Согласно ему, континент имеет статус нейтральной зоны, на которой запрещено разведывание и добыча полезных ископаемых. Однако существуют две оговорки. Первая – запасы природных ресурсов на пяти континентах истощаются. Это факт, признанный мировым научным сообществом. Поэтому рано или поздно одна из стран - участниц Договора неизбежно выйдет из него и первой начнет добычу полезных ископаемых в Антарктике. Со временем её примеру последуют и остальные.

Сегодняшние действия Японии могут служить своеобразным прецедентом. В 1986 году было подписано международное соглашение, запрещающее промысел китов. Однако японские китобои продолжают охоту на этих млекопитающих, ссылаясь на одно из положений соглашения, которое разрешает "проводить исследования на китах с возможным летальным исходом". Только зимой 2011 года японские власти временно прервали китобойный промысел в Антарктике, объяснив это противодействием со стороны экологов.

Мысль о том, что Антарктида не останется всемирным заповедником навсегда, подтверждают и высказывания специалистов. В частности, Валерий Лукин, руководитель Российской антарктической экспедиции, в одном из интервью сказал следующее: "<…>добычей ископаемых в Антарктике неизбежно займутся другие страны, изменится рыночная конъюнктура, и мы должны быть к этому готовы".
 
То есть государства, посылающие экспедиции в Антарктиду, кроме краткосрочной "научной" перспективы исследований континента, держат в уме и долгосрочную "корыстную" – возможность использования его недр.

Вторая оговорка – запрет на добычу природных ископаемых не распространяется на биологические ресурсы, которыми богаты воды Антарктики. Например, по данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (FAO), в 2009 году вылов криля из антарктических вод составил 125 824 тонны. По словам биолога, участника белорусских антарктических экспедиций Юрия Гигиняка, его запасы в этом регионе оцениваются в пределах 1-3 миллионов тонн. Кроме криля воды Южного океана богаты и другими биологическими видами, среди которых первостепенное значение имеет рыба.
Разумеется, перспектива добычи морепродуктов из антарктических вод могла бы привлечь Беларусь только теоретически, ведь у нас нет собственного флота. В перспективе, разумеется, эту проблему можно решить с помощью аренды судов. Однако гораздо более реальная возможность – продать квоту на вылов одной из морских держав.
 
Зачем нам база в Антарктиде?

Обязательное условие получения права на отлов "морской живности" в Антарктике – наличие собственной базы или станции. Беларусь, хоть и ведет полярные исследования уже 5 лет, её не имеет. Задача создать белорусскую базу стояла еще в 2006 году и была официально обозначена в Государственной программе "Мониторинг полярных районов земли и обеспечение деятельности арктических и антарктических экспедиций на 2007-2010 годы и на период до 2015 года". Она фигурирует и в новой госпрограмме, утвержденной в этом году, так как выполнить её до 2010 года не удалось. Между тем реальность выполнения уменьшилась в два раза – прямо пропорционально объемам финансирования. Если в 2007-2010 годах на полярные исследования было выделено 15,4 млрд рублей, то на 2011-2015 годы только 7,8 млрд. Сумма вполовину меньшая.
 
Члены белорусской антарктической экспедиции настаивают на том, что "нашей стране нужна собственная база". "Эффект присутствия возможен только при наличии "точки опоры" в Антарктиде. Это наша цель – создать собственную модульную, мобильную базу", - говорит исполняющий обязанности начальника государственного учреждения "Республиканский центр полярных исследований", руководитель национальных антарктических экспедиций Алексей Гайдашов.

Он рассказал, что в 2007-2009 годах Беларусь посылала на Шестой континент собственные полномасштабные экспедиции. "Мы начали создавать основу белорусской базы в районе горы Вечерняя, в 24 км от российской полевой базы "Молодежная". Там имеются средства обеспечения, силовые установки, вырабатывающие энергию, средства связи, транспорт: снегоходы, вездеходы", - говорит Гайдашов.

Ученые жили в месте базирования, завозили туда продукты, топливо, технику. Работали автономно.

В последние годы формат изменился. Если финансирование государственной антарктической программы на 2007-2010 годы рассчитано на "14 человек зимовки, 5 человек сезон", то штатный состав, предусмотренный в программе на 2011-2015 годы, - 3 человека. Полноценную экспедиционную группу из них не составить.

Поэтому белорусские полярники исследуют Антарктиду в составе российских экспедиций. Российская сторона отвечает за транспортное и логистическое обеспечение, предоставляет свою базу для размещения белорусов. Казалось бы, если все условия для научной деятельности имеются, зачем нужна самостоятельность?

В 2006 году Беларусь вошла в систему Договора об Антарктике, однако пока статус Консультативной стороны не получила. Только страны, имеющие его, обладают правом влиять на принятие решений относительно судьбы Шестого континента. "Пока у нас не будет собственной базы, постоянной или хотя бы сезонной, мы не заслужим статус Консультативной стороны", - считает Алексей Гайдашов.

Биолог Юрий Гигиняк, принимавший участие в двух антарктических экспедициях, придерживается еще более пессимистичной точки зрения: "Если в ближайшие два-три года мы не откроем свою станцию, нам могут просто не разрешить это сделать. Нас не пустят туда как белорусскую базу". Это значит, что белорусы смогут и дальше ездить в Антарктиду в составе экспедиций других государств или в качестве туристов. Однако её ресурсный потенциал будет потерян для страны навсегда.

По словам Юрия Гигиняка, сейчас среди защитников окружающей среды идут споры, стоит ли квотировать количество людей, прибывающих в Антарктиду. Слишком много туристов и ученых появилось на материке в последние годы, слишком много техники там работает – всё это угрожает экологии континента. Возможно, через несколько лет мировое антарктическое сообщество примет решение ограничить количество станций уже существующим числом.
Надо сказать, что свои базы в Антарктике имеют не только развитые страны, которые могут себе позволить столь долгосрочные "инвестиции", но и сопоставимые с Беларусью - Болгария, Украина и Румыния.
 
 
 
 
 
-10%
-25%
-30%
-5%
-15%
-50%
-10%
-10%
-50%
0070970