Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


"Комсомолка" открыла дачный сезон вместе с семьей Анатоля Ярмоленко

Дачу Ярмоленко мы ожидали увидеть, как минимум среди домиков-дворцов под Минском, однако проехали мимо. Надышались запахом органических удобрений, проезжая мимо колхозных полей, пересекли небольшую деревеньку и выехали к самому обычному дачному кооперативу с маленькими участками, невысокими домиками и кустами смородины.

Если бы навстречу не вышел сам Ярмоленко, наверное, решили, что ошиблись адресом. Тем более что у дачных ворот стоял… уазик. "На дачу только на этой машине езжу", - пояснил хозяин. Впрочем, и Анатолий Иванович в желтом дождевике и резиновых сапогах совсем не походил на народного артиста.

- Я искал дачу в уединенном месте. Сам простой парень и хочу быть среди себе равных. Столько фальши кругом, а тут один сосед - рабочий завода, там пенсионер живет, там еще один пенсионер. Мы с ними дружим по-человечески. Никто меня не просит спеть, никто не требует чего-то. Мы здесь - на даче.

В Гомеле, откуда "Сябры" родом, у семьи Ярмоленко была дача получше - на берегу Сожа. Но, переехав в Минск, Анатолий Иванович подбирал "фазенду" всего по двум критериям:

- Участок четыре сотки - мне больше не надо. Главное, чтобы недалеко от города было и поменьше бомонда. А здесь из артистов никого нет. Адпачываем!

- А как же шумные гости?

- Да никто не знает, где у нас дача. Здесь я прихожу в себя после творческих взлетов-падений, после нервотрепки. За свою жизнь я устал от всего. А тут никакой информации, даже сотовик не берет. Озеро недалеко есть, порыбачить можно - снасти я всегда с собой вожу. Могу пройтись тяпкой…

Вот только дачные соседи в подобное "адпачыванне" не сразу поверили:

- Решили, раз артист - все, никто не работает - пьянки, песни, музыка, танцы… А сейчас у меня очень хорошие отношения с соседями, иногда пивка попьем вместе. Какие гулянья? У меня работа такая, нагулялся я так, что хочется просто покоя.

- Неужели и песню никогда не затяните?

- Если честно, здесь не пою. Я же артист - пою на сцене.

Так что первым делом для завоевания дачной репутации на самом видном месте (почти у дороги) хозяева построили стеклянный парник - тут растят помидоры.

- И рассадой тоже сами занимаетесь?

- На это нет времени. Покупаем или родственники привозят из Бобруйска, соседи кое-что советуют. Вот, говорят, у нас остался лук, тебе посадить надо. Правда, в прошлом году, когда я покупал рассаду, на рынке сказали, что помидоры будут самые лучшие, а оказались никакие. Обманули меня. Зато огурцы были хорошие. Я для огурцов тоже парник собираюсь построить.

Но самый высокий урожай на даче у Ярмоленко чеснока.

- Но в этом году я смотрю, что-то он желтеет рано.

- Может, это прошлогодний?

- Чтоб вы знали, чеснок садится осенью, - с ходу сдает экзамен на звание дачника Анатолий Иванович и продолжает экскурсию. - "Взрослые" деревья остались от прежних хозяев, а вот молодые – собственной посадки. Даже есть яблоня "Алеся", правда, она пока не плодоносила. Зато груша, хоть и молодая, вся просто ломилась от плодов.

- Почему же вы картошку не сажаете?

- Картошка - это банально. Столько возни, столько жуков. Ведро картошки мы садим и ведро собираем.

Лучше всего из дачных дел Анатолю Ярмоленко удается "руководить месторасположением грядок".

- Я четко помню, где и что росло в прошлом году. А поскольку севооборот должен быть, значит, периодически надо менять культуры. Я относился к тем людям, которые считают, что на даче надо в гамачке отдыхать – есть у меня качалка такая. А потом понял, надо все-таки, чтобы что-то росло.

Для внуков – Анатоля (три года) и Ульяны (пять лет) на даче просто рай и раздолье. По соседству с зеленой лужайкой для внучат насыпали песочницу. Дети не преминули посадить в нее тюльпаны.

Кстати, лужайка не в пример парнику, скрыта от соседских глаз.

- Хочется походить иногда без брюк, - прикалывается народный артист. - Первое время здесь настоящее шоу было, понимаете. Забора вокруг участка не было - недавно поставили. А так перед соседями все на виду. Созерцай артиста в любом экзотическом виде.

Когда десять лет назад Ярмоленки покупали дачу, были только кирпичные стены да мансарды. Теперь семья выкупила соседний участок и строит уже второй дом.

-Я решил поставить баню. А строители из большой любви предложили: давайте сделаем такую баню, чтобы было где раздеться. Я согласился. А они потом говорят: "Кирпичи остаются, давай еще и второй этаж сделаем, чтобы было где поспать". Я приезжаю, смотрю - получился дом.<>

И хотя баня еще не достроена, друзья уже презентовали веник.

Пока Анатоль Ярмоленко показывал дачные достопримечательности, Слава вместе с зятем Сергеем успели приготовить шашлык, а Алеся и невестка Наталья накрыли стол на "банной" веранде.

- Дети у меня добросовестные. Но сразу говорю (Ярмоленко повышает голос так, чтобы семейные слышали): категорически ничем не помогает ни зять, ни невестка. Наташа (солистка Белконцерта. – Прим. авт.) первое время старалась здесь что-то делать, но потом поняла, что можно и на халяву, - подкалывает невестку Анатолий Иванович.

- Но все кирпичи, которые здесь есть, я перенесла. Даже беременная носила, - отдувается Наташа.

- А я дом выкрасила, - добавляет Алеся.

- Ну, кого ждем? Шашлык не подгорел? Кстати, знаете, как шашлык правильно готовить? Тут главное "специи" – пока жаришь, надо напевать "Гуляць дык гуляць".

Анатоль Ярмоленко предупредил семью заранее - "готовить станем под моим руководством, но чуть что, виноват не я".

- Можно и перцовки грамм пятьдесят выпить. За открытие сезона!

Петр Машеров снес в Дроздах все заборы и научил минчан стричь газоны

О дачном комфорте в понимании самого любимого народом секретаря ЦК КПБ "Комсомолке" рассказала его дочь Наталья Машерова.

За время своего проживания в поселке Дрозды Петр Машеров со своей семьей сменил три дачи, но ни одну из них назвать роскошной нельзя.

- Сначала мы жили на даче с печным отоплением. Для меня, девчонки, это было весело. А для отца комфорт заключался в возможности сделать что-нибудь самому. Он очень любил газоны. Сначала косой их подстригал, а потом привез из Англии тяжелую механическую газонокосилку. По его примеру стали стричь траву и в Минске. Папа научил маму сажать цветы среди газона. А сам осенью отмечал флоксы, чтобы весной пересадить их по высоте и цвету. Эти занятия давали папе возможность побыть в одиночестве, отдохнуть от суеты, подумать. Он хотел, чтобы уровень бытовой культуры белоруса был на европейском уровне. В Дроздах возле каждой дачи были зеленые заборы. Папа настоял, чтобы их снесли. Этому особенно противились жены, но со временем заборов не стало.

Когда папа стал секретарем ЦК, мы переехали на дачу Мазурова. Она казалась невероятно красивой: деревянная, двухэтажная... Но по теперешним меркам ничего особенного там не было. Разве что кухня была большая. Папа вновь взялся за благоустройство. По западной технологии выложил дорожки, посадил березовую рощу. Когда нам подарили косуль, сделал им загончик. Там они чувствовали себя комфортно. Часто лавали приплод, который мы отдавали в Беловежскую пущу.

- Ну а как же с комфортом?

- Уровень комфорта был такой же, как и у всех. Мебель традиционно строгая. Покупали ее в обыкновенных магазинах. Такие секции у многих белорусов стоят дома. Ничего из-за границы не привозили, под заказ тоже не делали.

Отец стремился к тому, чтобы быт создавал хорошие условия для работы, но не становился самоцелью. Даже если у нас были какие-то привилегии, автомобиль например, его это беспокоило. Потому что увеличивало чувство долга перед народом. А еще он боялся разбаловать детей.

Единственное, что сделали для него специально, уже на третьей даче залили вертолетную площадку. Папе было жалко тратить на дорогу полтора часа. Эта дача казалась отцу слишком фешенебельной. Внешне двухэтажная, но внутри - четыре уровня. Большая, со множеством комнат, с просторными светлыми ванными на каждом этаже, она его смущала. Большой обеденный стол, за которым иногда усаживалось человек 15-20: родственники, друзья, охрана, повар...

- А своя дача у вас есть?

- Нет. Я мечтала о таком доме, как у бабушки: простом, деревянном. Кстати, она из одного сельсовета с Александром Григорьевичем. Я любила деревенскую жизнь и ни в какие лагеря не ездила. Рвалась к бабушке, в колхоз поработать. Мне нравилась тамошняя нормальная жизнь, естественные люди. В деревне все становится на свои места.

Однажды муж сделал сюрприз: купил домик в глухой деревеньке Залядье. Старый, копия бабушкиной хатки. Бываем там редко, но пытаемся и сад посадить, и в доме что-то сделать. Еще хотим баньку срубить. Там нет горячей воды, а колодцы пересыхают. Но главное - красивая природа (рядом Березинский заповедник) и люди - из бабушкиной деревни, настоящие. Когда меня спрашивают: куда в отпуск поедете? Отвечаю - в Залядье.

Министр отказался от служебной дачи в Дроздах

А свою собственную строит уже 13-й год

Назначенный в 1990 году министром иностранных дел Петр Кравченко от полагающейся ему по должности госдачи отказался. Он даже не знает, как выглядела его резиденция.

- Когда я принимал у своего предшественника дела и ключи от сейфа, он обмолвился о своем положении. Анатолию Гуриновичу было 66 лет. На плечах мама и теща, которым далеко за восемьдесят. Для меня это было делом чести. Я отказался от служебной дачи в его пользу, - рассказал "Комсомолке" Петр Кравченко.

За все четыре года работы в МИДе, министр-бессребреник так ни разу на "своей" даче и не побывал. Времени не было. В то время Беларусь только налаживала дипломатические отношения, и министру "было не до шашлыков". За 1992 год Петр Кравченко побывал в 57-ми загранкомандировках.

Когда доводилось бывать в Минске, глава белорусской дипломатии коротал время в своей квартире в пролетарском районе на улице Маяковского. В ней Петр Кравченко живет и сейчас.

В 1990 году начались не только министерские, но дачные заботы. Глава внешнеполитического ведомства решил построить собственную дачу. Место выбрал живописное: в Раубичах на берегу озера. Три года назад противоположный берег облюбовал и построил там резиденцию американский посол Майкл Козак. Но насладиться дачным отдыхом министру не довелось. Стройка длиться до сих пор. Пошел 13-й год... "Строюсь на честно заработанные деньги" - подчеркивает бывший министр. Но до финиша осталось немного. Года через два-три Петр Кравченко планирует отдыхать и работать уже на даче. В двухэтажном доме предусмотрена библиотека и рабочий кабинет. На улице сад и газон. Грядки с картошкой и морковкой в планы дипломата не входят.

- Время было другое, - подчеркивает Кравченко, - члены правительства вели себя более продуманно и скромно. Не позволяли себе никаких излишеств. Я, например, не мог сделать ремонт кабинета за десятки тысяч долларов. Да и на "мерседесах" и БМВ не разъезжал. Все четыре года довольствовался скромной служебной "волгой".



Да, за хижину эти хоромы вряд ли сойдут



"Творческий человек должен жить в хижине"

Одну из самых роскошных дач построил себе Ярослав Евдокимов. В хорошем месте - в дачном поселке "Криничный", что в Ждановичах под Минском, и с хорошими соседями - сотрудниками МВД РБ, знатными спортсменами, писателями, правительственными чиновниками. Шесть лет назад, когда дачная эпопея Евдокимова только начиналась, соседи-дачники сказали: как только дача будет закончена - с певца концерт.

Концерта до сих пор не было и, судя по всему, вряд ли уже будет. Как мы выяснили, Ярослав Александрович разочаровался в целесообразности дачи как таковой: "Дача почти достроена, она отняла у меня много сил и времени, а бываю я там нечасто. Я думал, что найду на даче уединение - не получилось. Люди буквально на заборе виснут. Радости никакой, а завистников много. А ведь я начинал ее строить на месте двух свалок. Нанял трактор, целую неделю мусор оттуда выкапывали. А когда обнес расчищенное место сеткой, чтобы люди перестали туда мусор выносить (курортная же зона!), - вызвал этим такой гнев соседей! В общем, кроме суеты ненужной, эта дача мне ничего не принесла. Времени, чтобы ухаживать за ней, не хватает. Думаю, что я ее продам. Творческому человеку надо жить в хижине".
,