Андрей Коровайко,

Выпускники-2010 "отстрелялись" на централизованном тестировании, вот-вот завершится и вступительная кампания в вузы. Тем временем родители готовят первоклашек к первому школьному звонку.

Чему научились за школьные годы нынешние выпускники и чему смогут научиться будущие школьники? Какое оно – сегодняшнее школьное образование? Почему родителям выпускников приходится обращаться к репетиторам? Кто нынче преподает в школах? Почему в школах не готовят непосредственно к тестам централизованного тестирования? Почему на выпускных экзаменах оценки высокие, а на тестировании – близки к нулю? Как можно повысить уровень образования, которое преподается в белорусских школах?



О плюсах и минусах белорусской школы в эфире TUT.BY говорили лучший столичный учитель Алеся Зеневич и репетитор Евгений Ливянт. 

Алеся Зеневич преподает белорусский язык и литературу в средней школе №43 Заводского района Минска, Евгений Ливянт - индивидуальный предприниматель - репетитор по математике и физике с 2001 г.

Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу того, какое образование получают наши школьники сегодня?

Алеся Зеневич (А.З.): Думаю, что образование каждого школьника во многом зависит от него самого, родителей и педагогов.

Евгений Ливянт (Е.Л.): Мне кажется, что наша система образования находится в глубоком кризисе и продолжает деградировать.

Давайте попробуем разобраться, что же здесь не так. К вам как к репетитору часто обращаются родители, которые хотят, чтобы их ребенок куда-нибудь поступил?

Е.Л.: Важно понять, что сегодня возраст детей, нуждающихся в репетиторстве, значительно помолодел. Абсурдная ситуация дошла до того, что репетиторов нанимают, начиная с первого класса. В выпускных классах идет поголовное репетиторство для подготовки к вступительным экзаменам. Родители учеников 9, 7, 5 классов нанимают репетиторов, как только у них появляются материальные возможности. И причин для этого множество.

Хотелось бы понять, к услугам репетитора обращаются родители тех учеников, которые не успевают в школе, или родители, которые хотят, чтобы их успешные дети учились еще лучше?

Е.Л.: По-разному. И мотивация к этому различная. Понятно, что для того, чтобы сдать вступительные экзамены, к репетиторам обращаются как успешные, так и не успешные школьники. У меня занимаются дети, которые обучаются в самых престижных учебных заведениях Минска, с которыми мы только шлифуем материал, чтобы они умели решать самые тяжелые задачи. По моему профилю – математике и физике – в Минске осталось 5-6 школ из более чем двухсот, в которых более-менее обучают этим предметам. В последнее время идет огромное количество учеников выпускных классов, которые не знают, как сложить две дроби или открыть скобки. И не в переносном, а прямом смысле. Причем эти ученики не тупые, а запущенные. И буквально за год-два ученик вполне успешно подготавливается к вступительным экзаменам. В первую очередь результат подготовки к экзаменам не столько заслуга репетитора, сколько заслуга самого ученика. Если ученик не желает учиться, то как бы ты не вбивал знания в его голову, толку не будет. А ученикам, которые начинают обучение с таблицы умножения и сложения дробей, приходится выполнить просто гигантский труд, чтобы восполнить все те пробелы, которые остались после одиннадцати лет школы.

Почему приходится обращаться к репетиторам? Кто сегодня преподает в школах?

А.З.: Мой коллега правильно заметил, что обращаются те, у кого есть материальная возможность. Но такую работу с детьми проводили и раньше. Это сейчас называется репетиторством, а раньше такую работу выполняли сами родители или знакомые, которые помогали детям. Так как сегодня репетиторство развивается все больше и больше и предложений вполне достаточно, родители слагают с себя какие-то обязательства, так как они достаточно заняты и перекладывают это на плечи репетитора.

Я считаю, что практика раннего обращения к репетиторам носит негативный характер. Материал все-таки должен накапливаться и откладываться для того, чтобы быть системным, последовательным и достаточно прочным. А репетиторы совсем не волшебники и невозможно за короткий срок поднять уровень знаний достаточно высоко. Однако многие ребята говорят о том, что им нравится, когда с ними работают индивидуально. На сегодняшний день можно уверенно сказать, что психология детей также изменилась. И если раньше большинство школьников было настроено на коллективное обучение, то сегодня ребят, предпочитающих индивидуальное обучение, становится все больше. Такого уровня обучения пока еще наши школы обеспечить не могут. Платная услуга "Репетитор в школе" присутствует в наличии и думаю, что со временем она появится в школах. А сегодня учителя пока еще очень загружены и у них нет возможности заниматься репетиторством в школе. Именно поэтому родители и идут к репетиторам, чтобы конкретно с их ребенком сидел конкретный человек и объяснял предмет именно их ребенку. Здесь также многое завязано еще и на психологии ребенка.

Е.Л.: Я хотел бы возразить. Одной из основных причин обращения к репетиторам, а не единственной, являются абсолютно отвратительные школьные учебники. То, что в них написано, не могут понять ни ученики, ни учителя, и ни родители, которые и хотели бы помочь, но не в состоянии это сделать. Был случай, когда мне позвонил абсолютно незнакомый человек и попросил о помощи. Оказалось, что ребенок в седьмом классе начал изучать геометрию. Я поинтересовался, какие могут быть проблемы, так как геометрию только начинают изучать в седьмом классе. На что мне дали такой ответ: "Я закончила школу с золотой медалью, политех с красным дипломом и не могу объяснить ребенку, что написано в учебнике". На что я ответил: "Так это не вы виноваты. Закройте учебник и расскажите, как знаете".

Хочу отметить, что очень многое делают еще и учителя, которые нелегально пользуются старыми советскими учебниками, а в журнал записывают, что уроки проводятся по современным учебникам. Также нелегально ученикам раздаются и старые советские учебники.

Я бы хотел процитировать то, что пишут в наших современных учебниках. Например, абзац из учебника по биологии: "Таким образом, образование бивалентов при конъюгации гомологичных хромосом в профазе первого миоза создает условия для последующей редукции числа хромосом. Формирование гаплоидного набора в гаметах обеспечивается расхождением в анафазе 1 не хроматид, как в митозе, а гомологичных хромосом, которые ранее были объединены в биваленты. Второе миотическое деление следует сразу за первым и сходно с обычным митозом. Поэтому его часто называют митозой мийоза. Но в отличие от митозы клетки, вступающей в него, имеет гаплоидный набор хромосом". А вот пример из учебника по математике за 5 класс: "Найдите годовую амортизацию станка, если его стоимость составляет 300 миллионов рублей. Плановый срок работы – 10 лет, плановые затраты на ремонт – 180 миллионов рублей, остаточная стоимость после 10 лет работы – 32 миллиона рублей, расходы на демонтаж – 2 миллиона рублей. (амортизация – это денежная компенсация затрат, связанных с приобретением и использованием оборудования, станков и машин)".

Я не знаю, как можно по таким учебникам подготовиться самостоятельно или вместе с родителями. Это еще одна из многих причин, из-за которой ученики обращаются к репетиторам.

А как обстоят дела с учебниками по белорусскому языку и литературе?

А.З.: Здесь мы также вынуждены пользоваться не только учебниками. Особенно это касается белорусской литературы, где учебник не соответствует быстро меняющейся программе и многие тексты мы вынуждены читать либо в интернете, либо брать необходимую литературу в библиотеке. Соответственно, то же самое и с критическим материалом. Фактически по белорусской литературе у нас получается около восьми учебников плюс еще те книги, которые мы берем в библиотеке в течение учебного года. Не успевают наши хрестоматии за быстро меняющейся программой. Хотя для учеников хрестоматия, в принципе, является очень большой помощью тогда, когда некоторые материалы по литературе бывает достаточно сложно найти в библиотеке. Учебник по белорусскому языку, в принципе, можно вполне назвать удовлетворительным, но не по всем классам. В некоторых классах учебники по языку хорошие, а в некоторых материал выглядит так же, как и приведенный в качестве примера материал из учебника по биологии. Раньше был учебник по белорусскому языку за 10 класс, который уже поменяли, который вообще был оторван от жизни, - в нем шла сплошная голая теория, которая мало помогала подготовиться. Но думаю, что как сегодня, так и раньше, все учителя-языковеды всегда использовали дополнительный материал. Благо на сегодняшний день его много. Так что вполне можно пользоваться тем, что есть, дорабатывать или допечатывать что-то.

Встречаются в учебниках и ошибки. В этом году появились новые учебники для 5 класса, в которых уже есть много ошибок. Думаю, что и в последующих классах мы с этим столкнемся и нам придется достаточно сложно. Но у нас в помощь идут школьные тетради, потому что с такими учебниками все-таки хочется максимально обеспечить учеников необходимым материалом. Конечно же, набор по некоторым дополнительным материалам также оставляет желать лучшего.

Учебники мы можем обсуждать сколько угодно, но этим мы их, к сожалению, лучше не сделаем. Но хочется все-таки услышать – кто же преподает сегодня в школах? Какие педагоги? По каким критериям отбирают лучшего учителя? Много ли учителей участвует в этом конкурсе?

А.З.: Что касается конкурса, то здесь критерии, конечно же, есть. Но это критерии не конкретно к педагогу, а к профессиональному мастерству педагога. В этом году в столичном конкурсе участвовало 33 педагога, которые прошли достаточно много самых различных испытаний: это и педагого-психологическое тестирование, и открытые уроки, а также и анализ, и самоанализ этих уроков. Также это были и пресс-конференции, и презентации. Все эти испытания в сумме и определили лучшего педагога.

Многие смогли бы потягаться с вами в мастерстве? Сколько у нас хороших учителей?

А.З.: Думаю, что хороших учителей достаточно. Но участвовать в конкурсе профессионального мастерства идут в основном не молодые учителя и не учителя с хорошим запасом опыта, а среднее поколение. Испытания проводились на протяжении трех месяцев и это было очень тяжело. Директор школы, в которой я работаю, сказал: "Я знал, что тебе будет тяжело, когда толкал тебя на это, но что будет тяжело настолько – я не подозревал". Поэтому очень хорошие педагоги, с достаточно большим опытом работы, просто не участвуют в таких конкурсах.

А сколько у нас педагогов без стажа – молодых специалистов?

А.З.: К сожалению, молодых специалистов сегодня очень мало. Вчера я встретилась с секретарем нашей школы и она сказала, что молодежь просто уходит. Отрабатывает время, вроде бы как набирается опыта и, казалось бы, вот-вот они сейчас стартанут и, возможно, смогут дать хорошую базу… Но, к сожалению, очень многие уходят. Например, в моей школе очень мало молодых специалистов. И мы продолжаем их терять. Я говорю это с сожалением, потому что школе нужны молодые педагоги.

Что интересно, лидером среди столичных государственных вузов по легкости пути к студенческому билету в этом году можно назвать Белорусский государственный педагогический университет имени Максима Танка. И, судя по всему, на бесплатное обучение там может поступить кто захочет, учитывая то, что там очень низкий проходной балл. Кто же будет учить наших детей через пять лет?

А.З.: Те, кто закончит эти вузы.

Куда же катится наше образование, если придут молодые специалисты, которые ничего не знают и будут учить детей, которые, в свою очередь, также ничего не будут знать и которые тоже потом будут куда-то поступать?

А.З.: Это, конечно же, проблема. Но всегда бытовало мнение, что в школе не бывает случайных людей. Но те люди, которые закончат педагогический вуз и придут в школу, не настроившись на обучение детей и не имея достаточно знаний, - вряд ли они задержатся надолго.

Можно ли как-то поднимать уровень квалификации педагогов, когда они уже пришли на работу?

А.З.: Конечно, можно. Для этого существует масса формирований в школе. Прежде всего, это методическое объединение, плюс различные творческие группы, которые поднимают и профессионально-педагогический уровень, и уровень преподавателя по предмету. Вдобавок ко всему они еще и стимулируют человека к самообразованию. А вы знаете на сегодняшний день, что самообразование дает гораздо большие результаты. И взрослый человек, когда у него есть стимул повысить свое профессиональное мастерство, когда для этого созданы все условия, вполне может достичь высоких результатов.

Надолго ли задержится высококвалифицированный учитель именно в школе? Много ли среди ваших коллег-репетиторов бывших школьных учителей?

Е.Л.: Во первых, я хочу поблагодарить газету "Звязда", которая в субботу и сегодня публикует материал о реальном положении дел в школе, и в том числе сегодня будет опубликовано и интервью с моей коллегой, имеющей 23 года стажа и высшую категорию. Статья называется "24 жніўня – апошні дзень у школе. Я пайду ў рэпетытары".

Репетиторы - это не инопланетяне, а бывшие преподаватели, которые устали от бюрократического идиотизма, низкой заработной платы, обязанностей, несвойственных учителю. Думаю, что с тех молодых учителей, которые сегодня приходят или придут в школы, ничего не получится.

Проходные балы в педагогические институты катастрофически низкие. Для того чтобы поступить на специальность моего профиля, надо сдать экзамены на 15-20 баллов. Это же уровень не то что троечника, а двоечника. Раньше в педагогические вузы шли золотые медалисты, отличники и хорошисты. И крайне редко шли троечники. Из двоечника не может вырасти толковый специалист. На мой взгляд, туда идут те люди, которых уже никуда больше вообще не возьмут. И ни о каком призвании даже не идет и речи. Они неизбежно придут в школу, пару лет отработают по распределению, после чего они уйдут. С другой стороны, сегодня из школы идет отток профессионалов, которые унижены не только низкой зарплатой… Ведь что должны делать учителя кроме всего прочего? Обеспечить ремонт кабинета. Почему учитель должен делать это за свои деньги и часто – в свой отпуск? Непонятно. Также они должны организовывать подписку на никому не нужные газеты; обеспечить стопроцентное питание школьников в столовой невкусным и дорогим питанием; заполнить какое-то бесконечное количество бумаг, абсолютно фантастических и сумасшедших и которые у них потом еще будут их проверять. Сегодня учителя проверяют только по бумагам. Что вообще смотрят и делают проверяющие? Они приходят на несколько дней в школу, парализуют ее работу и проверяют: в журнале домашнее задание должно быть написано с большой буквы, а в дневнике – с маленькой. Возможно и наоборот, я этого никогда и не знал. Но это проверяют. Раньше "Тетрадь по математике" надо было писать на одной строчке, а теперь – на двух строчках. Это проверяется. Раньше писали: "Ученик 5 ''А,, класса", а теперь надо писать так: "Ученик 5 ‘’А’’ класса". И это тоже проверяется. Получается, что одни люди сочиняют эту ахинею, другие эту ахинею проверяют. И вообще, у меня складывается такое впечатление, что у нас очень богатое государство, если оно может позволить себе содержать такую массу бездельников, которые сочиняют эти бумаги и проверяют работу учителей по этим бумагам. Естественно, учитель устает от всего этого эгоизма, постоянного унижения и бесправия. Учителя, кстати, абсолютно бесправные люди. Их могут унизить и ученики, и родители, и администрация. Причем абсолютно безнаказанно. И ничего за это не будет. В прошлом году была одна история, которую даже показывали в телепрограмме "Выбор", когда в одной из гимназий учительница вылила на ученика бутылочку с кока-колой и сверху посыпала его чипсами. В программе "Выбор" все ее унижали, но никто не задался вопросом – а где она взяла во время урока эту самую бутылочку кока-колы и чипсы. А сколько замечаний она сделала этому ученику перед тем, как сорваться? Дело в том, что в тот год у меня были ученики из той школы, которые рассказывали мне о том, что это на самом деле прекрасный учитель математики, которая сорвалась после чуть ли не сотого замечания. После чего она сразу же написала заявление об уходе и уехала, насколько я знаю, вообще из Беларуси.

Этот пример доказывает очевидное – у современного преподавателя не существует абсолютно никаких способов воздействия на учеников, срывающих уроки. И учителю ничего не остается, как бесконечно повторять одно и то же : "Ай-яй-яй, не хорошо!"

Еще один пример – ученик на уроке сидит за партой и играет в игру в своем мобильнике. И ничего не происходит, потому что учитель боится забрать этот мобильник. Почему? А вдруг с ним что-нибудь случится? А учителю потом придется рассчитываться за него.

В Америке между учеником, его родителями и преподавателем подписывается договор. И если ученик во время урока достал мобильник, то он изымается без возвращения. И об этом все знают. И то, что на самом деле из себя представляет американская школа, совершенно не соответствует тому, как эти школы показывают в фильмах. В американских школах абсолютно строгая дисциплина. И самое первое, что делает ученик, придя там в школу – выключает мобильник. Оценивание ученика происходит там не только по предметам по итогам года, но и по его взаимоотношению с учителем, персоналом школы, одноклассниками. За все это также ставится оценка.

К сожалению, у нас существует целый комплекс причин, из-за которых преподаватели, как молодые, так и профессиональные, бегут из школы. И если в школе не останется нормальных учителей, то ситуация грозит стать катастрофичной.

А.З.: Я не могу разделить с вами весь тот негатив, с которым вы относитесь к школе. Слушая вас я, конечно же, могу согласиться с некоторыми моментами. Но со всем полностью согласиться просто невозможно. Не знаю, есть ли у вас дети, а у меня их двое: один ребенок идет во второй класс, другой – в десятый. Моя старшая дочь закончила с отличием 9 классов и будет учиться дальше для того, чтобы после окончания школы пойти учиться в вуз. Да, я могу сказать, что зачастую того, что она получает на уроке, ей не хватает. Я как родитель до сегодняшнего момента не обращалась к репетитору, а помогаю ей сама. Мой муж физик, поэтому мы контролируем и физику, и математику, и языки. А младшую дочь, которая окончила первый класс, мы не отдавали в школу как вундеркинда. Мы ее не готовили. Но именно благодаря учительнице начальных классов, за первый класс наша дочь научилась очень многому. И в этом отношении я бы хотела возразить Евгению. Если родители заинтересованы и поддерживают своего ребенка и если в ребенке развивается правильная мотивация, то школа может дать многое. Я не буду убеждать, что я всеми руками за коллективное обучение. Но согласитесь, ребенок после школы должен выйти не только хорошо подкованным в плане знаний. Он должен уметь адаптироваться социально. Вы со мной согласны? Нам не нужны злые гении. Нам не нужны люди, которые не умеют себя реализовать в социуме и которые сами будут от этого страдать. Могу сказать, что в принципе школа над этим работает. И было очень интересно, когда я слушала про отметки. Возможно, это разные точки зрения психологов. И, конечно, такая форма регуляции поведения ребенка в отношении к взрослым и одноклассникам на сегодняшний день очень важна. И, возможно, если бы что-то такое было и у нас, то, думаю, что во многом это было бы интересно. С подпиской у нас действительно очень много проблем, как с детской, так и со взрослой. Как педагогу можно работать без той же "Настаўніцкай газеты"? Многие педагоги сами не хотят браться за эту газету или журнал. Но есть периодические издания, которые практически не нужны и на которые не хочется подписывать людей.

В целом я не могу согласиться полностью со всем. И очень жаль, что такой негатив присутствует. Если мы все так будем относиться к школе и не поддерживать ее, то что же тогда будет?

Ну а что остается делать учителю в плане ремонта кабинета, если я сяду и буду ждать, пока государство соизволит отремонтировать кабинет? Буду сидеть и смотреть как все рушится? Нет, я возьму и сама сделаю все, что в моих силах. Но в принципе это тоже характеризует личность учителя, когда он пассивно сидит и ждет, что ему все принесут и сделают. А до этого он будет сидеть в грязи и в том, что будет разваливаться. Извините, что это тогда за педагог такой? Поэтому все вокруг нас также характеризует.

Хорошо, с учителями разобрались. Поговорим теперь об учениках. Заинтересованы ли ученики в получении хороших оценок? Делают ли домашнее задание? Прогуливают ли занятия? Что грозит за прогулы или за невыполнение домашнего задания?

А.З.: У учеников существуют разные мотивации. Начнем с самого простейшего, когда родители требуют от своего ребенка соответствующего поведения и отметок. Согласитесь, это тоже мотив. Если ребенок знает, что его родители не просто так бросают слова на ветер, а что они будут либо наказывать, либо ограничивать – это его сдерживает. Второй момент, когда ребенок настроен куда-то поступать. Он прекрасно знает, какие отметки для успешного поступления ему нужны. На сегодняшний день введение среднего балла аттестата также мотивирует учащихся получать более высокие отметки по предметам для того, чтобы средний балл аттестата после 9 или 11 класса был высоким и тогда они имеют право сдать тестирование на чуть низший балл и в сумме смогут получить хороший проходной балл.

Конечно же, есть и педагогически запущенные дети. Я думаю, что это в основном идет из семьи. А если еще ребенок попадает в школьную среду, в класс, где лидеры в плане учебы не позитивные, а скорее негативные, то в данной ситуации его мотивация будет находиться на очень низком уровне. И зачастую это становится просто бедой, когда ученик не имеет высоких способностей и приходит с очень низким уровнем знаний. То, что учитель дает детям на уроке, составляет 5-10%. Мы не можем достать свои мозги и переложить их в головы детей. Основной нашей задачей остается стимулирование и мотивация учащихся. Необходимо зажечь их на то, чтобы они эти знания себе добывали. Это задача и школы и родителей в том числе. Прежде всего мы планируем и помогаем детям определиться в будущем. Сказать, что у нас плохие и ленивые дети я не могу. Дети в целом не плохие. Здесь зачастую имеет место вина самих взрослых в том, что у детей что-то не получается.

Чему сегодня учат в школах? Вы говорите, что программа часто меняется? А последняя, действующая программа стала более или менее насыщенной и сложной для учеников?

А.З.: Здесь надо смотреть отдельные предметы. Что касается литературы, то программа упрощается. В связи с тем, что падает читательская способность, из программы убрали все те объемные произведения, которые ученики просто не успевают прочитать. Здесь можно очень долго говорить, так как в этом есть и плюсы и минусы. По языку программа совершенствуется, но я бы сказала что она, в принципе, осталась такой же., Когда дети перешагнули через несколько классов и эти программы объединились, я столкнулась с такой проблемой, что некоторые темы, необходимые, чтобы понять последующую тему, были просто выброшены. Из-за этого наши дети серьезно пострадали и зачастую просто не могли понять текущую тему потому, что отдел, который ранее присутствовал в программе, отсутствует сегодня. На сегодняшний день очень хорошо развиваются факультативы. Но пока еще уровень факультативов слишком низок,  думаю, что если их будут проводить на более высоком уровне, то это будет очень хорошее подспорье для ребят.

Е.Л.: Я могу сказать, что программа по математике - одна из самых абсурдных, потому что в выпускном классе ученики проходят две огромные основные темы – производные и интегралы, которые не нужны на централизованном тестировании. Также не нужны на централизованном тестировании и векторы, которые проходят также в 11 классе. Поэтому ученики часто стоят перед выбором – или изучать эти темы в школе ради школьной оценки, или готовиться к ЦТ, где совершенно другие цели. А совмещать это достаточно тяжело.

Но абсурд продолжается. Для того чтобы успешно изучать высшую математику в вузе, мы опять же знаем, что нужны производные, интегралы и векторы. А вот многое из той чуши, что есть в программе для вступительных экзаменов и которая неизбежно попадает на ЦТ, составляется по той программе, которую утвердили. Для того чтобы успешно учиться высшей математике в вузе, эти темы опять нужны. У учеников из-за всего этого возникают жуткие проблемы.

Основной процент отчисления из вузов после первого семестра по высшей математике составляет от 20 до 40. По физике программа сегодня такая же, как и в советские времена, но… Когда я учился в школе, то у меня в предпоследнем классе было четыре урока физики в неделю, а уже в последнем классе уроков физики было четыре в первом полугодии и пять во втором. Плюс еще и урок астрономии. Сегодня это всего лишь два урока в неделю. Элементарно посчитав часы, потраченные на один и тот же материал, становится интересно, как ученик здесь обойдется без репетитора? Или вообще – как он может пройти такой объем материала за такое малое количество времени. Плюс ко всему – в школе перестали проводить эксперименты и лабораторные работы. Но формально они делаются.

Как проводится лабораторная работа в школе? В лучшем случае стоит один прибор на столе учителя. Он что-то там диктует и показывает, а ученики записывают. В худшем случае – даже этого прибора нет на столе учителя и все записывается формально, как будто была лабораторная работа.

Хотелось бы также еще понять, почему в последних классах не готовят к централизованному тестированию?

А.З.: Если в школе будут готовить только к централизованному тестированию, то некоторые темы, нужные в дальнейшем, могут просто выпасть. И когда ученику придется учиться дальше в вузе, то он будет просто не готов. Но сказать полностью, что в школе не готовят к ЦТ, нельзя. Почему? Не готовят на уроке, потому что ученик 11 класса на каждом уроке изучает какую-то определенную отдельную тему. Но в рамках этой темы учителю ничто не мешает давать тестовые задания. И после изучения этой темы  как тематических контрольных, так и в процессе изучения в конце можно дать тестовые задания из тех же централизованных тестирований, которые были до этого. Далее – есть факультативные занятия, стимулирующие занятия, когда учитель может взять до трех учащихся, которые оплачиваются учителю как час. И эти дети решают дома задания по ЦТ, а затем приходят к педагогу и задают ему вопросы. Такая практика у нас существует.

Но еще есть и репетиционное тестирование…

А.З.: Да, есть и такое. Оно проводится в школе четыре раза в год.

Почему тогда баллы на тестировании такие низкие?

А.З.: Скорее всего, из-за того, что высшее образование стало гораздо более доступным. И сегодня в принципе уже практически не осталось бесплатного образования. Все образование платное. И многие учащиеся просто напросто идут по пути наименьшего сопротивления. Родители часто говорят: "Ты, главное, куда-то поступи по такому профилю, а мы будем оплачивать". И зачастую ученики расслабляются, зная, что они уже выбрали какое-то определенное направление и здесь уже главное – просто сдать на позитивную отметку. А родители оплатят это обучение. И согласитесь, что здесь каждым из нас что-то движет для достижения цели. Если допустить, что у нас нет этой цели, то мы и не будем двигаться. Так же и с детьми.

Е.Л.: Дело в том, что есть некое заблуждение, что тестирование – это некий вопрос, где надо угадать правильный ответ. Это абсолютное всеобщее заблуждение. Что математика, что физика – это 30 задач, которые надо решить. Причем 18 из этих задач идут с выбором ответа и высокие баллы за них можно не ждать. 12 задач идут без выбора ответа, в которых ответ необходимо просто вписать. Поэтому подготовка к ЦТ по моим предметам – это не натаскивание, а абсолютно обычная подготовка по математике и физике. Иногда бывает специфика тех вопросов, которую я обычно показываю буквально в последнюю неделю перед тестами. А если ученик ходит на репетиционное тестирование, то ему это и не надо. А играя в "угадайку" на ЦТ, сегодня можно набрать максимально 15 баллов. Раньше можно было и больше. И вообще, мне кажется, что все последние годы, говоря о системе образования, мы обсуждаем не содержание, а форму.

Например, несколько лет назад придумали, что надо сдавать вступительные экзамены в виде тестирования, таким образом, поменяли форму экзаменов. Потом придумали, что вместо 11 надо учиться 12 лет. Хорошо. Потом придумали, что всем надо перейти на школьную форму. Замечательно. Затем решили, что 12 лет – это много, вернемся обратно к 11. Перешли обратно на 11-летку. В этом году я переживал по поводу того, что же придумают на этот раз? Но обратите внимание, это все малозначительные факторы. Мы не обсуждаем суть. И вот в этом году придумали: теперь мы займемся присоединением к какому-то мифическому Болонскому процессу. И теперь мы будем обсуждать – нужен или не нужен нам этот Болонский процесс. Если в следующем году ничего не придумают, то, например, могут отменить тестирование. То есть получается, что цель – ничто, движение – всё. Как в басне Крылова "Квартет", последние две строчки: "А вы, друзья, как ни садитесь, все в музыканты не годитесь". Так и мы – переливаем из пустого в порожнее: за или против школьной формы, за или против тестирования. А суть-то не обсуждается. Не обсуждается ни школьная программа, ни содержание учебников, ни униженное рабское положение учителей, ни падающий средний уровень учителя. На мой взгляд, сегодня в учителя идут люди, которые не должны быть учителями. Не обсуждается и просто гигантская бюрократия в школе. Это же просто фантастика, что происходит сегодня в школе. Возьмем два периода – когда я учился в школе и когда я начинал работу учителем. Значит, в школе была одна секретарша, которая лишь время от времени что-то печатала на печатающей машинке, одна медсестра и часто – врач. Сегодня практически в каждой школе наблюдаешь целое бюро, где три человека, не поднимая головы, на современной оргтехнике пишут и размножают какие-то совершенно непонятные бумаги. Недавно в школах были введены должности социального педагога и психолога, которые должны работать с трудными учениками. Чем они занимаются? Правильно - пишут бумаги. Вы можете поинтересоваться у коллеги, сколько времени она уделяет написанию сих мифических бумаг. Директор и завуч вместо того, чтобы заниматься делом по организации учебного процесса, тоже пишут какие-то бумаги. Зато теперь одна медсестра на три школы, а раньше-то она была в каждой. Врачей в школах уже давно нет. Раньше один бухгалтер был на 5-6 школ. Сегодня в каждой школе свой бухгалтер, и даже не один, а два: главный бухгалтер и просто бухгалтер. Богатая страна! Сколько людей задействовано в образовании! Сколько же можно было бы сэкономить, если бы это можно было убрать.

А.З.: Бухгалтеров на сегодняшний день в школах нет. Как и раньше, бухгалтер так и остался один на несколько школ. Единственное - то, что школа перешла на самоокупаемость, свой расчет и, видимо, поэтому в связи с этим и произойдут какие-то изменения. Школа тоже должна будет зарабатывать деньги. А бюрократия действительно имеет место. Именно это и убивает в учителе стремление и желание что-то творить, делать. И те же педагоги и психологи, которые прежде всего должны не диагностировать и отписывать, а все-таки помогать в решении проблемы.

{banner_819}{banner_825}
-50%
-27%
-50%
-10%
-10%
-50%
-70%
-50%
-10%
-20%