Поддержать TUT.BY
69 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Минчанина судят за протест 9−10 августа: бросил цветок в ОМОН, нанес ущерб «Минсктрансу» на 27 тысяч
  2. Опознана одна из девушек, которая часто появляется в окружении Лукашенко. Она тоже срезала ленточки во дворах
  3. «Сложно найти девушку, не все хотят тут жить». Как айтишник переехал в 120-летний дом на хуторе
  4. С 28 января снова дорожает автомобильное топливо
  5. Дмитрий Крук назвал сценарии для экономики в 2021 году и угрозы, способные их перечеркнуть
  6. «Понял, что поменял шило на мыло». Три уехавших врача рассказывают, как изменилась их жизнь после выборов
  7. На пациента, ударившего в «политическом конфликте» врача скорой в Бресте, завели уголовное дело
  8. «Цепкало участвовать не планирует». Экс-представитель штаба Цепкало хочет зарегистрировать партию
  9. Тест по роману Короткевича. Его должен пройти на 10 из 10 каждый белорус
  10. «Нет, алкоголем не пахнет вообще». BYPOL опубликовал свое расследование по факту смерти Романа Бондаренко
  11. «Любимая пациентка» доктора Менгеле. Как белоруска выжила после опытов палача из Освенцима и написала письмо его сыну
  12. Расследование по Бондаренко, крепкие парни в Новой Боровой, суды, приговоры и дача за 4 тысячи — все за вчера
  13. Как семья из маленькой деревушки спасла 42 животных — на зарплату лесника и пособие по инвалидности
  14. Конфликт в столичной маршрутке. Водитель хотел высадить пассажира из-за неприятного запаха
  15. Подорожают многие продукты и лекарства, обновят базу тунеядцев, повысят пенсии. Изменения февраля
  16. Бегуна из Новополоцка ждет суд за фото с забега Zombie Run. Соседи считают их «исключительно циничными»
  17. «Меня завезли в отдел, стали избивать». По делу о «коктейлях Молотова» дал показания 16-летний обвиняемый
  18. Расследование BYPOL о смерти Бондаренко, подорожание топлива, повышение пенсий. Что происходило в Беларуси 27 января
  19. Министр по чрезвычайным ситуациям Ващенко освобожден от должности
  20. Горный инженер из Могилева предлагает пешеходный туннель под Днепром — и это звучит круто. Он все рассчитал
  21. Приговор Верховного суда нельзя обжаловать. Защита Бабарико просит рассматривать дело в нижестоящем суде
  22. «Он держится, и я держусь». Девушка одаренного студента, осужденного на 4 года, ищет ему работу и стажировки
  23. Правозащитники опубликовали доклад о пытках в Беларуси
  24. Руководителей МЗКТ, МТЗ, БЕЛАЗа и других предприятий обвиняют в получении взяток от россиян
  25. «Я одна здесь уже 10 лет». История Галины, которая живет в мертвой деревне. Почти
  26. В Беларуси повышают минимальные трудовые и социальные пенсии
  27. «Не подпишешь — премии не увидишь». Письмо профсоюзов по санкциям подписали больше 110 тысяч человек
  28. «Службой был доволен, не жаловался». Что известно о погибшем в части в Островце 18-летнем срочнике
  29. Генпрокуратура опровергла задержание прокурора Витебска. Он уволен
  30. Минское «Динамо» проиграло дома нижегородскому «Торпедо»


Андрей Коровайко,

Какие опасности таит в себе столь любимая белорусскими и приезжими иностранными охотниками весенняя охота на водно-болотных птиц? Как можно сохранить уменьшающуюся в Беларуси с каждым годом численность уток и гусей? Почему, несмотря на всю очевидность проблемы, ее не удается решить ни на одном из уровней?



Эту проблему в эфире TUT.BY освещал директор ОО "Ахова птушак Бацькаўшчыны" Виктор Фенчук. 

Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


Скачать видео

День охоты и рыбалки начнем немного странным способом: будем бороться с охотой и рыбалкой вместе с директором ОО "Ахова птушак Бацькаўшчыны" Виктором Фенчуком.

Хочу сразу отметить, что мы не боремся с охотой и рыбалкой как таковой. Мы просто хотим, чтобы охота не приводила к исчезновению видов. Мы выступаем за научный подход и устойчивое использование ресурсов.

27 июня будет отмечаться Всемирный день рыболова. Интересно, что "Ахова птушак Бацькаўшчыны" занимается еще и сохранением рыбы. Какое отношение имеет рыба к вашей организации?

"Ахова птушак Бацькаўшчыны" - это не только "птичья" организация. Наша миссия – это сохранение разнообразия, и мы работаем не только с птицами, но и другими живыми организмами, экосистемами, в том числе обращаем внимание и на проблемы, связанные с сохранением уникальных, редких видов рыб. Мы работаем в Островецком районе: пытаемся сохранить уникальные популяции проходных лососей – кумжа и семга. Все видели по Discovery камчатских лососей, но мало кто знает, что к нам на нерест тоже приходят лососи, только не дальневосточные, а балтийские. Разница в том, что дальневосточный лосось после нереста погибает, а балтийский возвращается назад. Виды занесены в Красную книгу, казалось бы, мы их сохраняем, но есть проблема: когда огромная рыба заходит в мелкую речку, где воды 20-30 сантиметров, она становится очень легкой добычей тех людей, которые не всегда чтут закон. В сезон нереста лососей, когда рыба заходит через Вилию в мелкие речки, туда приезжают люди со всей Беларуси: можно загарпунить огромную красную рыбу прямо к рождественскому столу – потому что нерест лососей идет в декабре. В результате этого вся эта рыба добывается, не успев отнереститься. Поэтому и семга, и кумжа у нас фактически на грани исчезновения.

Каким образом их можно защитить?

Можно взывать к сознательности – и это мы тоже делаем, а можно патрулировать реки во время нереста, привлекая волонтеров на патрулирование. Задача заключается не в том, чтобы кого-то поймать – местные жители гораздо лучше нас ориентируются на местности, – но просто показать, что кто-то беспокоится за судьбу этих рыб. Местные жители знают, что есть такое патрулирование, кто-то смотрит, фотографирует. Мы работаем вместе с инспекцией при Президенте, с инспекцией Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды, обсуждаем эту тему с ГАИ и пограничниками, чтобы всем вместе содействовать сохранению этих видов рыб. В прошлом году такой опыт оказался успешным. Мы надеемся, что в этом году усилия будут еще больше консолидированы. Такая же ситуация была в прибалтийских странах: консолидация усилий всех контролирующих органов позволила существенно снизить браконьерство – до такой степени, что теперь на отдельных речках разрешен лицензированный любительский лов. Поэтому хотелось бы поздравить всех сознательных рыболовов с их праздником и пожелать приятных часов на природе, потому что сидя в тишине и просто наблюдая, можно многое увидеть. Эти люди с нами сотрудничают, делают много интересных наблюдений – и мы всех поздравляем!

Это созерцание развивает, наверное, и особое отношение к природе?

Конечно – уважительное. Природа требует внимания – тогда она может отдать человеку потраченное на нее время.

Хочется поговорить об охоте: закончился охотничий сезон на водно-болотных птиц и, оказывается, весенняя охота – это такая штука, которая резко отличает нашу страну от большинства европейских стран. Чем именно?

Охота для нас – больная тема. В последние годы к теме весенней охоты привлекается общественное внимание, потому что понятно, что сезон размножения для любых живых организмов – очень ответственный период: животным нужны значительные ресурсы, чтобы размножаться, и если нет размножения, то популяция просто угасает. Поэтому обеспечение благоприятных условий для размножения любых живых организмов является очень важным. Беларусь – единственная страна в Европе, где на водно-болотных птиц – уток и гусей – разрешено охотиться именно в сезон размножения. Почему это так плохо? Птица добывается и перед сезоном размножения – значит, она не откладывает яйца. В итоге осенью у нас нет уже целого выводка. Это очень неустойчивая охота.

Даже просто хождение в угодья с ружьями, собаками, на лодках, - это постоянный фактор значительного беспокойства, который влияет не только на те виды, которые охотник хочет добыть, но на все виды, которые там живут. Выстрелами спугиваются птицы с гнезд, они сразу становятся более доступными; теряются энергетические ресурсы: животные испытывают постоянный стресс. Мы знаем, что на протяжении многих лет популяции наших уток и гусей устойчиво уменьшаются. Это знают все, в том числе и органы госуправления, потому что ведется статистика: в период 2000-2006 гг. на 30% снизилась численность утиных у нас в стране. Это данные госстатистики.

Ученые, которые проводят более детальные исследования, говорят о еще более катастрофических темпах снижения численности уток у нас в стране. Не все места неблагоприятны для гнездования: есть птичий рай – Припять. Там самые лучшие условия для гнездования в Европе: обширные поймы, заводи, старицы, островки. Припять всегда была известна тем, что это место, богатое на дичь. И сейчас ученые говорят, что именно в пойме Припяти наблюдается катастрофическое снижение численности уток, потому что каждую весну именно туда едут охотники. А раз в России и Европе охота в это время запрещена из соображений устойчивого использования ресурсов, то к нам едут и из других стран. Это как проедать семенной фонд: всегда его берегли, чтобы осенью собрать урожай. А у нас урожай собирают весной.

Причем до того, как посадили.

Да. Приезжают те, кто у себя в странах не может дождаться осени, чтобы поохотиться. Приезжают, конечно, в первую очередь, в угодья, богатые дичью, потому что никто не поедет туда, где можно подстрелить только одну птицу. Мы ведем мониторинг в пойме Припяти: за утро охотники делают по 100-150 выстрелов. Понятно, что профессиональные охотники, которые куда-то далеко едут с качественным дорогим оружием и столько выстреливают, добывают значительное количество птицы. С одной стороны, мы имеем хорошие угодья – птица не может нас “облететь”, потому что через нашу страну лежит пролетный миграционный путь европейского значения. Птицы летали так тысячелетиями и не могут никуда свернуть. В то же время к нам весной на миграцию слетаются охотники; и весна на Припяти – сплошная канонада. Дисциплиной эти охотники не отличаются: добываются не только те виды птиц, которые можно добывать, но и другие, в том числе самки. Получается, что из года в год мы не только подрываем свой авторитет, но и фактически уничтожаем природные ресурсы своим безответственным к ним отношением. Понимание того, что весенняя охота – это что-то неправильное, было еще в Советском Союзе, и весенней охоты на водно-болотных птиц в Советском Союзе не было. Даже есть плакат советских времен: “Весна – период размножения дичи. Весенняя охота запрещена! Боритесь с браконьерством!” Весенняя охота была разрешена только в ряде очень привилегированных охотохозяйств, где за охотником шел егерь, который смотрел, что, где и как добывается, но по стране такой охоты не было. С независимостью, когда поменялись законы, весенняя охота открылась, и с каждым годом набирает обороты. Осенью охота становится все менее успешной, поэтому охотники еще больше переключаются на весеннюю – и это полный подрыв популяции наших уток.

Понимание того, что весенняя охота неправильна, в стране есть: это позиция Академии Наук, которая занимается научными исследованиями и является ведущим органом в нашей стране, который отслеживает состояние и разнообразие окружающей среды, дает рекомендации, что с ним делать. Есть также четкая позиция Научно-практического центра по биологическим ресурсам, который в своем заключении говорит, что прибыль, полученная от ведения весенней охоты, уже сейчас наверняка ниже потерь, связанных с очень низкой численностью уток и снижением популярности из-за этого летне-осенней охоты. Весенняя охота не просто подрывает ресурсы птиц, но и приводит к тому, что осенью нечего добывать. Учитывая состояние и тренды численности водоплавающих птиц, необходимость устойчивого использования биологических ресурсов, рекомендуют объявить мораторий на весеннюю охоту на водоплавающих птиц. Есть позиция общественности: в прошлом году мы передали в Администрацию Президента более 20 тысяч подписей жителей Республики Беларусь в поддержку прекращения ведения весенней охоты на водно-болотных птиц. Среди этих людей было много ученых, охотников. Есть четкая позиция православной и католической церкви, которые тоже поддержали прекращение весенней охоты – больше по морально-этическим соображениям. Есть консолидированная позиция в обществе, обоснованная и с научной, и с морально-этической точки зрения, но не слышится этот голос в нашей стране.

Куда все эти собранные подписи и документы отправляются? К кому вы обращаетесь?

Мы обращались к главе государства, потому что именно он своим Указом утверждает правила ведения охоты и охотничьего хозяйства. Конечно, все это потом перенаправляется на тот орган государственого управления, который занимается курированием охотопользования – это Министерство лесного хозяйства Республики Беларусь. Именно оттуда мы получаем ответы, что оснований для прекращения весенней охоты на сегодняшний день у нас нет. Как не может быть оснований, если есть позиция научных организаций, я не знаю.

То есть, основания, документы предоставляются, а на это вам отвечают: оснований нет.

Основания такие, что кто-то в каких-то охотохозяйствах зарабатывает много денег на том, что сюда приезжают иностранные охотники. Фактически же мы сейчас распродаем себя: еще пару лет – и охотиться будет не на кого не только весной, но и осенью.

Задают вопросы наши зрители и слушатели: “Известно, что ваша организация собирала подписи в пользу закрытия весенней охоты. Будет ли продолжение этой кампании? Какие шаги вы планируете предпринимать в дальнейшем?”

Подписи были переданы, нам пришел ответ. Мы даже были приглашены на координационный совет в Министерство лесного хозяйства, где наша позиция была заслушана: 20 тысяч подписей, научные данные, позиция церкви. В ответ нам зачитали письмо охотника из Витебска, который кроме того, что перепутал ряд биологических факторов, заявил, что охотники помогают увеличивать популяцию уток, отстреливая “лишних” селезней: якобы селезни давят кладку, пытаясь спариваться с утками на гнездах. Это вообще смешно – чтобы самец мешал самке размножаться в природе, где кряква существовала до нас, наверное. На таких вот аргументах и базируется позиция охотника – на мифах! Мы даже сделали специальную публикацию: “13 самых распространенных заблуждений о весенней охоте на водоплавающих птиц”. Там перечислены такие мифы, как то, что охотились весной всегда, что у нас мало охотников, что весенняя охота не ведет к уменьшению популяции – американцы доказали, что ведет.

В Америке есть один вид – белый гусь. У него очень большая экспансия: бывают миллионные стаи, которые становятся угрозой для полей. Чтобы резко снизить численность белого гуся, на него в Америке разрешают охоту весной. Это приводит к тому, что на несколько лет об этой проблеме можно забыть. Затем он снова размножается; тогда опять открывают на него весной охоту. За счет того, что на пролетном пути ведется охота, беспокойство птиц приводит к тому, что из прилетевших гнездится примерно 10-15 процентов, потому что нет сил и возможностей. А гуси, которые у нас мигрируют, прилетают в тундру, когда там еще лежит снег. Что-то съесть им нельзя, подождать, пока сойдет снег, тоже нельзя, потому что утята должны вылупиться строго в определенный период, когда наступает пик вылупления их добычи – различных беспозвононых. Все четко спрогнозировано и связано друг с другом, и если мы влазим и что-то нарушаем, даже если мы не добываем, птиц мы фактически убиваем.

Еще одно мнение: “Почему о вреде охоты на птиц заговорили именно в последнее время? Ведь охота на перепела, рябчика, вальдшнепа и так далее имеет очень глубокие корни и практикуется сотни лет. Какие доводы приводят сторонники того, чтобы не разрешать охоту? Насколько я понимаю, серьезных оснований для этого нет”.

Сотнями лет такой охоты на птиц не было, потому что не было ружей. Целый ряд исследователей-орнитологов, которые вели работы на Полесье в начале прошлого века, связывали снижение численности уток именно с численностью и распространенностью ружей. Потому что раньше была весенняя и осенняя охота, но добыть птицу было проще только в период линьки – осенью. Весной на огромных разливах так просто птицу было не добыть – не из лука же стреляли! Поэтому говорить, что сотни лет на вальдшнепа кто-то охотился, было бы неправильно, потому что такая охота была доступна только единицам – знати, наиболее привилегированным людям. Конечно, многие писатели эту охоту поэтически описывали, но мы знаем, что тот же Лев Толстой на смертном одре просил прощения у всех убиенных им перепелов и дупелей. Люди приходят к осознанию того, что охота – это прихоть. К сожалению, весенняя охота – это прихоть, которая уничтожает популяции. Мы говорим в последнее время очень много, потому что ситуация стала критической и с каждым годом ухудшается. Если не будут приняты действенные меры, мы будем говорить о том, что наши значимые территории эту значимость потеряют. Наши водно-болотные угодья – это территории международного значения, их статус подтвержден.

Еще одно мнение хочу зачитать: "Известно, что одним из самых популярных объектов весенней охоты у нас является вальдшнеп. Вы считаете, что это наносит большой урон популяции. Весной у нас добываются в 98% случаев самцы. Поскольку эти птицы полигамны, я считаю, что большого урона это популяции не наносит. По приблизительным подсчетам на территории стран СНГ ежегодно весной добывается около 150 тысяч вальдшнепов – почти все самцы. А вот на территории Италии и Франции, где они зимуют, за четыре-пять месяцев их добывается общей сложностью около полутора миллионов, причем охота там ведется в основном с легавыми собаками, а в этом случае половой состав добытых птиц приближается в 50/50. Кто из нас наносит больший урон популяции вальдшнепов в Европе?"

Я хочу подчеркнуть, что весенняя охота в нашей стране разрешена на водно-болотных птиц – гусей, уток, а также на вальдшнепа, тетерева и глухаря. Мы выступаем за то, чтобы была прекращена всякая охота на водно-болотных птиц. Тетерева и глухарь – это лицензируемые виды: добыча птиц основана на том, что в предыдущий год кто-то пришел и посчитал, сколько птиц есть на току, и можно ли их добывать. В законе четко прописано, что ток должен быть не меньше пяти или шести самцов. В этой охоте есть хоть какой-то контроль. У нас уже есть компромиссная позиция по весенней охоте: мы не выступаем за запрет на глухаря, тетерева, вальдшнепа – у нас в стране это не очень популярная охота. Ситуация с вальдшнепом такая: охота ведется в вечерних сумерках – и часто охотники добывают, но не находят. Мы просили, чтобы охота на вальдшнепа осуществлялась только при наличии у охотника собаки. Сохранение вида, конечно, должно вестись по всему ареалу – это и гнездование, и миграция, и зимовка. Страны должны работать консолидировано. Для такой работы есть специальный механизм – Афро-Евразийское соглашение по мигрирующим водно-болотным птицам, в рамках которого страны стараются сохранять и устойчиво управлять популяцией мигрирующих видов. К сожалению, Республика Беларусь не хочет присоединяться к этому соглашению.

Мы работаем при поддержке Минприроды: наша организация проводит программу мониторинга вальдшнепов. Мы это делаем вместе с французской службой по охоте, чтобы они могли у себя на зимовках как-то регулировать свою охоту. Когда открывается охотничий сезон, контроля нет: люди добывают, сколько хотят. Но мы знаем случаи, когда на основании данных, собранных в том числе и в СНГ на местах гнездования, охота на вальдшнепа во Франции была ограничена или не открывалась вообще. Это и есть устойчивое использование, регулирование, сотрудничество. Беларусь к этому соглашению не присоединилась, поэтому предлагать всем вместе охранять природу, не садясь за стол переговоров с другими странами, преждевременно. В данном же случае мы обсуждаем закрытие весенне-осенней охоты на водно-болотных птиц – уток и гусей, для которых ущерб от весенней охоты является наиболее катастрофическим.

Новые правила ведения охоты и охотохозяйства сейчас находятся на последней стадии согласования. Какие изменения планируется внести в эти правила?

Мы знаем, что изменения будут, потому что мы получили письмо из Министерства лесного хозяйства. Оно пришло в ответ на наше обращение в Администрацию Президента. Мы передали туда свыше пяти тысяч бумажных гусей, которых сделали белорусские дети, с просьбой от имени гусей подумать и что-то сделать. Помимо охоты на уток, у нас есть охота на гусей – и затрагивает она серого гуся, который у нас гнездится. В 2004 году он был внесен в Красную книгу, как малочисленный вид, а через два года был вынесен из Красной Книги и включен и список охотничьих видов – это парадокс, который редко где встречается. О чем думали люди, которые его вносили в Красную книгу, а потом в список охотничьих видов, сказать сложно, но один из аргументов такой: серого гуся включили в список охотничьих видов, потому что охотники могут его перепутать с охотничьими видами и таким образом стать браконьерами! Это то же самое, как если бы человек сказал, что он знаки дорожного движения не очень различает, поэтому выполнять их не будет.

В правилах дорожного движения все четко указано: не умеешь различать знаки – не езди; здесь то же самое: серый гусь отличается от других птиц, и выносить его из охраняемых и вносить в охотничьи виды только потому, что кто-то не знает, как его отличить от других – это вообще смешно! В итоге серый гусь, который только начал у нас гнездиться, теряет эту возможность, потому что весной начинается на него охота. Срок нашей весенней охоты полностью перекрывает срок гнездования – от начала кладки до момента, когда птицы уже с выводками. Понятно, как птица ведется себя возле гнезда: пытается отвести охотника, прикидывается раненой. Что делает охотник? Стреляет! И мы знаем, что серые гуси постоянно добываются, выводки гибнут. Мы просим вынести гуся из списка охотничьих, чтобы птица могла нормально размножаться, но Министерство лесного хозяйства нам пишет: "При введении запрета на охоту только серого гуся охотник, случайно добывший его, автоматически становится нарушителем правил ведения охотничьего хозяйства и может быть привлечен к ответственности за незаконную охоту". Конечно, он должен быть привлечен к ответственности за незаконную охоту, если он не потрудился отличить серого гуся от несерого.

Мы знаем, что есть много видов, похожих на охотничьи: гусь-пискулька, который похож на белолобого гуся, занесен в Международную Красную Книгу. Так что, нам пискульку занести в охотничьи виды? Может быть, Министерство лесного хозяйства потрудится научить охотника? Если за путаницу не будет предусмотрена ответственность, никто эти виды и не будет учиться различать. Есть белоглазый нырок, занесенный в Международную Красную Книгу, который похож на хохлатую красноголовую чернедь. Для таких видов-двойников добыча на пролетах становится одним из ключевых факторов снижения их численности. На международном канале "Охота и рыбалка" был показан фильм о том, как белорусские охотники ездили охотиться на гусей. Присутствовало выпивание, а затем охотники стреляли целый день – и гуси не могли нигде сесть. А это ключевой фактор, который влияет на их способность к размножению. В конечном итоге добыли гуся-пискульку - вид, занесенный в Международную Красную Книгу.

Я знаю: Вам есть что сказать и по поводу таксидермии.

Таксидермия – довольно острый момент. Если открыть Красную Книгу, то мы увидим, что для целого ряда видов незаконная таксидермия – тот фактор, который определен Красной Книгой как ключевой ведущий к их исчезновению. Конечно, нельзя добывать охраняемые виды. Но у нас закон не запрещает иметь у себя их чучела. Конечно, раз эти виды такие красивые, на них есть спрос. Не надо быть семи пядей во лбу: открываете поисковик, вводите "таксидермия Минск" - и вам выдается список мастерских, в которых всегда есть запрещенные для добычи виды. Например, орлан-белохвост, наш самый крупный орел, в таких мастерских оценивается в 500-1000 долларов, бородатая неясыть – 500 долларов. Понятно, что если за такие деньги кто-то покупает, то существует и нелегальный бизнес. Тушка птицы стоит 70 долларов – и скупщики могут приобретать их в неограниченном количестве.

Более того, мы знаем, что некоторые специально заказывают филинов, бородатую неясыть, крупных орлов по 50-70 долларов у местных жителей. Конечно, для тех, кто живет в деревне, 70 долларов – существенные деньги, а бородатая неясыть – это птица, которая отличается своей непугливостью. Такие виды страдают в первую очередь. Конечно, скажут, что ее сбила машина или ее нашли на улице, но если есть устойчивое предложение мертвых птиц, которые редки в нашей стране, это четкий сигнал о том, что где-то идет их добыча. К сожалению, наше законодательство не полностью регулирует вопросы, связанные с перемещением охраняемых видов. Во многих странах запрещены даже чучела, сделанные из охраняемых видов птиц. У нас же запрещено добывать и запрещено легально продавать. Соответственно, добывают нелегально, а человек легально у себя вешает. А таксидермические мастерские, хотя и не имеют права легально продавать, продают нелегально.

Что бы Вы сказали на прощание нашим зрителям и слушателям?

Дикая природа – это что-то, что стоит выше нас. Уважение к ней в нас заложено. Давайте не будем убивать его, давайте уважительно относиться к тому, что создано не нами, что живет рядом с нами и имеет право на существование. Давайте будем уважать наши законы, и если они несовершенны, давайте будем поступать по совести.
-7%
-20%
-40%
-17%
-21%
-15%
-20%
-15%