Кастусь ЛАШКЕВИЧ, / Кастусь ЛАШКЕВИЧ

Рышард Капусцински. Фото: The Guardian
Рышард Капусцински. Фото: The Guardian
Один из известнейших журналистов ХХ века, уроженец Беларуси Рышард Капусцински (Ryszard Kapuscinski), искажал в своих статьях реальность в угоду художественности произведений. Об этом в скандальной биографии репортера "Kapuscinski non-fiction" утверждает исследователь его жизни Артур Домославски. Книга появилась в продаже в Польше 1 марта, сообщает британская The Guardian.

Рышард Капусцински родился в Пинске в семье польских учителей 4 марта 1932 года. Выпускник Варшавского университета, в 1960-1970 годах он был единственным зарубежным корреспондентом Польского пресс-агентства (PAP). Капусцински много путешествовал по странам Африки, Ближнего Востока, Латинской Америки, прославившись ярчайшими репортажами из гущи войн, кровавых переворотов и революций. Сотрудничал с легендарным польским эмигрантским журналом Kultura, присоединился к оппозиционному движению "Солидарность". Став в Польше персоной нон-грата, Капусцински писал для европейских и американских СМИ. При этом никогда не забывал про родину. "Я всегда искал мой дом, искал Пинск, - в Африке, в Азии, в Латинской Америке", - писал он.

Репортажи и очерки Капусцинского получили широкое признание не только как актуальная журналистика, но и как блестящая литература. Неудивительно, что книги классика польского репортажа переведены на многие языки (в том числе и на белорусский), а сам автор собрал коллекцию из 40 литературных и журналистских премий и наград. Дважды его номинировали на Нобелевскую премию, а в 1995 году по итогам общенационального опроса в Польше признали лучшим журналистом века.

В 600-страничной биографии "Kapuscinski non-fiction" корреспондент Gazeta Wyborcza Артур Домославски (Domoslawski) утверждает, что Капусцински, которого не стало три года назад, не стеснялся жертвовать точностью и правдивостью информации в пользу эстетики текста и художественного замысла. В частности, он нередко утверждал, что был очевидцем событий, на которых не присутствовал, или же придумывал персонажей и детали для усиления эффекта. Так, в 1968 году писатель в подробностях от первого лица описал массовое убийство в Мексике в 1968 году, хотя не был его свидетелем.

"Капусцински экспериментировал в области журналистики и его не волновало, что таким образом он пересекает границу между репортерством и литературой, - говорит Домославски в интервью The Guardian. - Я не отрицаю, что его книги прекрасны и бесценны. Но они принадлежат больше беллетристике, чем журналистике”.

При этом биограф утверждает, что не собирался развенчивать образ Капусцинского, которого называет "своим наставником", а хотел лишь инициировать дебаты о соотношении правды и вымысла в журналистике.

Характерно, что вдова легендарного репортера Алиция Капусцинска добивалась от польского суда запрета на публикацию книги Домославского, которая, по ее мнению, порочит имя мужа.

В книге также приводятся факты сотрудничества Капусцинского с властями коммунистической Польши. Последний факт не новый, ведь три года назад польский Newsweek опубликовал сенсационный материал, в котором утверждалось, что журналист сотрудничал со спецслужбами с 1965 по 1972 или 1977 годы и "стучал" на своих коллег.

После смерти польского журналиста пинские власти отреставрировали дом, в котором жили Капусцинские, установив на нем мемориальную доску.
{banner_819}{banner_825}
-50%
-20%
-25%
-15%
-30%
-15%
-33%
-50%
-50%