/

Предпосылок для возобновления боевых действий на востоке Украины как минимум две.

Война возобновится, если России не удастся отредактировать торговую часть Соглашения об Ассоциации Украины с ЕС. Вторым поводом может послужить невозможность мирно договориться об обеспечении Крыма необходимыми ресурсами, в том числе водой и электричеством с территории Украины. Сегодня Крым фактически превратился в остров, а там нужно обеспечить не только мирных жителей, но и все увеличивающуюся группировку российских военных. 

Об этом говорили в первом выпуске нового сезона программы "Амплитуда" ее эксперты. А ими стали старший аналитик Белорусского института стратегических исследований (Денис Мельянцов, директор по исследованиям "Либерального клуба" Евгений Прейгерман и эксперт фонда "Майдан иностранных дел" Александр Хара (Украина).
 
Ваши вопросы и комментарии по теме вы можете оставлять на форуме под этим анонсом или писать в твиттере с хэш-тегом #политикаТУТ.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео (163.16 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (26.03 МБ)

Каковы основные итоги горячей фазы конфликта?

Евгений Прейгерман: Я предлагаю рассматривать эти события на двух уровнях. Первый уровень – то, что происходит непосредственно на поле боевых действий, второй уровень – глобальные последствия конфликта. В первом случае мы увидели, что Россия не готова позволить этой фазе стабилизироваться. В более глобальном смысле вопросы только открываются: каким будет переустройство системы международных отношений в нашем регионе и в Европе?

Денис Мельянцов: Нужно помнить о целях и мотивах России в этом конфликте. Она хотела от Украины подконтрольности, ее нейтрального статуса, чтобы Украина не вступила ни в ЕС, ни в НАТО, с перспективой ее присоединения к интеграционным объединениям под эгидой России. Подцелью первой цели была федерализация Украины, чтобы Россия могла влиять на внутриукраинскую политику.

По итогам горячей фазы мы видим, что федерализация, так или иначе, началась. Украина до конца не контролирует свою территорию. Россия получила инструмент влияния на украинскую политику, и интеграция с ЕС не продвигается так, как хотела Украина.

Александр Хара: Оккупация Крыма и конфликт на Востоке Украины связаны с нежеланием России выпустить из своих рук Украину. Россия не добилась своих целей на сто процентов, хотя конфликт на Донбассе будет влиять на внутреннюю политику страны и идею интеграции. Соглашение – временная вещь, не уверен, что пауза продлится долго, но на решение о евроинтеграции это не повлияет. Очень важно, какие будут результаты парламентских выборов: наберет ли действующий президент большинство и будет ли он влиять на формирование повестки дня.

Вы ожидаете возобновления фазы горячего конфликта?

Александр Хара: РФ не получила доступ к Приднестровью. Если не удастся сделать это политическим путем, могут возобновиться боевые действия.

Почему стало возможным перемирие?

Денис Мельянцов: Россия фактически приступила к частичной интервенции, был осуществлен рейд к Мариуполю, где стало ясно, что Украина не сможет выиграть с имеющимися силами. Украинскому президенту ничего оставалось, кроме как заключить перемирие, чтобы не потерять армию, не допустить дальнейшего кровопролития, зафиксировать продвижение войск сепаратистов до определенной границы и использовать это время для наращивания ресурсов.

Сколько времени понадобится для укрепления Украины?

Денис Мельянцов: Смотря что она будет делать. Сейчас на повестке дня радикальные реформы. В Украине очень серьезная коррупционная рента. Без серьезных реформ не может быть реформирована экономика и построена боеспособная армия, которая составит достойную конкуренцию российским войскам. Сейчас Порошенко перед выбором: на жесткие реформы нужны большие деньги. Украина накануне зимы. На Западе Украины говорят, что президент пошел на уступки России. Этой ситуацией может воспользоваться Россия во время парламентских выборов и потом, когда в Украине появятся острые социальные проблемы.  

Александр Хара: Эксперт не учел, что гражданская активность в Украине повысилась в разы. Есть организации, которые занимаются борьбой с коррупцией и разработкой законодательства. Это позитивный фактор, который не даст ни этой власти, ни любой следующей почивать на лаврах и ничего не делать. Наше правительство договаривается с европейскими государствами о поставках газа из Европы. Я думаю, мы переживем эту зиму.

Евгений Прейгерман: После предыдущих властей страна в разобранном состоянии. В принципе сложно представить себе развитие антитеррористической операции в ситуации, когда есть различные центры принятия решений. Порошенко побывал в США, просил статус стратегического союзника НАТО, помощи с вооружением. Но ситуация на Ближнем Востоке сейчас куда больше волнует США и других сильных игроков в мире. Поэтому ничего не остается, кроме как идти на соглашения.

Денис Мельянцов: Сложившаяся за многие годы олигархическая система не допускает декорруптизацию. Украинский эксперт говорит о том, что возможен новый Майдан. Но он может быть разным. Он может состоять из тех, кто был в добровольческих батальонах, семей погибших, которые должны смести предательскую власть. Либо это может быть социальный Майдан, недовольный условиями, в которых оказалась Украина. Сравнивая ситуацию с белорусской, украинцы  могут сделать вывод, что ТС может быть лучше, чем ЕС. А у людей на руках очень много оружия.

Александр Хара: Я не сторонник третьего Майдана, он был бы на руку РФ. Судя по опросам, агрессивная политика РФ увеличила симпатии к НАТО И ЕС. Проблемы ТС с падением оборотов торговли не могут привлекать украинцев. Мы должны будем отдать часть своего суверенитета, чтобы законсервировать экономику без возможностей модернизации. Европейский рынок для нас более перспективный и интересный. ЕС интересен нам и с точки зрения возможностей получения ресурсов для модернизации и технологий.

Денис Мельянцов: В экспертной среде мы прекрасно понимаем плюсы и минусы ТС и ЕС. Но я имел в виду бытовые вещи, пусть и не связанные с ТС, но которые могут оцениваться как то, что в союзе с Россией живется получше.

Соглашение об ассоциации с ЕС ратифицировано. Есть ли связь между перемирием и ратификацией соглашения?

Евгений Прейгерман: Мы не знаем, о чем говорили за закрытыми дверями Путин и Порошенко. Но судя по открытой части, соглашение о всеобъемлющей зоне свободной торговли было одним из центральных вопросов. Уникальная ситуация, когда происходит разложение соглашения на две части, заморозка на фоне неопределенности внутриполитического дискурса. Очевидно, что России удалось войти в переговорный процесс, где она имеет голос, и к ней прислушиваются.

Денис Мельянцов: Это немыслимая ситуация, когда третья сторона вмешивается в двусторонние отношения. Таких прецедентов не было. Открытым текстом говорится, что Украина может интегрироваться с ЕС до той поры, пока это не будет противоречить соглашениям с РФ и возможной в будущем интеграции Украины с ТС. Признание сепаратистов стороной конфликта – стратегическая победа России и ошибка Украины и ЕС. Сейчас ЕС фактически легитимизировал вмешательство третьей стороны в двусторонние переговоры.

Четвертая глава договора об интеграции создает зону свободной торговли и описывает множество законодательных изменений в Украине. Там четко прописано, какие директивы, в какой срок должна исполнить Украина, чтобы подвести внутреннее законодательство под фитосанитарные, таможенные стандарты. Приостановление ратификации означает, что пока не будет зоны свободной торговли и не начнутся реформы.

Евгений Прейгерман: Помимо России, есть еще интересы группы внутри Украины, некоторых промышленников, которые не заинтересованы, чтобы соглашение вступало в силу. Отсрочка по принятию соглашения, привносящего понятие свободной конкуренции, поднимет вопросы по глобальному развитию экономики. Либо появится экономика, работающая по законам рыночной конкуренции, либо сохранится непонятное состояние с поиском ренты, возможностью за кулисами решать экономические вопросы. В последнем случае не может быть никаких реформ.

Денис Мельянцов: Требования по интеграции строят в Украине совершенно новую экономику, и должна быть разрушена система, сложившаяся на протяжении 20 лет. Естественно, в самой системе есть много противников перемен.

Александр, каково ваше мнение относительно влияния компромисса на ход реформ в Украине?

Александр Хара: При составлении текста соглашения были учтены интересы крупных игроков. Весь олигархат получил доступ к переговорам. Мы негативно воспринимаем перенос вступления в силу соглашения. С другой стороны европейцы рассчитали позитивный экономический эффект – порядка 490 млн евро, если мы отложим вступление в силу соглашения. Но ситуация достаточно динамичная, не ясно, что будет в стране-агрессоре через два-три месяца. Несмотря на позитивные опросы общественного мнения, западные санкции и изоляция, в которую загнала себя РФ, делают свое дело.

Евгений Прейгерман: Может быть, возможные пути дальнейшего развития покажут переговоры по энергетическим вопросам. Если Украине, России и ЕС удастся выйти на соглашения, которые будут соблюдаться, может быть выработан механизм дальнейшего взаимодействия.

Что принципиально изменилось в отношениях Беларуси и Украины за последние полгода?

Денис Мельянцов: Самое важное – в двусторонних отношениях, наконец, появилась политическая воля, что позволит быстрее и эффективнее решать многие вопросы. На протяжении многих лет проходили вялотекущие торговые войны и антидемпинговые расследования. С этим, по крайней мере, на короткий период покончено. Взаимная политическая поддержка привела к тому, что экономические разногласия остались в прошлом.

Евгений Прейгерман: За торговыми ограничениями кроется слабость белорусской экономики. Но роль Лукашенко, которую он играет в рамках конфликта, создает дополнительные возможности, в том числе для развития отношений с Украиной, экономических проектов.

Александр Хара: Недавние опросы общественного мнения показывают, что 53% однозначно позитивно относятся к белорусскому народу. 41% - скорее позитивно. Позитивное отношение к Лукашенко разделяют 62%, а негативное – 26%. С другой стороны украинский народ определился со своим выбором и не разделяет модель государственного управления, выбранную Беларусью. Нам бы хотелось видеть Беларусь, обладающую субъектностью. Лукашенко – мастер тактики, и реверансы в сторону Запада или России происходили в момент переговоров. Не надо сбрасывать это со счетов.

К народу, культуре, языку – самое позитивное отношение. Другое дело политическое руководство и выбранный им курс. Мы понимаем, что Лукашенко не является самостоятельным игроком на международной арене и выполняет задачи, которые ему навязываются Россией.

Что будет происходить в ближайшее время? Какие факторы будут оказывать наибольшее влияние на ситуацию в Украине и восточноевропейском регионе?

Денис Мельянцов: Самый большой фактор – удастся ли России внести правки в четвертую часть договора об ассоциации. Россия будет пытаться расширить поле для маневра. От того, навяжет ли она внесение правок, будет зависеть, каким образом будет развиваться украинская экономика и интеграция Украины с ЕС. Второй важный фактор – как украинская власть справится с поставленной перед ней задачей реформировать экономику, насколько радикальными будут перемены и как это повлияет на ситуацию в стране. Третий фактор – направление развития внутриполитической ситуации, насколько существующая власть будет оставаться стабильной и легитимной. На курсе проведения реформ будет отражаться то, насколько украинский народ будет готов поддерживать власть в той же мере, как во время боевых действий.

Евгений Прейгерман: Факторами также послужат действия или бездействие других игроков. В переговорах о газе и интеграции многое будет зависеть от того, смогут ли все участвующие стороны вложиться в этот процесс. Если решение будет в некоторой степени удовлетворять Россию, произойдет стабилизация ситуации. Наблюдая за трансформационными процессами, я пока не видел ни одной страны в мире, которая в отсутствие единой команды с общим видением настоящего и будущего смогла бы провести эти реформы. Но в любом случае вопрос реформ – долгосрочная перспектива. Если эти реформы создадут такую ситуацию в Украине, в которой захотят быть и жители Крыма, Луганской и Донецкой области, возможен совсем иной сценарий. Но пока все зависит от того, насколько можно свести переговорные позиции сторон и экстраполировать их на стабилизацию ситуации.

Денис Мельянцов: Немаловажный вопрос и кто даст Украине денег на реформы.

Александр Хара: Следует ожидать изменения отношения к РФ со стороны ЕС и США. ЕС не был готов к аннексии Крыма и войне, инспирированной Россией. Учитывая зависимость некоторых стран от энергоресурсов, они не были готовы к адекватной реакции. Сейчас идет переоценка, до начала года будет достаточно времени для разработки стратегии поддержки Украины и влияния на Россию. Если мы покажем хорошие результаты в реформах, приверженности идеалам цивилизованного мира, мы сможем получить необходимую помощь. Все зависит от нашего поведения.


-10%
-35%
-10%
-10%
-30%
-20%
-50%
-20%
-10%
-10%