Коронавирус
Выборы-2020
Отдых в Беларуси


Кирилл Коктыш,

Беларусь стала страной, куда Владимир Путин 31 мая совершит свой первый зарубежный визит в новом президентском качестве. Первый визит - это всегда, помимо прочего, символика: вновь избранный лидер таким образом заявляет о внешнеполитических приоритетах своего срока правления.

Однако с нынешним визитом получается в некотором роде тавтология. Дело в том, что 15 мая в Москве прошел неформальный саммит СНГ, где Путин, уже в президентском качестве, встретился с большинством лидеров постсоветского пространства, так или иначе ориентированных на Россию.

Логичным будет предположить, что ряд неотложных вопросов там был обсужден, и новая встреча всего через две недели - это весьма и весьма высокий темп. За такой короткий интервал крайне сложно наполнить повестку дня.

И тогда речь идет либо о сверхнаполненной повестке, либо все-таки о символике, когда визит имеет целью олицетворять некие приоритеты, нежели достижение конкретных прорывов.

Без прорывов

Рискнем предположить, что прорывов на минском направлении ждать не приходится. Во-первых, сегодняшний уровень отношений и так достаточно хорош. Беларусь включена в Евразийский проект и, поскольку его реализация только началась, актуальных конфликтных зон еще попросту не возникло.

На политическом уровне, таким образом, сохранится статус-кво. В области социально-культурных обменов между двумя странами проблем никогда и не возникало, соответственно, и в этой области крайне тяжело достигнуть чего-то существенно нового.

В отношении военного сотрудничества, правда, устойчиво витает слух о возможной передаче Россией Беларуси ракетных комплексов "Искандер", что станет российским ответом на развертывание НАТО системы ПРО в Европе.

Хотя вряд ли может случиться, что Россия совершит такого рода необратимый конфронтационный ход до того, как завершит торг с НАТО по поводу ПРО - а торг, насколько можно судить, в полном разгаре.

Циркулирующая информация о ракетных комплексах "Искандер" для Беларуси пока является логичной частью торга с НАТО, предназначенной для того, чтобы подвигнуть атлантический альянс к уступкам. Но не решением, принятым в двусторонних российско-белорусских отношениях.

Евразийский проект и его нюансы

Но какую все же повестку могут обсуждать при встрече Путин и Лукашенко?

Прежде всего, Евразийский союз. Проект приоритетный для нового президентского срока Владимира Путина. Его предвыборная кампания строилась на обещании евразийской интеграции, и теперь у него нет иного выхода, кроме как вести этот проект к успеху. И здесь, конечно, есть значимый пласт для переговоров.

Превращение Евразийского пространства в составе России, Беларуси и Казахстана в единый рынок очевидным образом будет менее выгодным для Минска и Астаны - их товары оказываются в жесткой конкуренции не только с российскими, но, учитывая вступление России в ВТО, и со всеми остальными.

Утеря рынков должна как-то компенсироваться - либо дотациями со стороны России (и эти требования будут явным образом нарастать и со стороны Минска, и со стороны Астаны), либо созданием новых отраслей экономики, которые бы компенсировали утрату и позволили переключить высвободившиеся трудовые и материальные ресурсы на новые перспективные направления.

В противном случае Минск и Астана вполне предсказуемо будут "подвешивать" реализацию евразийского проекта, что никак не соответствует путинским целям.

Однако это еще не явные вопросы грядущей встречи двух лидеров. С одной стороны, вряд ли Беларусь и Казахстан уже имеют детализированное представление о тех потерях, которые они могут понести и, соответственно, вряд ли могут предъявить предметные требования о компенсации.

С другой стороны, задача превращения экономик трех стран в субъектного игрока, способного вести свою выигрышную игру на мировом рынке, решена пока только в отношении транзитной функции Таможенного союза. При всей потенциальной перспективности этот интеграционный ресурс на сегодняшний день вряд ли способен охватить заметную численность людей и принести серьезный доход.

Остальные отрасли пока остаются без внимания. Чтобы перейти на следующую ступень взаимодействия, России, Беларуси и Казахстану еще только предстоит освоить достаточный уровень взаимного доверия.

Диалог в Минске при любой погоде должен пройти в теплой обстановке и при полном взаимопонимании - в противном случае под угрозой могут оказаться перспективы евразийского интеграционного проекта. А это не нужно, прежде всего, Москве.

Месседжи и маневры

Визит в Беларусь - еще и понятный, вполне предсказуемый месседж Западу. Минск в запланированном вояже Путина - только остановка на его маршруте в Европу. Российского президента готовятся встречать в Берлине и Париже. Там вовсе не ждут от России изоляционизма.

Как правило, возникающие разногласия в отношении тех или иных стран кардинально не меняли вполне фундаментальные экономические и политические связи российских правящих элит с Западом. Тем не менее итоги российско-белорусского саммита не могут не повлиять на европейские встречи Путина.

Но все-таки их, скорее, будут рассматривать как тактические маневры, чем политику.

Похоже, Минску будет сделано и чисто деловое предложение. Россия, как известно, уже несколько лет уверенно чувствует себя в белорусской газовой отрасли, да и Минск получил хорошую финансовую подпитку в виде покупки Газпромом Белтрансгаза и льготных цен на газ.

В то время как нефтянка до сих пор остается под контролем правительства республики. Белорусские НПЗ для крупных российских нефтетрейдеров представляют большой интерес.

Со своей стороны Беларусь заинтересована в новых масштабных финансовых вливаниях. Так что взаимодействие в области топливно-энергетического комплекса наверняка станет ключевой темой обсуждения делегаций союзных государств. Поэтому для Беларуси приезд Путина - далеко не символика.

Президент Лукашенко под встречу 31 мая поручил правительству подготовить предложения по развитию сотрудничества с Россией в долгосрочной перспективе. Помимо всего прочего, это должен быть сигнал Западу: Россия для Беларуси была и остается главным ориентиром в политических и экономических делах.

Накануне визита Путина Александр Григорьевич сам выразился яснее ясного: "Мы ждем конкретных шагов от Запада, Европейского союза. Мяч на их стороне. Это мое твердое убеждение. Поэтому ждать опять этой игры на старых инструментах по старым нотам я не собираюсь".

Белорусский опыт?

Для российского общества двусторонняя встреча на белорусской земле тоже несет определенные смыслы.

В России в последнее время появился новый коллективный субъект политики. Средний класс, не видя для себя значимых жизненных и карьерных перспектив, ищет некие формы заявить о своих требованиях. При этом пока не произошло осознания интересов протестующих ни ими самими, если говорить о политическом формате требований, ни властью, по большому счету не понимающей нового субъекта.

В этом плане факт первого визита российского президента к Лукашенко, известному отнюдь не мягким обращением с протестами, частью российского общества будет считан и как возможность заимствования российским президентом белорусского опыта, вне зависимости от того, хотел бы этого Путин или нет.

А Лукашенко, традиционно не упускающий ни одной возможности политического самопиара, не преминет использовать и этот шанс.

Впрочем, вовсе не исключено, что в ходе визита выявятся и иные повороты. Сегодняшнее развитие мировой экономики настойчиво диктует свою повестку дня, и эта повестка в любой момент может затмить все остальные вопросы. 
-15%
-15%
-15%
-30%
-10%
-40%
-30%