Сергей Балай,

Судьбы кукол и людей, путь от подмастерья до мастера-татуировщика, спасение тех, кто потерял себя в жизни, и поиски Бога, жизнь в темноте, неоязычество в 21-м веке и ремонт обуви, танцы на пилоне и японское искусство связывания. Эти и другие истории — результат трехмесячного поиска, обучения и работы на курсах «Лаві момант!», организованных Белорусской ассоциацией журналистов для молодых фотографов.

Чтобы показать, чем живет твой герой, порой нужно быть так близко рядом с ним, что можно коснуться его рукой, нарушить его зону комфорта, вывести из равновесия героя, впустившего фотографа в свою повседневность. Но если не подойти так близко, то не удастся рассмотреть то, что и сам человек о себе порой не знает.

В очередном спецпроекте «Прикосновение» — 14 историй о людях, их жизни, любви, чувствах, борьбе, повседневности и поисках Бога.

Ремесло

Руслан Антипин

Если исходить из истории рисунков на коже, татуировщики всегда слыли высшей кастой. Никто иной не мог татуировать, кроме жреца, который изучал культуру, знал законы, традиции. Это было его ремесло, очень уважаемое и почетное.

История Никиты — о пути, который проходит юный подмастерье, чтобы стать татуировщиком.

Почти полгода назад Никита попал в одну из лучших студий татуировок в Беларуси. Мастера разглядели его потенциал и устроили работать администратором. В обязанности Никиты входит помощь мастерам, чистка многоразовых инструментов, ведение административного учета и встреча гостей. Помимо всего этого, еще и обучение татуировке, создание эскизов, изучение тематической литературы, наблюдение за работой мастеров.

Никита готовится к тому, что сам набьет свою первую татуировку Этот процесс не может быть случайным, и герой, видимо, еще не подошел вплотную к сакральному моменту.

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Фото: Руслан Антипин, TUT.BY

Женщина. Кукла

Марина Кондратьева

Галина Савельева всю жизнь создает кукол и работает с ними. Четыре года назад она, двое ее взрослых детей и муж перебрались из Орши в Минск. Здесь Галина создала театр кукол, теней и света «Дом солнца». «Тех кукол, которые сделаны не штамповкой, легко оживить. Даже если они не идеальные и где-то у них подтекает глаз, они живые, в них вложена душа», — рассказывает героиня истории.

В республиканском научно-практическом центре детской онкологии, гематологии и иммунологии в поселке Боровляны Галина проводит уроки арт-терапии. После занятий у детей улучшаются анализы, самочувствие.

«А мамы? Театр работает и для них. Вызывает их улыбки. Кто-то благодарит, кто-то молча уходит, но все видно по их глазам… Люди в Беларуси вообще зажатые, замкнутые. Я и сама такой человек, восхищаюсь молча».

Ведет Галина и детские театральные классы при Свято-Елисаветинском монастыре в поселке Новинки. «Самая главная цель — приносить радость искусством. И от этого я получаю божественную энергию. Я не стесняюсь об этом сказать».

У кукол, как и у людей, судьбы разные. Одна может создаваться годами, а другая — за два-три месяца. Мистическим образом все они оживают на сцене.

И есть только Галина и ее кукла.

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Марина Кондратьева, TUT.BY

Прошча

Алена Ляшкевіч

У лесе ля вёскі Крамянец Лагойскага раёна знаходзіцца камень, які мясцовыя жыхары завуць «святым». Да яго ходзяць у буднія і святочныя дні, ахвяруюць прадукты, расліны, грошы. Моляцца. Вада з выемак на камяні лічыцца гаючай. Вераць, што ў засуху можна выклікаць дождж, калі камень прыпадымуць на калах удовы ці незамужнія дзяўчаты. І праваслаўная, і каталіцкая царква вызналі крамянецкі валун святыняй.

Галоўнымі захавальніцамі традыцый застаюцца праваслаўныя старэйшыя жанчыны. Жанчыны ўзгадваюць аповяды аб Святым камяні, чутыя ў маленстве і маладосці. Кожная ўносіць нешта сваё, бо традыцыя дасюль жывая. Спрачаюцца, калі найбольш наведвалі камень, што насілі. Сыходзяцца ў тым, што Святы камень нельга перавозіць на іншае месца, бо і зямля вакол яго — святая.

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Наведваць камень пачынаюць, як толькі сыйдзе снег.

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Таццяна Вязьміна ў Крамянцы жыве з 1962 году: «На Спас сюды яблыкі носяць, ходзяць на Вялікдзень, На Сёмуху. Апранаюцца тады чыста, прыгожа.»

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Людзі кажуць, што слядкі на камяні - ад Бога, ён на ім стаяў. Ваду з ямачак набіралі і нашча пілі на Вялікдзень, яна лічылася святой. Наталля Рогач: «Даўней казалі, некаму вочы балелі, памыў вадой са слядкоў - і вочкі паправіліся.»

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Феня Мардас: «Няма дажджу — дык пойдзем, падымем камень на калах. На другі-трэці дзень дождж Бог даў. Як моцны дождж — апускаем тады. Як у ягады ідзём, пакладзем на камень трошкі. Хадзілі на святы якія: Мікола, Благавешчанне. Бацькі нашы казалі, на Вялікдзень пакуль паснедаць — трэба да святога каменя схадзіць. Насілі яйкі фарбаваныя, пірагі. Хто сыру занясе… Канфет тады не было».

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Крамянец. Від на гару Маяк. Завецца так таму, бо раней там і праўда стаяў маяк.

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Галіна Мардас: «Ідзём у грыбы — трэба пакласці на гэта святое месца грыбоў. Як у ягады — ягад. Як цвяты цвітуць — цвяточкаў. Хацелі камень забраць у Мінск, у музей валуноў. А ён прабіў кузаў машыны. І не змаглі забраць».

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Рэаніта Іванаўна і Валерый Пятровіч Рогачы: «Кажуць, былі камень вывезлі, на кладбішча, на падмурак для капліцы. Ды як пачаўся дождж! Усё заліваў. Аднаму чалавеку прыснілася, што будзе ліць, пакуль камень у вадзе не схаваецца. А кладбішча ж на гары! Адвезлі назад. Дык туды дзве параконкі ледзь зацягнулі, а назад адзін конь завёз».

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Вёска Крамянец. Хата № 14 па вуліцы Цэнтральнай.

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Наталля Мардас: у Крамянцы жыве з 1959 г.: «Я камень убіраю: як ідуць, накладуць ветак, палак, чаго хочаш… Ну, на святое места што трэба палажыць? Хочаш — капеечку палажы, не маеш — перахрысціся ды ідзі пакланіся. Нашто на яго там класці гэныя… бузылі туды? Ты ў цэркаві б прут прынясла, палажыла туды? Не…»

Фото: Алена Ляшкевіч, TUT.BY
Пасля таго як прайшло вясновае раўнадзенства, па ўсёй Беларусі гукалі вясну, якую, па народных павер’ях, прыносяць на крылах птушкі.

Прага праўды продкаў

Валянціна Міронава

Праз стагоддзі хрысціянізацыі паганства так і не выкарчавалася са свядомасці беларусаў. Безліч яго праяў можна сустрэць і ў штодзённым побыце, і ў абрадавых дзеяннях. Сёння гэта збольшага датычыцца людзей традыцыі і кансерватыўнай у светапоглядным сэнсе вёскі. Яны не страцілі сувязі з продкамі і перанялі ад іх веды і разуменне гэтага свету.

Аднак не менш цікавая з’ява — свядомае ці несвядомае перайманне, асэнсаванне ды інтэрпрэтацыя гэтых ведаў людзьмі, якія жывуць у горадзе. Яны не лічаць сябе паганцамі, але з’ява як такая ўсё адно выкрывае сябе праз іх дзеянні, думкі, памкненні.
Вёска вымірае, а паганства, насуперак гэтаму, знаходзіць усё больш цікавыя і разнастайныя праявы.

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY
Дзмітрый Кірэенка: «Я дастаткова ціхі і сціплы чалавек, і, з аднаго боку, каб змяніць сябе, мне патрэбна была вось гэтая ваяўнічасць і гучнасць, якую надае дуда. А з іншага боку, дуда — гэта прылада, праз якую ты можаш размаўляць на зусім іншай мове і з гэтым, і з тым светам».

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY
Пятро Цалка: «Каб зрабіць якасны прадукт, ты павінен разумець мову і колер прыроды. Тады ты можаш адчуваць сам матэрыял — лён, воўну, бавоўну. У адносінах да знакаў, якія нашы продкі пераносілі на ўзроўні традыцый і генетычнай памяці, трэба не цурацца ні дакладных ведаў, ні адшліфаваных стагоддзямі звычаяў».

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY
Марыся Тульжанкова: «Надыйшоў такі момант, калі я зразумела, што гэта не рэканструкцыя, а неабходнасць. Як у людзей, якія ходзяць на Вялікдзень у царкву, свецяць яйкі і хлеб, хаця, можа быць, яны не ўцаркоўленыя людзі і, верагодна, нават не вернікі. Але гэта традыцыя. І для мяне абрады — таксама традыцыя».

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY
Аляксандр Наўгародскі: «Гэта нібыта працяг мяне. Няма той мяжы паміж Я і не-Я, паміж светам і чалавекам. Усе гэтыя адносіны — з глінай і з усім астатнім — гэта працяг сябе. І калі сабе рабіць зла не хочаш, то трэба рабіць добра».

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Фото: Валянціна Міронава, TUT.BY

Шавец

Настасся Роўда

Ён усё жыццё марыў шыць боты, але вымушаны іх рамантаваць.

Некалі мара Мікалая Сурэнавіча была такой жа рэальнай, як сённяшняя майстэрня па рамонце абутку на рынку ў Маладзечне. Тут ён ужо 18 гадоў прымае замовы ад кліентаў, забірае пашкоджаны і аддае адрамантаваны абутак.

Выкшталцоныя боты ад Мікалая Сурэнавіча мелі попыт, пакуль рынак не захапілі танныя кітайскія тавары. Побач з ім працуе Аршак.

У майстэрні - як на агульных дварах паміж дамкоў на Каўказе, дзе прайшло дзяцінства Мікалая.

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Фото: Настасся Роўда, TUT.BY

Пожить еще

Валентин Михальцов

Валентин и Вера — молодожены. Венчались они осенью в маленькой церкви дома престарелых. Да и свел их вместе этот дом-интернат. Валентин приехал туда «доживать» прошлой весной, а Вера уже жила там десять лет. Пара сошлась быстро. Директор интерната выделил Вере просторную комнату с видом на озеро, и вскоре Валентин переехал к ней. Из его комнаты вид похуже.

«Мы живем! — говорят супруги. — Нам очень весело вдвоем. Мы гуляем, разгадываем кроссворды, слушаем радио. Просыпаемся — говорим друг другу доброе утро, ложимся — спокойной ночи. В одиночку нам было бы грустно!» У обоих за плечами по два брака, но родные нечасто навещают стариков. Так уж сложилось.

В новую семью купили холодильник, чтобы хранить маленькие радости — мороженое и колбаску. Они особенно любят фисташковое мороженое в хрустящем рожке. А еще они купили новый телевизор, чтобы быть в курсе последних новостей.

«Андреевич смотрит, а я сижу рядом и слушаю,» — говорит Вера Тихоновна. Она потеряла зрение восемь лет назад из-за травмы. Но приспособилась жить в темноте.

На крыльце интерната 12 ступеней, она точно знает их число. Как и расположение всех вещей в комнате — она всегда убирает ее сама. Время определяет по китайским говорящим часам, которые смешным голосом говорят каждый час. Убирает комнату и стирает Вера Тихоновна только сама. Так привыкла.

А если вдруг что забудет — супруг рядом. Помогает и поддерживает. Вот так и живут, уже год вместе. Досмотренные, чистые и счастливые. Можно и пожить еще.

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Фото: Валентин Михальцов, TUT.BY

Диск-жокей

Виктория Синчилина

Эта история о Никите. По образованию он психолог. Но внутренние амбиции не дают ему работать по специальности. В жизни он старается успеть сделать все, сразу и как можно больше.

Он прорывается вперед, напролом, порой жертвуя временем и сном. Каждые два дня работы за стойкой бара в ресторане театра имени Янки Купалы сменяются в его жизни двумя трудовыми днями в магазине кроссовок.

Между делом он занимается музыкой и ездит по Минску на велосипеде с фиксированной передачей. Время от времени он играет на вечеринках за «спасибо, друг!».

В глубине души он мечтает уехать из этого города. Символы Америки заполняют все пространство его комнаты. Здесь миксуются эксклюзивные банки Doctor Pepper и Coca-cola, фигуры и портреты супергероев, зажигалки Zippo, фирменные кроссовки из редких коллекций и постеры зарубежных музыкальных исполнителей.

«Музыка — то, без чего я не могу выйти на улицу. Это то, что придает ритм моей жизни. То, что дает тонус. Театр — это самый простой способ соприкоснуться с культурой и искусством. Магазин — это моя вторая семья, любящие и понимающие меня люди. И это лучшая работа на Земле, потому что кроссовки для меня больше, чем просто обувь. А в целом главное для меня — чтобы все шло по задуманному плану».

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Фото: Виктория Синчилина, TUT.BY

Мечты неравнодушного врача

Максим Гарда

За год работы в сельской амбулатории молодой врач Игорь Мойсак не разочаровался в профессии. Но его амбиции и методы лечения не всегда вписываются в стандарты белорусской системы здравоохранения.

После окончания медуниверситета Игорь вернулся отдавать долг государству на малую родину, в Лунинец. Верная жена приехала в провинцию вслед за мужем из Минска, оставив высокооплачиваемую работу и столичный образ жизни.

Год назад зарплата начинающего доктора составляла 100 долларов. Но работу свою Игорь любит. Каждое утро он добирается до деревни Дворец, что в 20 километрах от райцентра, на собственном автомобиле, купленном на «свадебные» деньги.

Участок его обслуживания — 1800 человек: это и младенцы, и подростки, и старики. График напряженный: прием в амбулатории, посещение больных на дому.

Время, которое приходится тратить на бумажную волокиту, Игорь хотел бы использовать для помощи людям.

Он мечтает уехать в страну с высоким уровнем медицины.

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Фото: Максим Гарда, TUT.BY

Тридцать лет одиночества

Марина Овсянникова

Татьяне Романовне 73 года. Более тридцати из них она живет одна в деревянном доме на окраине одного из райцентров Беларуси.
Умер муж. Сотни и тысячи километров разделяют ее с детьми.

Практически всю свою жизнь Татьяна Романовна работала санитаркой в онкологическом диспансере. Держала небольшое хозяйство. Сегодня даже простой поход в магазин оказывается для нее радостью, за которую приходится расплачиваться часами отдыха и горой таблеток.

Проснуться, затопить печку, сварить суп, посмотреть телевизор, измерить давление — нехитрый набор пожилого человека. Одинокого человека.

Когда каждый день повторяет предыдущий. И ничто не нарушает дыхания времени.

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Фото: Марина Овсянникова, TUT.BY

Cool dance

Анна Заплатина

Мужчины придерживают шаг, останавливаются — за окном спортивного зала девушки затейливо крутятся на блестящей палке. Но все никак не раздеваются. Мужчины явно разочарованы.

«Мы не учим стриптизу. Мы учим танцу», — говорит Даша Надольская.

Она занимается танцами на пилоне три года. Pole dance для нее — и спорт, и заработок, и образ жизни.

В Беларуси обучать экзотическому танцу начали лишь пять лет назад. Неудивительно, что многие о нем просто не слышали.
В этом виде спорта есть разные направления: pole artistic, pole extreme, exotic pole dance. Последнее направление многие путают со стриптизом, потому что девушки танцуют в туфлях для стрипа. В классическом pole dance спортсмены выступают босиком.

Даша проводит большую часть своего времени в зале. Она работает инструктором и тренируется сама, мечтает открыть свою спортивную школу. На работу Даша ездит на мотоцикле — это скорость и адреналин.

Но самое важное в жизни Даши — шестилетниий сын Марат.

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Фото: Анна Заплатина, TUT.BY

Красота жесткой связи

Татьяна Ткачева

Шибари в переводе с японского — «связывание».
Японское искусство связывания возникло в середине прошлого века на основе древних боевых практик, применявшихся для обездвиживания и пыток противника.

Зачем свободные люди добровольно дают себя связывать?
В шибари каждый выбирает то, что ему ближе — боль, эстетика, восточная практика.
Один исследует проявления души японского народа. Другого интересует веревочный рисунок. Третий наблюдает и фотографирует взаимоотношения людей в диалоге связывания.

Тонкости искусства шибари проявляются постепенно, новые эмоции приходят с опытом.

В чем философия шибари? В первый раз необычные физические ощущения воспринимаются достаточно остро: ты совсем не можешь двигаться, и твое тело обнажено для полного подчинения ситуации.

— Когда ты связан, ты не свободен, но это и есть первый шаг к внутреннему раскрепощению, — говорят те, кто испытал шибари.

Есть ли в шибари сексуальный подтекст и насколько он силен? Для непосвященного наблюдателя первая коннотация с шибари — взаимоотношения между мужчиной и женщиной. Шибари — история про сексуальность, скованность и телесность.

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

Фото: Татьяна Ткачева, TUT.BY

В темноте

Юлия Шабловская

В одиннадцать лет он перестал видеть. Совсем.

После спецшколы в Шклове Саша Жидович шесть лет выполнял заказы в роли инвалида-надомника. Но захотелось к людям.
И Саша переехал в Молодечно. Работает теперь в унитарном предприятии «Энва». Это завод — наниматель инвалидов по зрению со всего Молодечненского района.

Сначала в однокомнатной квартире общежития для слепых у Саши был сосед. Несколько лет назад тот женился и получил свое жилье. А Саша остался жить один.

Родители помогли приватизировать квартиру, сделали ремонт, купили бойлер, стиральную машину, микроволновую печь. За свои деньги Саша не смог бы себе этого позволить. Его пенсия по инвалидности — примерно 1,8 млн рублей, зарплата на заводе — 400 000 белорусских рублей.

Саша не женат. У него нет девушки. Все свободное время он проводит в компании родителей в Оборке.

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Фото: Юлия Шабловская, TUT.BY

Дарога да Бога

Надзея Коўш (Мірончык)

Бог любіць кожнага чалавека. І кожнага чалавека кліча ісці за сабой. Толькі за штодзённай мітуснёй нам вельмі цяжка пачуць яго, убачыць тыя знакі, з дапамогай якіх Бог паведамляе аб сваёй прысутнасці ў нашым жыцці.

У Касцёле Ўзвышэння Святога Крыжа, што на Кальварыі, асаблівая атмасфера: прыходзячы туды разумееш — Бог побач. Тут чалавека ахоплівае пачуццё глыбокай павагі, адчуванне радасці Яго прысутнасці, ўсёабдымная узвышаючая любовь.

Гэтая гісторыя пра людзей, якія, пачуўшы Бога, ідуць на сустрэчу з ім у Кальварыйскі касцёл.

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Фото: Надежда Ковш, TUT.BY

Ковчег

Татьяна Русакович, Виктория Герасимова

Полковник в отставке Юрий Иванович Мельник в одном из минских микрорайонов сделал из частного дома приют для бездомных. Постоянно здесь живут около 15 мужчин.

Из четырех жилых комнат одна — неотапливаемая. Водопровода нет.

Для всех одни правила — обязательный отказ от спиртного, табака, нецензурной речи. Но все же главное — вера в Бога. Постояльцы читают Библию, молятся, ходят в баптистскую церковь.

Жильцы приюта работают и помогают другим бездомным — раздают одежду, еду.

Почти все срываются: cнова начинают пить, бродяжничать. Но Иванович прощает и помогает опять вернуться к жизни. «Мы сами не безгрешны, чего других осуждать», — улыбается он и продолжает верить в них и в Бога.

Ночлежному дому в Сухарево уже десять лет. На этом Ковчеге свои жизни пытались спасти больше ста мужчин. Некоторым это удалось, другие опустили руки, но многие продолжают «борьбу». Иванович молится за каждого, молится на коленях, молится слезно, чтобы у них был шанс на спасение.

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY

Фото: Татьяна Русакович, Виктория Герасимова, TUT.BY
-30%
-10%
-30%
-21%
-26%
-10%
-30%
-33%
-55%
-20%