175 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Флаги везде, «супермитинги» и «неотданная любимая». Как власть отвечала на идеи оппонентов
  2. После заявления Минтруда, что ветераны не получат выплаты к 9 мая, BYSOL запустил сбор. Сколько собрали
  3. Как под Барановичами спасают дворец Радзивиллов — копию итальянской виллы на озере Комо (нет, не той что Соловьева)
  4. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  5. В Минске рассматривают большое «дело студентов». К зданию суда пришли более ста человек, прошли задержания
  6. «Родителям сказал, что пойду пожить к другу». Студент отсидел три месяца, услышал приговор и сбежал за границу
  7. Виновен посмертно. Верховный суд рассмотрел апелляцию по делу застреленного силовиками Шутова и его друга
  8. В программе белорусских каналов на следующую неделю нет «Евровидения». Попробовали разобраться, что это значит
  9. Уволенному директору Оперного театра нашли новую работу
  10. Налоговая в суде выясняет с Тихановским, должен ли он заплатить налог с тех самых найденных за диваном 900 тысяч долларов
  11. Срок действия справок и других документов продлили еще на полгода
  12. Марии Колесниковой предъявили окончательное обвинение
  13. «По приказу премировали людей». В лидском стройтресте рассказали, зачем раздавали деньги на 9 Мая
  14. В Израиле в результате ракетной атаки погибла уроженка Беларуси
  15. Возле Дома правосудия в Минске во время процесса над студентами задержана журналист TUT.BY
  16. Как есть с брекетами и будут ли от них болеть зубы? Стоматолог отвечает на 9 популярных вопросов
  17. Лукашенко подписал указ о застройке 10 квадратных километров на севере Минска
  18. «В соседнем городе ракета попала в жилой дом». Белоруски о жизни в Израиле во время бомбежки
  19. Надежды нет? Прикинули, ждать ли белорусам тепла этим летом
  20. Биолог рассказал, как вырастить богатый урожай капусты. Вот пять правил
  21. Суарес почти 20 лет счастлив с одной женщиной (встретил ее в 15 и влюбился с первого взгляда)
  22. «Мы, иностранцы, с ума сходим». Поговорили с белоруской, которая уехала за мужем в сектор Газа
  23. «Мы останемся без работы и зарплаты». БМЗ просит европейских партнеров не вводить санкции
  24. Что, если перед прививкой от COVID выпить жаропонижающее «для профилактики»? Ответы на вопросы о вакцинации
  25. Личный опыт. Как в Беларуси стартовало бесплатное исследование иммунитета против COVID-19
  26. Экс-капитана Генштаба за фото документа «польскому телеграм-каналу» приговорили к 18 годам за госизмену
  27. Израиль начал в секторе Газа военную операцию. Рассказываем обо всех предыдущих попытках
  28. Прогноз: «Без урегулирования политического кризиса экономика будет терять миллиарды в год»
  29. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  30. Белорус принял участие в «спецоперации» и лишился более 200 тысяч долларов


Ольга ПРУДНИКОВА,

фотоНа днях в одном из столичных клубов с размахом прошла вечеринка, посвященная сотой совместно написанной песне известного белорусского композитора Евгения Олейника и его супруги певицы Юлии Быковой.

“Народная Воля” встретилась с Евгением и узнала, как обменять загородный дом на клип, зачем при написании песен бьются тарелки и почему они с Юлией собираются развестись.

О том, как сделать жене приятно

— Недавно на песню, написанную для молодой белорусской группы “Aura”, был снят новый клип, на который ушли все деньги, накопленные вами для строительства загородного дома. Не каждая семья так распоряжается бюджетом...

— Если бы в каждой семье жена занималась музыкой и снималась в клипах, думаю, все так и распоряжались бы (смеется). Обычно как происходит — жены не разрешают мужьям тратить деньги “налево”. Но у нас-то съемки клипа, покупка инструментов для живого коллектива оказалась правым делом! Правда, сейчас все у меня спрашивают, как мы “отбивать” все это будем...

— И как же?

— Без понятия! Я знаю, что нужно делать для продвижения проекта, но как на этом заработать?.. Как-то окунулся в гастрольную деятельность, подбирая новый коллектив для продюсерского центра “Спамаш”, — это просто караул! Кроме кучи каких-то бумажек, согласований, еще и цены бешеные. Например, аренда Дворца спорта стоит 7,5 тысячи евро. Реклама рентабельного проекта обойдется в 25 миллионов белорусских рублей. В итоге, чтобы белорусскому артисту выступить во Дворце спорта, цена билета на его концерт должна быть минимум 60 тысяч. А где найти 4 тысячи человек, которые за эти деньги пойдут на белорусского исполнителя?.. Недавно купил для живого коллектива инструментов на 4 тысячи долларов. Посчитал, что “отбить” их у меня получится за 60 поездок на “Дожинки”, где средний гонорар наших артистов — 80 долларов. Выходит, что к 88 годам я “отобью” деньги, вложенные в оборудование для группы “Aura”... Впрочем, пока я убеждаю себя, что просто делаю своей жене приятно. А там видно будет (улыбается)...

— О вашем новом клипе ходит много слухов: и что вы разбили дорогущий кабриолет, к тому же чужой, и что видео и вовсе о лесбийской любви...

— С машиной действительно получилась забавная история. Клип снимали три дня. Владелец кабриолета приехал за расчетом на второй день съемок. Мы расплатились, а на третий день девчонки помяли машину. Но руки были пожаты, и он, как настоящий мужчина, претензий не предъявлял.

А что до лесбийской любви — помните Сьюзан Бойл, которая стала бешено популярной после ролика на Youtube.com? Мне кажется, секрет ее популярности именно в тех первых секундах ее выступления, когда каждый успел подумать, как она некрасива, а значит, и бездарна. А потом она начала петь — и все почувствовали себя идиотами и как бы раскаялись! Вот и нам захотелось сделать этакое преломление впечатления, обманочку, но чтобы к концу клипа люди улыбнулись. Да, две девушки выбегают из салона в свадебных платьях, веселясь, рассекают на кабриолете. И всем кажется, что они... нетрадиционны... Но потом все проясняется.

— Вы с Юлей работаете вместе. Это легко?

— Да мы на кухне плитку трижды перекладывали из-за того, что то мне, то жене не нравилось! Конечно, возникают споры из-за песен! Мы с Юлей по натуре экстраверты — все выплескиваем наружу. Но это не разлад, а естественный процесс. Когда Юле что-то не нравится в моей музыке, или мне в ее стихах, летят сковородки, тарелки: “Измени вот тут музыку! А ты измени там слова! Да пошел ты!..”

Я вот всегда беру пример со зверушек, которые как живут вместе, спят, охотятся, так могут и погрызться, пореветь. Нельзя же в семье постоянно быть хорошим. И не надо врать друг другу, притворяться, уж лучше посуду побить, когда что-то не нравится...

О причинах провала на “Евровидении”

— У группы “Aura” есть песни, исполненные на несуществующем языке. Не боитесь, что в них народ опять найдет какой-то тайный мистический смысл, как это было с “Волшебным кроликом” Юры Демидовича?

— Мы хотим доказать людям, что в песне главное — музыка, а не текст. Мы не ведемся на традиции русского бардовского и шансонового наследия — с умными текстами, после которых хочется повеситься. Поэтому когда писали “Whisper of silence”, на написанную мной мелодию просто напридумывали красивых слов.

— Вы продюсировали песню, с которой Алексей Жигалкович победил на детском “Евровидении” в 2007 году. Не могли бы прокомментировать выступление Демидовича в этом году?

— “Евровидение” — нормальный конкурс с давно известными правилами. Это конкурс для домохозяек. Ведь никто никогда не додумается на выставке акварели демонстрировать картину, написанную маслом? Так почему же на конкурс, в котором голосуют женщины определенного возраста и рода занятий, отправили такой неформатный номер? Ведь Юра Демидович — звезда интернета, создавший необыкновенную песню, которая покорила многие страны, но очевидно, что она никогда не победила бы на этом конкурсе. Так что считаю, что популярность песни — заслуга Юры, а проигрыш в конкурсе — недочет организаторов... Да и не понятно, почему все твердят, что выступление Демидовича — прорыв. А как же предыдущие победители — мы с Жигалковичем, а как же Стаценко с Ситник? “Кролик” — прорыв в детском творчестве, в интернет-пиаре. Но в “Евровидении” это четвертое с конца место.

О новом министре культуры

— Евгений, недавно вы написали письмо новому министру культуры Павлу Латушко, после которого он пригласил вас на личную беседу. Каковы ваши впечатления от встречи?

— К радости всех работников искусства, Павел Павлович оказался большим патриотом, который перевел общение в Минкульте на белорусский язык. Можно представить, как сложно управлять таким хозяйством. Ведь это министерство — довольно традиционный и не склонный к резким переменам аппарат. Он выслушал мои предложения по развитию белорусской культуры. Мы, кстати, встречались с Латушко уже дважды, надеюсь, скорой будет и третья встреча. Потому что у меня уже возникли новые идеи...

— А какие идеи вы уже предложили министру?

— Создать национальную музыкальную премию. Это стало бы сильным толчком для развития белорусской музыки. Творческие люди ведь очень тщеславны: дай им медаль — и они натворят ради нее больше, чем ради хорошего гонорара...

— Неужели это так просто: вот осенила человека идея, и он пошел к министру поделиться?

— А почему нет? Каждый может записаться в приемной министерства, и встреча состоится по графику... Да и самому министру будет только проще, если он почувствует поддержку своих новаторских настроений.

О тупой публике

— От чего, на ваш взгляд, белорусским исполнителям пора бы избавиться?


— Меня смущает такой подход авторов и исполнителей, при котором они считают себя звездами, а публику — тупой, так как она не понимает, что они делают. С этим просто справиться: собери для себя, любимого, нетупую публику и вози ее повсюду с собой, чтобы только такие зрители ходили на твои концерты. Поехал, например, в Москву — повез с собой три вагона нетупых поклонников. А вот узнавать мнение людей, анализировать его, как-то исправляться — конечно же, куда более сложный метод. Я вот именно для этого начал выкладывать песни в интернет. Наполучаю “тумаков”, потом сижу, разбираюсь, что из этого пустая болтовня, а что — аргументированная критика. Ведь человек, призванный развлекать людей, должен прислушиваться к их мнению.

— Евгений, вы написали немало песен, раскрутили порядочное количество артистов. Сами не думали запеть?

— Нет. Мои связки не держат тон. Это природное — я не могу долго тянуть ноту и не сфальшивить. При таких данных научиться петь, то есть как-то накачать нежную мышцу связки, практически нереально. Конечно, можно это скрыть специальным репертуаром. Но это непрофессиональное мельтешение...

— Но, несмотря ни на что, вы решили связать свою жизнь с музыкой. И это при том, что с медалью окончили лицей БГУ, стали дипломантом Парижской торговой палаты и отучились в БГЭУ...

— Это все было фоном для моих занятий музыкой. Никакого сомнения не было, что я буду именно музыкантом. Окончательно убедился в этом после работы в Нацбанке. На последнем курсе нархоза я там проходил практику. Сделать карьеру в главном банке страны — вершина желаний почти каждого экономиста. Но скучнее работы я себе представить не могу! Многие мои коллеги по банку шли на курсы рисования, танцев, да чуть ли не вышивания — чтобы после работы заняться хоть чем-то интересным, лица людей увидеть. Потому что в Нацбанке настолько все запротоколировано, автоматизировано, столько бумаги! Я быстро понял — это не мое...

О желании жениться заново

— А ваша жена кто по образованию?


— Она врач, причем практикующий. Хотя с музыкой, как и я, дружит с детства. В 8 лет она солисткой перекрикивала народный коллектив “Зорачка”. Потом сработало классическое мнение родителей: мол, музыкант — это не профессия, иди-ка ты, Юля, в медицину. Так она попала в Медуниверситет, где удачно пропела все годы в команде КВН. На этой почве мы с ней как раз и познакомились — я писал фонограмму для команды КВН...

— А везде пишут, что вы познакомились в Бахрейне, где работали в одном коллективе...

— В солнечном свете Бахрейна мы познакомились как мужчина и женщина. Именно там произошло это “Ах!”, после которого мы начали встречаться.

— О работе в арабских странах говорят много разного. Расскажите о своих впечатлениях...

— Все зависит от отеля, где работает музыкант, и от того, чем он там собирается заниматься. В Бахрейне мы работали в 4-звездочном де-люкс отеле — с большим концертным залом, живой музыкой, мировыми хитами и богатыми постояльцами. А в соседнем 5-звездочном отеле и вовсе работали только академические музыканты! Ну да, в заведениях рангом пониже процветает проституция. Но все равно никто никого не заставляет этим заниматься. А те, кто жалуется, что их насильно заставляли, — просто курицы, которые не рассчитали свои силы. Во всяком случае в 2001-2002 годах, когда мы там были, проституция заранее оговаривалась в контракте. Потому что в Бахрейне, с одной стороны, проституция почти легальна, но с другой — все же вне закона. Так что если девушка нажалуется в Минтуризма Бахрейна, у отеля начнутся капитальные проблемы.

— И вот вернулись вы из солнечного и почти пуританского Бахрейна — и сразу решили пожениться?

— Нет, мы прожили вместе пять лет, прежде чем поженились. Причем сделали это случайно. Однажды просто шли мимо загса и решили подать заявление, раз уж даже паспорта с собой (смеется)... Так что сейчас даже хотим развестись — чтобы пожениться заново по-нормальному: со всеми этими кольцами, цветами...

— Недавно у вас родился малыш. Это как-то повлияло на работу?


— Весь график сбился. Если раньше мог назначать записи или встречи в любое время, то теперь все нужно согласовывать. Ведь мы с Юлей дежурим по очереди...

Вообще самым удивительным для меня было мое же собственное отношение к ребенку. Понял, что у мужчины отцовский инстинкт появляется отнюдь не с момента зачатия, а только после рождения ребенка. Когда Юля ходила беременная, внутри у меня ничего не колыхалось. Но когда я увидел это чучельце в роддоме — это было все!..
-10%
-25%
-50%
-30%
-50%
-7%
-30%
-15%
-38%