177 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Фура и микроавтобус столкнулись под Смоленском — пострадали 13 белорусов, один в крайне тяжелом состоянии
  2. Какая боль в шее особенно опасна и что при этом делать нельзя
  3. Проект указа: садовые товарищества могут стать населенными пунктами. Но не сразу
  4. Матч между хоккейными сборными Беларуси и Казахстана отменен
  5. В Гомеле из-за вылетевшего на тротуар авто погибла девочка. Поговорили с экспертами и ГАИ, как защитить пешеходов в таких ДТП
  6. Лукашенко подписал законы о недопущении реабилитации нацизма и противодействии экстремизму. Что изменится?
  7. Йоханнес Бё души не чает в жене и ребенке. Только взгляните на их семейную идиллию
  8. Суд по делу задержанной журналистки TUT.BY Любови Касперович не состоялся. Она остается на Окрестина
  9. Надежды нет? Прикинули, ждать ли белорусам тепла этим летом
  10. Рост ВВП, долгов и заветные «по пятьсот». Кратко о том, как развивалась экономика в последние 10 лет
  11. ГПК: сбор за выезд за границу на машине надо будет оплачивать с 1 июня
  12. С чем полезнее съесть шашлык: с майонезом или кетчупом? Главное о здоровье за неделю
  13. В обвинении по «делу студентов» прокуроры говорят о санкциях ЕС и США
  14. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  15. Ваш народ от рук отбился. Почему у власти уже сбоит система распознавания «свой-чужой»
  16. Депрессия и 20 лишних кг почти похоронили ее карьеру. Фигуристка, которая была одной из лучших в мире
  17. По центру Минска ранним утром гулял бобр. Рассказываем, что с ним приключилось
  18. «Шахтер» обыграл «Неман» и установил новый рекорд чемпионата. БАТЭ добыл волевую победу над «Рухом»
  19. «С такой болезнью живут до 30 лет». История Кати и ее сына Вани с миопатией Дюшенна
  20. Белорусы «без государства ни черта не сделают»? Собрали примеры, которые доказывают, что это не так
  21. Тысячи человек пришли на первый за 30 лет концерт «Кино» в Москве. Показываем, как это было
  22. «Все средства будут использованы». Сколько денег белорусы уже собрали на восстановление костела в Будславе
  23. «50% клещей заражены». Врач — о клещевом боррелиозе и первой помощи при укусе
  24. Что сейчас происходит в Индии, которая шокирует мир смертностью от COVID-19? Рассказывают белоруски
  25. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  26. Посмотрели цены на рынке «Валерьяново», куда приезжал Лукашенко, и сравнили с Комаровкой
  27. Медики больше не будут прививать от ковида всех желающих в ТЦ «Экспобел»
  28. Генпрокурор обвинил сопредельные государства в попытке внедрить в Беларусь «коричневую чуму»
  29. «Среди стран Европы хуже только в Молдове и Албании». Изучили статистику по белорусской науке
  30. «Здесь очень скучно». История Марии и Максима, которых по распределению отправили в агрогородок


Наша постоянная читательница из Минска прислала в редакцию TUT.BY рассказ о своем визите в поликлинику. "История банальная донельзя: желание попасть на прием к участковому терапевту и получить назначение для лечения обернулось для меня выкинутым из жизни днем. В буквальном смысле", - рассказывает Ольга. История не претендует на оригинальность. Но, возможно, наши читатели захотят поделиться и своим опытом в комментариях к материалу.

"Воодушевленная быстро взятым талоном по телефону и напоминанием, что можно приходить минут за десять до начала приема, так как очередей нет (все же на дачах), я отпросилась с работы на полдня. Послушают, назначат лечение и отпустят с миром. Кстати, то, что больничный мне не дадут, я знала наверняка. Во-первых, болела я уже вторую неделю и лечилась сама. Во-вторых, за весь период болезни не было температуры. А именно от нее отталкиваются врачи, выдавая заветный листок нетрудоспособности.

"На снимок! И без очереди потом обратно к нам"

9.20 – старт, забираю талон из регистратуры. В коридоре и вправду немноголюдно. Пару человек пытались пройти без очереди и без талонов, но на месте решили, что приоритет за теми, кто талон-таки взял. Мол, пусть врач решает, кто, когда и за кем должен заходить. Хотя совсем не понятно, зачем это делать врачу, если есть медсестра. Гораздо важнее, чтобы в кабинете, на приеме, пациент получил исчерпывающую информацию и все необходимые для постановки точного диагноза обследования. С такими мыслями я переступила порог кабинета.

– Сильный кашель вторую неделю, слабость появилась, температуры нет. Полгода назад примерно с такими же симптомами диагностировали левостороннюю пневмонию благодаря снимку. Неделю лечилась без сильных лекарств (обильное питье, полоскание, противовирусные средства). Не помогало, поэтому самостоятельно пропила 7-дневный курс антибиотиков и отхаркивающие средства, - рассказала я терапевту предпенсионного возраста.



– Странно, антибиотик должен был сработать. Температуры тоже нет, только слабость. Ну, давайте послушаемся, – предложила терапевт, вставляя в уши трубки фонендоскопа. Глубокое дыхание конкретно подвело меня: кашель накрыл волной, демонстрируя, какой он – сухой или влажный. – Хрипов нет, но прикорневые пневмонии не прослушиваются обычно. Пока ставлю острый бронхит. Срочно идите на снимок и потом снова к нам. Вот вам направление.

Меня озадачил вопрос очереди: что же, потом снова ее занимать? Но меня успокоили: будет достаточно только заглянуть в кабинет - и меня вызовут. Наученная походом к педиатру с ребенком, который сперва назначает анализы, а уж потом корректирует или оставляет прежде назначенное лечение, я задала вопрос и про необходимые анализы. 

– Идите, все потом! – явно отмахиваясь от назойливой пациентки, с уже безучастным видом ответила терапевт, старательно заполняя карточку. Кстати, это отдельная тема. Карточки ни в коем случае нельзя давать на руки пациентам, даже если нужно перенести из кабинета в кабинет. Для этого есть специально обученные люди из регистратуры. Напомнила, чтобы не забыли принести.

"Девушка, а вы зачем ко мне пришли?"

9.50 – конкретное торможение. Отыскав заветный рентген-кабинет, обнаруживаю закрытую дверь. Так-так, что там с графиком приема? Вторник, с 12.00. Отлично! Уже на подходе к лифту вижу медсестру, которая несет мою карточку. Получается, что оставить терапевта на приеме можно, а позволить мне занести самой карточку и продолжать выписывать рецепты, вести запись в книге регистраций нельзя? Собственно, становится ясно, откуда идет задержка приема. Еще раз спрашиваю насчет анализов: может, все-таки пока их сделать? На что слышу тот же ответ: "Что вы все анализы да анализы? Доктор сказал, снимок нужен, и потом разберемся".

До начала работы рентген-кабинета еще полтора часа. А пока звоню на работу, чтобы отпроситься на оставшуюся половину дня, так как явно уже не успеваю приехать. Остается только погулять на улице, посидеть на лавочке, купить питьевой воды – все, что угодно, лишь бы не думать о еде. Стараясь все делать по правилам и в надежде, что самый информативный анализ – анализ крови – мне все же назначат, я ничего не ем. Хожу натощак, с шести утра.



Иду к кабинету за полчаса до старта его работы. 11.30 – передо мной уже три человека. Удивилась я изрядно, но паниковать не стала. До того момента, пока кто-то в очереди не стал рассуждать про расшифровку снимков. Мол, терапевт сам сделать этого не может, и нужно нести их заведующему рентген-отделением. К счастью, он оказался на месте и дело за малым – сделать снимок. Через 50 минут заветный скан моих легких - на столе специалиста-расшифровщика. До того как начать описывать занятный диалог с ним, только оговорюсь, что состоялся он в коридоре, в присутствии посторонних людей, сидевших в очереди. При этом кабинет врача был пуст и даже уже успешно закрыт на ключ.

– Девушка, а вы зачем сейчас ко мне пришли, собственно? – спрашивает специалист.

– Чтобы снимок расшифровать, – обалдела я (не удивилась, не опешила, а именно так).

– Это понятно. Но, почему сейчас, когда у вас контрольный снимок после пневмонии должен был быть в ноябре, – констатирует он, предъявляя в доказательство рекомендации с частного центра, в котором мне, собственно, диагностировали болезнь.

– Все верно. Я сделала там снимок, после чего в поликлинике мне было назначено лечение. Чтобы убедиться, что все хорошо, контрольный снимок мне тоже тут делали. Вот же отметка, – показываю я надпись на том же листке.

– А, понятно. Просто сейчас я у вас ничего не нашел и удивился, что вы пришли на "контрольку" спустя полгода, – объяснился он.

– Так это же замечательно! Значит, у меня только бронхит. Спасибо, доктор, – обрадовалась я. – А карточку мою кто занесет к терапевту, мне еще на прием, – соблюдая строгую секретность документа о своем же состоянии здоровья, вновь интересуюсь я.

– Так вы и занесите, только в сумку положите, чтоб никто не видел. Хорошо?

– Конечно, доктор!

Спускаясь вновь к терапевту, я все же не удержалась и пролистала свою карточку. Больше меня удивила запись врача-рентгенолога. Запись о том, что пневмонии никакой нет, располагалась на одном развороте с описанием осмотра терапевта и отметкой о направлении на рентген. Как можно было подумать, что я пришла по рекомендации полугодичной давности – ума не приложу!

"Врач на учебе, когда будет неизвестно"

12.40 – назначение будет или нет? У двери уже знакомого кабинета образовалась очередь. Помня заверения медсестры, что могу пройти без нее, заглядываю в кабинет. Терапевта в нем не обнаружила. "Он на учебе, а что у вас?" – все так же, перебирая гору бумаг, интересуется медсестра. И обещает: как только придет - сразу позовет.

В кабинетах и на коридоре уже моют полы санитарки, готовят помещения ко второй смене. Минут через десять все отделение наполнилось заметной суетой: вернулся медперсонал. Моя терапевт тоже поспешила продолжить прием, приглашая в кабинет по очереди. Продолжаю сидеть, наивно полагая, что вызовут-таки. Обещали же, надо потерпеть. Но ни на втором, ни на третьем пациенте меня не приглашают. Между тем на часах уже 13.10 и прием вроде как выходит за рамки отведенного времени. Заглядываю. 

– Ой, забыла, – смущается медсестра и сразу объясняет врачу: – Девочка со снимка пришла, хочет показать вам результаты.

– И как? – интересуется врач у моей головы, торчащей из приоткрытой двери.

– Все хорошо, пневмонии нет, – радостно сообщаю я.

– Вот видите, не болейте больше, – уже готова расстаться врач.

Тут я набралась смелости и первый раз в жизни вошла в кабинет до окончания осмотра сидящего там пациента.

– Подождите, а лечение вы мне назначите? Кашель-то у меня не уменьшается, – уже почти умоляю я завершить эту эпопею.

– Не назначила разве? – усомнилась врач. – Так, надо на физиопроцедуры походить. Сможете?

– А в какое время, я только вечером могу, работаю же, – объясняю я. – Если только больничный будет, тогда смогу в любое время.

– А вот это я не знаю. В этом кабинете больничные не выдают. Идите к другому терапевту, у меня уже вообще прием окончен, – резюмирует она.

– Подождите, то есть я тут уже почти полдня, анализы не проведены, лечение не назначено, и если бы подтвердился диагноз пневмонии, то вы не смогли бы мне дать больничный, потому что именно в этом кабинете их нет? – пытаюсь разобраться я.

– Ну да. Тут не выдаем. И, вообще, оставьте негативные эмоции. Я перенесу вашу карточку заведующей. Пусть она решает и делает назначение, чтобы долечиться вам, – уже на нотках недовольного тона говорит врач.

Онемев от происходящего, выхожу из кабинета и сажусь под новой дверью.

"Вот теперь мне придется вас ждать. Что же вы так?"

13.20 – снова очередь, но уже не только по болезни, но и личным вопросам. В кабинете заведующей диалог почти не складывается. И не оттого, что сказать нечего, а от банальной усталости и чувства дикого голода.

– Рассказывайте, что у вас стряслось? – интересуется врач.

– В карточке все написано, сделайте мне, пожалуйста, назначение, и я пойду домой. Я уже тут полдня под кабинетами сижу и элементарного не могу добиться, – объясняю.

– Подождите. Вы мне объясните, чем болеете, что делали. Я же не знаю, где и зачем вы сидите.

Описываю ситуацию заново, с новой информацией про хороший снимок, желательные процедуры, которые прежний терапевт порекомендовала посещать, про то, что нет рекомендаций, как продолжить лечение.

– Хорошо. Давайте посмотрим на анализ крови, а там решим, как быть дальше. Я вам напишу, чтоб срочно его сделали. Они должны за час справиться, – еще одно направление, еще один лист бумаги передается мне.

– А потом куда? – заранее уточняю я, обратив внимание на часы приема врача, дожидаясь своей очереди.

– Потом снова ко мне. Я вас уже подожду. Что ж вы так затянули с анализами? Можно же было до 11.00 все сдать, – журит заведующая.

13.48 – заветный анализ крови сдан, за результатами подойти через полчаса. Медсестра в процедурном приветливо прокомментировала результаты: гемоглобин – хороший, лейкоциты в пределах нормы, СОЭ – тоже в порядке. Здорово! Значит, иду на поправку. Положительная динамика налицо. Еще бы кашель прошел окончательно. Осталось дождаться заведующую:



– Вот видите, как все хорошо сложилось, – говорит она, глядя на результаты анализов. – У вас сильный остаточный кашель, долечите его вот этими лекарствами, – выписывает она рецепт.

– Получается, что за полдня мой острый бронхит прошел, и теперь вы диагностируете остаточный кашель. Как это возможно? – опешила я.

– А что вы хотите? Хрипов я не слышу, анализы у вас хорошие. Кашель и кашель, мокрота отходит, значит. Десять дней пропьете лекарства, которые сейчас выпишу, и все,– объясняет заведующая.

– Хорошо, пусть будет так, – соглашаюсь я, понимая, что продолжать дальше разговор о резкой смене диагноза, о действительно сильном кашле, который все время давал о себе знать на приеме, бесполезно. – А вы мне напишите справку на работу, что я была на приеме, у меня такой-то диагноз, то-то и то-то назначено. Чтоб день прогулом не засчитали, все же больничный при остром бронхите не положен, как оказалось, сильный кашель можно перенести на ногах, – прошу я.

– Конечно, вот вам справка, – отдает она очередную бумажку.



– А где поставленный диагноз, пояснения? – удивляюсь я написанному. – Что значит, "обращалась в поликлинику к терапевту"? Может, я зашла на пять секунд, а остальное время потратила на личное усмотрение. Можно как-то отразить, что пришла я сюда не просто так? – настаиваю я.

– Диагнозы и пояснения мы предоставляем только по дополнительному запросу. Больше никакой информации в справках мы писать не имеем права. Не переживайте вы так. Если вдруг станет хуже, то приходите через неделю. Я снова вас послушаю, – мило посоветовала заведующая.

15.10 – иду домой. По дороге снова звоню на работу, объясняя, что если никого из коллег мой сильный кашель с мокротой не смутит, то завтра буду на месте. Благо коллеги разумные, да и работа предполагает удаленный вариант занятости.

Но ведь описанная ситуация - далеко не частный случай. И поход в поликлинику не от хорошей жизни или за впечатлениями, а по случившемуся недугу, где действительно рационально подойдут ко времени и назначат адекватное лечение, – скорее, счастливое исключение из правил. Нужно ли, а главное, как изменить такое положение в нашей системе здравоохранения? Будем ли мы здоровее и перестанем ли лечиться самостоятельно, если по рекомендациям доктора на обследование нужно проводить в очереди по 5-7 часов?
-10%
-20%
-15%
-30%
-20%
-40%