/ Екатерина Пытлева,

Если вы покупаете продукты в магазине, то в ваш организм попадает за год до 3 кг токсических химикатов с индексом "Е", которые называются пищевыми добавками. Производители утверждают, что "Е" безвредны, поскольку протестированы в лабораториях Минздрава, однако независимые эксперты-медики сообщают о многочисленных побочных эффектах.

Действительно ли применение пищевых добавок необходимо в производстве продуктов питания, и могут ли компоненты "Е" повредить здоровью? Почему принцип "дешево да гнило" почти дословно применим к сегодняшнему рынку пищевых продуктов, и чем питаться в такой ситуации?

Татьяна Романовская, Екатерина Федоренко

Принципы использования "Е" и их возможных последствий для здоровья раскрывают в дебат-шоу "Угол подозрения" зав. лабораторией изучения статуса питания населения ГУ РНПЦ Гигиены Екатерина Федоренко, главврач медицинского центра "Др. Борменталь" Татьяна Романовская и технолог Александр Завада.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (27.19 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео

Екатерина Федоренко: Законодательно установлено, что до потребителя в обязательном порядке должны быть доведены сведения о том, что входит в состав продукта, в том числе полностью прописываются пищевые добавки. Имея эту информацию, потребитель может сделать обоснованный выбор.

Но далеко не каждый человек станет искать дополнительную информацию. К чему приведет, если он съест ту или иную добавку? Чем это грозит в долгосрочной перспективе? Некоторые специалисты считают, что добавки могут быть вредны для здоровья. Самый распространенный случай – пищевая аллергия. Как определяется безопасность пищевых добавок?
Екатерина Федоренко:
Перед тем как какое-то вещество будет разрешено к применению в пищевой промышленности, оно проходит длительные и многосторонние исследования на различных видах моделей. Эти исследования касаются как острых эффектов (то, что может развиться вдруг, резко), так и различных отдаленных эффектов, связанных с потенциальным накоплением вещества. Выясняется, вступает ли оно во взаимодействие с различными биохимическими процессами в организме, происходит ли его накопление, если да, то где и каким образом метаболизируется эта пищевая добавка. Исследуются отдаленные эффекты в виде канцерогенности, потенциальной возможности вещества вызывать онкологические заболевания.

Я не нашла данных о многолетних исследованиях. Практически по всем спорным добавкам все исследователи пишут, что пока еще научные испытания продолжаются, пока еще данных нет. И невозможно сейчас говорить о стопроцентной безопасности некоторых добавок.
Екатерина Федоренко:
Невозможно в принципе говорить об опасности или безопасности любого фактора в окружающей среде. Наука идет вперед, и завтра мы изобретем какой-то метод, с помощью которого скажем, что то, что прочно вошло в нашу жизнь, это зло.

Это означает, что потенциальная опасность добавок все же существует?
Екатерина Федоренко:
Давайте разделим два понятия: опасность и риск. Опасность – это наличие фактора в окружающей среде, он присутствует всегда. Риск – это возможность развития неблагоприятных эффектов, которые возникают в результате какого-то воздействия.

Да, но в жизни среднестатистического белоруса пищевые добавки есть практически всегда.
Екатерина Федоренко:
Самая первая пищевая добавка, которую начал использовать человек, это поваренная соль. Она не имеет индекса Е, но по своей сути является добавкой, которая изменяет вкус, обладает консервирующими свойствами. Это один из примеров, когда неадекватное применение пищевой добавки может иметь негативное влияние на состояние здоровья. Могут возникнуть заболевания сердечно-сосудистой системы, гипертония.

Но соль мы чувствуем: пересолили мы или нет, много ли мы ее едим. А есть пищевые добавки, которые вот так на вкус и не отличишь.
Екатерина Федоренко:
Действительно, многие пищевые добавки не меняют вкус продукта, потому что в принципе не предназначены для изменения вкуса.

Татьяна, у вас были в клинике случаи, когда вы рекомендовали людям отказаться от определенных продуктов или добавок в связи с аллергической реакцией?
Татьяна Романовская:
У меня мнение совпадает с Гиппократом, что еда должна быть лекарством, иначе лекарство становится едой. Очень трудно представить здорового человека, который каждый день употребляет пищевые добавки. В данном случае все пищевые добавки служат удовлетворению позиции современного человека в том, что он просто не готов тратить время на приготовление качественной натуральной еды. С другой стороны, пищевая промышленность – это огромный рынок. В мировом экономическом пространстве 11% занимает пищевая промышленность. Это реклама фастфуда, продуктов, содержащих фруктозу, без объяснения ее вреда. В своей работе я в основном сталкиваюсь с ожирением. Эти продукты нарушают активность центра голода и аппетита и заставляют человека съедать больше, не испытывая насыщения.

Почему тогда не стоит предупреждающая надпись "может вызывать атрофию центра насыщения"?
Екатерина Федоренко:
Такие надписи есть, они отражены в нашем и международном законодательстве. Наше национальное законодательство и законодательство ТС очень близко с европейским законодательством. Любая предупреждающая надпись, которая должна наноситься законодательно, должна иметь однозначные научные доказательства, полученные с требованиями, применяющимися в медицине. Доказательства должны быть получены путем определенным образом спланированных исследований.

Есть целый ряд ограничительных предупреждающих надписей, которые в обязательном порядке наносятся на пищевой продукт, если он содержит такие пищевые добавки.

Вы имеете в виду фенилкетонурия….
Екатерина Федоренко:
Есть целый перечень веществ, которые могут оказать неблагоприятный эффект на здоровье, в том числе аллергические реакции. В этот перечень попали молочные белки, орехи. Это перечень аллергенов, которые признаны во всем мире, как вещества, обладающие повышенными аллергенными свойствами. Аллергия имеет индивидуальный характер. Есть аллергены, которые у большинства вызывают аллергию, есть вещества, которые вызовут реакцию у особо чувствительных индивидуумов.

Молочная смесь для детей состоит из многих компонентов. Это не просто высушенное молоко. Потому что потребность маленького ребенка гораздо выше, чем вещества, которые содержатся просто в молоке, даже в козьем. Скорее всего, это индивидуальная непереносимость какого-то компонента, может быть, белка молока.

Но, может быть, и пищевых добавок…
Екатерина Федоренко:
Там их такой минимум! Для детского питания перечень пищевых добавок, который разрешен к применению, очень узок (для адаптированных смесей порядка 10-12 веществ). И поверьте, они рассмотрены со всех сторон.

У нас Министерство здравоохранения одобрило для использования около полутора тысяч добавок, но используются всего около 50. Отправляясь в магазин, человек в принципе не найдет запрещенных в Беларуси добавок? У нас вообще не продают продукты с неразрешенными на нашей территории пищевыми добавками?
Екатерина Федоренко:
Тот факт, что разрешено большее количество, чем используется, говорит о том, что наша промышленность обходится этим количеством. Но наши потребители хотят покупать сыр пармезан, другие экзотические продукты. Если в Европе эта добавка разрешена, почему мы должны ее запрещать? Речь идет о гармонизации рынка торговли пищевыми продуктами.

Но получается, в стране какая-то добавка запрещена, но если она содержится в европейском продукте, который есть на нашем прилавке…
Екатерина Федоренко:
Его не будет на нашем прилавке. Перечень разрешенных добавок шире, чем применяется у нас в стране. Но если придет импортный продукт, содержащий запрещенную добавку, он не попадет на наш рынок. На территории рынка ТС могут обращаться продукты, которые содержат разрешенные пищевые добавки.

Откуда эти расхождения? Почему у нас что-то запрещено, а у всех это можно?
Екатерина Федоренко:
Нельзя сказать, что у всех это можно. Наше законодательство гармонизировано с европейским законодательством. То, что производится в Европе, может свободно продаваться у нас. Есть документы Кодекса "Алементариус" (международной организации, которая занимается нормированием пищевых добавок и их разрешением). Там перечень добавок более широкий. Это связано с тем, что документы Кодекса "Алементариус" предназначены для мировой торговли (для Африки, Азии, Океании, Южной и Северной Америки, Европы). Вместе с тем в документах Кодекса "Алементариус" написано, что каждое государство может установить свой перечень пищевых добавок, что и сделал европейский регион и ТС. То, что наш перечень меньше, связано с тем, что мы можем достичь тех же самых технологических эффектов без применения пищевых добавок.

Давайте перейдем к более конкретным веществам. Сейчас мы услышим мнение технолога, который работал в производстве фруктового наполнителя очень популярного продукта, а именно йогурта. Речь пойдет об ароматизаторах.
Какие были случаи у вас на производстве, связанные с добавками?
Александр Завада:
Случилось так, что несколько лет я работал на западном предприятии, которое производит фруктовые наполнители, в основном для молочной промышленности. И там я столкнулся вообще с пищевыми добавками, не только с ароматизаторами, но и с красителями, загустителями. За несколько лет, что я там проработал, я изменил свое отношение к пищевым добавкам. Я перестал есть йогурт. Раньше я был большой поклонник йогурта, но после того как я сам варил фруктовые наполнители для них, видел, что входит в состав этой структуры, я перестал считать йогурт здоровым полезным продуктом. Более того, я убедил знакомых и близких, чтобы они перестали кормить йогуртами детей.

В процессе приготовления фруктового наполнителя в варочный аппарат загружают различные компоненты, в том числе ароматизаторы, красители и загустители. Предварительно эти добавки взвешиваются. Задача сотрудника состояла в том, чтобы для каждой новой варки строго отвешивать заданные компоненты. С точки зрения воздействия на здоровье сотрудника это был самый тяжелый участок. Люди не могли работать там долго.

Что происходило с ними? Какие проблемы со здоровьем начинались?
Александр Завада:
Естественно, мы заботились об охране труда. Это западное предприятие с очень высокими стандартами. Мы соблюдали определенные климатические условия. Там была очень хорошая вентиляция, низкая температура воздуха, оператора снабжали всеми необходимыми предметами одежды, чтобы минимизировать физический контакт с компонентами. Но со временем соприкосновение с этими компонентами вызывало очень серьезные аллергические реакции, даже несмотря на то, что изначально у человека не было предрасположенности. Это было видно по лицу: возникали пятна, покраснения, у некоторых были даже астматические реакции. Поработав какое-то время, человек получал хроническую аллергию. Это был участок с самой высокой заработной платой и самой высокой текучкой кадров.

Екатерина Федоренко: Давайте разделим два понятия: вопросы безопасности труда при работе с химическими веществами, к которым относятся и пищевые добавки, и вопрос безопасности этих веществ в готовом продукте. Если говорить, что у людей, работающих с веществами, развилась аллергическая реакция, надо апеллировать официально установленными случаями. Вероятно, эти люди должны были обратиться за медицинской помощью, должен был быть установлен факт профессионального заболевания, установлена связь между одним и вторым фактором. Раз у людей были такие реакции на рабочем месте, можно предположить, что чего-то на нем не хватало для обеспечения безопасности окружающей среды. Работая с любым химическим веществом, можно ожидать какого-то воздействия. Это вопрос безопасности труда и дозировки.

Количество, которое потребляет человек и которое кладут в пищевые продукты, несоизмеримо меньше, чем при работе с концентрированными веществами.

Александр, почему вы все-таки отказались от употребления йогуртов?
Александр Завада:
Несколько моих коллег пришли работать в эту компанию, уже имея большой опыт работы в ведущих европейских ароматических компаниях. Из первых уст я узнал много информации, которая изменила мое отношение к ароме. Например, в 90-е годы на одном из российских предприятий, которое покупало ароматизаторы, произошел такой случай. Это было в ночную смену. Как известно, ароматизаторы переносятся в жидкой форме и чаще всего растворены в спирте. Работник предприятия, задача которого была дозировать ароматизаторы для последующего процесса, понял, что это спирт очень высокой концентрации и выпил стакан концентрированного ароматизатора. Через три дня он скончался в больнице в ужасных мучениях. Врачи знали, чем он отравлен, но не смогли ему помочь. Ароматизаторы – очень токсичное вещество.

Кроме того, я был знаком с главным разработчиком рецептур на одном из ведущих российских предприятий, которое производит кисломолочную продукцию, в том числе йогурты. Получив образование в Великобритании и понимая, что он вкладывает в рецептуру, сам не ел йогурты, потому что был убежден, что ароматизаторы вредно воздействуют на печень и имеют тенденцию накапливаться там. Печень – это естественный фильтр, который абсорбирует вредные вещества, попадающие в организм, и не все они, к сожалению, выводятся оттуда.

Таким образом, дешевые продукты, в которых находятся дешевые синтетические ароматизаторы, красители, продукты с невероятно ярким вкусом – все это остается в нашем организме. А мы есть то, что мы едим: человеческий организм строит клетки из того, что потребляет в пищу. В конце концов в долгосрочной перспективе все эти искусственные ароматизаторы, красители играют отрицательную роль для состояния здоровья человека.

Татьяна Романовская, Екатерина Федоренко, Алишер Шарипов, Катя Пытлева

Как вы можете прокомментировать утверждение, что пищевые добавки накапливаются в организме? Как вы тестируете этот аспект? И тестируете ли вообще?
Екатерина Федоренко:
Когда мы формируем перечень разрешенных пищевых добавок, которые есть в наших нормативных документах, мы в первую очередь опираемся на международный опыт. Как таковых специфических белорусских пищевых добавок, которые нигде больше не применяются, у нас нет.

Нашла информацию, что два года назад в Беларуси были запрещены две добавки: красители "Е216" и "Е217". То есть до этого они являлись разрешенными. Почему их запретили? Потому что европейское сообщество в ходе исследований, после которых прошло некоторое время, пришли к выводу, что в процессе метаболизма эти добавки расщепляются на канцерогенные элементы. То есть когда европейское сообщество сказало, что это вредно, в Беларуси тоже запретили. Как насчет независимых исследований в нашей стране?
Екатерина Федоренко:
Такие исследования проводятся, но не настолько широко, потому что вы должны понимать, насколько они дорогостоящие. Запрет, который вышел в Европе, объединял исследования многих центров, целых институтов. Какой смысл проводить что-то отдельное, если уже на самом высоком уровне это доказано?

Тогда в чем роль вашего института?
Екатерина Федоренко:
Мы наблюдаем, отслеживаем и формируем национальное законодательство.

То есть у нас нет собственных экспериментальных баз, чтобы наблюдать людей, которые едят этот продукт в течение 5 лет и смотреть, как изменилось их здоровье. Это есть в Беларуси?
Екатерина Федоренко:
Такие исследования не проводятся.

Какой вклад вносит Беларусь во всемирную экспериментальную базу? Что мы тестируем? Берет ли мир у нас информацию о каких-то экспериментах?
Екатерина Федоренко:
Такие исследования у нас не проводятся. Наша роль в данном случае – формирование нашего законодательства, законодательства ТС. В РФ, хоть у нее и больший научный, финансовый потенциал по сравнению с нашей страной, такие исследования тоже не являются широкомасштабными.

У нас есть расчетные методы оценки поступления пищевых добавок. Это методология оценки риска, которая применяется во всем мире и позволяет учесть особенности традиционных рационов, структуры питания в каждом конкретном регионе. Такие исследования у нас проводятся. То есть мы оцениваем фактическое содержание отдельных пищевых добавок в белорусских пищевых продуктах. Оцениваем, сколько потребляется этих пищевых продуктов в разных группах населения. И рассчитываем потенциальную дозу, которую может получить среднестатистический белорусский потребитель исходя из нашей национальной структуры потребления.

Наряду с безопасными регламентами применения пищевых добавок (сколько можно положить в тот или иной пищевой продукт) для каждой пищевой добавки устанавливают биологический ПДК (допустимое суточное потребление), который рассчитывается исходя из миллиграммов на килограмм массы тела. Можно рассчитать для ребенка, для взрослого, женщины, мужчины, подростка. Это интегральный показатель, который говорит о том, что вне зависимости от того, какой рацион человек имеет, в целом в его организм может поступить не более чем это количество в расчете на килограмм массы тела.

Например, немец может съесть колбасы в качестве закуски. А у нас некоторые люди могут съесть батон с колбасой вместо обеда. Естественно, в организм поступит гораздо большая доза пищевых добавок, нежели у немца.
Екатерина Федоренко:
Как раз нитриты были объектом исследования. Мы берем среднестатистическое потребление и так называемых высоких потребителей. В любой популяции есть люди со средним потреблением, есть люди, которые потребляют максимальное количество продукта. Но таких людей максимум 1-2%. Эти модели показали, что даже при таких уровнях потребления при использовании нитритов в максимальных количествах (а их производители используют далеко не всегда на разрешенном пределе: то есть используют его в том количестве, которое необходимо для достижения технологического эффекта), такие люди находятся в группе безопасности.

Татьяна, вы ограничиваете для пациентов с определенными заболеваниями уровень потребления продуктов с добавками?
Татьяна Романовская:
Пищевая компетентность населения не очень высока. Колбаса и мясо – один ли это продукт? Насчет последствий от приема нитритов и нитратов, я думаю, здесь скорее стоит рассмотреть вопрос о пользе приемов данных веществ. Так или иначе все написано на этикетках, и надо уметь их читать и понимать. О какой пользе можно говорить, если на этикетке йогурта 45 ингредиентов, красители, вкусоароматические добавки и якобы живущие там бактерии?

Катерина, вы покупаете ребенку йогурт и знаете, что там 10 добавок. Вы разрешаете ему съесть столько, сколько он хочет?
Екатерина Федоренко:
Я покупаю йогурт, который содержит меньше пищевых добавок.

А почему? Вы же говорили, что уверены во всех разрешенных добавках.
Екатерина Федоренко:
Дело в том, что мы производим такое количество продуктов, которое не в состоянии переработать. Мы должны либо выбросить их, когда они испортятся, либо приготовить их таким образом, чтобы они хранились в течение 30 суток и были доставлены потребителю.

Мы переходим к центру проблемы: зачем вообще нужны добавки? Почему их не было раньше и почему они стали необходимы сейчас? Получается, то, что невозможно есть в здравом уме, с добавками, в обертке становится вполне приличным пищевым продуктом.
Екатерина Федоренко:
Один из принципиальных подходов применения пищевых добавок в том, что они не должны применяться для сокрытия порчи и фальсификации продукта.

Должны – не должны. А что происходит на самом деле?
Екатерина Федоренко:
Ответственность за качество пищевых добавок и сырья несет производитель.

Это ответственность административная или уголовная?
Екатерина Федоренко:
И такая, и такая. Мы пишем наше законодательство исходя из того, что все выполняют его. Для тех, кто его не выполняет, есть Уголовный кодекс. Если производитель, имея соответствующие нормативы для всех аспектов производства, следует им, правильно осуществляет производственный контроль и кладет пищевые добавки в тех количествах, которые разрешены, то эти продукты будут безопасны.

У меня возникло понимание, что если продукт нормальный, то добавки не нужны. Есть продукты очень дорогие, и в них практически нет добавок. А есть продукты, напичканные ими, и они в несколько раз дешевле. Волшебная вещь - эмульгатор - из 100 г делает 400 г – это же надувательство, мы платим за воздух.
Екатерина Федоренко:
Если в составе указано, что использовался эмульгатор, это не является обманом потребителя.

Но там же не написано, что эмульгатор увеличивает массу в четыре раза. По сути дела это полуправда.
Екатерина Федоренко:
Теоретически мы могли бы законодательно установить, что надо расписать свойства каждого вещества. Но представьте, что колбаса должна быть завернута в рулон бумаги…

В чем проблема? Прикладывайте аннотацию, как к лекарствам.
Екатерина Федоренко:
Есть уголки информирования потребителя. Там есть информация о том, какие пищевые добавки разрешены.

Но там не написано, какие могут быть последствия при употреблении той или иной добавки при превышении дозировки.
Екатерина Федоренко:
Мы исходим из того, что дозировка в колбасе, которая есть у нас на рынке, не превышена. Есть соответствующие процедуры: разработка нормативно-технических документов для колбасы (в рецептуре пишут количество мяса, эмульгатора, воды, соли, специй). Когда рецептура согласовывается, она проходит через Министерство здравоохранения, там оценивают дозу пищевой добавки, которая будет в конечном продукте, сравнивают с гигиеническим нормативом. Они опубликованы на национальных сайтах – заходите, читайте.

Все-таки вопрос был о другом. Нормативы – это понятно. Меня больше интересует, что не ведется никакой работы над тотальной безграмотностью населения в отношении пищевых добавок. Нигде человек в популярной форме не получает такой информации, какую мы получили сейчас.
Татьяна Романовская:
Все-таки эта информация должна идти со школы. У предков всегда была задача научить потомков, какая еда безопасна. Какой гриб можно есть, а какой нельзя. Жертвами неправильного питания становятся дети. Дети покупают чипсы – почитайте их состав. Они потребляют колбасы, сосиски, сардельки с ингредиентами, идентичными натуральным. Ребенок ничего толком об этом не знает, и это действительно страшно. Никаких запретов на доступ к информации нет, но должно появляться больше информационных часов по пищевой безопасности. Ведь есть же сейчас часы, посвященные сексуальной безопасности.

Екатерина Федоренко: Нитрит натрия – это цветообразователь, фиксатор окраски. Он позволяет миоглобину, который находится в мышечной ткани, сохранить свой цвет, потому что вареное мясо имеет серый оттенок. Его бы не использовали, если бы не привыкли с давних пор употреблять розовую колбасу.

Но в случае если нитриты, нитраты попадут в организм ребенка, у него может развиться нитратно-нитритная метгемоглобинемия – серьезное заболевание. Но это характерно для маленьких детей, и в организм ребенка нитрит может поступить только с питьевой водой, в случае если она загрязнена. Потому что ни один человек в здравом уме не будет кормить грудного ребенка колбасой. У взрослых людей метаболизм осуществляется по-другому, у него не возникнет нитратно-нитритная метгемоглобинемия вследствие употребления колбасы.

Откуда получить информацию о фруктах, которые я покупаю в магазине? Как узнать, нанесены ли на них какие-то консерванты?
Екатерина Федоренко:
Во-первых, эта информация может содержаться в товаросопроводительных документах. Но до них трудно добраться. Вообще любые фрукты надо мыть тщательно, желательно теплой водой и желательно с мылом, а можно еще и почистить. Тогда вы точно не будете употреблять консерванты.

Проводится какая-то сертификация фруктов? Вдруг там та добавка, которая не разрешена?
Екатерина Федоренко:
Есть система разрешения продажи продуктов на рынке. Но тотально каждая партия проверяться не будет, потому что это очень затратно. У нас есть понятие ответственность производителя за качество и безопасность товара. В рамках выборочного контроля эти продукты берутся на испытания и исследуются по максимальному количеству нормированных показателей. Если что-то обнаруживается, вносится запрет на реализацию продукции, начинается разбирательство.

То есть в конечном итоге все зависит от нашей сознательности.
Екатерина Федоренко:
Как и в любом другом вопросе.

Бензоат натрия содержится во многих продуктах. И в течение 10 лет ученые не раз подтверждали, что вызывает отставание развития интеллекта у детей в сочетании с некоторыми красителями. И даже Всемирная организация здравоохранения рекомендовала постепенно выводить из производства некоторые красители, которые в сочетании с бензоатом вызывает это отставание.
Екатерина Федоренко:
Вы имеете в виду пятерку синтетических красителей, когда исследовали поведение детей в школах и попытались оценить, какое количество пищевых добавок, в каких сочетаниях они получают. Эти пять синтетических красителей, которые потенциально могут вызывать изменения в поведения детей, отражены в европейской директиве и нормативных документах ТС. Если эти красители (один или в сочетании) есть в продукте, то производитель пищевого продукта будет должен нанести предупреждающую надпись, что это может вызвать изменение в поведении детей. Есть Европейское агентство по безопасности пищевых продуктов, которое осуществляет научную оценку риска пищевых продуктов, новых технологий и пищевых добавок. На сайте есть информация на английском, французском, немецком и испанском языках.

Исследование, в котором вроде бы были выявлены эти эффекты, было подвергнуто научной экспертизе, и по каждому из постановок этого эксперимента были сделаны критические заключения. Любое научное исследование должно быть спланировано определенным образом, и должны быть определенным образом обработаны результаты. Если исследователь отклоняется от международных стандартов, то полученные результаты не могут считаться однозначными доказательствами, что и произошло в этом случае. Но, исходя из принципа предосторожности,положена эта предупреждающая надпись.

То есть 20 лет будем говорить, что это вещество потенциально опасно, но пока мы его будем есть.
Екатерина Федоренко:
Для этого вам, как разумному потребителю, эта информация будет нанесена на этикетку.

Когда это начнет внедряться в практику?
Екатерина Федоренко:
С середины 2013 года.

Используя добавки, мы понимаем, что это бизнес и таким образом просто зарабатываются деньги: продукт хранится дольше, вкус его лучше. Означает ли этот первый звоночек, что добавок будет становиться все меньше и меньше, что те, кто сейчас призывают к экологическому питанию, в конечном итоге победят?
Екатерина Федоренко:
Перечень разрешенных пищевых добавок как в Европе, так и на международном уровне, находится под постоянным пересмотром. Это не значит, что в 60-м году разрешили пищевую добавку и забыли о ней. Продолжают проводиться токсикологические исследования, в том числе с целью определить отдаленные эффекты на последующих поколениях. В регионах проводятся наблюдения за людьми. Оценивается, какое количество пищевых добавок они потребляют и какое это может оказать влияние на состояние здоровья. Эти данные публикуются, они доступны медицинской общественности, и на основании этих данных какие-то пищевые добавки запрещаются.

Наука не стоит на месте. Мы получаем новые технологии исследования геномного аппарата, отдаленных эффектов, канцерогенности. Естественно, появление новых данных говорит о том, что перечень пищевых добавок будет пересматриваться. На сегодняшний день есть некий разумный компромисс: предоставлена информация потребителю о том, что в составе есть пищевые добавки, и одновременно есть пищевые продукты другой ценовой категории, другого вкуса, другого цвета, которые этих пищевых добавок не содержат. Есть пищевые продукты, которые по технологии приготовления в принципе их не содержат: сырое мясо. Кто вам мешает не покупать колбасу, а сварить кусок мяса и есть его? Зачем есть фастфуд? Зачем покупать сладкие газированные напитки? Зачем покупать чипсы? Сами потребители подталкивают этот бизнес к постоянному развитию. Кто мешает нам отказаться от покупки таких продуктов, ведь они не являются рационообразующими?

В вашем высказывании содержится скрытый тезис, что добавки все-таки это не очень хорошо. Если есть возможность их избежать, лучше это сделать.
Екатерина Федоренко:
Надо избегать любых опасностей.

Татьяна Романовская: Здорово, наверное, отдать жизнь для науки и участвовать в смелом научном эксперименте пищевой промышленности. Но я считаю, что без такого компьютера, как мозг, трудно прожить. Надо пользоваться простыми правилами безопасности: не есть те продукты, которые не ела бы ваша бабушка. Вряд ли она стала есть странные вкусоароматические добавки. Не есть продукты, которые содержат те вещества, которые вы не стали бы держать на кухне. Зачем вам гуаровая камедь? Вместо колбасы есть мясо. Сейчас появляются люди, которые сами готовят йогурты, пекут сами хлеб. Да, для этого нужно вкладывать свое время, думать об этом. Не стоит иметь абсолютное баранье доверие ко всему, что происходит в этой жизни. Важно думать и смотреть – все написано на этикетках. Если там так много компонентов, зачем их помещать в себя?

От каких продуктов вы бы посоветовали отказаться совсем?
Татьяна Романовская:
От тех, которые не ела бы ваша бабушка. Ешьте фрукты, которые едят черви. Обратите внимание, есть колбаса, которую не ест даже кошка, собака. Но при этом она может даваться ребенку в школу. Тестируйте все на домашних животных. Зачастую мы более внимательно выбираем продукцию для своих домашних любимцев, чем для себя.

Татьяна, вы не считаете, что большое количество добавок ведет к эпидемии ожирения? Это связано с добавками, на ваш взгляд?
Татьяна Романовская:
Конечно. Это наркотики, изысканное сочетание жиров и вкусоароматических добавок. Есть прекрасная книга "Вся правда о еде" Кислера. Там сделан эксперимент с крысами, которых били током, когда они порывались к крысиной и человеческой еде. Несмотря на то что их били током, они все равно рвались к человечьей еде, богатой вкусоароматическими добавками. Свиньи едят гораздо больше, если продукт вкусоароматический, и набирают больше веса. Действительно есть специальные уловки, которые заставляют нас потреблять все больше и больше. Это дешево, выгодно и быстро.

Екатерина Федоренко: Нам надо разграничить два понятия: продукты полезные и продукты безопасные.

Татьяна Романовская: Есть полезность и безвредность. Безвредность нам гарантирует наше государство. Мы живем в стране, где это действительно есть. О пользе еды нужно говорить больше, на мой взгляд.

Екатерина Федоренко: Как сформировать правильное пищевое поведение? Не надо ждать, что государство каждого из нас возьмет за ручку, давайте начнем с себя. Информация о том, что полезно и что вредно, всем известна. Соленая, консервированная пища, различные копчености, сладкая газировка, чипсы… Всем известно, что этого не должно быть в рационе каждый день. Если мы покупаем каждый день сладкий газированный напиток и заедаем его чипсами, а своего ребенка пытаемся научить, что это плохо и это нельзя есть, это похоже на то, как курящий родитель будет говорить своему ребенку, что курить вредно. Надо показывать все собственным примером и не покупать эти продукты каждый день домой. Если ребенок один раз в год на праздник выпьет сладкой газировки и съест пачку чипсов, его состояние здоровья катастрофически не ухудшится.

Есть еще такой подход – правильная техническая обработка продуктов дома. Кусок мяса можно сварить и потушить, а можно пожарить. Моему сыну было 6 лет. Я иногда жарю мясо, но не каждый день. Мой сын пришел и спросил: "Мама, у нас что сегодня, день неправильного питания?" Это образ жизни, который постепенно формирует у ребенка правильное поведение.

У дочки был в школе показ мод, и девочки решили сделать платье из пакетиков от чипсов. И моя дочка стояла в магазине и возмущалась, не хотела это покупать. Я не говорю, что мои дети, имея карманные деньги, вообще не покупают эти продукты. Но я надеюсь, что они в состоянии сделать обоснованный выбор, и это может сделать каждый родитель. И не надо никаких образовательных программ. Поверьте, в школах делается многое. Нужно начать с себя. Действительно, пищевые привычки очень сложно менять. Проследите, сколько сахара вы кладете в чай. Если вы клали три ложки и вдруг положите одну, первую неделю будет страшный дискомфорт. Во-первых, невкусно, во-вторых, автоматизм исчезнет, и это будет страшный стресс. Но через неделю вы автоматически начнете класть одну ложку сахара или вообще от него откажетесь, и напиток станет вкусным. Надо просто вырабатывать правильные привычки и помнить, что это требует некоторых усилий.
Хотите быть здоровым? Раз в неделю наш редактор будет присылать лучшие советы врачей и новости медицины
Пожалуйста, укажите правильный e-mail
{banner_819}{banner_825}
-28%
-30%
-10%
-50%
-10%
-30%
-80%