1. В Беларуси начинают делать особые тесты, чтобы проверить иммунитет после вакцины от COVID-19
  2. Беларусь оказалась между Тунисом и Кувейтом по готовности к развитию передовых технологий
  3. Нацбанк ввел изменения для желающих открыть счета за границей, купить недвижимость или ценные бумаги
  4. Требования дать «план победы» — это вообще несерьезно. Ответ Чалого разочарованным
  5. «Люди с дубинками начали бить машину, они были везде». Судят водителя, который уезжал от силовиков и сбил гаишника
  6. Экономист: Есть ощущение, что сменись Лукашенко даже на силовика, часть людей вернется в Беларусь
  7. Лукашенко поручил госсекретарю Совбеза разработать план противостояния «змагарам и беглым»
  8. Биатлонистка Блашко рассказала, как ей живется в Украине и что думает о ситуации в Беларуси
  9. «Самая большая покупка — 120 рублей». История Маргариты, которая работает продавцом в деревне
  10. Поставщики сообщили о сложностях у еще одной торговой сети
  11. Гинеколог и уролог называют типичные ошибки пациентов на приеме. Проверьте, не совершаете ли вы их
  12. «Произойдет скачок доллара — часть продуктов может исчезнуть». Вопросы про ограничения в торговле
  13. Адвокат Статкевича отказался дать подписку о неразглашении, теперь его могут лишить лицензии
  14. «Магазины опустеют? Скоро девальвация?» Экономисты объяснили, что значит и к чему ведет заморозка цен
  15. У кого на стопе появляется «шишка»? Врач — о вальгусной деформации первого пальца
  16. Помните дом на Хоружей, где был магазин «Звездочка»? Там капремонт, вот как теперь выглядит фасад
  17. «Дешевле, чем в секонде». В модном месте Минска переоткрылся благотворительный магазин KaliLaska
  18. Жила в приюте для нищих, спаслась после теракта в США. Женщина, которая перевернула российскую «фигурку»
  19. «Они только успели поставить машину на платформу». Минчанин отказался платить за эвакуацию, и вот чем это закончилось
  20. «Стояла такая тишина, что можно было услышать жужжанье мухи». Как Хрущев развенчал культ Сталина
  21. «Политических на зоне уважают». Поговорили с освободившимся после 6,5-летнего срока политзаключенным
  22. Журналистика не преступление. Как Катерина Борисевич готовила статью о «ноль промилле», за которую ее судят
  23. Проверка слуха: Виктора Бабарико отпустили под домашний арест? Адвокат не подтверждает
  24. В Бресте вынесли приговор первой десятке обвиняемых по делу о «протестном хороводе»
  25. Что сулит Беларуси арест украинской «трубы», которую в 2019 году купил Воробей?
  26. Глава бюро ВОЗ в Беларуси: «Возможно, в 2022 году мы сможем сказать, что с пандемией покончено»
  27. Голосование на сайте ВНС и обвинительный приговор Шутову. Что происходит в стране 25 февраля
  28. Как сложилась судьба участников групп, известных в 1990-е и 2000-е? Оказалось, очень по-разному
  29. Погибшего Шутова признали виновным, Кордюкову дали 10 лет. По делу о выстреле в Бресте огласили приговор
  30. «Хватали всех подряд». Появилось полное видео действий силовиков 11 августа в магазине на Притыцкого


Вера АРТЕАГА,

Кто и когда сможет решить вопрос с уничтожением медицинских отходов первого класса опасности?

Аббревиатура ОЦФП простому смертному не скажет ничего. Даже если я ее расшифрую - отходы цитостатических фармацевтических препаратов, для многих смысл этой фразы все равно останется тайной за семью печатями. А ведь речь идет об отходах первого класса опасности, которые образуются на базе ряда медицинских учреждений. Чтобы стало совсем понятно, уточню: цитостатики - медицинские препараты, которые широко и вполне успешно используют при лечении онкозаболеваний. Но образующиеся отходы токсичны, особенно при температуре выше 20 градусов. Они могут легко проникать в организм человека через легкие, постепенно поражая кроветворную, половую и иммунную системы… Словом, в обычное мусорное ведро их не выбросишь. Единственный на сегодня способ борьбы с такими отходами, о котором говорят специалисты, - сжигать их при температуре не ниже 1200 градусов. Как сегодня решается эта проблема в Беларуси?

По информации Министерства здравоохранения Беларуси, по итогам 2009 года в подведомственных организациях республики было накоплено более 75 тонн ОЦФП, причем 46 тонн приходилось только на Минск. Ежегодно к этой цифре прибавляется еще 4,5 тонны. Много это или мало? Смотря с чем сравнивать. Например, те же твердые бытовые отходы исчисляются тысячами тонн. Но разница в том, что структура переработки ТБО практически создана и совершенствуется, существует перечень организаций, которые занимаются этой проблемой. В конце концов, часть этих отходов даже получает второе рождение, становясь сырьем для производства товаров.

С отходами цитостатиков все гораздо сложнее. В соответствии с положениями действующих нормативных правовых актов ОЦФП при отсутствии технологий по их уничтожению должны храниться в специальных помещениях на базе использовавших эти препараты учреждений. Что, собственно, и происходит. Лишь часть опасных отходов отправляется в печь. Такие возможности, в частности, есть в Брестской области.

Собственно, есть проблема, и пути ее решения понятны. Но вот вопрос: кто должен воплотить их в жизнь? Минприроды, курирующее вопросы обращения с отходами, Минздрав, в организациях которого накоплены ОЦФП, непосредственно сами организации здравоохранения, власти на местах?

После некоторых дебатов по этому поводу в Минприроды напомнили: в соответствии с п.1.4 и п. 1.7 статьи 17 Закона "Об обращении с отходами" обезвреживание либо перевозку на объекты обезвреживания обязаны обеспечить производители отходов. "Кроме того, - отмечает начальник отдела регулирования обращения с отходами Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Ольга Сазонова, — в Национальном плане действий по рациональному использованию природных ресурсов и охране окружающей среды именно Минздраву в 2006—2010 годах предписано внедрить технологии по обезвреживанию и обеззараживанию опасных отходов, включая цитостатики. В результате чего переработка медицинских отходов в 2007 году должна была составить 50 процентов к объему образования, в 2008-м — 100 процентов, а в 2009-2010 годах - 100-120 процентов, включая переработку отходов, накопленных ранее. К сожалению, эти работы практически не выполнены".

Сейчас 2010-й, значит, времени до подведения итогов выполнения нацплана осталось немного. И тут возникает закономерный вопрос: реально ли за год выполнить задания, рассчитанные на пятилетку? Тем более что, как рассказала Ольга Сазонова, финансирование на их выполнение должно было быть поэтапным и выделяться из республиканского и местных бюджетов.

Но справедливости ради отмечу: часть работы все же выполнена. Так, в некоторых медучреждениях появились установки по обезвреживанию этой категории отходов. Например, с 2008 года в Брестской области на базе УЗ "Брестская областная больница".

"По информации Минздрава, - рассказала Ольга Сазонова, - до конца 2010 года ими планируется обезвредить все накопленные и образующиеся цитостатические отходы в печах УЗ "Лунинецкая центральная районная поликлиника", УЗ "Брестская областная больница", а также приобрести в Гомельской и Могилевской областях аналогичные установки. В Гомельской области разрабатывается проектно-сметная документация по внедрению такой установки. В Минске начаты предпроектные работы по строительству комплекса для сжигания трупов животных, медицинских отходов и других видов патологических материалов. Этот объект планируется разместить на участке полигона твердых коммунальных отходов Тростенец. В Минской области рассматривается вопрос, чтобы цитостатические отходы обезвреживались в организациях соседних областей. В Могилевской области рассматривается вопрос утилизации цитостатических отходов в ПРУП "Белорусский цементный завод".

Как бы там ни было, на многое из перечисленного потребуется время. Хотя бы потому, что проектирование и строительство - дело далеко не одного дня. И спешка в столь серьезном вопросе не лучшая помощница, ведь речь идет не о разовом, а о полном решении проблемы.

И еще. Немаловажно определить, на что все же будет взят курс: на локальные или централизованные установки? Ведь, скажем, во Франции сжигание потенциально опасных отходов на малых установках, расположенных на территориях медицинских учреждений, запрещено. И причиной тому стали недостатки локальной переработки отходов: периодический режим эксплуатации и применяемые технологии работы печей на большинстве объектов не удовлетворяли требованиям к очистке выбросов в атмосферу, полноте сгорания материала, профилактике загрязнения окружающих территорий. И в целом в ЕС централизованный подход к строительству таких станций считается наиболее перспективным.

Комментарий Министерства здравоохранения

В соответствии с требованиями санитарных норм и правил для отходов цитостатических фармацевтических препаратов предусмотрен способ обезвреживания путем пиролитического сжигания при температуре не ниже 1200 градусов по Цельсию. В нашей республике печи с подобным температурным режимом имеются только на нескольких предприятиях, задействованных в производственном процессе и не предназначенных для сжигания цитостатиков. Все это усложняет ситуацию.

Решение данного вопроса требует значительных финансовых вложений и участия всех заинтересованных органов государственного управления, а также исполнительной и распорядительной власти на местах.

В целях выполнения поручения правительства по ускорению решения вопросов утилизации отходов цитостатиков Минздрав направил служебные письма во все облисполкомы и исполнительный комитет Минска.
 
-23%
-40%
-20%
-70%
-30%
-70%
-24%
-20%
-15%
-50%
-40%
-10%
0072162