57 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры


Ольга Нехлебова / /

Виталию Садовскому 23 года. Уже 7 лет он прикован к кровати: в 16 парень неудачно сделал трюк при прыжке. Диагноз — «компрессионный перелом позвоночника с ушибом шейного отдела спинного мозга», а за ним — одна мечта: ходить. Но для этого желания недостаточно: нужен ЛФК-тренер, который смог бы постоянно заниматься с парнем на дому в Жодино.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Как в кино

Виталий был очень самостоятельным подростком: много общался с ровесниками, выступал в команде по фрирану — это уличный вид спорта, очень похожий на паркур. Сейчас парень понимает, что фриран — занятие неоправданно рискованное, но тогда уж очень оно его увлекало. Все свободное время парень проводил в тренировках, учился прыгать и исполнять сложные трюки.

— Часто во фриран приходят после фильмов. Я, например, после «13-го района», — вспоминает он.

В один день история с трюками, как в кино, и закончилась: парень неудачно упал и получил травму позвоночника. Две недели реанимации, многочисленные реабилитации. Жизнь перестала быть прежней: не двигались ни ноги, ни руки. Ухаживали за сыном родители — мама Наталья (она занимается бытовыми и восстановительными вопросами), и папа Петр, токарь на БЕЛАЗ.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Фактически без движения Виталий провел пять лет.

— Все это время я тренировался, как мог, — говорит парень. — Но это было почти бессмысленно: тело никак не хотело подключаться.

Вариант смириться, адаптироваться к ограниченной жизни его никак не устраивал. Так что Виталий не сдавался: продолжал разрабатывать мышцы. И перемены появились. Научился сидеть, управляться с телефоном и даже рисовать.

Примерно год назад Виталий ощутил сильные боли в ногах — первое время с ними справлялась только скорая.

— Вызвали невролога: он сказал, чувствительность возвращается, восстанавливаются связи.

Тренироваться Виталию теперь было обязательно. Но самому делать это стало сложно — из-за боли.

Самостоятельная программа

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Каждое утро парня начинается с разминки. За ней — повороты, упражнения на четвереньках. В комнате все расставлено так, чтобы было просторно заниматься на матрасе. Здесь же оборудована стенка со специальными приспособлениями для тренировки рук и ног, а еще брусья, которые семья купила по рекомендации тренеров Республиканской клинической больницы медицинской реабилитации.

Под контролем профессионалов Виталий занимался давно: многое забылось. Собственные тренировки кажутся ему бессистемными: что-то почерпнул из книги «Основы интенсивной реабилитации», что-то нашел на YouTube. «Надо двигаться, чтобы чего-то достичь», — говорит Виталий и ищет через соцсети поддержку и рекомендации. В идеале — ЛФК-тренера, который смог бы приходить к нему домой.

В Жодинской городской центральной больнице такой специалист в штате есть, но на дом он не приезжает. А ездить самому с мамой, говорит Виталий, выйдет и сложно, и накладно.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Пока в Жодино парень нашел только частного массажиста: он помогает с тренировками. Плюс в том, что, учитывая финансовую ситуацию парня, массажист берет с него меньше, чем с других клиентов. Минус — в том, что заниматься получается только дважды в неделю.

— А хотелось бы чаще. Делать что-то самому гораздо труднее: иногда себя просто тяжело заставить — все болит. Другое дело, когда есть тренер, который контролирует процесс.

— Мы сами и помогаем, и разминаем, но видно, что ему с нами тяжело — мы же не тренеры, — признает мама. — А вот когда стал приходить массажист, «шкомутать» Виталика и не церемониться с ним, сын даже стал ощущать усталость после тренировок. Раньше такого у него не было.

В семье решили разбираться с проблемами по мере поступления: сначала найти ЛФК-тренера, потом — средства на оплату его услуг. Виталя прикидывает: выйдет не меньше 600 рублей в месяц — сумма для парня и его родителей большая. Пособие по уходу — 220 рублей.

Социальные связи

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Во время разговора Виталий смущается: видно, что встреча сразу с двумя незнакомыми людьми — стресс. Обычно к нему заходит сестра — и пара друзей, которые остались из прошлой жизни. Знакомых можно сосчитать на пальцах одной руки. Большинство «коллег» по фриран-команде не навещают, да и интересуются делами очень редко. По соцсетям, говорит Виталий, видно, что и они уже отошли от экстремальных развлечений: у кого учеба, у кого семья.

Но к людям парня не тянет. Говорит, отвык. В доме, где парень живет с родителями, установлен пандус:

— Если бы был здоровым — прошелся бы, а так это того не стоит — заморачиваться, выезжать, коляска, пандусы…

Единственное спасение — интернет: там и общение, и развлечения.

— Первых два года смотрел сериалы. В игры играл — теперь мне это совсем не интересно. Сейчас время от времени слушаю лекции и аудиокниги для саморазвития — повзрослел, наверное.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Когда нет возможности тренироваться физически, Виталий тренируется аутогенно: постоянно представляет, как будет ходить — по улице, по лестнице, в лесу.

— Я раньше не чувствовал ног, а сейчас понимаю, когда они согнуты, когда ровно лежат. За все это время я из агностика превратился в глубоко верующего человека. И ситуацию, в которую попал, воспринимаю не более чем испытание, которое, придет время, и я преодолею, — уверен парень.

-70%
-5%
-50%
-28%
-70%
-30%
-50%
-5%
-30%
-30%