1. Лукашенко о заявлении на него в прокуратуру Германии: Не наследникам фашизма меня судить
  2. Год назад стартовала, возможно, главная избирательная кампания независимой Беларуси. Как это было
  3. В какие страны пустят белорусов, привившихся непризнанными ЕС «Спутником V» или вакциной от китайской Sinopharm
  4. «Вы звоните в такое горячее время». Так получат ветераны ВОВ единовременные выплаты к 9 Мая или нет?
  5. Инфекционист — о поставках в Беларусь вакцины от Pfizer и BioNTech и реакциях на прививку от COVID-19
  6. Ведущий химиотерапевт — о причинах рака у белорусов, влиянии ковида и о том, сколько фруктов есть в день
  7. Эксперт рассказал, что можно посадить в длинные выходные, а что еще рано сажать
  8. Белгидромет предупредил о заморозках в ночь на 9 мая
  9. Участвовавший в испытании «Спутника V» минчанин спустя полгода проверил, что ему вкололи
  10. Главный скандал «фигурки»: россияне выиграли золото Игр, но через 5 дней его вручили и канадцам. Как так?
  11. Позывной «Птица». Удивительная история разведчицы Базановой, которая создала в оккупированном Бресте свою резидентуру
  12. Как белорусские сигареты оказываются в опломбированных вагонах с удобрениями? Попытались найти ответ
  13. «1700 рублей, СМС о зачислении пришло ночью». Какие выплаты в этом году к 9 Мая получают ветераны
  14. Лукашенко пообещал «ягодки» по «делу о госперевороте» и вспомнил «убийства друзей-президентов»
  15. «Жена разбудила и говорит: «Слушай, ты уже не подполковник». Поговорили с лишенными званий экс-силовиками
  16. Сколько людей пришло в ТЦ «Экспобел», где бесплатно вакцинируют от коронавируса
  17. Нарколог рассказала, почему стоит обращать внимание на состав алкоголя
  18. Минтруда: ветераны получат единовременные выплаты до 9 мая
  19. Властям в апреле удалось пополнить резервы валютой. Белорусы отвернулись от доллара?
  20. «Когда войну ведут те, кто уже проиграл». Чалый объясняет «красные линии» и угрозы Лукашенко
  21. До +26°С! Прогноз погоды на длинные выходные
  22. «Он меня слышит, реагирует на голос». Что сейчас с Ромой, который вынес из огня брата
  23. Колючая проволока и бронетранспортер. Каким получился «Забег отважных» в парке Победы
  24. Куда съездить в выходные? 10 необычных экскурсий по Беларуси для любопытных туристов
  25. Бабарико, Тихановская и Цепкало о том, как для них началась избирательная кампания в прошлом году
  26. Соседние страны выявляют все больше контрабандных белорусских сигарет. Какие партии были самыми крупными?
  27. Эксперт рассказал, что можно сажать рядом с помидорами, а что — нельзя
  28. «Хочу проехать по тем местам». Актер Алексей Кравченко — об «Иди и смотри» и съемках в Беларуси
  29. 22 года назад пропал бывший глава МВД и оппозиционный политик Юрий Захаренко
  30. «Поняли, у собаки непростая судьба». Минчане искали брошенному псу дом и узнали, что он знаменит


/

Шестое Всебелорусское народное собрание пройдет в Минске 11−12 февраля, и специально к нему в стране проводили соцопрос для изучения настроений в обществе. До сих пор непонятно, какой именно организации поручили проведение этого исследования. Зато известно количество участников: по словам Александра Лукашенко, анкету заполнили 10 тысяч человек. Но насколько корректно она составлена и как можно интерпретировать данные из нее? TUT.BY показал опросник зарубежным экспертам в области социологии и узнал, что они думают о ней.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

О какой анкете речь

В начале марта в интернете появились фотографии бумажного бланка интервью.

Вопросы касаются развития общественно-политической ситуации в Беларуси, отношения к акциям протеста, проходящим после выборов 2020 года, публичного использования БЧБ-флага, соответствия Конституции потребностям общества и государства, сотрудничества Беларуси и других стран, принятых государством мер по борьбе с COVID-19.

Есть пункты и о том, насколько обоснованы (по мнению отвечающего) действия власти по подавлению протестных акций и какое влияние они оказывают на качество жизни населения. Затронута тема экономики: спрашивается, насколько изменилась экономическая ситуация в стране и лично у респондента. Спрашивают и о личных приоритетах, предпочитаемых источниках информации.

Предусмотрены открытые вопросы: «Если ваша жизнь ухудшается, то, как вы думаете, кто в этом виноват?», «Что необходимо сделать, с вашей точки зрения, для разрешения проблем, стоящих перед белорусским обществом сегодня?», «Кто из политических деятелей для вас лично наиболее авторитетен?» и другие.

Отдельные блоки в виде таблиц посвящены оценке:

  • доверия граждан к Лукашенко, государственным институтам, церкви, газетам и сайтам в интернете, Координационному совету;
  • необходимости внесения ряда изменений в Конституцию (по каждому предложению предусмотрен отдельный ответ);
  • действия перечисленных стран и политических блоков по отношению к событиям последнего времени в Беларуси;
  • улучшения или ухудшения положения нашей страны в различных областях.

Обратим внимание: достоверно неизвестно, действительно ли для проводящегося к Всебелорусскому народному собранию соцопроса использовалась именно эта анкета. Возможно, в интернете опубликовали одну из ее версий или вовсе черновик. Однако мы показали экспертам именно опубликованные шесть страниц. Вот что они думают по этому поводу.

«Оказывают ли акции протеста негативное влияние на качество жизни населения? Логично было бы спросить, кто в этом виноват»

  • Имя
    Владимир Паниотто Доктор философских наук, генеральный директор Киевского международного института социологии (КМИС), профессор кафедры социологии Университета «Киево-Могилянская Академия»

Владимир Паниотто сразу отмечает: оценивать лишь бланк интервью без хотя бы краткой программы исследования и понимания методологии опроса сложно.

— Я предполагаю, что это интервью «лицом к лицу». В целом анкета выглядит достаточно профессиональной, большинство вопросов не вызывает замечаний. Однако, если проводится большой опрос, анонсированный властью, для того чтобы прекратить кривотолки и показать поддержку населения, то ожидаешь увидеть там вопросы об оценке основных проблем, которые привели к массовым и продолжительным митингам, — считает эксперт.

Прежде всего, по словам Владимира Паниотто, это вопрос о том, как респонденты проголосовали на прошедших выборах, за кого отдали свой голос. Это типичный вопрос в постэлекторальных исследованиях, хотя он иногда имеет так называемый гало-эффект и несколько завышает рейтинги победителя. По мнению собеседника, это тем более было бы выгодно Александру Лукашенко, если он действительно был победителем.

— Вторая проблема, которая вызывает массовые протесты и влияет на международный имидж Беларуси, — необычная жестокость правоохранительных органов при подавлении протестов, это обсуждается многими информационными агентствами мира, — продолжает социолог. — В украинских СМИ даже действия российских силовиков (а Украина фактически находится в состоянии гибридной войны с Россией) не вызывают такого осуждения, как белорусских. Было бы уместно спросить, считает ли население действия милиции адекватными, чересчур жестокими или чересчур мягкими.

Постановку вопроса «Насколько обоснованы действия государства на пресечение уличных акций» Владимир Паниотто считает лишь очень завуалированной и опосредованной:

— Обоснованность — одна проблема, а жестокость — другая. Действия могут быть обоснованными, но совершаться с ненужной жестокостью. Между прочим, в трех наших опросах во время Майдана 2013 года респонденты называли излишнюю жестокость силовиков основной причиной их выхода на Майдан. Хотя и не оспаривали необходимость очистки площади для установки новогодней елки, то есть не сомневались в обоснованности действий. Возмущение вызвала жестокость, проявленная при этом.

Эксперт также выделил некоторые недостатки в отдельных вопросах:

— В шестом вопросе спрашивается, оказывают ли акции протеста негативное влияние на качество жизни населения. Очевидно, что оказывают. Логично было бы далее спросить, кто в этом виноват — власть привела к этому своими действиями или протестующие. Или спросить, влияет ли фальсификация выборов на качество жизни населения. Тогда вопросы были бы сбалансированными. А так это выглядит как вопрос для пропаганды борьбы с протестами, независимо от того, справедливы они или нет.

В десятом вопросе нет варианта ответа о ближайшем соседе — Украине. Респондент может попросить дописать, но это, как говорит Владимир Паниотто, снижает процент в 5−10 раз.

— Вопрос № 11 об отношениях с Россией не очень удачный, несбалансированный, нет всех вариантов и нет варианта «ничего не менять, оставить все, как сейчас». Вопрос № 19 о том, созданы ли условия для реализации базовых ценностей, звучит как исследовательский вопрос, а не вопрос для респондента. Перечислены базовые ценности, например, «друзья». И что имеется в виду в опросе, что должно сделать государство для реализации такой ценности, как друзья? — спрашивает эксперт. — Открыть государственную службу знакомств? Стимулировать развитие социальных сетей? Какой-то непонятный и неудачный вопрос.

Блок вопросов в пункте № 20 социолог назвал слишком длинным. В нем просят оценить актуальность проблем, и наряду с такими понятными проблемами, как потеря работы или задержка зарплаты появляются «массовые акции протеста»:

— Во-первых, эти акции сразу заносятся в категорию проблем. Очевидно, что это проблема для власти, но в чем тут проблема для респондента? Неясно, что имеется в виду под их актуальностью как проблемы. Участвует ли он в них, и поэтому они для него актуальны, или не участвует, они ему мешают, и поэтому это для него актуальная проблема. Ну и нет симметричных пунктов — угроза стать жертвой силовиков во время протеста, угроза попасть в тюрьму и так далее, — замечает собеседник. — В вопросе № 22 уточнение в скобках не соответствует вопросу.

Кроме опросника, добавляет Владимир Паниотто, на результаты опроса будет влиять корректность выборки и степень искренности респондентов.

— В условиях подавления протестов, широкомасштабных арестов, резких высказываний в СМИ обеспечить искренность респондентов — непростая задача. Как будут представляться интервьюеры (будут ли они рассматриваться респондентами как люди не заангажированные), есть ли доверие к организации, проводящей опрос, поверят ли респонденты в конфиденциальность данных, каким будет процент отказов — все это решающим образом скажется на надежности и обоснованности полученных результатов.

«На нормальном социологическом факультете за эту работу поставили бы два балла»

  • Имя
    Григорий Юдин Кандидат философских наук. Профессор Московской Высшей Школы Социальных и Экономических Наук (Шанинки)

— Александр Лукашенко уже заявил, что он является реальным заказчиком, и опрос фактически представляет собой плебисцит — его результаты будут использоваться для обоснования управленческих решений, хотя обязывающего характера они и не носят. Скорее всего, это черновик, а не финальная версия анкеты — там не хватает очевидных вещей вроде социально-демографического блока и правильного перехода между вопросами. В этой версии содержится множество ошибок, она сделана небрежно, — комментирует профессор.

Эксперт приводит такие примеры: в пятом вопросе респонденту предлагаются варианты «безразлично» и «трудно сказать определенно» — это фактически повтор. А в вопросе № 19 респондента просят сказать, созданы ли условия для реализации ценности «друзья, знакомые» — эта формулировка непонятна и наверняка будет пониматься респондентами по-разному. Таких грубых ошибок, по мнению Григория Юдина, полно по всей анкете.

— Если все же предположить, что это итоговая версия анкеты, то на любом нормальном социологическом факультете за эту работу поставили бы два балла, — констатирует российский эксперт. — Что касается возможности заполнения такой анкеты по телефону, то в тексте практически нет указаний для интервьюера — ее и без телефона заполнить сложно. Например, сколько дозволяется выбрать вариантов ответа в вопросе № 16? Или в вопросе № 10? Это нигде не указано.

К тому же любой опросный инструмент должен описывать ситуацию в терминах, близких респонденту. Особенно в ситуации политического конфликта — надо давать разные варианты описания ситуации, если исследователь хочет понять, какой взгляд преобладает.

— В Беларуси уже полгода продолжается крупный общественно-политический конфликт, в который вовлечены огромные слои населения. Нет никаких сомнений, что значительная часть страны обеспокоена полицейским насилием, пытками, нарушением политических прав, фальсификацией выборов, несменяемостью власти. Все эти вещи вообще отсутствуют в списке проблем, который предлагается респонденту для оценки (вопрос № 20). Зато там есть «угроза войны» и «массовые акции протеста», которые беспокоят другую часть населения. Таким образом, анкета заведомо искажена. Опрос проводится для того, чтобы заявить, что часть страны обеспокоена экономическими трудностями, а другая боится войны. Это риторика одной из сторон конфликта, и анкета сделана так, чтобы эту риторику воспроизвести, — уверен эксперт.

Или, например, в вопросе № 11 о предпочтительном формате отношений с Россией сразу три варианта предполагают более тесную интеграцию двух государств, а еще один — предполагает полный отказ от союза.

— Вариант «оставить все как есть» вообще не предлагается, — замечает Григорий Юдин. — Это наводит на мысль, что опрос проводится для того, чтобы придать легитимности планирующимся действиям по слиянию двух государств — объявить, что такое слияние поддерживается народом Беларуси.

В целом Григорий Юдин считает, что представленная анкета — манипуляция. Потому что белорусов спрашивают «о том, что огромную их часть вообще не волнует», чтобы «использовать их ответы для легитимации политических решений».

По нашим данным, некоторым людям в прошлом месяце звонили домой и предлагали пройти опрос, похожий на анкету выше (тот ли это опрос, неизвестно. — Прим. TUT.BY). Поэтому мы также спросили, может ли повлиять такой вид опроса на результат. Однако наш собеседник уверен: телефонный опрос в таких исследованиях не проблема, он имеет целый ряд преимуществ перед личным.

— Однако сочетание двух этих методов — крайне рискованное дело, они почти всегда дают несколько разные результаты, их нельзя суммировать, — объясняет эксперт. — Также подозреваю, что в Беларуси сейчас особенно высока тревога по поводу безопасности. Надо отдельно выяснять, какие методы в такой ситуации работают, но как минимум люди могут тревожиться, что их выследят по номеру телефона.

Отдельно Григорий Юдин заметил, что сам объем выборки — бессмысленный. Озвученные цифры наводят на мысль о том, что они нужны только для того, чтобы «произвести эффект»:

— Выборки размером 1500 отличаются от выборок в 10 000 минимально. Просто у любого исследователя выборка в 10000 сразу вызывает подозрения. Это как выделить миллион долларов на строительство детской площадки.

И еще одно мнение: «Анкету заполнит лишь чрезвычайно мотивированный человек»

Блогер из России Иван Низгораев опубликовал в своем телеграм-канале пост, в котором подробно объяснил, что не так с опубликованным бланком интервью, со ссылками на научную литературу. Претензий набралось пять.

Первая — к количеству вопросов. На первый взгляд, анкета из 28 вопросов кажется небольшой.

— Но из них восемь — табличные, и каждый из них содержит от 4 до 22 шкальных вопросов. Если подсчитать и это, анкета становится весьма внушительной — 102 вопроса. И я молчу о наличии пяти открытых, — добавляет Низгораев. — Можно засесть, если размышляя, на часик, не меньше.

Отсюда и вторая претензия: кто же будет этот «часик» сидеть? Анкета, по расчетам блогера, на практике займет у опытного интервьюера минут пятнадцать:

— Поскольку табличные вопросы не предполагают размышления, а лишь быстрое следование скрипту, ответ по шаблону: один, один, два, один, один, и так далее. Вопросы в табличном формате, и зачитывать не нужно, так по ходу респондент разберется, а если не разберется, можно из контекста понять и отметить его мнение.

Третий недостаток анкеты блогер показал на примере вопроса из нее.

«Каким, по вашему мнению, должен быть формат отношений Беларуси и России? Первое, создание полноценного союзного государства Беларуси и России в рамках договора 1999 года. Второе, Беларусь должна образовать с Россией единое федеративное государство. Третье, Беларусь и Россия должны образовать союз по образцу Евросоюза (суверенных и независимых государств, сохранивших свои конституции, вооруженные силы и территориальную целостность). Четвертое, создание союза Беларуси и России считаю нецелесообразным».

— Есть еще вариант «затрудняюсь ответить, но его обычно не произносят, оставляют на усмотрение интервьюера, — пишет Низгораев. — Скажите честно, утомились читать? Пропустили написанное? Пробежали текст по диагонали? Если нет, то вы удивительный человек! Если да, то нормальный, обычный, как все мы. Так и интервьюер не читает. <…> Долго соображать и вчитываться в казенный, стандартизированный набор слов — дело дурное, некачественное, невежливое с точки зрения человеческого общения.

Результат — вынужденная спешка снижает качество исследования.

Четвертый вопрос касается практической стороны для интервьюера. За заполнение анкеты человек получает деньги, и это — лучшая мотивация любой ценой, неважно с кем, заполнить бланк до конца. Поэтому вопрос, насколько такая анкета окажется репрезентативной.

Пятым блоком блогер отметил, что составленная анкета в целом вызывает у него недоумение:

— Анкета начинается без скрининга. Какая целевая группа? Кого опрашивают? Если граждан Беларуси, где об этом вопрос? Нет рассказа об исследовании, анкета заканчивается без социально-демографических вопросов, без прощания, благодарности за участие в опросе. <…> Таких анкет, даже бумажных, в природе не бывает. Потому как это не анкета с этической точки зрения, а либо бланк опроса свидетеля, где все материалы о свидетеле подшиты в соответствующее дело, либо черновик, набросок анкеты.

Подытожил блогер свой анализ следующим выводом:

— Анкету заполнит лишь чрезвычайно мотивированный или исполняющий поручение, распоряжение, приказ человек, будет он респондентом или интервьюером — не суть. Остальные сделают вид, сымитируют, подыграют и пойдут дальше, со своим мнением, неразглашенным и незамеченным доблестными борцами опросного фронта.

-10%
-40%
-11%
-35%
-25%
-5%
-10%
-11%
-9%
-10%
-80%
0072916