176 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Израиль начал в секторе Газа военную операцию. Рассказываем обо всех предыдущих попытках
  2. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  3. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  4. Виновен посмертно. Верховный суд рассмотрел апелляцию по делу застреленного силовиками Шутова и его друга
  5. «Мы, иностранцы, с ума сходим». Белоруска уехала за мужем в сектор Газа и теперь вынуждена жить на войне
  6. «Мы останемся без работы и зарплаты». БМЗ просит европейских партнеров не вводить санкции
  7. Уволенному директору Оперного театра нашли новую работу
  8. Биолог рассказал, как вырастить богатый урожай капусты. Вот пять правил
  9. Стоматолог понятно объясняет, нужны ли вам брекеты и что о них важно знать
  10. Стартовала выставка-конвент Unicon & Game Expo. Вот как выглядят ее гости и участники
  11. В Израиле в результате ракетной атаки погибла уроженка Беларуси
  12. «Расходы превышают доходы, нужно еще 10−15 млн». Олексин может выкупить торговый центр «Валерьяново»
  13. «Одна из нас умерла от отека мозга». История девушки, которая с друзьями отправилась за мухоморами
  14. Экс-капитана Генштаба за фото документа «польскому телеграм-каналу» приговорили к 18 годам за госизмену
  15. В программе белорусских каналов на следующую неделю нет «Евровидения». Попробовали разобраться, что это значит
  16. «Родителям сказал, что пойду пожить к другу». Студент отсидел три месяца, услышал приговор и сбежал за границу
  17. Открыли TikTok-парк, в планах — расчетно-кассовый центр. Как пробуют «оживить» торговый центр «Столица»
  18. «По приказу премировали людей». В лидском стройтресте рассказали, зачем раздавали деньги на 9 Мая
  19. Как под Барановичами спасают дворец Радзивиллов — копию итальянской виллы на озере Комо (нет, не той что Соловьева)
  20. Суарес почти 20 лет счастлив с одной женщиной (встретил ее в 15 и влюбился с первого взгляда)
  21. Возле Дома правосудия задержали журналиста TUT.BY. Ее отправили на Окрестина, в субботу будут судить
  22. Белорус принял участие в «спецоперации» и лишился более 200 тысяч долларов
  23. Лукашенко — о восстановлении горевшего костела в Будславе: Без государства ни черта не сделают все равно
  24. Фоторепортаж. На Куйбышева открылась «Песочница» — площадка с уличной едой, которую любят минчане
  25. Надежды нет? Прикинули, ждать ли белорусам тепла этим летом
  26. Лукашенко подписал указ о застройке 10 квадратных километров на севере Минска
  27. Марии Колесниковой предъявили окончательное обвинение
  28. После заявления Минтруда, что ветераны не получат выплаты к 9 мая, BYSOL запустил сбор. Сколько собрали
  29. Что сейчас происходит в Индии, которая шокирует мир смертностью от COVID-19? Рассказывают белоруски
  30. Флаги везде, «супермитинги» и «неотданная любимая». Как власть отвечала на идеи оппонентов


Феликс Мирский /

Вчера, обсуждая на специальном совещании слишком гуманные законы, которые срочно нужно исправить, Александр Лукашенко сказал, что никаких политических заключенных он амнистировать не собирается, потому что политических заключенных в стране нет. И, исходя из действующих политических реалий и сложившейся в нашей стране практики, эти слова, безусловно, следует трактовать как официальное приглашение Запада к началу диалога.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

О том, что в стране нет политических, а есть одни только уголовники, Лукашенко говорил, когда начинался торг о судьбе Владимира Некляева, Андрея Санникова, Николая Статкевича и десятков людей, угодивших в тюрьмы после площади 2010 года. В 2008-м, когда Запад требовал освобождения осужденного за хулиганство экс-кандидата в президенты Александра Козулина, Лукашенко сказал: «Вопрос с так называемыми политическими заключенными закрыт… У нас нет политических статей». Вскоре после этих слов Козулина выпустили из тюрьмы.

Ну в самом деле: если хочешь что-то продать или купить с выгодой, первым делом надо показать, что предмет торга тебя совсем не интересует. Торговля политическими заложниками — излюбленный дипломатический прием белорусских властей в отношениях с Западом, всегда с этого и начиналась.

Список из тех, кто в глазах Лукашенко не является политическими, накануне опубликовал известный политик Юрий Воскресенский: в нем — и Виктор Бабарико, и Мария Колесникова, и Максим Знак. В общей сложности — 213 фамилий, при том, что на момент публикации списка даже правозащитники насчитали только 189 политических заключенных. Воскресенский сказал, что амнистия не состоится, если «вы будете призывать к санкциям в отношении белорусских предприятий» и «лишать белорусский народ спортивных зрелищ».

Наверняка идея амнистии — это личная инициатива Юрия Воскресенского. Душевный порыв, за которым не стоит ничего, кроме переживаний за судьбу близких и не очень близких людей, угодивших в тюрьмы. Просто так совпало — конечно, абсолютно случайным образом, — что этот душевный порыв случился в очень нужный для белорусских властей момент. Потому что никогда еще, наверное, внешнеполитическая ситуация не была для белорусских властей настолько плачевной, как сейчас.

Прежде инициатива об освобождении «политических» всегда исходила от Запада. Там составлялись списки заключенных, которых нужно освободить в обмен на нормализацию отношений. Белорусские власти эти списки рассматривали — и потом уже спорили о том, за кем и на каких условиях они готовы признать политический статус с последующей амнистией. Наверняка даже после третьего пакета санкций от Евросоюза власти думали, что эта схема будет действовать и сейчас. Что, вопреки озабоченностям Запада состоянием дел с правами человека, им удастся договориться на привычных условиях.

Но 33 тысячи задержанных, сотни свидетельств о пытках и картинки концлагеря в центре Европы в 2021 году стали, видимо, слишком сильным впечатлением для западных политиков. Возможно, отмена хоккейного чемпионата была последним аргументом, который убедил власти в том, что в этот раз все серьезно. Что инициативу в торговле «политическими» надо брать в свои руки, раз уж Запад с ней не спешит.

Инициативу в торговле «политическими» надо брать в свои руки, раз уж Запад с ней не спешит

Потому что сейчас все выглядит так, что белорусские власти движутся уже не к очередному санкционному пакету, а к полноценной внешнеполитической изоляции со всеми вытекающими из нее болезненными последствиями. А властям ведь хочется дипломатических интриг и внешнеполитического лавирования. Хочется уважительного диалога и геополитических маневров. И совсем не хочется новых санкций. Потому что даже те, которые успели ввести, уже серьезнее, чем все, с чем власти Беларуси сталкивались до сих пор.

Однако текущая ситуация радикально отличается от того, что было в предыдущие годы. Переговоры о судьбе «политических» всегда начинались уже после того, как политический кризис был урегулирован. Власть могла торговаться с позиции силы, отлично понимая, что ничего другого, кроме как в конце концов договориться, Западу не остается.

Но текущий политический кризис, мягко говоря, далек от завершения.

Даже Лукашенко вчера уже не рассказывал о затухшем протесте, а сказал только о том, что власти пресекли «наиболее яркие проявления протестной активности», но при этом «поводов для самоуспокоения» он не увидел. Собственно, все вчерашнее обсуждение ужесточения законов как бы намекает, что власти избавились от иллюзий относительно скорого наступления прежней стабильности. И что ничего хорошего, кроме «горячей весны», они от ближайшего будущего не ждут.

А ведь текущий политический кризис накладывается на множество других — начиная от критически низкого уровня доверия к власти и заканчивая проблемами в экономике. В этот раз приглашение к диалогу звучит, когда белорусские власти находятся в заведомо слабой позиции. И как бы власти ни старались изобразить обратное, слабость этой позиции очевидна тем, кто должен стать потенциальными участниками диалога.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

-50%
-30%
-30%
-35%
-15%
-12%
-17%
-20%
-10%
-20%
-9%