1. «Личная инфляция»: лекарства и отдельные продукты в феврале подешевели, но в целом цены растут
  2. Беларусбанк вводит лимиты по некоторым операциям с банковскими карточками
  3. Лукашенко — главе КГК: Необходимо ввести ответственность и для тех, кто берет в конвертах деньги
  4. «Меня потом знатно полили шампанским!» Первая белоруска с COVID-19 — о том, как прожила «коронавирусный год»
  5. Тихановский о приговорах журналистам и активистам: Ложь и несправедливость порождают озлобленность
  6. Весна наступила, но зима не сдается. К выходным вновь похолодает
  7. Экс-президента Франции Саркози признали виновным в коррупции и приговорили к тюремному заключению
  8. Убийца 79 белорусов, сжег пять деревень. Вспоминаем о Буром — в память о нем в Польше проводятся марши
  9. Витеблянину с онкозаболеванием за насилие над милиционерами дали 3,5 года колонии
  10. «Жесточайшим образом останавливать». Чиновники взялись за аптеки, которые подняли цены из-за НДС
  11. В Беларуси ввели очередные пенсионные изменения. Что это означает для трудящихся
  12. Один из главных претендентов на «Оскар» и еще пять премьер марта. Что идет в кино в этом месяце?
  13. Латушко ответил жене Макея: Глубина лицемерия и неспособность видеть правду и ложь просто зашкаливает
  14. «Первый водитель приехал в 5.20 утра». Слухи о «письмах счастья» за техосмотр привели к безумным очередям
  15. Минчанка из списка Forbes отсидела 20 суток и рассказала о «консервативном патриархате» в Жодино
  16. С 1 марта заработал обновленный КоАП. Новшества затронут почти всех белорусов
  17. «Будет готов за три-четыре месяца». Частные дома с «завода» — сколько они стоят и как выглядят
  18. Суды над журналистами, морозы и снег. Февраль-2021 — в фотографиях TUT.BY
  19. «Думал, что это простуда. Оказалось, нужна пересадка сердца». История Вячеслава, пережившего трансплантацию
  20. Приход весны, борьба с частниками и акции солидарности. Что происходит в Беларуси 1 марта
  21. Тихановская рассчитывает на уход Лукашенко весной
  22. Виктор Лукашенко стал генерал-майором запаса
  23. В Новогрудке кто-то расстрелял из пневматики собаку. Пес умер, волонтеры обратились в милицию
  24. МВД добилось своего: свидетели по административным делам могут настаивать на закрытых судах
  25. «Подошел мужчина в одежде рыбака». Как судили пенсионерок, задержанных на выходе из электрички
  26. Читаете канал «Советская Белоруссия»? Говорим с его автором (нет, это не то же самое, что газета)
  27. «Желающих помочь белорусам в их „хлопотном дельце“ много». Чем заняты «Народные посольства» за границей
  28. «Тут мы ощущаем жизнь». Как семья горожан обрела счастье в глухой деревне и открыла там бизнес
  29. Под Молодечно задержали компанию из 25 человек. МВД: «Они собирались сжечь чучело в цветах национального флага»
  30. «Проверяли даже на близнецах». В метро запустили оплату проезда по лицу. Как это работает


/

Возвращение главного оппозиционера России Алексея Навального в Москву наделало немало шума, в том числе в белорусском сообществе. При этом многие сравнили с Навальным Светлану Тихановскую, да еще посетовали, что экс-кандидат в президенты Беларуси могла бы повторить поступок российского оппозиционера и вернуться в страну. TUT.BY спросил экспертов, насколько корректно сравнение Тихановской с Навальным, а у команды Тихановской — когда она планирует возвращаться в Беларусь.

Фото: Reuters
Алексей Навальный в аэропорту Шереметьево в Москве, 17 января 2020 года. Фото: Reuters

«Светлана Тихановская куда более состоявшийся политик, чем Алексей Навальный»

Политический обозреватель Артем Шрайбман подчеркивает: те, кто сравнивают Навального с Тихановской, игнорируют тот простой факт, что они играют в разных лигах. Он — полноценный политик и хочет им оставаться, она — человек-символ, аватар белорусского протеста, которая никогда не хотела этим протестом руководить и не руководила.

— За Светлану почти никто не голосовал как за будущего президента. За нее голосовали как за компромиссный путь к избавлению от нынешнего. У нее нет своего электората, она — сумма электоратов ее мужа, Бабарико, Цепкало и традиционной оппозиции. Функция Навального — борьба за власть, то есть наращивание своего политического капитала внутри страны. Это практически невозможно из эмиграции. На двух Лениных и Хомейни история знает сотни забытых политических эмигрантов, — пишет в своем телеграм-канале Артем Шрайбман.

Навальный показал, что готов на максимальные жертвы ради своей борьбы. А политика и есть борьба воль. Его сторонники и потенциальные сторонники это оценят. Этот рискованный ход — инвестиция в его политическую карьеру через N лет.

Функция Тихановской, по мнению Шрайбмана, — репрезентация белорусского протеста. Ей не нужно наращивать свой капитал внутри страны. Ей никуда не надо избираться после ухода этой власти, ей не нужен рейтинг. Особенно ценой оставления своих детей без обоих родителей, возможно, на долгие месяцы.

— Сам ее приезд и арест сегодня способны стать триггером протестов на несколько дней. По всей стране выйдут цепочки солидарности, против властей усилят санкции. Перевешивает ли это ее международную активность сегодня? Очень сомневаюсь. В этом смысле ее приезд был бы полетом камикадзе, но даже не во вражеский авианосец, а в гору на вражеской территории. Ярко и красиво, но туповато, — считает Шрайбман.

Магистр политических наук, аналитик Центра европейской трансформации Андрей Егоров, наоборот, считает, что Светлана Тихановская — куда более состоявшийся политик, нежели Алексей Навальный.

— Политик — это не человек, это место, которое занимает человек. И сама позиция политика вынуждает его к определенному типу поведения и действиям. И в этом смысле Светлана Тихановская — куда более состоявшийся политик, чем Алексей Навальный. Навальный ни разу не выигрывал выборы, а Тихановская, по подсчетам независимых наблюдателей и платформ, выиграла, у Навального около 20% поддержки населения, у Тихановской — за 60%, она является национальным признанным легитимным лидером и со стороны белорусского общества, и со стороны международного сообщества, а Навальный не является таковым. То есть ресурсов у Тихановской сегодня на самом деле гораздо больше, чем у Навального, а риски у них примерно сходны: в конечном итоге и Светлана, и Алексей сегодня рискуют своей жизнью, даже не свободой, — считает Егоров.

Возвращение Светланы Тихановской в Беларусь воспринимается многими, отмечает Егоров, как начало некоего процесса: Тихановская возвращается и это «что-то» начинает. Аналитик же предлагает относиться к этому по-другому.

— В отличие от Навального, который своим возвращением пытается повернуть политическую ситуацию в стране в определенном ракурсе, возвращение Тихановской требует серьезной подготовки, то есть ситуация в Беларуси должна быть такой, чтобы Тихановская могла сюда вернуться и чтобы ее возвращение не привело к банальным последствиям: ее арестовывают, а люди выходят на улицы, и ничего больше не случается, — говорит Андрей Егоров.

Но без намерения Тихановской вернуться, то есть если она не декларирует это намерение или хотя бы она или ее команда не начинают обсуждать это с протестным движением внутри страны, возвращение не становится фактором влияния на внутреннюю ситуацию в Беларуси.

И тут есть еще один аспект: белорусское общество и лидеры оппозиции сегодня живут в повестке дня, которая навязана властями. Например, Всебелорусское народное собрание — на него общество и оппозиция вынуждены реагировать, потом власть, например, назначит референдум — это опять будет ситуация, заданная властями, местные выборы — опять политический календарь властей. А вот возвращение Тихановской уже само по себе — это способ установления собственной повестки дня, потому что это событие в политическом календаре будет менять все общественное движение и всю конфигурацию политических действий внутри страны.

— Это будет вызов для властей, они будут уже вынуждены реагировать, а не мы, на такого рода действия или даже намерение. Но чтобы Светлана Тихановская вернулась в Беларусь, в стране должна быть такая ситуация: когда ее возвращение будет додавливанием всей ситуации, когда власти уже будут готовы разговаривать. То есть должно быть организовано массовое коллективное действие всех протестных сообществ сегодня, которое вынуждает власти пойти на переговоры или отступить. Это ситуация, когда власти уже не могут справиться с тем качеством протестного движения, которое складывается в стране — примерно, как было в середине августа — середине сентября, когда протестующие контролировали улицу. Тогда это было похоже на некий паритет сил, где такого рода усиливающиеся протестные действия могли привести к переговорам. Но это довольно сложно организовать, тут нет никаких тривиальных решений по этому поводу. Ультиматум, который пыталась поставить Тихановская, был сродни попытки организации такого коллективного действия. По разным причинам это не удалось, но прообраз уже есть и анализ успехов-неудач ультиматума, который был в октябре, позволяет конструировать новые действия по-другому, — считает Андрей Егоров.

Фото: Телеграм-канал Светланы Тихановской
Фото: телеграм-канал Светланы Тихановской

Рассуждая о возвращении Тихановской в Беларусь, Артем Шрайбман подчеркивает: иллюзии про то, что можно организовать Тихановской физическую защиту дипломатов или тысяч протестующих своими телами, оторваны от реальности. Дипломаты не будут участвовать в настолько провокационных с точки зрения Минска действиях. А тех, кто будет, вежливо отодвинут от Светланы с соратниками на границе. Протестующие даже на пике активности в августе не вступали в физическое противостояние с силовиками, чтобы защитить своих лидеров от ареста.

— А вот кому можно подумать о повторении пути Навального — так это тем белорусским эмигрантам, кто хочет заниматься политикой в Беларуси в будущем. Речь о Павле Латушко, Валерии или Веронике Цепкало, Ольге Ковальковой, возможно, Вадиме Прокопьеве. Их международная «польза» для протеста почти исчерпана. На встречи с лидерами ездит в основном Тихановская и ее команда. Медийное присутствие остальных эмигрантов скоро ограничится их блогами, ютьюб-каналами и редкими интервью, — пишет обозреватель.

Возвращение и арест этих фигур, считает Шрайбман, тоже бы вряд ли подняли какую-то протестную волну, но в их личном резюме это могло бы стать серьезным отложенным активом. Таким же, который сейчас копится у Бабарико, Колесниковой и Тихановского.

— Но не надо воспринимать это как совет. Никто не обязан ничем жертвовать, у всех своя жизнь, здоровье и семья, которые могут быть важнее политической карьеры. Вероятно, даже должны быть. Я говорю, скорее, про то, что не надо сравнивать кислое с длинным и требовать от Тихановской того, под чем она никогда не подписывалась, — отмечает Артем Шрайбман.

«Первое, что обсудили, когда Тихановская оказалась в Вильнюсе — ее возвращение»

Возвращение Светланы Тихановской в Беларусь ее команда обсуждает постоянно, рассказывает советник Тихановской по международным делам Франак Вячорка.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

— Как только Светлана оказалась в Вильнюсе, это была первая дискуссия — каким образом возвращаться. Обсуждали варианты возвращения наземным транспортом, самолетом, поездом, возвращение с послами, с ОБСЕ, с ООН, обсуждали день и время. Но на сегодняшний момент возвращение Тихановской в Беларусь — автоматическое лишение свободы. Нам перед тем, как организовать это возвращение, надо подготовиться. Подготовиться так, чтобы это возвращение имело смысл, чтобы Светлана была защищена, чтобы она не просто поехала на Володарку (СИЗО № 1 на улице Володарского в Минске. — Прим. TUT.BY), а чтобы ее возвращение привело к изменениям или чтобы она поехала на переговоры, или чтобы она поехала при поддержке уличного протеста — это все пока не готово, мы пока не в том моменте. Надо помнить, что у Светланы Тихановской муж сидит в тюрьме, а у нее двое детей, один из которых — с особенными потребностями, ребенок, который требует постоянного внимания, и она не может просто поехать и оставить детей. Но, опять же, повторюсь, что мы каждый день готовим это возвращение, — говорит Вячорка.

По словам советника, все, кто находится в вынужденной эмиграции, работают каждую минуту, чтобы вернуться домой, в Беларусь, как можно быстрее, чтобы быстрее добиться выборов, освободить политзаключенных, остановить насилие. В этом задача самой Светланы Тихановской, ее Кабинета, НАУ и Координационного совета — вернуться домой.

— Даже сейчас, находясь в этой временной эмиграции в Вильнюсе, если это можно назвать эмиграцией, каждый день у Тихановской идет работа для Беларуси: это коммуникация с рабочими, дворами, студентами, медиками, это международные поездки для делегитимизации режима, для поддержки белорусского гражданского сообщества. Это работа и над санкциями, и над международными расследованиями. Каждый день то, что делает Светлана Тихановская отсюда, имеет величайшее влияние на события в Беларуси. Не зря же Лукашенко нападает на Тихановскую, цитирует Тихановскую, критикует Тихановскую, не зря же выпускаются все эти пропагандистские сюжеты против Тихановской. Потому что она — реальная альтернатива и она реальный страх для Лукашенко, — считает Франак Вячорка.

-5%
-15%
-20%
-10%
-10%
-10%
0072606