/

«Я не услышала то, чего хотела услышать. Из этого я делаю вывод: вы не знаете сами, чего вы хотите. Это сто процентов», — заявила Наталья Кочанова на вчерашней встрече со студентами БГУ. Хотели студенты известно чего: возможности высказать свое мнение, признания фальсификаций на выборах, прекращения насилия и наказания виновных в избиениях и пытках. И все это — не то, что хотела услышать глава Совета Республики. Ну, извините.

  • Ольга ЛойкоГлавный редактор политико-экономического блока новостей

    Окончила два белорусских вуза (БГУ, БГЭУ), после чего пришлось обратиться в вуз британский, чтобы вернуть веру в высшее образование. Сфера журналистских интересов широкая, микро- и макроэкономическая. Свою задачу формулирует как «увидеть интересное в важном и важное — в интересном». Жизненное кредо: масштабы личности определяются количеством идиотов, которым до нее есть дело. Так что личные наезды на тутбаевских форумах воспринимает как комплимент.

Насколько органично Кочанова извинялась перед цыганской диаспорой, настолько со студентами все пошло не так с самого начала. Методичка подкачала, студенты были резки и подготовлены жизнью — некоторые сами были очевидцами отрицаемых властью побоев и издевательств на Окрестина. Да и откуда БЧБ-флаг, они знают не из краткой версии от госСМИ. Так что попытка убедить их в лживости всего, «что вы читаете в интернетах», была обречена.

Вообще события после 9 августа внештатный улаживатель конфликтов от власти тщательно пыталась обходить и игнорировать. То есть перевернуть страницу. «Сформулируйте концепт до 9 августа: какие беззакония вы видели до 9 августа в нашей стране? Что было плохо, раз вы решили ходить на акции протеста?» — недоумевала Кочанова. Странно делить беззакония на до и после 9 августа. Хотя именно «до» за решеткой оказались ключевые альтернативные кандидаты, тысячи людей не допустили на выборы в качестве наблюдателей, власть всячески препятствовала разрешенным мероприятиям кандидатов-соперников. Отдельная история — как снимали с выборов Виктора Бабарико по письму КГК.

Тем более непросто было объяснить Кочановой, которая собралась быть с президентом «до конца своих дней», что желание провести любую часть своих дней с другим президентом, а то и, о ужас, с разными президентами — абсолютно нормально.

Признавать фальсификации Кочанова отказалась, в том числе — подтвержденные заявлениями в правоохранительные органы и аудиозаписями. «Послушайте, эта запись… Сегодня записей вам столько могут показать. Давайте так: факты не установлены, а ответственность несут тогда, когда установлены факты. Это первое. Второе. Уже расскажу вам так, как есть. На меня вышли определенные люди из штаба Бабарико и всех остальных и предложили: мы прекратим эти акции, если вы пересчитаете голоса. Президент говорит: „Однозначно пересчитываем“. На следующий вечер они говорят: „Нет, отставить. Это уже не актуально“. Поэтому знаете, ребята, вы многого не знаете».

Штаб Бабарико в тот же день опроверг заявление главы Совета Республики, заявив, что штаб «не звонил и не разговаривал с Кочановой ни до, ни после выборов».

Попытки выехать на голодном прошлом и достижениях «социального государства» успеха не имели. А работать с проблемами вертикаль не приучена, у нее вариант такой работы один — игнорировать наличие проблемы. Если припрут к стенке — все отрицать.

«Главное — то, что мы делали всегда, и то политическое достижение, которое у нас есть — социально ориентированное государство, поддержка людям — было, есть и останется. Никуда оно не изменится», — уверена Кочанова. Возможно, оно действительно есть — у вас. Но для многих нынешние достижения — не предел мечтаний. Быть в Беларуси больным, или безработным, или жителем небольшого населенного пункта в не самом перспективном районе — значит решать, причем часто самостоятельно, многие и многие проблемы.

Фото: TUT.BY
Фото: TUT.BY

Власть рвется обсуждать успехи, но люди видят и проблемы, а здесь диалога принципиально не получается. Избиратель не хочет слушать, сколь доступна медицина в Беларуси, его интересуют и узкие, проблемные места. Про беду полутора сотен белорусов со СМА мы писали не раз. Лекарство есть, но очень дорогое, оно зарегистрировано в соседних странах. Польша лечит таких пациентов за счет бюджета, Россия пришла к тому же. В Беларуси экс-министр один раз высказался, мол, идут переговоры с производителем, и все. Да, тема сложная, вопрос дорогой, но в суде Минздрав не стесняется, предлагает альтернативу лекарству за миллион долларов: «реабилитация в медцентрах в Минске, Бресте, Барановичах, Гомеле, Мозыре, также ЛФК, массаж и физиолечение медики могут проводить для таких детей амбулаторно и на дому». Спасибо, прямо не знаем, как благодарить.

Аналогично с доступностью иммунотерапии и протонной терапии при онкологических заболеваниях. На последнюю для белорусских детей регулярно собирает белгазпромбанковский «Шанс». Спасибо, что хоть он не попал под каток. Про узкие места в кардиологии недавно рассказывал опальный экс-директор РНПЦ «Кардиология», академик Александр Мрочек. А пока государство ставит сердечнику клапан за 1,5 тысячи, хотя уже есть более продвинутая и малоинвазивная технология, но клапан под нее стоит 20−30 тысяч. Зато если сравнивать с дедом, которому в сороковые удаляли аппендицит в полевых условиях, прогресс налицо. А сравнивать мы любим не с передовым опытом, а с окопным. Так оно комфортнее. Всебелорусское собрание оценит.

А с тем, кто не оценит, вести диалог будут так, как брестский страж правопорядка со школьниками. Ну вы помните: «Вы че, еб*****сь, бл**ь?! Уже город в руинах бы лежал бы, бл**ь!»

Но Кочанова, хоть и против сквернословия и не раз выговаривает студентам за неверный тон, на стороне таких защитников: «Сегодня насилие, вы говорите. Насилие порождает насилие — это правда. Но так как, когда бросаются на ребят, надо было поступить по-другому?».

«Ребята» — это, видимо, ОМОН. Потому что с другой стороны никаких «ребят» нет, есть проститутки, наркоманы, уголовники, прочитавшие свое мнение в интернете и выходящие тысячами на улицы уже три месяца с цветами, плакатами и надеждой на справедливость.

И все попытки рефлексировать про «диалог» утыкаются в глухое игнорирование властью базовых аргументов протестующих. Вот фигура более или менее нейтральная, премьер Роман Головченко делает сугубо экономические заявления, критикуя призывы снимать деньги, выносить вклады, скупать валюту. И можно было бы поддержать его, несмотря на несколько неуважительный тон заявлений. В конце концов, не удержав банковскую систему, Беларусь рискует не удержать суверенитет, а это базовая ценность и для протестующих. Но власть, называя «очевидными глупостями» призывы не покупать белорусское, тут же делает необычайно дальновидный шаг, закрывая десятки кафе и магазинов, посмевших побастовать 26 октября. И бодро продолжает, раздавая «сутки» преподавателям, студентам, медикам, айтишникам, актерам и спортсменам. А зачем они неправильно протестуют?! А как правильно? А никак! Проголосовали «за» и разошлись по камерам.

Так что пока с диалогом не выходит. Его основа — взаимоуважение сторон. «Вы че?» — сказал бы брестский милиционер, если бы забыл все непарламентские выражения. «Хлопотное дельце», — поддержали бы его протестующие.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

-50%
-15%
-15%
-20%
-10%
-10%
-40%
-23%
0072263