Последний суд по «делу медиков» проходил в закрытом режиме, из-за чего и у родственников, и у общественности осталось немало вопросов. Директор предприятия «Белмедтехника» Александр Шарак, у которого при обыске в гараже нашли более 620 тысяч долларов, заключил досудебное соглашение, и суд приговорил его к 6,5 года колонии усиленного режима по ч. 3 ст. 430 УК (Получение взятки в особо крупном размере). Всего на полгода меньше, практически максимум за дачу взятки, получил один из осужденных за дачу взятки.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Илья Карпович и Александр Шарак. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

69-летний Илья Карпович стал единственным взяткодателем по громкому «делу медиков», которого приговорили к такому большому сроку — 6 лет лишения свободы в колонии в условиях усиленного режима. Карпович был задержан 16 июня 2018 года, ему предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 431 УК (Дача взятки повторно либо в крупном размере).

Дочка осужденного Ильи Карповича Анастасия обратилась с заявлением на имя генпрокурора Александра Конюка. Копию письма она предоставила TUT.BY.

Из письма отца семье известно, что гособвинитель просил суд назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на три года и шесть месяцев, то есть почти вдвое меньше.

— Исходя из всего, что происходит с моим отцом, я могу это назвать расправой над человеком, который не пожелал признать себя виновным в том, чего он не делал, а также не стал оговаривать других. Неужели мой отец, которому идет 70-й год, честно проработавший всю свою жизнь, в том числе работая врачом в горячих точках — Анголе и Мозамбике, впервые привлекаемый к уголовной ответственности, заслуживает почти максимального срока наказания только за то, что не признает себя виновным и посмел отстаивать свою правоту с момента задержания и до окончания судебного разбирательства. Такое наказание для пожилого человека равносильно высшей мере, предусмотренной нашим уголовным законодательством, — пишет Анастасия.

Она обращает внимание на то, что в отношении Ильи Карповича «изначально не существовало принципа презумпции невиновности, он единственный из всех обвиняемых по ч. 2 ст. 431 УК находился под стражей, притом что другие обвиняемые по этой статье уже являлись фигурантами многих дел как взяткодатели».

Как ранее сообщалось, в феврале Карповича госпитализировали в больницу скорой помощи с холециститом и панкреатитом, провели экстренную операцию. Родным о произошедшем никто не сообщил, жена рассказывала, как семья несколько дней объезжала приемные отделения больниц, чтобы выяснить, куда и с каким диагнозом положили Карповича.

— На протяжении всего предварительного следствия и суда ни мне, ни моей маме ни разу не разрешили встретиться с отцом! Даже сейчас, когда у суда в соответствии со ст. 369 УПК («После провозглашения приговора председательствующий в судебном заседании или председатель суда по просьбе членов семьи и близких родственников обвиняемого, содержащегося под стражей, должен предоставить им возможность свидания с обвиняемым») нет законных оснований отказать нам! — недоумевает дочь Карповича.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

В итоге семья получила ответ: оснований для удовлетворения заявлений о предоставлении свидания нет из-за распоряжения Департамента исполнения наказания МВД от 13 марта 2020 года, которым для предупреждения заболеваемости инфекцией вызванной коронавирусом COVID-19, в учреждении СИЗО КГБ с 14 марта временно до особого распоряжения приостановлено предоставление лицам из числа спецконтингента краткосрочных свиданий.

— Суд проигнорировал закон, сославшись на распоряжение ДИН МВД! А разве следственный изолятор КГБ подчиняется ДИН МВД? Кроме того, мой отец не относится к спецконтингенту, который отбывает наказание. В отношении моего отца вынесен приговор, который не вступил в законную силу, и мы как близкие родственники имеем право его навестить впервые за 23 месяца! Судья Шилько лишила нас возможности увидеть отца. И это притом что более месяца адвокат отца не может попасть к нему в следственный изолятор для оказания юридической помощи! — пишет Анастасия.

Она обращает внимание, что в отношении одних лиц в рамках одного и того же дела, обвиняемых в совершении преступлений по ч. 2 ст. 431 УК (Дача взятки), назначается наказание в виде 2-х и 2,5 года ограничения свободы, а в отношении Ильи Карповича — 6 лет лишения свободы, в два раза больше, чем в отношении человека, осужденного по ч. 1 и ч. 2 ст 430, и почти столько же, сколько в отношении чиновника, осужденного за получение взяток в особо крупном размере по ч. 3 ст. 430 УК. Дочь называет это «не только несправедливым, но и явно незаконным».

— В соответствии с вашими полномочиями я прошу вас сделать так, чтобы закон в отношении моего отца исполнялся точно и единообразно, как и в отношении других обвиняемых по делу, — резюмирует она.

-25%
-26%
-20%
-30%
-35%
-50%
-70%
-20%
-50%
0068422