Продолжаются громкие процессы по коррупционным делам чиновников Мингорисполкома, в том числе по скандальному «делу ГУПР» — сразу несколько процессов по взяткам в комбинатах школьного питания завершились серьезными сроками. Но вопросы остались, и сейчас фигуранты активно оспаривают приговоры. Экс-замглавы Минска и экс-начальник Главного управления потребительского рынка Андрей Доморацкий добился сокращения срока на 5 лет. Еще одному экс-начальнику ГУПР Сергею Барисевичу срок скостили на 1 год. Сейчас в Минском городском суде рассматривают апелляцию бывшего директора комбината школьного питания Заводского района Минска Марины Морозовой, осужденной к 9 годам лишения свободы. Решение будет оглашено 19 ноября.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

В начале ноября Марина Морозова написала письмо на имя генпрокурора Александра Конюка и главы Администрации президента Натальи Кочановой.

Морозова обращает внимание на требования, которые озвучил президент Беларуси Александр Лукашенко к расследованию коррупционных дел после скандального оправдания главного инженера МЗКТ.

Морозову обвинили в получении взяток (ч. 3 ст. 430 УК) от заведующих столовыми и даче взяток Барисевичу (ч. 4 ст. 16 и ч. 2 ст. 431 УК).

«В суде первой инстанции, дело рассматривалось в Минском областном суде, несмотря на полное непризнание своей вины и явные нарушения законодательства при ведении следствия, меня признали виновной и назначили мне наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет […]. При этом следствием и гособвинителем не было представлено никаких доказательств моей вины, кроме голословных и противоречивых показаний свидетелей, моих подчиненных — заведующих столовых, которые в большинстве своем утверждали, что из своих собственных заработанных средств дарили мне подарки и денежные средства в качестве подарков к праздникам — 8 Марта, Новый год и день рождения, но не передавали мне денежных средств для передачи Барисевичу С. А. Не было и системы сбора денежных средств на предприятии КШП Заводского района для подобных целей в период моей деятельности. О подобных схемах свидетели ничего не слышали, а узнали об этом только после возбуждения уголовного дела от следователя».

Марина Морозова отмечает, что свидетели характеризовали ее как строгого и требовательного руководителя, утверждали, что предвзятого отношения к ним не было, а требования ко всем были одинаковые. При этом сами свидетели в «покровительстве» не нуждались.

«Несмотря на такие показания, в нарушение Постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 26 июня 2003 года № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве», Минский областной суд признал эти показания недостоверными и пришел к выводу, что «…передача указанных материальных ценностей со стороны заведующих производством была обусловлена неконкретизированными, но определенно ожидаемыми действиями Морозовой по службе с учетом характера и направленности их интересов. Суд считает установленным, что под видом подарков ко дню рождения и праздникам обвиняемой передавались взятки», — говорится в письме.

Экс-глава КШП категорически отрицает, что передавала деньги Барисевичу. В приговоре это описано так: «…в период с 01.09.2013 по 01.09.2015 Барисевич С. А. в ходе состоявшихся с Морозовой М. С. разговоров в неустановленном месте и при неустановленных обстоятельствах путем высказывания намеков о выводе последней из законного оборота наличных денежных средств, принадлежащих комбинату, и последующей их передаче ему…»

Приговор Минского областного суда Морозова обжаловала. Верховный суд, согласно определению от 26 июля 2019 года, в части осуждения по ч. 4 ст. 16 и ч. 2 ст. 431 УК, то есть по организации дачи взяток Барисевичу, постановил приговор суда первой инстанции отменить и производство по уголовному делу прекратить, а по ст. 430 оставил без изменения. Наказание при этом снизилось с 10 до 9 лет лишения свободы.

Морозова отмечает, что в КШП Заводского района не установлено преступлений в виде хищения денег из касс, хищения продуктов питания со складов предприятий и подведомственных объектов, присвоения денежных средств из профсоюзного комитета и материальной помощи работников и др.

«Мои подчиненные в результате беспрецедентного давления следователя говорили о подаренных мне денежных средствах в качестве подарков к праздникам, которые в данном случае сошли за «взятки», — констатирует она.

Экс-глава КШП подчеркивает, что «все свидетели являются заинтересованными лицами, так как они освобождены от уголовной ответственности на основании явок с повинной, полученных с нарушением закона».

«Кроме того, свидетели в большинстве своем являются лицами преклонного возраста (от 65 лет и выше), которые якобы помнят события 6−7-летней давности (конкретные суммы в протоколах допросов), но не помнят всех других обстоятельств, а в ходе судебного заседания в течение 3,5−4 часов не могли повторить информацию из протоколов допроса и делали это с помощью наводящих вопросов гособвинителя после прочтения им протоколов из материалов уголовного дела», — отмечает она.

Обвиняемая просит «проанализировать сложившуюся ситуацию в связи с рассмотрением уголовного дела» и «дать справедливую оценку вынесенному приговору».

«Все озвученные Президентом Республики Беларусь недопустимые ситуации при расследовании и рассмотрении уголовных дел имеют место в уголовном деле в отношении меня. При этом прошу учесть, что я частично признаю получение подарков к праздникам, но не считаю эти подарки взятками, как не считают их таковыми все без исключения свидетели. Несмотря на данные обстоятельства, мои родственники полностью вернули в бюджет всю вменяемую мне сумму согласно обвинению, но суд не принял во внимание данный факт», — резюмирует она.

Как ранее сообщалось, Сергей Барисевич свою вину полностью признал. «Полгода слушали это дело, я с самого начала признавал вину и не пытался уйти от ответственности. Я не нахожу ни одного довода в свое оправдание. Признаю свою вину в полном объеме в том, что я действительно совершал. Если бы не действия моего руководителя, который на меня давил и требовал носить взятки, этого бы не случилось», — заявил в последнем слове Сергей Барисевич, извинившись перед всеми, кому нанес урон, «в том числе перед нашим президентом». Руководителю Барисевича, Андрею Доморацкому, который проходил по делу Барисевича свидетелем, претензий по эпизодам, связанным с его подчиненным, не предъявляли. Претензий к руководителю обоих, главе Мингорисполкома в тот период Андрею Шорцу, у следствия не было. После отставки с поста мэра он вышел на новую работу.

-50%
-15%
-50%
-20%
-10%
-20%
-18%
-15%
-11%
0069351