/

Президент Украины Владимир Зеленский побил все рекорды общения с прессой: 10 октября он отвечал на вопросы 300 журналистов 14 часов подряд. Все это время президент практически ничего не ел и пил только колу, хотя общение проходило на фудкорте в центре Киева.

Журналисты могли задавать президенту совершенно любые вопросы, некоторые позволяли себе и не один-два, а сразу три. Но многие все равно называют это лишь бессмысленным пиар-ходом Зеленского. TUT.BY опросил журналистов, присутствовавших на пресс-марафоне, и экспертов и узнал, какой смысл был в таком ходе президента и насколько он эффективен.

«Президент произвел впечатление человека очень целеустремленного и достаточно искреннего»

Скриншот с видео-трансляции Офиса президента Украины
Владимир Зеленский за 5 минут до конца пресс-марафона. Скриншот с видеотрансляции Офиса президента Украины

Идея пресс-марафона, как уверяют в Офисе президента Украины, принадлежит самому Владимиру Зеленскому. К ней его подтолкнули многочисленные упреки со стороны журналистов: СМИ жаловались, что новый президент страны не провел обещанную пресс-конференцию на 100 дней у власти и вообще мало и неохотно общается с прессой. Некоторые украинские журналисты даже умудрились пожаловаться на Зеленского Александру Лукашенко во время Форума регионов в Житомире.

В итоге в среду, 9 октября, Офис президента объявил о пресс-марафоне. Общаться с журналистами Зеленский планировал весь день, но марафон затянулся до полуночи. За 14-часовую конференцию Владимиру Зеленскому вручили диплом рекордсмена.

«Значительная часть журналистов пришла, чтобы „уколоть“ президента»

Журналисты, участвовавшие в пресс-марафоне Зеленского, говорят, что это был уникальный ход Офиса президента Украины, который еще совсем недавно обвиняли в закрытости для СМИ и нежелании президента общаться с журналистами.

Но корреспондент РБК Елизавета Антонова считает, что авторы идеи марафона не до конца осознавали масштаб мероприятия, которое затевали.

Фото из Facebook Елизаветы Антоновой
Фото из Facebook Елизаветы Антоновой

— В результате весь процесс затянулся и конференция отставала от графика на 3 часа. Под вечер, когда я задавала вопрос, я была уже никакая. В 23.00, когда нашу группу посадили за его стол, у Зеленского пропал голос — ему принесли таблетки и горячий чай. Он был очень уставшим. Тем не менее формат действительно дал практически каждому журналисту задать вопрос президенту Украины. Причем вопросы заранее не согласовывали, он действительно отвечал нон-стопом 14 часов без подготовки. Это, как мне кажется, переломило ситуацию — совсем недавно Офис президента обвиняли в закрытости и нежелании общаться со СМИ, — говорит журналистка. — Сам президент произвел на меня впечатление человека очень целеустремленного и достаточно искреннего. В общем, впечатление приятное.

Журналист «РБК-Украина» Влад Красинский отмечает, что даже если это и был пиар-ход команды Зеленского, то он оправдал себя.

Фото из Facebook Влада Красинского
Фото из Facebook Влада Красинского

— Этот марафон — очень многослойная история, учитывая с чего все начиналось: Зеленский обещал большую пресс-конференцию на свои 100 дней у власти, но она не состоялась, и в его адрес было очень много критики. Было много критики в адрес главы Офиса президента Андрея Богдана из-за его отношения к журналистам и пресс-секретаря президента Юлии Мендель. И потому тем, что он провел такой пресс-марафон, Зеленский нивелировал любые обвинения и нападки о том, что он не уважает журналистов и не считает нужным с ними общаться, — говорит Влад.

При этом журналист говорит, что в целом этот пресс-марафон смысла не имел, потому что значительная часть журналистов восприняла это как возможность каким-то образом «продемонстрировать себя и показать, кто сильнее сможет „уколоть“ президента».

— Вопрос не в том, что его не за что уколоть, вопрос в том, что такой формат, когда у тебя на вопрос-ответ есть три минуты (к Зеленскому за стол на 30 минут сажали по 10 журналистов, и каждый мог задать один вопрос. — Прим.TUT.BY), не предполагает возможность получить какой-то нормальный, развернутый ответ. Поэтому многие журналисты использовали этот шанс, чтобы проявить свой активизм, а не задать вопрос и услышать ответ, — говорит Влад Красинский.

Он добавляет, что какого-то «особого профита», каких-то обещаний и конкретных дат их исполнения журналистам добиться от Владимира Зеленского не удалось. К тому же, по мнению журналиста «РБК-Украина», не многие старались это сделать: президенту задавали общие вопросы, которые не относятся к его компетенции, а проходят по линии правительства или профильных министерств.

— Но если говорить в целом о формате мероприятия, то оно получилось очень крутым, а команда Зеленского убила даже не двух зайцев сразу: имидж был исправлен, открытость показали, а президент выглядел очень позитивным, в отличие от журналистов, которые его мучили. Даже был интересный момент, демонстрирующий скрытую медийную борьбу Офиса президента с журналистами: когда очередная группа сидела с президентом за столом, он прямо у них спросил: «Есть среди вас тот, кто меня поддерживает?» — и все промолчали. Для избирателей Зеленского, а это большая часть населения страны, был четкий сигнал: журналисты пришли «распять» президента, а не задать ему вопросы, — считает Красинский.

Спустя 6−8 часов после начала марафона наблюдавшие за ним в соцсетях стали писать, что мероприятие пора заканчивать, поскольку Зеленскому физически уже сложно сидеть на месте и отвечать на вопросы — было видно, что президент устал, ему даже сделали специальные уколы для поддержания связок. Журналист «РБК-Украина» считает, что даже это пошло Зеленскому на пользу.

Фото: Reuters

— Даже те люди, которые с самого утра были к нему критично настроены, возмущались форматом мероприятия, к вечеру просили в соцсетях остановить марафон, потому что им было уже жалко Зеленского. В какой-то момент даже была уверенность, что президента увезут на скорой — к концу марафона он уже не мог говорить и выглядел очень плохо. Но он выдержал, и теперь его имидж в глазах его критиков немного иной, чем до пресс-марафона, — говорит Влад.

Политический обозреватель издания «Цензор.НЕТ» Евгений Кузьменко ждал своей очереди задать вопрос Владимиру Зеленскому до девяти часов вечера. Но считает, что четких ответов от президента никто не получил. А вот сам Зеленский получил хороший аванс.

— У него были испорчены взаимоотношения с прессой: во время предвыборной кампании он практически не давал интервью, после тоже не общался со СМИ. И этим марафоном он сделал все, чтобы у публики случился «передоз» Зеленским. Это дает ему большую передышку перед прессой, а перед избирателем — образ парня, который ничего не боится: перед ним более 300 журналистов, а он вышел один к ним и выносливо терпел вопросы. Кроме того, Офису президента было очень важно закрыть несколько линий по «формуле Штайнмайера»: журналисты спрашивали на новый лад об этой формуле по сто раз. Уже через пару часов после начала марафона его можно было заканчивать — было понятно, что президент ничего нового не скажет. Но в имиджевом плане Офис президента отработал очень хорошо. Этот марафон — гораздо лучше всех пресс-конференций предыдущего президента, где вопросы заранее согласовывали, — говорит Евгений.

«14 часов — це занадто, но, похоже, Зеленский — завзятый максималист и упертый парень»

Глава киевского Центра политических исследований «Пента» Владимир Фесенко считает, что пресс-марафон — очередная демонстрация нестандартного стиля Зеленского.

— На мой взгляд, это более оптимальная форма общения с журналистами, чем архаичные большие пресс-конференции, на которых присутствуют несколько сот журналистов, а вопросы могут задать несколько десятков. Пресс-марафон, конечно, удался на славу. Вряд ли теперь кто скажет, что Зеленский боится журналистов. Но вот зачем ставить такие рекорды? Я понимаю, что президент не хотел отказывать всем аккредитованным журналистам. Но оптимальный временной формат для такого общения — 4−5 часов. Это я как бывший преподаватель могу сказать, — написал политолог у себя в Facebook сразу после окончания марафона.

Фесенко считает, что более чем двенадцатичасовой марафон — «це занадто, и для здоровья и для нормального общения, и для полноценного информационного восприятия».

— Но, похоже, Зеленский — завзятый максималист и упертый парень. Это вызывает уважение. Однако на будущее надо исходить из того, что все хорошо в меру, — считает политолог.

Литературовед, политконсультант, журналист Александр Федута говорит, что до сих пор отношения президента Украины с прессой строились, скорее, по принципу конфликта, и его технологи поняли, что они начинают проигрывать. Поэтому нужно было продемонстрировать свою открытость, что Владимир Зеленский и сделал.

— Он отвечал на все вопросы, отвечал долго, спокойно, причем было очевидно, что он не уклоняется от неприятных вопросов, а его пресс-служба не отбирала «удобных» журналистов. Даже длительность пресс-марафона работала на Зеленского; он словно говорил этим форматом: да, я долго молчал, у меня не было возможности и времени объясниться с журналистами, но вот сейчас мы выговоримся. Тем самым он получил своего рода карт-бланш на то, чтобы еще как минимум полгода не выходить на столь обстоятельную беседу. Общество будет понимать, что все равно Зеленский объяснится.

А вот насколько его объяснения были и будут убедительными — это вопрос уже не технологий, а осмысленности новой государственной политики Украины и ее руководства. В любом случае, пока Зеленский справляется с новой для себя ролью, — считает Александр Федута.

-80%
-50%
-50%
-20%
-50%
-15%
-10%
-10%
-50%
-35%
-5%
-15%
0071366