Александр Чубрик специально для TUT.BY

Вчерашняя лекция в ПВТ о том, как искусственный интеллект меняет мир, могла бы оказаться типовым мероприятием на модную тему, если бы не личность спикера. Герман Греф с топовых позиций в российском правительстве ушел в крупнейший банк этой страны и сделал из него не банк, а экосистему компаний, очень активных в разработке и внедрении технологий. Сочетание чиновника (пусть и бывшего), хорошего экономиста и инноватора в одном лице встречается редко — и лекция вышла за рамки заявленной темы и была скорее о том, как таким странам, как наши, не потерять свое будущее.

Фото: пресс-служба ПВТ
Герман Греф и глава Администрации ПВТ Всеволод Янчевский. Фото: пресс-служба ПВТ

В начале и в конце своей лекции Греф выразил восхищение белорусским законодательством в сфере IT и темпами развития ПВТ. «Так приходите к нам!» — предложили ему. «Слишком дорого!» — ответил руководитель крупнейшего банка Центральной и Восточной Европы. Спрос на работников IT-сектора в Беларуси сильно превышает предложение, и дефицит кадров приводит к тому, что минские программисты уже начинают обходиться дороже московских.

Казалось бы, чего проще — увеличиваем набор в БГУИР и другие профильные вузы и восполняем дефицит. Но подготовка хорошего специалиста начинается не в университете, а в школе. Математика, естественные науки и программирование должны преподаваться в школах на гораздо более глубоком уровне, а одним из главных навыков выпускников должно стать умение учиться самостоятельно. Но почему-то эти прописные истины у нас воспринимаются плохо: наша система образования болеет такими болезнями, как «нам это не надо» и «у нас это уже есть». Это же касается науки и инноваций: не так давно на встрече с экспертами ОЭСР один из представителей белорусской стороны утверждал, что по уровню инновационности мы не уступаем Германии — мол, главное — правильно посчитать. Пока мы успокаиваем себя такими мантрами, другие занимают наше место на мировом рынке.

Надо отдавать себе отчет в том, что Беларусь — слишком маленькая страна, чтобы ожидать от нее значимых технологических прорывов. Глобальный цифровой рынок тяготеет к правилу любого зрелого рынка: крупнейший игрок имеет долю около 60%, следующий за ним — 30%, а все остальные — в сумме 10%. Наше место — маленькая часть в этих 10%, но ведь речь идет об очень больших деньгах и возможностях для рынка труда. По данным исследований, которые приводил Греф, экономические эффекты от использования искусственного интеллекта будут огромными: больше 15 триллионов долларов прироста мировой экономики и 58 миллионов рабочих мест по всему миру (и это — чистый эффект с учетом сокращения рабочих мест в некоторых традиционных профессиях).

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Кто займет эти рабочие места? Ведь наша демография рискует стать естественным барьером для развития IT-сектора, который сейчас подпитывается молодыми кадрами. Опыт образовательной инициативы Сбербанка «Школа 21» (франшиза французской школы «42», в которой обучение программированию проходит без преподавателей на основе принципов децентрализованной педагогики и проектного обучения) показал, что люди в возрасте 50+ могут эффективно научиться программировать «с нуля» и вписаться в новую парадигму обучения на протяжении всей жизни. А постоянно учиться заставит жизнь: наниматели просто не смогут конкурировать по издержкам с теми компаниями, которые заменяют медленных работников быстрыми алгоритмами. И не только по издержкам — нынешний потребитель не любит ждать и хочет быстрых решений. Поэтому «особый режим» для ПВТ — это только первый шажок к тому, чтобы не потерять будущее страны.

Все это ставит вопрос о роли государства в современном мире. Даже самой крупной компании практически невозможно победить регулятора — в грубой силе государства, конечно, выигрывают. Но ведь страны конкурируют между собой — если какое-то государство попытается сломать бизнес, который генерирует технологии, оно просто «подарит» его другой юрисдикции.

Если в сфере науки и технологий государство будет регламентировать работу ученых в мелочах и созывать «научные» коллективы, чтобы полгода оценивать степень инновационности проекта, который обратился за финансированием в государственный фонд, то оно отдаст этих ученых и эти проекты тем странам, которые достаточно гибкие для того, чтобы их принять. И в этом главный вызов для таких стран, как наши, где те, кого регулируют, намного переросли тех, кто регулирует: пытаться выиграть конкуренцию хотя бы в малом или дарить наши мозги и таланты остальному миру.

{banner_819}{banner_825}
-80%
-30%
-50%
-11%
-50%
-21%
-50%
-25%
-30%
-33%
0061173