/ Вадим Сехович,

Сельское хозяйство — главная отрасль белорусской экономики. Не по вкладу в ВВП и экспорт (а вклад этот вполне приличный — примерно 7% и 17% соответственно) а по ее близости и важности для президента. Четверть века Александр Лукашенко с неиссякаемым энтузиазмом лично разносит нерадивых на селекторных совещаниях, ездит по полям, карает и награждает героев и антигероев от земли. Очевидные победы и болезненные поражения, большие деньги и неподъемные долги, сложные решения и вечные вопросы — в очередной части проекта TUT.BY «Четверть века».

Фото: пресс-служба президента Беларуси
Фото: пресс-служба президента Беларуси

Ручное управление странового масштаба

Беларуси с распадом СССР достается не только «сборочный цех» союзного значения, но и один из самых развитых агропромышленных комплексов. Потеря поддержки союзного бюджета и переход к рынку ставят отрасль перед множеством проблем. Придя к власти в 1994 году, Александр Лукашенко активно начинает применять личный опыт. И если по некоторым темам, к примеру, макроэкономическим, президент все двадцать пять лет высказывается довольно поверхностно, справедливо отдавая ее на откуп правительству и Нацбанку, то АПК — это то, что ему очевидно близко и дорого. Это то, в чем он разбирается куда глубже, чем положено по должности. Интерес и запал не пропадет и за двадцать пять лет.

«У вас бурты, курганы, сколько их в области: сенаж, силос? — интересуется президент у председателя Брестского облисполкома Анатолия Лиса. — Сколько вам нужно в области траншей с учетом того, что вы перешли на заготовку в полимерную пленку сенажа и силоса?» «Давайте договоримся так: этот и следующий год — в стране проблема с траншеями должна быть снята, — не останавливается президент, пока журналисты и читатели лихорадочно гуглят, что это за траншеи и зачем нужны бурты. — Где-то надо какие-то поднять на уровень, перестроить. Потому что я видел ваши траншеи. Для вас это менее характерно, для других — очень характерно: они зарыты на два метра в яму. И как только дождь какой-то, снег и прочее, там стоит вода. Минимум метр кормов не просто кислые, они сгниют, если вы не успеете их вынуть оттуда. Поэтому нужно проинспектировать в каждой области все траншеи». Сомнений нет — траншеи он, безусловно, видел.

Фото: пресс-служба президента Беларуси
Фото: пресс-служба президента Беларуси

Вникать в частности президенту придется не раз. Но главный вызов куда масштабнее: сельское население стремительно покидает родные места, лучшие кадры уезжают в города. Чтобы повысить эффективность сельхозпроизводства, государство принимает и последовательно начиная с 2005 года реализует несколько масштабных программ, инвестируя в экономику и социальную сферу села десятки миллиардов долларов. За десять ключевых для села лет, с 2005 года по 2015-й, вложения, по словам самого президента, составили 45 млрд долларов.

В итоге страна получает важный источник экспорта: за пределами страны продается сельхозпродукции более чем на 5 млрд долларов в год, это вторая позиция после нефтепродуктов. В лидерах — молочная и мясная продукция, причем в условиях жесткого давления российских регуляторов отрасли белорусские производители умудряются и диверсифицировать поставки. За несколько лет зависимость от российского рынка снижается с практически 100% до более скромных 80%, и работа в этом направлении идет целенаправленно и вполне эффективно, белорусам поддаются даже рынки ЕС и Китая.

 

С другой стороны, многим и такая беспрецедентная господдержка не впрок: более четверти хозяйств устойчиво убыточны, а тянуть их государству все тяжелее. Как и все сложнее в ручном режиме управлять ценами, определять, что, кому и в каких объемах выращивать.

«Первая задача для сельского хозяйства — жесточайшая диктатура технологий и производственной дисциплины. Никакой демократии и болтовни. На это должны быть мобилизованы все, начиная от руководителя хозяйства, специалистов и заканчивая нашей милицией», — категоричен Лукашенко.

Сокращение доходов бюджета ставит власть перед необходимостью сокращать субсидирование. «Локомотивом» президент видит государственные промышленные (и не только) гиганты и крупный бизнес. Убыточные колхозы раздаются всем, кто хотя бы потенциально может потянуть этот воз. У лучших — получается. Какой ценой, можно прикинуть из скупой реплики самого влиятельного белорусского бизнесмена Александра Мошенского: в колхоз вложили 40 млн долларов. Окупилось через десять лет. Частнику и иностранному инвестору в белорусском АПК непросто: категоричный подход президента к вечному земельному вопросу, неверие в фермеров и ставка на государственное крупнотоварное производство, накопленные долги снижают привлекательность отрасли.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Доля сельхозпроизводства в ВВП Беларуси упала с 15,1% в 1995 году до 7,5% в 2005-м. Сейчас она составляет 6−7%, как и в большинстве стран региона. Число занятых в сельском хозяйстве тоже упало вдвое — с 19,1% в 1995-м до 10,7% в 2005-м.

Частной собственности на землю — нет

Ключевой вопрос для сельского хозяйства любой страны — собственность за землю. В середине 90-х сторонников частной собственности на землю немало: в силе еще «красные директора» колхозов и совхозов, хотя многих из них скоро ждет опала. Президент категоричен и не слушает никого: он против раздачи земли. Вопрос вынесен на референдум 1996 года, и президента поддерживает 82,88% проголосовавших.

Тема, казалось бы, закрыта на десятилетия, но президент продолжает к ней возвращаться раз за разом, настаивая на своей правоте, которую в последнее время и некому оспаривать.

Время частной собственности на землю в Беларуси еще не пришло, заявляет он в мае 2015-го. «Мы этот вопрос будем рассматривать. Если это при мне будет, то я гарантирую, что вы будете первыми (фермерам на встрече в Александрии), кто получит право частной собственности на землю. Я говорю это не потому, что я с вами встречаюсь, а потому что вы доказали своим трудом, что это ваша земля», — обещает Лукашенко. Но уточняет — решение надо принять вовремя: «Давайте не будем здесь спешить. Придет время, и этот вопрос будет решен. Главное, чтобы сейчас люди не боялись прийти на арендованную землю, были уверены, что у них ее никто не заберет. Если у нас законодательства в этом плане не хватает, мы его дополним. Главное — незыблемость права частной собственности», — подчеркивает Лукашенко.

С вопросом введения частной собственности на землю торопиться не надо, уверяет президент в феврале 2017-го. «Не созрели пока для этого. Тем более что отдаем землю в аренду на длительный период — пожалуйста, иди, работай», — аргументирует Александр Лукашенко. Президент требует не зацикливаться на вопросе собственности, убеждая: «У нас есть все для того, чтобы работать справедливо и честно. Если ты взял землю для сельхозназначения в аренду — занимайся сельским хозяйством, если взял землю под приусадебный участок и для обслуживания дома — строй дом и занимайся приусадебным участком, только не ври. — У нас земля ухоженная, все завидуют. В том числе и потому, что она не в частной собственности».

Продовольственная безопасность: обеспечить и перевыполнить

Голодные бунты — это большая опасность, заявляет Александр Лукашенко в 2013 году. И напоминает о дефиците и талонах на продовольствие в голодных 90-х годах, когда «даже в Минске запасов муки для выпечки хлеба оставалось всего на два-три дня».

Проблема к этому времени решена. Еще в 2004 году правительство обнародует Концепцию национальной продовольственной безопасности, где говорится что «актуальность данного направления на этапе вхождения в рынок обусловлена сложностью решения продовольственной проблемы. Негативные явления в экономике привели к резкому спаду производства в аграрном секторе и снижению продовольственного обеспечения населения республики».

Действительно, с 1992 года потребление продуктов сокращается на 17%, по сравнению с 1990-м производство некоторых продуктов в натуральном выражении падает в три раза. По обеспечению продовольственной безопасности за счет собственного производства (в разные годы, начиная с 1990 года, 75−86%) показатель признан недостаточным.

Проблему решают по двум направлениям: поддержание снабжения продуктами на уровне, достаточном для здорового питания; устранение зависимости от импорта и защита интересов отечественных производителей.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Базовыми продуктами власть определяет зерно, картофель, овощи, плоды, сахар, растительное масло, молоко, мясо и яйца. В количественном выражении минимальный критический уровень сельскохозяйственного производства, ниже которого наступает зависимость от импорта и ослабление экономической безопасности, имеет для Беларуси следующие значения: зерно — 5,5−6 млн тонн; картофель — 6 — 6,5 млн тонн; овощи — 0,8 — 1 млн тонн; плоды и ягоды — 0,35 — 0,45 млн тонн; сахарная свекла — 1,3 — 1,5 млн тонн; рапс — 0,13 млн тонн; молоко — 4,2 — 4,5 млн тонн; мясо всех видов (живой вес) — 0,9 — 1 млн тонн. Производство сахара-песка из собственного сырья должно составлять 150 — 180 тыс. тонн, а растительного масла — 40 — 45 тыс. тонн.

 

В 2018 году производство молока в Беларуси составляет 7 млн тонн, уровень самообеспечения — 235,4%. Мяса в стране производится более 1,2 млн тонн, уровень самообеспечения — 136%, сахара — более 600 тысяч тонн, растительного масла — 170 тысяч тонн.

«Перед аграриями была поставлена задача — возродить сельскохозяйственное производство, значительно превзойти объемы и темпы времен СССР и тем самым обеспечить продовольственную безопасность нашей страны. Потребовались огромные усилия и мобилизация всех внутренних ресурсов, чтобы преодолеть эти трудности», — подводит итоги реализации программы президент. «Именно тогда мы убедились в абсурдности рекомендаций тех зарубежных и местных „экспертов“, которые утверждали, что не надо развивать свое сельское хозяйство, мол, „закопаем деньги в землю“, а лучше закупать зарубежную продукцию. Но продовольственная зависимость — это кабала и беспросветный тупик», — резюмирует Александр Лукашенко.

Качество белорусского продовольствия подтверждают растущие в странах-соседях как грибы магазины «товаров из Беларуси». Благополучную жизнь аграриям портят только так и не урегулированные претензии Россельхознадзора. Оценить, в какой степени проблемы связаны с качеством, а в какой — с политикой, сложно.

Герои и гиганты: как решались судьбы лидеров отрасли

Казнить и наградить. В АПК Беларуси это, кажется, решается именно на уровне президента. Поэтому и почести — высочайшие. С 1995 года звания Героя Беларуси удостоено 11 человек, из них четыре — аграрии. Но и наказания — суровые.

В 2001 году указом № 361 президент присваивает (посмертно) звание Героя Беларуси видному хозяйственнику и председателю Гродненского облисполкома Александру Дубко. Один из соперников Александра Лукашенко на выборах 1994 года станет третьим в истории страны (после летчика Владимира Карвата и машиностроителя Павла Мариева) обладателем высшей госнаграды.

В 1972—1995 годы Дубко возглавляет один из передовых колхозов республики, а потом независимой страны — «Прогресс». Предприятие станет колхозом-миллионером, сам председатель удостоен звания Героя Социалистического труда СССР. В 1992 году его колхоз одним из первых в Беларуси реорганизуется в сельскохозяйственное предприятие «Прогресс» (сейчас — «Прогресс — Вертелишки»). Несмотря на сложности после развала Советского Союза, хозяйство сохранит свои лидерские позиции.

В 1994 году аграрная элита выдвинет Александра Дубко в кандидаты на должность первого президента Беларуси. Но председатель «Прогресса» не пройдет во второй тур. Лукашенко после своей победы на выборах предложит влиятельному сопернику возглавить Гродненскую область, и в течение 1994−2001 годов Александр Дубко будет занимать должность председателя Гродненского облисполкома. Он умрет в 2001 году.

В июне этого же года указом президента № 362 звание Героя Беларуси присуждено главе «Снова» Михаилу Карчмиту, а указом № 363 — еще одному видному аграрию страны Виталию Кремко.

Кремко с 1984 года и почти до своей смерти в 2009 году возглавляет колхоз «Октябрь» в Гродненском районе. В итоге предприятие названо его именем — СПК имени В.И.Кремко.

Четвертым в истории независимой Беларуси аграрием-героем станет в 2006 году преемник Александра Дубко — руководитель СПК «Прогресс — Вертелишки» Василий Ревяко. Звезду он получит за «исключительные заслуги в социально-экономическом развитии страны».

Родив героев, не забыли про врагов. В 1994 году при формировании нового состава правительства после победы Лукашенко на выборах кресло главы Минсельхозпрода занимает выходец из Могилевской области Василий Леонов.

Леонов имеет сельхозобразование и богатый трудовой опыт. На посту первого секретаря Могилевского обкома КПБ он принимает, возможно, важное для страны и роковое для себя решение: одобряет кандидатуру Александра Лукашенко на пост директора совхоза «Городец».

Во времена руководства Леоновым Минсельхозпродом наступает относительная стабилизация на продовольственном рынке страны. 1994−1997 годы — один из самых ярких коммерческих периодов ведомства. Оно выступает организатором международных тендеров по закупке товаров критического импорта, на торгах между крупными поставщиками распределяются приличные объемы сахара-сырца, зерна, шрота. Их объемы в разы превышают спрос, потому что рассчитаны на рынок России. Туда идет спирт из перерабатываемого зерна, белый сахар, для производства которого завозится кубинский и бразильский сырец, и т.д.

В ноябре 1997 года Леонова задерживают прямо в его рабочем кабинете, под камерами белорусского телевидения. Александр Лукашенко публично обвиняет своего бывшего босса в причастности к убийству начальника Службы контроля президента по Могилевской области Евгения Миколуцкого, погибшего в октябре при подрыве радиоуправляемого фугаса.

Однако обвинение экс-министру предъявлено иное: взятки и присвоение госимущества. В августе 1999 года Василий Леонов приговорен к четырем годам лишения свободы с конфискацией. В ноябре 2000 года он освобожден из колонии. В начале 2000-х годов экс-чиновник пробует заниматься политической деятельностью. В 2015 году Василий Леонов умрет.

В 1997 году задержан руководитель одного из самых успешных сельхозпредприятий советской Беларуси и первых лет ее независимости, дважды Герой Социалистического Труда, кавалер трех орденов Ленина, орденов Октябрьской революции, Отечественной войны I-й степени и Красной Звезды Василий Старовойтов. В последние годы перед задержанием он — последовательный критик нового руководства страны во главе с Лукашенко, позволяющий себе усомниться в деловых качествах президента.

Василий Старовойтов, фото: old.horki.info
Василий Старовойтов во время празднования 80-летия, фото: old.horki.info

На протяжении почти 30 лет Старовойтов возглавляет колхоз «Рассвет» им. К. Орловского в деревне Мышковичи в Кировском районе. «Рассвет» — самый известный бренд в АПК, когда слово «бренд» еще не известно в стране. Колхоз входит в десятку самых развитых сельхозпредприятий Беларуси, специализируется на выращивании овощей в теплицах и на открытом грунте, картофеля, содержит на 200 гектарах яблоневый и малиновый сады, разводит карпа и щуку. В советские времена и в первые годы независимости Василий Старовойтов делает серьезные инвестиции в переработку. Цеха «Рассвета» производят консервы, соки, минеральную воду, ящики из термопласта, тротуарную плитку, колбасу, шьют обувь и варят пиво. Эта продукция в период дефицита имеет огромный спрос в Беларуси и России, колхоз создает собственную розничную сеть в Мышковичах и Кировске, открывает в усадьбе гостиницу, санаторий в Кировске и базу отдыха «Дом рыбака» на Чигиринском водохранилище. В числе активов «Рассвета», который одним из первых в отрасли становится акционерным обществом (АО ПО «Рассвет»), входят собственная авиакомпания и свой банк — «Банк «Рассвет». Единственный сельский банк будет работать в 1994 -2000 годах и в некоторые периоды возглавит национальный банковский рейтинг.

73-летнего Старовойтова обвиняют в превышении должностных полномочий, экономических преступлениях, взятках и, как и Леонова, в организации убийства Миколуцкого. Руководитель «Рассвета» проведет в заключении почти полтора года, перенесет в СИЗО два сердечных приступа и микроинсульт. В 1999 году Старовойтова приговорят к двум годам в колонии строгого режима и конфискации имущества, но практически сразу он выйдет на свободу. До своей смерти в 2013 году Старовойтов живет в Мышковичах. Прижизненно в Кировске ему установлен бронзовый бюст. Некогда самое мощное хозяйство страны при преемниках резко потеряет позиции.

Почем президентский домик для агрария и агрогородок для страны

Фото: Анжелика Василевская, TUT.BY
Фото: Анжелика Василевская, TUT.BY

В 1998—2003 годах в белорусских деревнях строят около 50 тысяч жилых домов, прозванных в народе «президентскими». Пять новых домов ежегодно в каждом хозяйстве — жесткое требование главы государства. Под это колхозы получают максимально льготные кредиты — на 40 лет под 3% годовых.

Лукашенко требует решить проблему качества жизни на селе комплексно, и в марте 2005 года указом № 150 утверждается Государственная программа возрождения и развития села на 2005−2010 годы. Среди ее целей — повышение доходов сельского населения, создание основ для престижности проживания в сельской местности и улучшения демографической ситуации на селе.

По социальному направлению ключевое задание — создание почти 1,5 тысячи агрогородков. Бывшие деревни и села подтягивают по инфраструктуре за счет серьезных бюджетных вложений. Крылатой фразой в народ уходит требование президента «чтобы в агрогородке была горячая вода, чтобы каждая доярка и свинарка вечером ложилась к мужику в кровать помытой». Деревни и села газифицируют, электрифицируют, обеспечивают мобильной связью, строят школы, спортивные объекты и магазины.

Задача масштабная и дорогая. Поэтому домики пытаются максимально удешевить. Эксперты пытаются убедить президента в том, что стоимость строительства сельских домиков не может быть меньше 30−50 тысяч долларов. Лукашенко непреклонен: проектно-сметная стоимость возведения не должна превышать 18 тысяч долларов. Такую сумму он называет выверенной и обоснованной специалистами. «И ни копейки больше! Вы должны строго укладываться в эти цены. Мы ведь и так делаем дорогой подарок людям. Может, не нужно так баловать их, ведь такой практики нет ни в одной стране. Но нам необходимо удержать молодых специалистов на селе, спасти деревню», — возмущается президент.

Где-то предпринятые усилия сработали. Но в целом чуда не произошло. Проблему разваливающихся домиков СМИ поднимают регулярно. Где-то в них живут трудяги, где-то — маргиналы. Где-то вообще пусто, и разваливающиеся стены вместо символа возродившегося села скорее смахивают на символы бесхозяйственности.

От подшефных колхозов к холдингам

Проблема буксующих колхозов требует решения, а государственные вливания многим не идут впрок. В марте 2004 года Лукашенко подписывает указ № 138 «О некоторых мерах по финансовому оздоровлению сельскохозяйственных организаций и привлечению инвестиций в сельскохозяйственное производство». Это его первая попытка привлечь частные капиталы в сельскохозяйственную отрасль.

Колхозы передают под опеку и государственным структурам вне зависимости от специфики. Один из крупнейших холдингов, в частности, будет создан под крылом Нацбанка и его главы Петра Прокоповича. Параллельно заботу о нескольких десятках убыточных колхозов и совхозов пытаются переложить на плечи частников. Под это бизнес получает льготы вроде отсрочки по кредитам и рассрочки по платежам в ФСЗН, санкциям и пеням. Но «вручение» активов все равно происходит в привычном добровольно-принудительном порядке. Через десять лет интерес к собственным сельхозбизнесам сохранит менее половины компаний, ставших собственниками по указу № 138.

Но и среди довольно экзотических собственников коровников и рапсовых полей оказываются весьма успешные хозяйства. В лидерах много лет держится хозяйство косметической компании «Вітэкс» Виктора Терещенко в Узденском районе. С одного колхоза начинается молочная империя Александра Мошенского. Надолго задерживается на селе и продолжает развитие сельскохозяйственного направления экс-сенатор Александр Шакутин. В 2016 году «Биоком» Андрея Павловского приобретет на Гродненщине СПК «Мижеричи». Другие гродненчане — Валентин и Дмитрий Байко — получат крупный земельный банк и молочные фермы сельскохозяйственных предприятий на Туровщине.

Фото: Ольга Лойко, TUT.BY
Основной владелец ОАО «Савушкин продукт» Александр Мошенский делится передовым капиталистическим опытом с коллегами по топ-30 крупнейших белорусских бизнесменов. Слева направо: Евгений Баскин, Александр Мошенский, Андрей Павловский и Валентин Байко. Фото: Ольга Лойко, TUT.BY

Поскольку ставку Лукашенко принципиально делает на крупные хозяйства, на селе начинают формироваться холдинги.

Нацбанк несколько лет поддерживает родной колхоз главы регулятора Петра Прокоповича в Пружанском районе. Здесь формируется крупнейший сельскохозяйственный холдинг страны. В состав гиганта, созданного на базе «Агрокомбината «Мачулищи», передаются 12 сельхозпредприятий со всей страны. Их общая площадь в Рогачевском, Витебском, Минском, Щучинском, Брестском, Крупском, Белыничском, Пружанском, Пинском и Шкловском районах составляет 130 тыс. га. В состав холдинга входят лидеры отрасли — «Агрокомбинат «Мачулищи», «Александрийское», «Василишки», «Отечество», «Рудаково» и другие. Поговаривают даже о возможной продаже холдинга стратегическому инвестору либо проведении IPO: «Мачулищи» оценивают в 1 млрд долларов. В 2013 году холдинг переходит в оперативное управление Управления делами президента.

Не сдают позиции и некоторые гиганты с историей. Михаил Карчмит стоит у истоков реорганизации колхоза им. Калинина в Несвижском районе в «Агрокомбинат «Снов» в 1994 году. При нем создается мощная перерабатывающая база, включающая мясокомбинат и молокозавод. «Снов» развивает собственную фирменную сеть, создает бренд и выходит на российский рынок. «Снов» оказывается весьма везучим: его не коснулась традиционная для села кадровая чехарда, за более чем 65 лет предприятие возглавляют всего три председателя. Более того, поселок Снов — малая родина многих влиятельных людей, к примеру — экс-премьера и главы Совета Республики Михаила Мясниковича.

С 2004 года «Снов» возглавляет Николай Радоман. При относительно небольших размерах «Агрокомбинат «Снов» занимает лидерские места по удоям молока, по приросту живой массы свиней и по финансовым показателям. Среди активов передового хозяйства — свиноводческий комплекс, фермы крупного рогатого скота и бройлеров, мясоперерабатывающее производство, переработка молока, комбикормовый завод, своя розница. Ему принадлежат гостиница и спортивно-оздоровительный комплекс на территории поселка. Производственные показатели «Снова» со второй половины 2000-х годов на официальном уровне становятся эталонными для других хозяйств страны — президент не раз нахваливает Радомана, отмечая, что есть у нас уже хозяйства, подтягивающиеся к «Снову».

Во время «Большого разговора с президентом» в 2017 году Радоман жалуется Лукашенко на весьма болезненную проблему: предприятие, как и все другие, заставляют акционироваться с долей государства 85%, хотя оно само весьма эффективно работает. Лукашенко прислушивается и напоминает про договоренность не трогать успешные предприятия. Мол, это чиновники «сделали все наоборот». «Мы решим эту проблему, вы как работали, так и работайте дальше», — заверяет президент.

 

В 2004 году на базе Дзержинской бройлерной фабрики создается открытое акционерное общество «Агрокомбинат «Дзержинский». В его структуру передаются около десяти сельскохозяйственных, рыбоводческих и сервисных предприятий Дзержинского и Столбцовского районов. Это одна из крупнейших продовольственных компаний страны, которая занимается выращиванием бройлеров и производством мяса и мясопродуктов из птицы, сельхозпроизводством, включая зерновые, молоко, крупный рогатый скот, производством комбикормов и переработкой молока, рыбоводством, оптовой и розничной торговлей. В состав холдинга входит розничная сеть «Фабрика здоровья». Передовой агрокомбинат становится кузницей руководителей для Минсельхозпрода. В 2004 -2008 годах, сменив возглавлявшего фабрику с момента ее строительства Василия Грушу, «дзержинкой» рулит будущий министр Семен Шапиро. Его сменяет Леонид Заяц, который в 2012 году по пути предшественника также двинется в министерское кресло, из которого в 2019-м пересядет в кресло губернатора Могилевской области.

Селекторная встряска под битву за урожай

Фото: пресс-служба президента Беларуси
Фото: пресс-служба президента Беларуси

Малопонятное за пределами страны явление — селектор. Не пытайтесь объяснить это белорусское явление через стерильный conference call. При схожести по форме эти форматы не имеют ничего общего по сути. Лукашенко вводит в практику проведение видеоконференций с руководителями регионов еще в начале своей карьеры. Мероприятие проводится в самую горячую пору, во время уборочной, и новости с него (а в начале — и прямые трансляции) весьма популярны. И не столько потому, что белорусов волнует судьба урожая, с уборкой которого аграрии справляются и без личного вмешательства главы государства. Селектор — это возможность понять тренды, послушать, кто попал под разнос, а кто, наоборот, в фаворитах.

В 2004 году за сбой в телетрансляции селектора президент публично отчитывает главу Минсвязи Владимира Гончаренко. «Гончаренко, почему у тебя пустой экран? Позорник ты! Куда ты картинку загнал? Администрация виновата? Так это вы в резиденции так работаете. А где меня нет, так там вообще, наверное, черный экран. И где ж на вас жалобы поступят! Вы ж запугали полстраны», — возмущается президент.

Мемом становится раздраженный ответ Лукашенко оправдывающемуся губернатору Брестской области в 1996-м: «Заладил — дождь, дождь! Вы ведь просили дождя? Вот тебе дождь!».

Президент вроде бы возмущается: «Эти руководители думают, что президент кулаком стукнет, кто-то приедет и раздаст им какие-то деньги — и они будут спокойно приходить до 12 на работу, в 4 часа эту работу заканчивать и спокойно попивать самогон и лежать под забором». Но кулаком действительно стукает, и проблемы реально решаются.

Попыток спорить с главой государства — минимум. Тем памятней, как в 2004 году губернатор Минской области Николай Домашкевич, купивший для уборочной импортные комбайны, пытается ответить на критику.

— У меня болит душа за хлеб!

— Мне твоя душа больная не нужна. Почему заранее комбайны не заказал? — парирует президент.

— Я здесь не виноват и чужую вину брать не буду. Я честный человек, и нечего меня на всю страну полоскать… Хлеб сегодня вырос хороший, а собрать — бьют по рукам и ногам. Не только Домашкевичу.

— Завтра придете ко мне и доложите, кто вас стукнул по рукам и ногам. А не доложите, я вас сниму с должности, — заявляет Лукашенко.

Такой вот способ мобилизации вертикали — селекторная встряска.

Малая родина зовет

Александрия, деревня в Шкловском районе Могилевской области, известна всей стране. Место, где родился и жил Александр Лукашенко, приведено в идеальный порядок и воспето в прямом смысле этого слова. 2018-й год объявляют в Беларуси Годом малой родины. «Она многолика. Для одних это родной город, улица в городе или небольшой дворик, деревня, где прошли лучшие детские годы, для других — кусочек дикой природы, который радовал глаз и дарил чувство наполненности и покоя», — говорит президент. В итоге Год малой родины продлевают на три года — чтобы все желающие успели вложиться в родные деревни и села.

Инициативу широко поддерживает и вертикаль, и бизнес. И вот уже глава Администрации президента Наталья Кочанова занимается благоустройством территории вокруг Софийского собора в Полоцке, председатель КГБ Валерий Вакульчик красит забор и сажает туи в агрогородке Радостово Дрогичинского района, а совладелец сети магазинов «5 элемент», уроженец Орши Андрей Балабин, покупает в Орше частный дом, в котором Владимир Короткевич написал свою знаменитую повесть «Дзікае паляванне караля Стаха». Остальные стараются не отставать.

Фото: Антон Быстров
Фото: Антон Быстров

Кадровые ноу-хау: штрафбат для провинившихся и крепостное право для студентов

Вопрос кадров на селе — самый больной. И уже не четверть века, а больше. В Беларуси решать проблему пытаются с двух сторон. Топ-менеджмент обновляют бывшими коррупционерами, которых вместо отбывания наказания отправляют руководить колхозами. TUT.BY не раз писал о самых громких таких случаях.

Самая известная история — заместителя генпрокурора Александра Архипова, который помог замять уголовное дело по пьяному ДТП за слиток золота и бутылку коньяка. Архипова признают виновным в получении взятки и дают шесть лет лишения свободы. Через полтора года он выйдет из тюрьмы на новую должность — председателя проблемного колхоза «Петровичи» в Смолевичском районе. Хозяйству Архипов отдаст два года. Подчиненные говорят: «Когда Александр Михайлович стал председателем колхоза, был в шоке, не понимал, как люди могут пить до посинения и не выходить на работу целую неделю. Взял тут самых пропащих, отвез в Минск, закодировал, одна доярка до сих пор не пьет. (…) Помню, как он первый раз появился на ферме, зашел в костюме, туфлях, сразу поинтересовался: «Есть ли корма? Как коровы?». А потом сказал: «Я на ферму буду приезжать только в туфлях, чтобы было чисто». Он за чистоту, и это правильно!»

Не без насилия президент подходит и к решению проблемы с рядовым тружеником. В 2008 году он заявляет: «Поступил в сельскохозяйственный вуз — иди и работай на село. Никому не будет позволено просто отработать какой-то срок по распределению и перейти на другую работу». Лукашенко сетует, что выпускники сельскохозяйственных вузов, учившиеся по целевому направлению, «приезжают по распределению вовсе не работать, а отработать определенное время». «Мы придумаем, как это сделать, чтобы не наломать дров, — цитирует президент interfax.by. — Вот и вся демократия. Но без этого село мы не спасем, как и здравоохранение». Впрочем, возрождения крепостного права пока удалось избежать.

«Славяне к этому не готовы». Фермеры на обочине

Красной нитью через всю сельхозриторику Александра Лукашенко проходит тема фермерства. Первые фермерские хозяйства в Беларуси появляются еще до него, в 1989-м году. В 1991 году их статус прописывают в законодательстве. Принятие закона стимулирует в 1992 году более чем трехкратный рост фермерских хозяйств (с 757 до 2372). Рост продолжается до 1995 года, когда превышено число в 3 тысячи хозяйств. Дальше были и падения, и подъемы, сейчас в стране 3,2 тысячи фермерских хозяйств. Вклад фермеров в сельхозпроизводство остается незначительным — до 2%.

Александр Лукашенко в фермерство не верит. В 2005-м он констатирует: «В Беларуси фермерство не прижилось». И подчеркивает: решение сохранить коллективное хозяйство было правильным.

«Наше спасение в том, что мы не стали «рвать» и «делить» коллективные хозяйства. В то же время мы не стали мешать фермерам», — считает президент. Как показывает практика, фермер должен жить на своей земле, ему требуется помощь государства, а для этого нужны огромные ресурсы. «А главное — народ это не воспримет. Славяне к этому психологически не готовы. Не думаю, что такие фермерские хозяйства имеют перспективу. Да и лоска у них такого, как у стабильно работающих сельхозорганизаций, сегодня нет», — констатирует президент.

В 2016-м году, посещая фермерское хозяйство Владимира Адамовича «Цнянские экопродукты» в Логойском районе Минской области, Лукашенко несколько меняет риторику. «Дайте мне сотню революционеров, и мы перевернем Беларусь, — говорит он. — Есть нормальные люди, и им надо отдавать землю — пусть работают».

К фермерству из большого бизнеса пришел не один Адамович, известный своими проектами в фармацевтическом бизнесе. Органическими продуктами занялись и братья Байко, владельцы «Конте СПА». Эта ниша, органическое земледелие, сейчас на пике популярности. Даже президент признает, мол, можно и «шире использовать фермеров» для спасения проблемных сельхозпредприятий. А последних в Беларуси все еще избыток.

-30%
-30%
-20%
-15%
-40%
-19%
-21%
-10%
-50%
-10%
0065281