Вадим Сехович,

Отношения Александра Лукашенко и частного бизнеса за четверть века проходят непростой путь. В риторике первого президента предприниматели эволюционируют от «вшивых блох» до «яйцеголовых». В рейтинге Doing Business Беларусь поднимается c «донного» 109-го места до топ-40 самых удобных для ведения бизнеса стран мира.

Фото: president.gov.by
Фото: president.gov.by

«Четверть века» — спецпроект TUT.BY об итогах 25-летнего правления Александра Лукашенко, который выиграл свои первые президентские выборы 10 июля 1994 года. Мы посмотрим, что он сделал с тех пор, как он изменил Беларусь. У нас нет задачи восхвалять или очернять политику президента, 25 лет — достаточно, чтобы каждый сам сделал свои выводы. Мы лишь попробуем честно разобраться, что произошло.

Придя к власти, на протяжении многих лет администрация Лукашенко занимается встраиванием бизнеса в «систему». «Система» не приемлет альтернативных мнений. И поэтому самодостаточный по денежным, интеллектуальным и прочим ресурсам частный бизнес является одной из главных угроз новому режиму, предполагающему близкое к тотальному доминирование во всех сферах жизнедеятельности.

Результаты, однако, не так однозначны, как может показаться на первый взгляд.

За это время полностью «уничтожаются» белорусские олигархи, подчиняется «красный директорат» и создается почва для самой массовой бизнес-эмиграции в истории страны. В нее под давлением силовиков и контролеров в первой половине 2000-х годов отправляется значительная часть крупного и среднего бизнеса. С другой стороны, в стране, последней в Восточной Европе ступившей на путь гипермаркетизации, процветают ипэшники: население массово устремляется на рынки, гремят «Ждановичи», выводя в высшую лигу основного владельца рынка Шигалова. И всегда находятся те, кто получает возможность строить бизнес, опираясь на льготы от государства.

Замораживание приватизации приводит к тому, что транснациональные корпорации находят площадки в соседних странах и с них вгоняют в минус наше сальдо. В то же время с участием иностранных инвесторов создаются десятки успешных greenfield-проектов.

Госсектор, доля которого искусственно расширяется до 70−80% ВВП, вместо источника первоначального накопления капитала превращается в поле для разрастающейся коррупции. С другой стороны, эта ситуация стимулирует поиск новых ниш, и вне госсектора и тотального контроля государственных чиновников формируются новые отрасли. Белорусский бизнес, практически четверть века проведший в жесточайших условиях доминирования государства, по выживаемости может дать фору коллегам практически из всех соседних стран.

Разгромил и приручил «красный директорат»

Неприятие руководителями крупнейших белорусских предприятий бывшего директора совхоза в кресле президента предопределяет массовую чистку их рядов. На президентских выборах 1994 года «красный директорат» в своем большинстве делает ставку на Вячеслава Кебича. В случае победы своего выдвиженца он может рассчитывать на завершение процесса приватизации бывших советских заводов и фабрик и превращение, как это происходит практически во всех странах Восточной Европы и бывшего СССР, в новую прослойку собственников.

Приход к власти Александра Лукашенко ставит крест на этих планах и становится концом карьеры и личной трагедией для многих представителей белорусской директорской элиты.

В начале 1995 года по итогам совещания у Александра Лукашенко в отставку с официальной формулировкой «за резкое уменьшение объемов производства товаров народного потребления и имеющиеся недостатки в работе» отправляется негласный лидер директоров Беларуси, лауреат Госпремии СССР в области науки и техники, генеральный директор Минского производственного объединения «Горизонт» Александр Санчуковский (он умрет в 2016 году). Потомственного советского управленца (он — сын бывшего директора «Бобруйскдрева» и брат второго секретаря Гомельского обкома КПБ) рассматривают в качестве возможного кандидата в президенты от директорского корпуса. Но на выборах 1994 года он предпочел возглавить инициативную группу Вячеслава Кебича.

Лидер «красных директоров» Беларуси в 1990-е годы Александр Санчуковский. Фото: bobrvar.by

Отставка Санчуковского открывает период массовых увольнений «красных директоров». За несколько последующих лет будут сменены практически все руководители крупнейших предприятий страны. Последними штрихами, которыми будут подведены черты под концом независимости директората, станут декрет президента № 2 и арест в 2002 году генерального директора Минского тракторного завода Михаила Леонова. По декрету № 2, которым в 1999 году юридическим лицам будет запрещено выступать учредителями общественных организаций, утратит финансовую базу влиятельная Белорусская научно-производственная ассоциация. Михаил Леонов, который накануне вторых президентских выборов и после них пытается от имени директорского корпуса вести диалог с властью, а не безоговорочно подчиняться директивам, будет признан виновным в хищении государственных средств, взятках, уклонении от уплаты налогов и осужден на 10 лет.

За четверть века известен единственный пример, когда представителю «красных директоров» и вообще частного бизнеса будут делегированы полномочия в новых властных структурах. В 2002—2004 годах вице-премьером станет Анатолий Тютюнов — директор и основной акционер «Керамина».

Но в итоге и он не дождется монетизации своего положения через продажу акций стратегическому инвестору: в начале 2010-х годов государство национализирует «Керамин». Столкнувшись с проблемами на рынках сбыта и новыми вызовами, топ-менеджеры-акционеры «Атланта», Слуцкого сахаро-рафинадного комбината и нескольких других предприятий сами передадут государству контроль над активами. В начале 2019 года будет задержан силовиками и лишится кресла на «БелОМО» один из последних представителей «краснодиректорского» корпуса Вячеслав Бурский.

Места «красных директоров» советской выучки на протяжении этого периода занимают выходцы из системы — директора-вертикальщики. Они обязаны своим социальным положением новой власти и нередко рассматривают заводскую практику в качестве мостика в построении чиновничьей карьеры.

Изгонял олигархов и бизнесменов

В сентябре 1994 года Александр Лукашенко предлагает владельцам двух компаний — «Пуше» и «Фобос» — вернуть взятые у старого правительства 15 млрд рублей на оплату энергоносителей, включая набежавшие проценты. Собственникам дано понять, что в противном случае у них могут возникнуть проблемы.

Последний белорусский настоящий олигарх Александр Пупейко. Фото: gazetaby.com

Совладельцем и руководителем холдинга «Пуше» является Александр Пупейко — один из первых олигархов Беларуси. Он в итоге станет и последним. В середине 1990-х годов холдинг «Пуше», занимающийся торговлей автомобилями, бытовой техникой, владеющий банком «Олимп» и крупной долей в Белагропромбанке, мясоперерабатывающим заводом и активами в страховании, строящий коттеджный поселок «Приморье», обеспечивает около 13% доходов государственного бюджета. Его владельцы успешно монетизируют связи в верхах, получив доступ к госкредитам на расширение старых и освоение новых сфер. При участии премьер-министра Михаила Чигиря Александр Пупейко ведет переговоры с Volkswagen о строительстве сборочного производства Skoda в Дзержинске. Ведется подготовка к реализации первых национальных проектов в рознице — открытие монобрендовых магазинов Philips и продовольственной сети.

Рискнувший пойти на конфронтацию с новыми властями Александр Пупейко продержится полтора года.

«Крупнейшего частного налогоплательщика Беларуси разгромили садистски и явно в ущерб экономике государства. И речь шла вовсе не о возмещении каких-либо потерь, а именно о разгроме, причем с весьма конкретным умыслом», — напишет в своей книге «Лукашенко. Политическая биография» бывший главный идеолог администрации Лукашенко Александр Федута.

После того как в 1997 году у предприятий холдинга будет экспроприирована выручка в счет погашения долгов «Пуше» перед Белагропромбанком, Александр Пупейко уедет с семьей за границу и осядет в Польше. Белорусские власти обвинят экс-олигарха в хищениях в особо крупных размерах и невозврате кредитов и объявят в международный розыск. Часть имущества «Пуше» в Беларуси будет изъята в пользу Управления делами президента.

За границей в итоге окажутся все бизнесмены, которых в начале 1990-х годов относят к олигархам. Эфрон уедет в Израиль, Клемантович осядет в России, Волк — в Польше, Колосовский — в США, Сманцер — в Украине.

«У нас больше представителей среднего класса. Нет сверкающих небоскребов, „распальцованных“ олигархов. Может, неплохо было бы, чтобы они были, но только не за счет основной массы населения, как это происходит в постсоветских республиках, когда 10% владеют всей страной, 90% — нищих. Такого в Беларуси не будет», — выскажется через несколько лет по поводу олигархов Александр Лукашенко.

В начале и середине 2000-х годов серьезно поредеют ряды и среднего класса. Массовая эмиграция бизнеса (в основном в Россию и Украину) становится реакцией на резкое сокращение поля для деятельности (перевод счетов госпредприятий в госбанки, замораживание приватизации, введение моратория на движение акций, «золотой акции», фактическая национализация страхового рынка, передача отдельных отраслей Управлению делами президента) и разочарование, наступившее после выборов 2001 года.

Ход выборов и тяжелая победа демонстрируют властям, что у частного бизнеса еще есть ресурсы, чтобы оказывать влияние на их результат. Поэтому начинается тотальная зачистка. Самый эффективный метод — экономический, проявляющийся в директивном отсечении частника от госзаказов, господрядов и наложении крупных и постоянных штрафов. Так прекращает свою деятельность один из рупоров бизнеса — «Белорусская деловая газета». Экономические репрессии «повышают» лояльность бизнеса. Несогласные формируют белорусские анклавы в Смоленской и Брянской областях, обеспечивая, по оценкам, до 40% и 25% бюджетных доходов в этих регионах России. В этом периоде переезжают или переводят часть активов за границу такие известные бизнесмены, как Луценко, Пинкевич, Бирюков, владельцы «Евроторга».

«Замораживал» приватизацию и одобрял «золотую акцию», чтобы не «шалили» с качеством

В 1997—1998 годах президент подписывает два документа, которые на много лет определяют отношение властей к приватизации госсобственности. Это указ № 591 «Об особом праве („золотой акции“) государства на участие в управлении акционерными обществами» и декрет № 3 «О приватизации государственной собственности в Республике Беларусь».

Принято считать, что поводом для принятия этих актов, из-за которых на несколько лет будут практически парализованы приватизационные процессы в стране, станет ситуация на кондитерской фабрике «Коммунарка».

Александр Лукашенко во время очередного визита на «Коммунарку». Фото: пресс-служба главы государства

«Лекарства, продукты питания, отчасти одежда и так далее — это главные вопросы безопасности. И вы знаете, для меня в моей президентской судьбе этот вопрос возникал очень остро и не единожды. Первый раз, когда распался Советский Союз, я с этим столкнулся на кондитерской нашей фабрике главной, — через десять лет объяснит российским журналистам мотив своих решений Александр Лукашенко. — У вас есть некая „Бабаевская“ фабрика, они хотели прихватить и нашу „Коммунарку“ <…>. И тогда в связи с этим „рейдерским захватом“, как его сейчас называют, ко мне обратились женщины с письмом <…>. Я тогда ввел „золотую акцию“ и наложил запрет на приватизацию этой фабрики. Я боялся одного — чтобы наша фабрика, которая тогда выпускала лучшую продукцию, не „шалила“ на рынке, чтобы какао-бобы и прочие ингредиенты не заменяла на сою…».

«Золотая акция» вводится на определенный срок в обществах, созданных в процессе разгосударствления собственности, и позволяет проводить решения в обход позиции частных акционеров. На предприятии с «золотой акцией» решение госоргана обязательно для выполнения и принимается без обсуждения.

Впервые «золотая акция» будет введена все-таки не на «Коммунарке», а в апреле 1998 года на БАТЭ, чтобы сместить неугодного директора Николая Бусела. В 1996 году, будучи депутатом Верховного Совета, он поставит подпись под импичментом действующему президенту. Сменить руководство завода властям не удавалось из-за настроения коллектива, который поддерживал своего директора.

Мораторий на отчуждение акций бывших государственных предприятий, который вводится декретом № 3, станет продолжением курса на свертывание приватизации. Бизнес в итоге лишится вложенных в ценные бумаги средств, источника первоначального капитала и вынужден будет либо уезжать туда, где есть возможность делать деньги на бывшей госсобственности, либо уходить в торговлю — на Кавалерийскую в Белосток, на «Черкизон», «Жданы» и пр. Ипэшник на много лет становится лицом белорусского бизнеса. А государство через 15−20 лет получит неликвидные ОАО, долгое время подпитывавшиеся из бюджета, а по его истощении — из года в год кочующие по приватизационным спискам Госкомимущества. В список на 2019 год, кстати, в очередной раз включен упоминавшийся завод БАТЭ.

«Золотая акция» станет частью истории в 2008 году, и с этого же года начнется поэтапная отмена моратория. С 1 января 2011 года он прекратит действовать. Но государство в очередной раз продемонстрирует who is who. Задним числом, спустя 2,5 месяца с отмены моратория, появится указ № 107, который наделит госорганы приоритетным правом на приобретение ценных бумаг довольно внушительного списка предприятий. Все новые сделки, проведенные ранее по их акциям, будут признаны ничтожными.

За четверть века глава государства не изменит позицию по переходу госсобственности в руки частного бизнеса.

В 2018 году на встрече с высокопоставленными руководителями Европейского банка реконструкции и развития Александр Лукашенко скажет: «Мы абсолютно не против процессов приватизации, это вполне естественная норма. Но мы исходим из того, как, наверное, и все здравые люди, что, если государство не может управлять какими-то активами, если государству не до этих активов, надо отдать их эффективному собственнику <…>. Мы против обвальной и шоковой приватизации».

По разным оценкам, в настоящее время на долю госсектора в белорусском ВВП приходится от 50% до 60%.

Формировал и карал «ближний круг» и учредил Совет по развитию предпринимательства

Мораторий на приватизацию — не для всех. Президент — над ним и вправе своими указами отдавать частнику госпредприятия. Не только крупные — практически все. Несколько десятков бизнесменов, входящих в «ближний круг», воспользуются такой возможностью.

«Ближний круг» бизнесменов формируется практически с начала появления Александра Лукашенко у власти. Особую бизнес-единицу в национальной экономике в 1994 году создает управляющий делами президента Титенков. При УДП расцветает многопрофильный холдинг «Контогрупп» Лагвинца. Размах их деятельности впечатляет, но не без косяков: оба через несколько лет будут вынуждены покинуть Беларусь и перебраться в Россию.

Главный представитель «эпохи придворного капитализма» Юрий Чиж косит траву вместе с президентом. Фото: пресс-служба главы государства

«Ближний круг», однако, никогда не пустует: самый влиятельный на протяжении многих лет — оружейный барон, совладелец «Аквадива» и первого оператора мобильной связи в истории Беларуси Пефтиев. В конце 1990-х — начале 2000-х взлетают депутаты Палаты представителей Ваганов и Александрович, позже получат возможность заняться в сенате законотворчеством машиностроитель Шакутин и обувщик Мартынов. Вторую в стране табачную фабрику открывает Топузидис, крупнейший в стране рынок — Шигалов, практически всю стекольную отрасль контролирует Муравьев, главные кондитерские фабрики — Новиков. С конца 1990-х годов начинается восхождение к статусу самого влиятельного бизнесмена страны производителя стеклопакетов и владельца минского «Динамо» Чижа. Новые времена выдвигают новых героев — главными бенефициарами от государства в последние годы становятся Олексин, Воробей и Зайцев. Семья Белых благодаря хоккейным связям выдвигается в главные отечественные застройщики Минска.

Практически все из них берут на себя социальные обязательства — по принципу ego tibi dabo (лат. «даю, чтобы ты дал»). Так как Лукашенко любит спорт, чаще всего строят за свой счет и передают государству спортивные объекты.

Властям нужна площадка для коммуникации с бизнесом, и в 1999 году появляется Совет по развитию предпринимательства при Президенте Республики Беларусь. Созданную «в целях оказания комплексной государственной поддержки развитию субъектов хозяйствования негосударственной формы собственности» структуру возглавляет Татьяна Быкова, а Чиж становится ее единственным заместителем. В последующие годы организация избавится от приставки «при Президенте РБ», сменит несколько составов и обрастет клонами на уровне областей и районов.

Причастность к «ближнему кругу» не означает полную неприкосновенность. В 2016 году у правоохранителей возникнут вопросы к основателю холдинга «Трайпл» Юрию Чижу.

«Честно скажу, что дело в отношении Юрия Чижа на контроле президента. И не только потому, что он крупный бизнесмен и прочее — он все-таки недалеко был порой от президента, и многие ассоциировали его поведение с самим президентом. Мне это безразлично? Нет <…>, — прокомментирует задержание своего соседа по Дроздам Александр Лукашенко. — Я очень положительно оцениваю то, что он сделал в стране. Очень хорошо это знаю, потому что многие проекты я ему навязывал. И ни один предприниматель не строил столько, сколько он. Но это не значит, что он не должен на порядок больше нести ответственность за свои деяния».

Ввел практику освобождения от уголовной ответственности за деньги

В 2004 году задержана и позже осуждена по обвинению в хищениях экс-управляющая делами президента Галина Журавкова. При ней УДП монополизирует многие рынки, но благодаря ей бизнес получает шанс избежать многолетнего общения с зэками и вертухаями.

Считается, что Галина Журавкова становится одной из первых, кто подпадает под введенную указом президента № 426 норму об освобождении от уголовной ответственности в связи с добровольным возмещением ущерба. Она вступит в силу с января 2006 года и с тех пор пользуется повышенным спросом у проштрафившихся предпринимателей.

Экс-управделами президента Галина Журавкова на «Минской лыжне». Фото: bp21.org.by

«Ущерб нанес государству — деньги на стол в двукратном-трехкратном размере, и пошел. Не заплатит деньги — будет сидеть в тюрьме», — просто формулирует принцип действия нормы Александр Лукашенко.

Ею воспользуется Юрий Чиж, а счет договорившихся с государством идет на сотни.

Правда, вызывает опасения, что норма, похоже, становится отдельной доходной статьей бюджета — как во времена главы Государственного таможенного комитета Шпилевского такой статьей стала конфискация товаров на внешних границах Союзного государства Беларуси и России.

Сберег «фамильное серебро» от россиян, выгнал «Балтику» и подружился с миллиардерами

Коммуникации президента с иностранным капиталом протекают также весьма непросто. За четверть века за Беларусью закрепляется статус одной из самых рискованных экономик мира.

В первые годы после своего прихода к власти Александр Лукашенко денонсирует практически все договоренности предыдущего руководства с иностранными инвесторами — как с западными, так и с российскими.

В 1995 году уже при Александре Лукашенко начнется приватизация «Нафтана» с участием компаний «Лукойл» и ЮКОС. Но через несколько лет проект будет свернут, и модернизация «Нафтана» осуществляется за счет государственных средств. С другой стороны, в 1996 году в Минске откроет свой первый ресторан McDonald`s, и это произойдет раньше, чем, например, в Киеве.

Крупный российский бизнес, практически открыто поддержавший кандидатуру Александра Лукашенко на выборах 2001 года, рассчитывает на вознаграждение в виде валообразующих предприятий белорусской экономики. В оппозиционных СМИ публикуются названия заводов и фабрик из так называемого списка Селезнева (Геннадий Селезнев — российский политик, глава Госдумы и Федерального собрания), в котором собраны приоритеты интересов российских олигархов. Уже в ранге нового-старого президента в течение 2002 года Александр Лукашенко по очереди проводит встречи с потенциальными покупателями. Но олигархи не получают ничего из того, на что они рассчитывали до выборов. Проформы ради в 2003 году организуются конкурсы по продаже пакетов акций 6 предприятий нефтепереработки и нефтехимии, включая «Нафтан». Пакеты не контрольные, условия их получения сопровождены серьезными социальными обременениями, поэтому априори они не вызывают интереса ни у кого из потенциальных покупателей.

Контакты с российской «Балтикой», которая неосмотрительно до юридического оформления документов о покупке «Крыницы» начинает вкладывать деньги в это предприятие, перерастают в международный скандал. «Балтика» в итоге не получит контроль над «Крыницей» и будет вынуждена возвращать заведенные в Беларусь деньги через суд.

В конце 2000-х — начале 2010-х годов экономика страны переживает несколько кризисов. Но государственная собственность, если она продается, может быть продана только за очень большие деньги. Этот посыл большинству представителей крупного бизнеса Александр Лукашенко направляет на встрече с российскими региональными журналистами в 2011 году.

«<…> Хотите что-то купить: акции, активы какие-то и прочее — приходите, есть цивилизованная норма. У вас принято часто говорить „партнерские отношения на рыночных условиях“. <…> Сегодня, к примеру, „Белкалий“ хотят купить китайцы, индусы (это основные наши рынки), две западные компании (я не хочу их называть), Катар заинтересован и россияне, и кто-то еще. Мы выставляем на конкурс — кто лучшие условия предложит, кто дороже заплатит в конце концов, тот и купит ту часть акций, которую мы хотим продать», — заявляет президент, комментируя предложение Сулеймана Керимова по приобретению «Беларуськалия».

С некоторыми представителями крупного бизнеса у Александра Лукашенко выстраиваются личные коммуникации. В конце 1990-х — начале 2000-х годов одним из партнеров-друзей президента является совладелец газотрейдера «Итера» Игорь Макаров, периодически помогающий минским властям в противостояниях с «Газпромом». Недавно СМИ напомнили о дружеских контактах российского миллиардера с главой Беларуси и его семьей историей с подаренными велосипедами.

Александр Лукашенко и Михаил Гуцериев на Нежинском ГОК. Фото: пресс-служба главы государства

С начала 2000-х годов почетное место в «ближнем круге» президента занимает основатель многопрофильного холдинга «Сафмар» Михаил Гуцериев.

«Я вам скажу, что Лукашенко — необычный человек. Лет 15 назад он мне сказал удивительную фразу: „Миша, ты знаешь, мне от тебя ничего не надо. Я у тебя никогда ничего не просил и не попрошу лично. Но если ты где-нибудь увидишь, что лежит кирпич, подними и принеси его в Беларусь“. Я был потрясен. После этого у нас сложились нормальные человеческие отношения», — вспоминает Михаил Гуцериев о том, как начиналась история его дружбы с белорусским лидером.

Михаил Гуцериев строит в Беларуси калийный комбинат, поставляет нефть, владеет гостиницей Minsk Renaissance, другой недвижимостью, строительной компанией и активами в IT-секторе.

Раздает льготы для инвесторов в новые заводы и в новые отрасли

Частная инициатива в этом периоде приветствуется в реализации производственных greenfield-проектов. Часть новых заводов и фабрик возводится на территории свободных экономических зон. Первая из них, предоставляющая резидентам льготный налоговый режим, создается в 1996 году возле Бреста (СЭЗ «Брест»). Здесь расцветает «Санта Бремор» одного из самых влиятельных бизнесменов новейшей истории Беларуси Александра Мошенского.

«Частную собственность надо создавать прежде всего за деньги самих частников, а не за счет народной собственности. Пожалуйста, ищите деньги и стройте предприятия», — призывает частный бизнес Александр Лукашенко в начале 2000-х годов.

Частный капитал создает новые предприятия и даже целые отрасли, на которые у государства нет либо времени, либо средств, либо компетенций.

С середины 2000-х годов частники развивают рынок коммерческой недвижимости. В 2005 году указом президента создается Парк высоких технологий, в рамках которого белорусские IT-компании формируют еще одну новую отрасль — разработку под заказ программного обеспечения.

«Мы еще тогда обнаружили, что это — будущее, и мною был издан указ, и мы создали этот IT-парк. Еще и потому, что (не надо это забывать) с тех советских времен мы сохранили школу», — рассказывает Александр Лукашенко об этом проекте в интервью российскому телеканалу.

В 2018 году глава государства одобряет переформатирование ПВТ и цифровизацию на базе разработок его резидентов национальной экономики.

Президент посещает офис IT-бизнесмена Виктора Прокопени. Фото: пресс-служба главы государства

«И мы потихоньку шли к этим блокчейнам, криптовалютам, дошли до них. <…> Я пригласил айтишников: они все плачутся там, что-то им не хватает. Я собрал их и спрашиваю: ну, вы же яйцеголовые, умные все, чего вы плачете, с чем вы пришли? <…> Они пришли и принесли все то, что им нужно, и все то, что нужно убрать, что мешает. Полная свобода», — отмечает свой вклад в цифровое будущее страны президент.

В 2014 году регистрируется Китайско-Белорусский индустриальный парк «Великий камень». Под создание инфраструктуры, которая должна обеспечить функционирование инновационных производств в электронике, биомедицине, тонкой химии, производстве новых материалов и т.д., указом Александра Лукашенко передаются несколько тысяч гектаров под Минском. Резиденты парка, число которых приближается к 50 компаниям, получают самые большие налоговые льготы в стране.

Приближает и награждает бизнесменов и меняет риторику

В самом первом рейтинге Всемирного банка Doing Business, опубликованном в 2006 году, по условиям ведения бизнеса Беларусь занимает 109-е место. В рейтинге за 2019 год Беларусь — 37-я и один из мировых лидеров по динамике.

Первые видимые изменения в отношениях государства, его лидера и частного капитала начинаются в 2010 году. Год — выборный, с 2011 года — президент и его окружение становятся объектами санкций Евросоюза.

Александр Лукашенко ищет новую базу и в 2010 году впервые посещает офис крупнейшего резидента ПВТ EPAM Systems, едет на заводы частного холдинга «Алютех». В следующем году белорусский лидер побывает на кобринской фабрике «ПП Полесье», в Заславле на фабрике паркета «Косвик». Частные предприятия становятся обязательной частью программ его визитов в регионы. Владельцам крупнейших частных компаний вручаются государственные награды — среди награжденных Добкин, Кислый, Жуков. Представители бизнеса становятся обязательными участниками различных государственных мероприятий, становясь депутатами Всебелорусских народных собраний, присутствуя на посланиях президента к парламенту и народу и пр.

«Чем больше будет белорусских фирм, белорусских брендов, успешных белорусских предпринимателей, тем сильнее будет страна, — формирует свое возросшее внимание к частному бизнесу Александр Лукашенко в выступлении накануне празднования Дня независимости в 2011 году. — Будет свое — мы защитимся, выстоим и достигнем всех наших целей».

Кардинально меняется риторика главы государства.

В 1995 году Александр Лукашенко произнесет фразу, которая на протяжении многих лет будет тиражироваться СМИ в качестве его отношения к бизнесу и станет показателем пропасти между новыми властями и широкой массой предпринимательства: «Их надо стряхнуть, как вшивых блох!»

Спустя двадцать лет «блохи» получат другое прочтение. В 2017 году на совещании, посвященном стимулированию деловой инициативы, президент заявит: «Меня коробит, если докладывают, что предприниматели пытаются работать и делом занимаются, а мы начинаем блох выискивать. Этого быть не должно».

В 2017 году Александр Лукашенко вновь говорит о необходимости иметь в государстве «сильный бизнес».

«От любых совместных действий — моих как представителя власти и ваших как представителей бизнеса — должен быть эффект для государства и для предпринимательства. Игра в одни ворота неприемлема. Я за то, чтобы бизнес у нас был свободным, ответственным, более эффективным, но чтобы после принятия решений государство стало сильнее. Если вы по-другому это понимаете, тогда у нас с вами вряд ли что-то получится», — эти слова Александра Лукашенко прозвучали на совещании, посвященном выполнению поручений по стимулированию деловой инициативы (цитата по БЕЛТА).

Государству, его лидеру и частному бизнесу, однако, придется пройти еще долгий путь, чтобы они смогли доверять друг другу и выстроить на самом деле эффективную структуру взаимовыгодного сотрудничества. В этот период относительной либерализации для бизнеса появится указ № 488 «о «лжепредпринимательстве» (в 2012 году), положения которого станут основой для уголовного преследования многих бизнесменов. И то, что он в 2019 году все-таки отменен, говорит о том, что власти готовы продолжать конструктивный диалог с частным бизнесом.

-25%
-30%
-11%
-20%
-20%
-11%
0065281