/

«Взяток не было, ущерба — тоже. Оборудование, уникальное для того времени и даже сейчас, давно окупилось и до сих пор работает без перебоев. Так что мы все здесь делаем?» Примерно такой посыл был в последнем слове фигурантов громкого дела о коррупции в ЖКХ. 15 марта им вынесут приговор.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

На скамье подсудимых — семь руководителей коммунальных организаций и председатель собрания акционеров ЗАО «Завод энергоэффективного оборудования «Белмашпроектэнерго» Андрей Садыков. По версии следствия, коммунальники за взятку закупили в организации Садыкова насосное оборудование по завышенной в несколько раз цене. Этим они нанесли госбюджету ущерб в размере 652,18 тыс. рублей, или около 303 тыс. долларов в эквиваленте. Ранее по такому же делу осудили бывшего директора шкловского «Жилкомхоза».

29 января обвиняемые выступили с последним словом. Все говорили решительно, твердо. Вину категорически не признавали и настаивали, что закон не преступали, а действовали в интересах предприятия.

По словам обвиняемых, на тот момент — а это 2011−2012 годы — закупка насосного оборудования в фирмах, в которых Садыков работал коммерческим директором, была идеальным вариантом. Во-первых, и это очень важно для коммунальников, фирма давала рассрочку, в то время как остальные предприятия работали по предоплате или вообще предпочитали не связываться с организациями ЖКХ.

— Директор «Чистого берега» и начальник юридической службы так и говорили, и вы это слышали, что предприятия ЖКХ являлись высокой зоной риска. Что работали с нами только по предоплате, мы являлись клиентами группы «З», на которых они не обращали внимания, — обратил на это внимание в своем слове руководитель Верхнедвинского жилкомхоза Буйницкий.

Руководитель Воложинского жилкомхоза Коваленко напомнил, что в 2012 году «звучали призывы», а фактически — требования, сокращать расходы энергоносителей. Денег на замену оборудования у коммунальников не было, потому приходилось даже отключать по ночам освещение на улицах.

По его словам, если бы на замену оборудования бюджет выделил деньги, то коммунальники заказали бы проектно-сметную документацию, организовали тендер и так далее. Только это было бы дольше и «в 10 раз дороже».

Во-вторых, по словам фигурантов дела, на тот момент фирма Садыкова проверяла оборудование коммунальников и подбирала необходимые комплектующие. Другого такого предложения на рынке они тогда не встречали.

— Я еще не уверен в том, и это не доказано, что насосные агрегаты на тот период времени столько стоили у других поставщиков — и в принципе у них были, — сказал Буйницкий.

Он считает, что чисто математический подход, который применило следствие, — сравнение цен на комплектующие — в этом деле неуместен. Буйницкий не согласен, что в общую сумму ущерба включили НДС, потому считает, что размер ущерба нужно сократить на 20%. А к ценам предприятия «Чистый берег», на которые следствие опирается для расчета ущерба, необходимо по справедливости прибавить торговую надбавку в размере 30%.

— Это насосное оборудование, которое приобреталось в фирме Садыкова, работает и на сегодняшний день. За это время прошла реконструкция трех котельных, и насосное оборудование, купленное в 2011—2012 годах, осталось как энергоэффективное и вошло в новые проекты, — отметил в своем слове экс-начальник Кировского жилкомхоза Матюшонок.

Так что, мол, в «дополнительных стимулах» — взятках — необходимости не было.

Его коллега из Славгородского жилкомхоза Бойков также говорит о том, что закупленное насосное оборудование до сих пор работает в котельных предприятия. Более того, котельные также реконструировали и оборудование оставили, так как оно является энергоэффективным даже при том, что нагрузка на него увеличилась за счет подключения новых объектов.

— В рамках данного уголовного дела я не принимал никакой взятки от Садыкова Андрея Андреевича. Я взял деньги в размере 500 долларов США, которые обнаружил в рекламных буклетах Завода эффективного оборудования. Я, честно, не знал, что делать, когда их обнаружил. Я не был подготовлен к такому. Хотя потратил потом их на рабочую поездку в Словакию — действовал во благо предприятия, ездил на своей личной машине, — добавил Бойков.

Бывший глава Могилевского жилкомхоза Агеев назвал «домыслы и доводы следствия надуманными». Он подчеркнул, что никакого сговора с Садыковым не было и быть не могло — он, мол, видел его всего раза два минут по пятнадцать, и оба — со свидетелями.

— Я в оборудовании не разбирался — на тот момент недолго работал в должности, — подчеркнул он и заметил, что вопросами оборудования занимался главный инженер. При этом с ним не провели даже очной ставки. — За 3,5 месяца, что я провел в изоляторе, со мной не провели никаких следственных действий. Следствие даже не установило, кто и когда приезжал на предприятие от завода энергоэффективного оборудования, с кем контактировал.

Агеев говорит, что если кто и виноват в закупке оборудования, то это главный инженер Могилевского жилкомхоза. А Агеева, мол, можно обвинить разве что в халатности, так как он «доверился главному инженеру». Явку с повинной, сказал Агеев, он написал под диктовку в надежде на то, что его выпустят из СИЗО, а потом суд разберется, что он не виноват.

— Опера ради показателей сделают все — это я знаю по прошлой работе, — сказал Агеев. Ранее он работал заместителем начальника УВД Могилевского облисполкома. — Александр Григорьевич Лукашенко сказал: «Перестаньте бояться давать принципиальную оценку нарушениям и недоработкам, допущенным в ходе предварительного расследования. Для того у вас есть все полномочия. Судьи не должны прикрывать судебными решениями ошибки правоохранительных органов. Правосудие не должно быть запоздалым, ведь за каждым делом стоит судьба конкретного человека. Не надо видеть преступление там, где его нет».

Руководитель Дрибинского жилкомхоза Ребковец — его единственного не обвиняют во взяточничестве — сказал, что честно работал, прошел путь от тракториста до директора.

— Меня все знают как честного человека. Высокий суд, если все-таки решите наказать меня, прошу вас отправить меня на любые объекты нашего государства, на любую работу в любой должности, — сказал Ребковец.

Экс-глава Россонского жилкомхоза Петрович также настаивает, что никакого преступления не было и быть не могло. Но если суд все же решит его наказать, то пусть наказание не будет связано с лишением свободы, попросил Петрович.

Выступление главного фигуранта Андрея Садыкова не было лишено некоторой театральности: он делал эффектные паузы, говорил громко, эмоционально. Суть его речи, которая длилась около 40 минут, сводилась к тому, что он — просто хороший бизнесмен, который предложил государственно-частное партнерство за несколько лет до того, как эту модель сотрудничества закрепили законодательно.

По словам Садыкова, он законопослушный бизнесмен и гражданин, который работал по закону, исправно платил налоги. Работу фирм, в которых он работал, Садыков сравнил с Apple, которая также работает на аутсорсе. Речь о том, что фирма закупала комплектующие, из которых потом другая организация по договору собирала насосные установки. Их фирма Садыкова и продавала под маркой «Сделано в Беларуси».

— Но никому же не придет в голову сказать, что Apple не производитель, — сказал Садыков. — У каждого следователя на столе стоит компьютер — белорусский! — марки «Интеграл». И ничего, что его комплектующие собирают в Восточной Азии, — сказал Садыков под смешки зала.

Садыков настаивает на том, что работал честно, предлагал уникальный продукт, давал гарантии как производитель — и не давал взяток. То, что следствие математически сравнивает цены на комплектующие, он назвал сравнением апельсина и мандарина. Нанесенный ущерб отрицает — говорит, оборудование давно себя окупило и работает исправно. Кроме того, за некоторое коммунальники до сих пор не рассчитались.

Садыков сказал, что за 2,5 года, которые он провел в СИЗО, он сменил 50 камер, и считает это давлением.

Сколько запросил гособвинитель

Прокурор считает, что вина всех фигурантов дела доказана, хотя обвиняемые ее не признают или признают частично, но не в части сговора с Садыковым и получении от него взяток. Для главного фигуранта и организатора схемы Андрея Садыкова обвинение запросило 9 лет лишения свободы с конфискацией имущества за распространение ложной информации, соучастие в преступлении, превышение власти, дачу взятки.

В превышении власти и получении взяток, по мнению обвинения, также виновны все руководители коммунальных предприятий (кроме Ребковца). Прокурор запросил лишение свободы в колонии усиленного режима с конфискацией: руководителям Могилевского и Воложинского жилкомхозов Агееву и Коваленко — по 6 лет, Верхнедвинского жилкомхоза Буйницкому — 7 лет, экс-начальникам Славгородского, Кировского и Россонского жилкомхозов Бойкову, Матюшонку и Петровичу — по 5 лет. Для руководителя Дрибинского жилкомхоза Ребковца прокурор запросил 5 лет в колонии усиленного режима без конфискации имущества.

До вынесения приговора Бойков, Матюшонок и Буйницкий должны быть взяты под стражу в зале суда, посчитал прокурор.

Что случилось

О «преступной схеме в сфере ЖКХ, охватившей 30 районов страны» могилевская милиция заявила в мае 2017 года. Это произошло после задержания бывшего главы Могилевского жилкомхоза Владимира Агеева, который до работы в ЖКХ был заместителем начальника УВД Могилевского облисполкома. Силовики вычислили, что это лишь один винтик в масштабной преступной схеме, в которой предприятия ЖКХ закупали у частников товарно-материальные ценности по завышенной стоимости.

Суд начался в апреле 2018 года. Главный фигурант дела Андрей Садыков, по версии следствия, действовал от имени нескольких юрлиц — они несколько раз переименовывались и перерегистрировались. Садыков продавал оборудование под видом белорусского по завышенной до 13 раз цене. А в качестве аргументов использовал ссылки на «соответствующую директиву президента», из чего коммунальники делали вывод, что якобы должны закупать именно его оборудование. Также за заключение договоров поставки насосного оборудования Садыков предлагал руководителям предприятий ЖКХ откаты: как правило, 3−5% от суммы заключенных договоров.

Главный фигурант дела настаивает на том, что он — «простой бизнесмен», который рекламировал услуги, но взяток не предлагал и не давал. Руководители предприятий системы ЖКХ также настаивают, что сговора с Садыковым не было, взяток от него они не получали.

{banner_819}{banner_825}
-44%
-10%
-45%
-50%
-10%
-55%
-20%