1. Секс-символ биатлона развелась и снялась для Playboy (но уже закрутила роман с близким другом)
  2. Под Молодечно задержали компанию из 25 человек. МВД: «Они собирались сжечь чучело в цветах национального флага»
  3. С 1 марта заработал обновленный КоАП. Новшества затронут почти всех белорусов
  4. «В киевской миграционке мне сказали, что я в первой десятке». Айтишник — о переезде в Украину
  5. «Врачи нас готовили к смерти Саши». История Марии, у чьей дочери пищевод не соединялся с желудком
  6. В Беларуси ввели очередные пенсионные изменения. Что это означает для трудящихся
  7. Судьба ставки рефинансирования, обновленный КоАП, дедлайн по налогам, заморозка цен. Изменения марта
  8. Во всех районах Беларуси упали зарплаты, в некоторых — больше чем на 300 рублей
  9. «Бэушка» из США против «бэушки» из Европы: разобрали, какой вариант выгоднее, на конкретных примерах
  10. Год назад в Беларусь пришел коронавирус. Рассказываем про эти 12 месяцев в цифрах и фактах
  11. Один из почетных консулов Беларуси в Италии подал в отставку из-за несогласия с происходящим после выборов
  12. Тихановская рассчитывает на уход Лукашенко весной
  13. 57-летняя белоруска выиграла международный конкурс красоты. Помогли уверенность и советы Хижинковой
  14. Чиновники придумали, что сделать, чтобы белорусы покупали больше отечественных продуктов
  15. Белоруска едет на престижнейший конкурс красоты. И покажет дорогое платье, аналогов которому нет
  16. «Первый водитель приехал в 5.20 утра». Слухи о «письмах счастья» за техосмотр привели к безумным очередям
  17. «Ашчушчэнія не те». Все участники РСП вышли на свободу после 15 суток ареста
  18. Убийца 79 белорусов, сжег пять деревень. Вспоминаем о Буром — в память о нем в Польше проводятся марши
  19. Что происходит в Беларуси 1 марта
  20. В Беларуси создали собственную ракету для «Полонеза» (ее очень ждал Александр Лукашенко)
  21. «Меня потом знатно полили шампанским!» Первая белоруска с COVID-19 — о том, как прожила «коронавирусный год»
  22. Акции солидарности и бойкот футбольных фанатов. Что происходило в Беларуси 28 февраля
  23. «Куплен новым в 1981 году в Германии». История 40-летнего Opel Rekord с пробегом 40 тысяч, который продается в Минске
  24. Пенсионерка из электрички рассказала подробности о задержании и Окрестина
  25. «Будет готов за три-четыре месяца». Частные дома с «завода» — сколько они стоят и как выглядят
  26. Показываем, как выглядит часть зданий БПЦ на улице Освобождения, ради которых снесли объекты ИКЦ
  27. «Пышка не дороже жетона». Минчане делают бизнес на продукте, за которым в Питере стоят очереди
  28. Названы победители «Золотого глобуса» (почти без сюрпризов)
  29. Автозадачка с подвохом. Нарушает ли водитель, выезжая из ворот своего дома на дорогу?
  30. «Усе зразумелi: вірус існуе, ад яго можна памерці». Год, как в Беларусь пришел COVID: поговорили со вдовой первой жертвы


Бывший министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский издал книгу «Польша может быть лучшей» о закулисье польской дипломатии. Около десяти страниц в книге посвящены Беларуси. «Радыё Свабода» с согласия Радослава Сикорского опубликовала некоторые цитаты из книги.

Фото: МИД Польши
Владимир Макей и Радослав Сикорский, 2014 год. Фото: МИД Польши

«Если бы газ плыл в другом направлении, Беларусь была бы союзником Польши»

В своих мемуарах Сикорский пишет: Беларусь — это диктатура. Но добавляет, что, как часто бывало в странах, которые освобождались из советского ига, первая демократическая команда в Беларуси пыталась вернуть демократию, одновременно останавливая десятилетия русификации.

«Попытка научить говорить по-белорусски русскоязычное большинство могла ему не понравиться и открыла ворота для искреннего советского человека, соль из соли колхозной номенклатуры. Лукашенко низверг демократию, которая только рождалась, и захватил полноту власти, борясь с коррупцией, которая выражалась в том, что кто-то поставил себе забор вокруг дома за 100 долларов. Лукашенко — автократ, но не марионетка Кремля, и он не всегда танцует так, как этого хочет Путин. Когда-то я сказал Сергею Лаврову, что, по нашим подсчетам, открытые и скрытые субсидии для режима Лукашенко стоили России до сих пор около 100 миллиардов долларов», — пишет Сикорский.

По мнению экс-главы МИД, Беларусь стремится быть обособленным государством. Он также считает, что «белорусская диктатура довольно эффективна не только в преследовании оппозиции, но также в удержании дорог и качестве государственных документов».

Большая часть воспоминаний Сикорского о Беларуси касается Александра Лукашенко. Экс-министр отмечает, что белорусский президент обладает политической мобильностью и врожденным политическим талантом.

«Но его своеволие — в зависимости от настроения или новой политической идеи — представляет проблему как для России, так и для Запада. У меня не раз было впечатление, что если бы у россиян была альтернатива Лукашенко, то они бы ее использовали», — пишет Сикорский.

Высказал в книге экс-министр и свое видение белорусско-российских отношений. По мнению Сикорского, россияне воспринимают Беларусь как своего подопечного. Непокорного, но все же подопечного. Для них Беларусь — это стратегическая территория, без которой их система противовоздушной обороны не сможет работать.

«У России есть также свой интерес в оживлении белорусской экономики — субсидии неэффективного государства очень дорогие, а у России много интересов и вне Беларуси. Поэтому российский интерес в Беларуси состоял в том, чтобы Лукашенко, держа Беларусь в зоне их влияния, был более предсказуем и меньше стоил. Чтобы достичь этого, они были готовы поддержать в какой-то степени европеизацию Беларуси. А в интересе Европы как раз европеизация Беларуси, которая бы в долгосрочной перспективе привела к демократизации. Можно было рассчитывать, что контролируемое сближение с Европой перейдет в настоящий процесс общественных перемен. Казалось, что это поле для игры», — пишет Сикорский в мемуарах.

Сикорский также цитирует слова «одного из белорусских министров», который однажды сказал ему: «Если бы газ в ямальском газопроводе плыл в другом направлении, то Беларусь была бы союзником Польши, а не России».

«Лавров пообещал, что Россия признает выборы в Минске, даже если выиграет кандидат оппозиции»

Экс-министр вспоминает и выборы 2010 года. По его словам, они должны были стать проверкой намерений Беларуси стать ближе к Европе, и, в частности, к Польше. Сикорский пишет: ожидал, что уровень фальсификаций на президентских выборах будет меньшим. Кроме того, по словам экс-министра, министр иностранных дел России Сергей Лавров обещал признать выборы в Беларуси, даже если победит оппозиция.

«Я разговаривал в Варшаве с Сергеем Лавровым, и обратные сигналы были понятны — Россия также хочет, чтобы Лукашенко смягчился, чтобы стоил меньше и не приносил столько забот. Через несколько недель я разговаривал в Королевских Лазенках с Лавровым. Во время беседы глаза в глаза Лавров пообещал: «Россия признает результат президентских выборов в Минске, даже если выиграет кандидат оппозиции», — пишет Сикорский и отмечает, что Владимир Некляев мог стать достойной альтернативой действующей власти.

«Это был кандидат, который бы покончил с диктатурой в Беларуси, но который мог бы быть гарантией для России, что они сохранят там нормальные отношения и значительное влияние. Некляев не хотел дразнить Россию, избегал этого и понимал, что Беларусь может рассчитывать только на постепенную европеизацию, а не стремительное сближение с НАТО. Для России он мог быть спокойной и предсказуемой альтернативой», — говорится в мемуарах.

Решение же по разгону «Плошчы-2010», по мнению экс-министра, могли принять в Москве.

Вспомнил в своей книге Сикорский и некоторые неоднозначные подробности общения с белорусским президентом. Перед самыми президентскими выборами 2010 года Сикорский вместе с немецким министром иностранных дел Гидо Вестервелле поехал на непосредственные переговоры с президентом Лукашенко. Там, как вспоминает экс-министр, президент Беларуси сказал, что надеется на поддержку 60−70% населения. Но помимо выборов, главы МИД Польши и Германии подняли на встрече с президентом тему этнических и сексуальных меньшинств.

«Вестервелле сдержал слово и упомянул о правах этнических меньшинств, в том числе поляков. А Лукашенко на это: «Почему вы спрашиваете меня о поляках? Я же люблю своих поляков. Мои поляки — это мои самые верные избиратели. И я хочу, чтобы поляки в Беларуси имели такие же права, как и все другие граждане». Это, конечно, можно было воспринять как обещание, но и как угрозу — белорусские граждане имеют немного прав. Согласно договоренности, я упомянул о сексуальных меньшинствах. Лукашенко посмотрел на меня как на сумасшедшего и через минуту говорит с нотой удивления: «Но у нас в Беларуси нет никаких сексуальных меньшинств». «Понимаю, господин президент, Беларусь, конечно, имеет свою специфику. Но гипотетически, если в будущем в Беларуси появятся какие-то сексуальные меньшинства, то вы будете относиться к ним толерантно, правда?» Лукашенко смотрит то на меня, то на Вестервелле и, качая головой, снисходительно улыбается и говорит: «Ну не знаю, не знаю … А … лесбиянки пусть будут, даже можно посмотреть. Но п*** нужно сажать в автобусы, вывозить за город, и будем держать их там в резервациях», — пишет Сикорский.

И добавляет: «Очевидно, что сотрудники Лукашенко забыли ему сказать, что Вестервелле открыто признается в том, что он гей и много лет живет со своим постоянным партнером. Интересно, что вместе с Гидо мы услышали приватную беседу двух белорусских министров на эту тему. Ее значение можно было бы суммировать в словах «Что он снова наговорил».

-5%
-10%
-25%
-50%
-25%
-40%
-19%
-20%
-20%
-20%
-20%
0072606