Бывший министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский издал книгу «Польша может быть лучшей» о закулисье польской дипломатии. Около десяти страниц в книге посвящены Беларуси. «Радыё Свабода» с согласия Радослава Сикорского опубликовала некоторые цитаты из книги.

Фото: МИД Польши
Владимир Макей и Радослав Сикорский, 2014 год. Фото: МИД Польши

«Если бы газ плыл в другом направлении, Беларусь была бы союзником Польши»

В своих мемуарах Сикорский пишет: Беларусь — это диктатура. Но добавляет, что, как часто бывало в странах, которые освобождались из советского ига, первая демократическая команда в Беларуси пыталась вернуть демократию, одновременно останавливая десятилетия русификации.

«Попытка научить говорить по-белорусски русскоязычное большинство могла ему не понравиться и открыла ворота для искреннего советского человека, соль из соли колхозной номенклатуры. Лукашенко низверг демократию, которая только рождалась, и захватил полноту власти, борясь с коррупцией, которая выражалась в том, что кто-то поставил себе забор вокруг дома за 100 долларов. Лукашенко — автократ, но не марионетка Кремля, и он не всегда танцует так, как этого хочет Путин. Когда-то я сказал Сергею Лаврову, что, по нашим подсчетам, открытые и скрытые субсидии для режима Лукашенко стоили России до сих пор около 100 миллиардов долларов», — пишет Сикорский.

По мнению экс-главы МИД, Беларусь стремится быть обособленным государством. Он также считает, что «белорусская диктатура довольно эффективна не только в преследовании оппозиции, но также в удержании дорог и качестве государственных документов».

Большая часть воспоминаний Сикорского о Беларуси касается Александра Лукашенко. Экс-министр отмечает, что белорусский президент обладает политической мобильностью и врожденным политическим талантом.

«Но его своеволие — в зависимости от настроения или новой политической идеи — представляет проблему как для России, так и для Запада. У меня не раз было впечатление, что если бы у россиян была альтернатива Лукашенко, то они бы ее использовали», — пишет Сикорский.

Высказал в книге экс-министр и свое видение белорусско-российских отношений. По мнению Сикорского, россияне воспринимают Беларусь как своего подопечного. Непокорного, но все же подопечного. Для них Беларусь — это стратегическая территория, без которой их система противовоздушной обороны не сможет работать.

«У России есть также свой интерес в оживлении белорусской экономики — субсидии неэффективного государства очень дорогие, а у России много интересов и вне Беларуси. Поэтому российский интерес в Беларуси состоял в том, чтобы Лукашенко, держа Беларусь в зоне их влияния, был более предсказуем и меньше стоил. Чтобы достичь этого, они были готовы поддержать в какой-то степени европеизацию Беларуси. А в интересе Европы как раз европеизация Беларуси, которая бы в долгосрочной перспективе привела к демократизации. Можно было рассчитывать, что контролируемое сближение с Европой перейдет в настоящий процесс общественных перемен. Казалось, что это поле для игры», — пишет Сикорский в мемуарах.

Сикорский также цитирует слова «одного из белорусских министров», который однажды сказал ему: «Если бы газ в ямальском газопроводе плыл в другом направлении, то Беларусь была бы союзником Польши, а не России».

«Лавров пообещал, что Россия признает выборы в Минске, даже если выиграет кандидат оппозиции»

Экс-министр вспоминает и выборы 2010 года. По его словам, они должны были стать проверкой намерений Беларуси стать ближе к Европе, и, в частности, к Польше. Сикорский пишет: ожидал, что уровень фальсификаций на президентских выборах будет меньшим. Кроме того, по словам экс-министра, министр иностранных дел России Сергей Лавров обещал признать выборы в Беларуси, даже если победит оппозиция.

«Я разговаривал в Варшаве с Сергеем Лавровым, и обратные сигналы были понятны — Россия также хочет, чтобы Лукашенко смягчился, чтобы стоил меньше и не приносил столько забот. Через несколько недель я разговаривал в Королевских Лазенках с Лавровым. Во время беседы глаза в глаза Лавров пообещал: «Россия признает результат президентских выборов в Минске, даже если выиграет кандидат оппозиции», — пишет Сикорский и отмечает, что Владимир Некляев мог стать достойной альтернативой действующей власти.

«Это был кандидат, который бы покончил с диктатурой в Беларуси, но который мог бы быть гарантией для России, что они сохранят там нормальные отношения и значительное влияние. Некляев не хотел дразнить Россию, избегал этого и понимал, что Беларусь может рассчитывать только на постепенную европеизацию, а не стремительное сближение с НАТО. Для России он мог быть спокойной и предсказуемой альтернативой», — говорится в мемуарах.

Решение же по разгону «Плошчы-2010», по мнению экс-министра, могли принять в Москве.

Вспомнил в своей книге Сикорский и некоторые неоднозначные подробности общения с белорусским президентом. Перед самыми президентскими выборами 2010 года Сикорский вместе с немецким министром иностранных дел Гидо Вестервелле поехал на непосредственные переговоры с президентом Лукашенко. Там, как вспоминает экс-министр, президент Беларуси сказал, что надеется на поддержку 60−70% населения. Но помимо выборов, главы МИД Польши и Германии подняли на встрече с президентом тему этнических и сексуальных меньшинств.

«Вестервелле сдержал слово и упомянул о правах этнических меньшинств, в том числе поляков. А Лукашенко на это: «Почему вы спрашиваете меня о поляках? Я же люблю своих поляков. Мои поляки — это мои самые верные избиратели. И я хочу, чтобы поляки в Беларуси имели такие же права, как и все другие граждане». Это, конечно, можно было воспринять как обещание, но и как угрозу — белорусские граждане имеют немного прав. Согласно договоренности, я упомянул о сексуальных меньшинствах. Лукашенко посмотрел на меня как на сумасшедшего и через минуту говорит с нотой удивления: «Но у нас в Беларуси нет никаких сексуальных меньшинств». «Понимаю, господин президент, Беларусь, конечно, имеет свою специфику. Но гипотетически, если в будущем в Беларуси появятся какие-то сексуальные меньшинства, то вы будете относиться к ним толерантно, правда?» Лукашенко смотрит то на меня, то на Вестервелле и, качая головой, снисходительно улыбается и говорит: «Ну не знаю, не знаю … А … лесбиянки пусть будут, даже можно посмотреть. Но п*** нужно сажать в автобусы, вывозить за город, и будем держать их там в резервациях», — пишет Сикорский.

И добавляет: «Очевидно, что сотрудники Лукашенко забыли ему сказать, что Вестервелле открыто признается в том, что он гей и много лет живет со своим постоянным партнером. Интересно, что вместе с Гидо мы услышали приватную беседу двух белорусских министров на эту тему. Ее значение можно было бы суммировать в словах «Что он снова наговорил».