Юрий Дракохруст,

«Вообще, вы молодцы. Вы очень достойно и правильно вышли из этой ситуации, вы это сами уже почувствовали», — такими словами приветствовал Александр Лукашенко новоизбранного премьер-министра Армении Никола Пашиняна во время встречи в кулуарах заседания Евразийского совета в Сочи. Он также поздравил армянского лидера с избранием.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Юрий Дракохруст, обозреватель белорусской службы «Радио Свобода». Кандидат физико-математических наук. Автор книг «Акценты свободы» (2009) и «Семь тощих лет» (2014). Лауреат премии Белорусской ассоциации журналистов за 1996 год. Журналистское кредо: не плакать, не смеяться, а понимать. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Блог Юрия Дракохруста на сайте «Радио Свобода»

На первый взгляд, ничего особенного — этикет межгосударственной вежливости. Это так, если бы не предыстория. Революционера Пашиняна сразу после избрания оперативно поздравили лидеры многих стран, в том числе и партнеров Армении по Евразийскому союзу — России, Казахстана и Кыргызстана — Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев, Сооронбай Жээнбеков. Но не Александр Лукашенко.

Можно предположить, что белорусский президент — такой педант ритуала, мол, президенты поздравляют только президентов. Однако это не так. Не поздравил Пашиняна с избранием и его белорусский коллега Андрей Кобяков. С другой стороны, Лукашенко сразу же поздравил с назначением премьером российского правительства Дмитрия Медведева. Более того, в апреле, в разгар армянской революции, президент Беларуси тепло поздравил с избранием премьером Армении незадачливого предшественника Пашиняна — Сержа Саргсяна.

Фото: пресс-служба премьер-министра Армении
Александр Лукашенко и Никол Пашинян, Сочи, 14 мая 2018 года. Фото: пресс-служба премьер-министра Армении

Саргсяна ритуал поздравить не мешал. Значит, сразу же поздравить Пашиняна помешало нечто иное.

Конечно, можно сказать, что все это — мелочи, не имеющие значения. Ну не поздравил сразу, так поздравил сейчас, делов-то. Однако если все остальные, в том числе и лидеры не самых демократичных стран, делают так, а глава Беларуси — эдак, определенное значение это имеет.

Разумеется, картинки армянской Площади, быстрота, с которой прежняя армянская власть сложилась, как карточный домик, не могут радовать сердце ни одного авторитарного правителя — сегодня в Армении, а завтра, глядишь, и у меня.

Такие опасения свойственны и Путину, и Назарбаеву, и Лукашенко. Все они, вообще говоря, против «майданов» как таковых — хоть в Украине, хоть в Египте, хоть в Кыргызстане, хоть в Армении. Российские императоры Александр І и Николай І отстаивали подобный подход в рамках «Священного союза» монархов концептуально: любая революция — зло и должна быть раздавлена. Именно в рамках такого подхода российская армия топила в крови революцию в Венгрии в середине позапрошлого века.

Нынешние правители, как правило, гораздо прагматичнее, включая Путина. Революция в Украине, посягающая на российские интересы, как их видят в Кремле, — это ужас-ужас-ужас. Революция в Кыргызстане 2010 года — а что такого, внутреннее дело. Или нынешняя революция в Армении — не против России, так и бог с ними, пусть там сами разбираются.

Кстати, стоит вспомнить, что во время последней киргизской революции именно Лукашенко предлагал ввести туда войска ОДКБ, чтобы «навести порядок». В Москве тогда это предложение в духе «Священного союза» вежливо отклонили.

А он, возможно, не сильно и рассчитывал, что поддержат. Смысл предложения был в том, чтобы показать себя человеком принципа: революция — зло всегда и везде.

Судя по всему, нежелание поздравлять Пашиняна тотчас же после избрания было таким же демаршем. Мол, настоящих легитимистских принципов ни у Путина, ни у Назарбаева, ни у Жээнбекова нет, а у Лукашенко — есть. То есть поздравит и он — а куда денешься? Но позже. Потом.

Фото: пресс-служба премьер-министра Армении
Александр Лукашенко и Никол Пашинян, Сочи, 14 мая 2018 года. Фото: пресс-служба премьер-министра Армении

Еще одна возможная причина — заявление Пашиняна, сделанное 2 мая, за неделю до избрания, в интервью «Коммерсанту». Говоря о проблемах безопасности, он сказал: «Мы хотим уточнить, какие конкретные обязательства мы — Россия, Казахстан, Беларусь — друг перед другом имеем, потому что нас очень беспокоит, когда мы видим, что Беларусь и Азербайджан очень сближаются».

Там он сетовал и на контакты в военной сфере Москвы и Баку, но с Москвой все по-особому. Но из остальных стран ЕАЭС и ОДКБ претензии он высказал только в отношении Беларуси. После избрания Пашиняна на его упрек последовал со стороны Минска ответ в виде нарушения церемониала — мгновенного поздравления не будет.

Ну а в Сочи все необходимые теплые слова были сказаны. Не воевать же. Пока по крайней мере.

Если говорить о более далекой перспективе, то она определяется не этим ритуальным холодом и ритуальной же теплотой. Парадокс, но стоит вспомнить, что исторически у белорусского лидера довольно неплохо складывались отношения как раз с коллегами, вынесенными на вершину власти революциями.

Складывались они неплохо иногда и сразу, иногда с течением времени. Михаил Саакашвили еще в 2006 году бичевал белорусскую диктатуру, однако после 2008 года отношения изменились на 180 градусов, и грузинский президент стал одним из самых горячих лоббистов Лукашенко на Западе. Лидеры «оранжевой революции» в Украине поначалу обещали понести «факел свободы» дальше — в Беларусь, в Россию. Но что-то не заладилось. В результате и Виктор Ющенко горячо убеждал западные страны в необходимости Realpolitik в отношении Беларуси.

Да и для теперешней постреволюционной власти в Киеве Лукашенко — отнюдь не изверг рода человеческого. Киев согласился в 2015 году на Минск как на место переговоров по Украине. Мог и не соглашаться на столицу такого «диктаторского государства».

Наконец, Курманбек Бакиев, которому Беларусь дала убежище после его свержения в 2010 году — он же и лидер предыдущей, 2005 года, революции. Тоже как бы «майданщик» типа Пашиняна. А убежище ему дал Минск. Как-то так отношения у Лукашенко с революционерами складывались.

И еще один момент присутствует, уже специфический, белорусско-армянский. Большую часть голосов Пашиняну при его избрании премьером дал оппозиционный блок олигарха Гагика Царукяна. Несколько лет назад он подарил Николаю Лукашенко на его будущую свадьбу 400 литров коньяка и белых львят, они сейчас в Минском зоопарке. Позднее Царукян получил возможность разливать в Минске армянский коньяк. Связаны ли подарки и бизнес Царукяна в Беларуси между собой — предоставляю решать читателю.

В новое, революционное правительство Пашиняна вошли три министра от блока Царукяна, в том числе министр энергетических инфраструктур и природных ресурсов. А это — отношения Армении с «Газпромом» и «Роснефтью». Далеко не последнее дело.

Так что и эти стартовые условия, и исторический опыт подсказывают, что новая революционная власть в Армении и старая антиреволюционная власть в Беларуси скорее найдут общий язык, чем нет.

Хотя не исключены и трения, но в основном не по причине дефицита демократии в Беларуси, а по причине ее близких отношений с Азербайджаном. Тут противоречия между национальными интересами, а не между политическими взглядами на демократию и диктатуру. Думаю, что будь на месте Лукашенко демократ и политик прозападных взглядов, именно в треугольнике Минск — Ереван — Баку он бы тоже отдавал предпочтение балансировке, а не однозначной поддержке той или иной стороны, хотя, возможно, пропорция была бы иной.

Ну а революции — да, урок и напоминание. Даже твердым в своих принципах российским императорам в перспективе справиться с ними не удалось, что уж говорить об их постсоветских эпигонах.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

{banner_819}{banner_825}
-15%
-72%
-50%
-70%
-50%
-10%
-20%
-40%
-10%