В пятницу в суде Ленинского района Минска продолжили допрос свидетелей по новому делу в отношении бизнесмена и инвестора «Мотовело» Александра Муравьева, который больше года назад уже был приговорен к 11 годам, передает корреспондент TUT.BY. Показания давали бухгалтеры компаний.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Муравьев обвиняется по ст. 243 ч 2. — уклонение от уплаты налогов по четырем белорусским предприятиям (ЗАО «Мотовело Интер», СЗАО «Велосипедная компания МВЗ», СЗАО «Мотоциклетная компания Минск-Мото», ЗАО «МВЗ Техно») и их сделкам с австрийской компанией ATEC Trading GmbH. Гособвинитель оценил ущерб от недоплаты четырьмя компаниями налога на прибыль в размере 351,603 тысячи рублей. Все сделки между ATEC Trading GmbH и белорусскими компаниями признаны фиктивными по печально известному указу № 488 по борьбе с лжепредпринимательскими структурами.

Первой показания давала бухгалтер Ирина Земченок. Она отметила, что обвиняемого не знает, а в период с 2009 по 2014 год работала в ЗАО «Консалтинговые услуги», вела бухучет «МВЗ Техно», которая закупала сельхозтехнику, ее части и комплектующие у ATEC Trading.

— Мне приносили таможенные документы, два инвойса, от ATEC Trading и предприятия-производителя. Там была небольшая дельта [в цене]. Таможня должна была видеть, что товар поступает с наценкой, что нет занижения налоговой базы, — пояснила Земченок.

Сумма наценки, по словам бухгалтера, составляла 3−4%.

Задал вопросы и обвиняемый.

— Вы меня видели?

— Один-два раза на территории предприятия.

— Вам известно о моем участии в деятельности общества?

— Нет.

Она пояснила, что сомнений в правильности ведения учета поступающей и реализуемой продукции у нее не возникало. При этом в начале работы у нее были вопросы о причинах работы через австрийского посредника, а не напрямую через производителя.

— Директор пояснил, что голландская компания-производитель формирует пакет заказов за год и требует 100%-ную предоплату. Это бы нарушало наше действующее законодательство. ATEC Trading поставлял товар с отсрочкой платежа.

— А были ли у «МВЗ Техно» деньги на закупку?

— Шла хозяйственная деятельность, иногда были деньги, иногда нет. Но в целом «МВЗ Техно» была всегда должна ATEC Trading.

Свидетель Татьяна Каминская работала главбухом в «Велосипедной компании МВЗ», затем в «Мотовело Интер».

— Когда идут внутренние продажи, могут быть нарушения трансфертного ценообразования, но то, что, как я узнала на допросе, под вопрос будет поставлен факт совершения операции, принятия на учет товаров на десятки тысяч долларов… [ ] Я знала, что товар есть, кладовщик расписался за его приемку. В этом нет никаких сомнений.

На вопрос гособвинителя о том, были ли претензии со стороны налоговых органов, свидетель пояснила, что предприятие получало возврат НДС, «поэтому проверки были постоянные», но серьезных претензий не было, за исключением одного случая штрафа. Поэтому знакомство с актом проверки ДФР вызвало у нее недоумение.

— Я когда занималась ликвидацией компании, видела только таблицу из этого акта и сильно не вникала. Ознакомилась с актом проверки на допросе у следователя (в августе 2017 года, сам акт был составлен еще в 2016 году. — Прим. TUT.BY) и испугалась. Мое полное убеждение — факт поставки товара от ATEC Trading на «Велосипедную компанию» был. Я его поставила на учет.

Она пояснила, что есть соответствующие акты, есть принципы достоверности бухгалтерского учета.

— Я двадцать лет работаю. Я до сих пор не могу понять, посредническая компания — это уже факт экономического преступления? Даже если был факт поставки товаров? Мы так бизнес в стране не построим.

При этом она признала, что нельзя утверждать, что участие в сделке посредника всегда законно.

— То есть вы не видели никаких признаков совершающихся преступлений в отношениях с ATEC Trading? Ничего подозрительного с точки зрения Уголовного кодекса? — уточнил гособвинитель по фамилии Великий.

— Уголовного однозначно нет.

Каминская пояснила, на каких условиях ATEC Trading выдавал кредиты, отметив, что процент всегда был ниже ставки рефинансирования.

Она также рассказала, что по акту проверки предприятия ДФР был доначислен налог на прибыль в сумме 34,4 тысячи, но фактически деньги были взысканы из суммы переплаты по НДС, которые постоянно возникали у предприятия как экспортера. «То есть не было ни дня, когда компания была бы бюджету должна?» — поинтересовался обвиняемый.

На реплику свидетеля о том, что предприятие фактически кредитовало бюджет, ведь переплаченный НДС возвращался на счет только спустя время, гособвинитель парировал:

— А что, отношения по уплате налогов у нас являются кредитными? Кто кредитуется и на каких условиях?

— Субъект проигрывает, когда деньги 60−90 дней лежат…

— Что значит субъект проигрывает?

— Кто хочет открыть свой бизнес, быстро понимает. Если ты работал с импортом, то платил свои живые деньги, а воспользоваться ими мог только после продажи и через 90 дней. Бывает ситуация другая…

— Тогда надо к учебникам отсылать — что такое кредитование. Жизнь экономическая шире жизни одной компании. А в части налоговых отношений уж тем более, — прокомментировал гособвинитель.

Бухгалтер отметила, что Муравьева за эти годы видела несколько раз, рабочих мест в офисе компании у него не было, а заходил он всего на пару минут.

— Я за это время успевал руководить обществом? — уточнил Муравьев, получив отрицательный ответ.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Фото: Александр Васюкович, TUT.BY, архив, 2014 год

Как ранее сообщалось, на вопрос о признании вины Муравьев ответил, что признает все свои фактические действия и полностью чистосердечно в них раскаивается. При этом он уточнил, что ему не до конца понятен смысл обвинения и трактовка понятия «лицо, осуществляющее фактическое руководство».

Зачитывая обвинение, гособвинитель Великий неоднократно отмечал, что Муравьев был фактическим руководителем четырех компаний (участники процесса отмечают, что в них сотни работников и фактически руководить одному человеку физически невозможно), при этом руководители компаний были «не осведомлены о преступной деятельности Муравьева и введены им в заблуждение».

Как ранее сообщалось, летом прошлого года управление Следственного комитета по городу Минску возбудило новое уголовное дело в отношении Муравьева. Сумму причиненного бюджету ущерба следствие оценивало в 350 тысяч рублей. «Следствием приняты меры к возмещению данного ущерба. Он частично возмещен», — сообщали в СК.

Напомним, в январе 2017 года бизнесмена и инвестора «Мотовело» Александра Муравьева суд приговорил к 11 годам колонии (прокурор просил 12) и конфискации имущества — в том числе акций «Мотовело». Он был признан виновным по всем составам преступлений, которые ему вменялись: «Мошенничество» (ч. 4 ст. 209 УК РБ), «Хищение» (ч. 4 ст. 210), «Уклонение от уплаты налогов» (ч. 2 ст. 243), «Организация и пособничество в совершении преступлений» (ст. 16).

У бизнесмена конфисковали почти 75 миллионов акций «Мотовело», принадлежащих компаниям ATEC Investment и «РосинтехГрупп». Первой руководил сам Александр Муравьев, второй — его брат Сергей (которого следом за Александром в феврале приговорили к ограничению свободы за неуплату налогов).

{banner_819}{banner_825}
-18%
-10%
-20%
-30%
-50%
-20%
-40%
-10%
-50%
-10%