Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Деньги и власть


«То, что мне представили фотографии при обыске у ваших сотрудников — это ужас. Огромная комната, полностью выложенная пачками купюр по десять тысяч долларов в каждой. И шага ступить негде», — выговаривал впечатленный президент Беларуси руководству ГТК больше двух лет назад. Только сейчас завершаются суды по беспрецедентному делу, в котором оказались замешаны около шестидесяти бывших и действующих сотрудников Ошмянской таможни. 8 августа в Минском областном суде оглашен приговор в отношении верхушки группы. TUT.BY разбирался, кто давал, кто брал, как делил и сколько получил в итоге.

Фото: оперативная съемка


Рассказ Комитета госбезопасности поразил неправдоподобными масштабами — в коррупционную схему был вовлечен чуть ли не весь личный состав таможенного поста «Каменный Лог». Шли годы, менялись начальники отделов и рядовые сотрудники, а отлаженная схема «заплати-проезжай» работала исправно. За взятки от 80 до 250 долларов через границу беспрепятственно проехало более 4,5 тысячи фур. Основным источником не столько большого, сколько стабильного дохода таможенников стал самый нежный и уязвимый груз — цветы. На взятках от владельцев этих грузов сотрудники Ошмянской таможни за пять лет заработали около 900 тысяч долларов. По домам у фигурантов нашли наличными 2,2 миллиона долларов, самая впечатляющая находка — 1,8 миллиона долларов под ванной у главного фигуранта, бывшего таможенника и бизнесмена Гарника Сарумянца.

Кто платил?

В 2010 году, после 13 лет работы в таможенных органах, руководитель отдела таможенного оформления и контроля пункта «Каменный Лог» Гарник Сарумянц решил уволиться. Говорит, по здоровью — гипертония. Занялся грузоперевозками. В Вильнюсе к бывшему таможеннику и начинающему бизнесмену обратился, по его словам, литовский предприниматель Геннадий Танкелюн с просьбой помочь ускорить процедуру оформления фур, возивших из Голландии цветы. Платить за услугу цветочные бизнесмены готовы были и сотрудникам таможни, и организатору-координатору Сарумянцу. Последний взял на себя, по данным следствия, не только обеспечение договоренностей о содействии с экс-коллегами, но и доставку денег — каждый месяц он в Москве получал наличные для всех участников схемы.

А схема получилась масштабная — 100−120 машин в месяц. Среди тех, кто платил — литовские и белорусские бизнесмены. Геннадий Танкелюн в розыске, его дело выделено в отдельное производство. В нынешнем процессе на скамье подсудимых были коммерческий директор компании «Литовский транзит из Вильнюса» Артур Тураев и белорус Павел Ревако.

Из материалов дела: Сарумянц передал бывшим коллегам 256 тысяч долларов, полученных от литовца Геннадия Танкелюна, Валерий Башлыкевич — 162,5 тысячи, которые ему передал россиянин Андрей Муратов, а Игорь Высоцкий — около 50 тысяч долларов, которые получил от литовца Артура Тураева. «Деньги я платил за беспрепятственный проход автомобилей», — заявил во время заседания Тураев (по ч. 2 ст. 431 УК, дача взятки повторно либо в крупном размере, вину признал полностью, сотрудничал со следствием, наказан штрафом).

В начале 2013 года Тураев взялся возить цветы — разумеется, через Беларусь.

— Первые пять месяцев все было хорошо, а потом стали возникать проблемы на границе, — вспоминает Артур Тураев. — Автомобили долго стояли в очередях, их отправляли на досмотр, вскрывали, выгружали… В итоге задержки доходили до четырех дней. Для данного товара это критично. Клиенты выставляли претензии за опоздания и испорченный товар.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Артур Тураев на переднем плане. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Бизнесмен прикинул, что недополученная прибыль за год составит порядка 400 тысяч евро. А водители его фирмы тем временем подмечали, что другие «цветочные» машины пересекают «Каменный Лог» без лишних допросов и досмотров. Слухи о том, что есть «платная дорога», подтверждались.

Не сразу, но очередной «цветочник» попался. Его «контактным лицом» стал начальник отдела таможенного оформления Игорь Высоцкий (действующий, а потом бывший).

— Теперь я понимаю, проблемы создавались искусственно, — продолжил Тураев. — Он сказал: я должен был уже понять, что граница контролируется. А он имеет связи со всеми таможенниками вплоть до генералов.

Аналогичным образом, как выяснило следствие, была построена работа у Сарумянца и Башлыкевича. Искусственные барьеры перемещению грузов через таможенную границу помогали сделать представителей цветочного бизнеса покладистыми и склонить их к систематической передаче взяток.

Из материалов разработки фигурантов:

СМС-переписка начальников отдела таможенного оформления Игоря Высоцкого и Дмитрия Карповича:

Высоцкий: 993 сказал твой сменщик, что первый на досмотр с утра? Когда уедет?

Карпович: По ним также экспертиза, то поедет как придут результаты.

Карпович: А по досмотру все ок.

Карпович: 993 ждем результ. Эксперт. Может только в понед.

Высоцкий: Это жопа. Хрен бабло отдадут с такой работой!

Переговоры Валерия Башлыкевича и Дмитрия Карповича:

Башлыкевич, не получив в установленный срок очередную часть взятки, направляет сообщение Карповичу: «344» (НОМЕР МАШИНЫ) Эту тормозни, отпустим по команде, надо немного взбодрить.

Карпович: Ок.

Карпович звонит Башлыкевичу:

Карпович: Короче, заехала эта машина сейчас, только подал документы. И, похоже, как бы вопрос с водителем, там отвес нормальный, заявлено четыре тонны луковиц, но там чего-то машет головой, что нету.

Башлыкевич: Ну вот нет, она как бы из таких (не договорил).

Карпович: Ну я понял.

Башлыкевич: Просто что он подх…(нецензурное) начал с этими, документы эти никак не передает.

Карпович: Ясно. Ну я его минут 40−50, больше не продержу.

Башлыкевич: Ты объяви прямо сейчас водиле, что всё фигово, всё там плохо, в таком плане. Пускай там порыпаются, лишь бы успели мне тут сымитировать, что мы тут (не договорил).

Карпович: Я понял, добро.

Башлыкевич: Давай.

Башлыкевич дает указание Карповичу: «В 20:00 выпусти, нашлись»

Ставка была — 350−450 долларов за фуру, потом она упала до 150−250 долларов. Тураев уточнил, что пробовал отправлять машины через другие пункты пропуска. Не прошло: их разворачивали на полный досмотр, а некоторые — домой.

— И мне ничего не оставалось, как начать платить, — подвел итог Тураев.

— У вас вымогали взятку? — переспросил судья.

— Прямого вымогательства не было, но мне было выгоднее работать с Высоцким, чем платить убытки.

Договорились. Сотрудник Тураева присылал на мобильный Высоцкому номера машин, дальше Высоцкий со всем разбирался.

— Проблем стало меньше? — поинтересовался судья.

— Почти не стало.

В общей сложности за время сотрудничества по распоряжению Тураева Высоцкому заплатили около 70 тысяч долларов. По подсчетам бизнесмена, эти деньги его фирма передала за пропуск около 180 машин. По данным обвинения, машин было свыше 400.

Кто брал?

В апреле 2015-го за решеткой оказалось 58 таможенников. Первым приговор выслушал начальник Ошмянской таможни Иван Ниверкевич — в декабре 2015 года он получил семь лет лишения свободы в колонии усиленного режима, позже наказание ему смягчили до шести лет.

Процессы над бывшими рядовыми таможенниками идут в нескольких судах, но приговору по нынешнему процессу — особое внимание. Потому что обвиняемые — не рядовые. На скамье подсудимых — 16 человек, одиннадцать из них были под стражей, остальные — под домашним арестом или подпиской о невыезде. Среди обвиняемых — и бывший заместитель начальника Ошмянской таможни Юрий Ковальчук, и бывший исполняющий обязанности начальника таможенного пункта «Каменный Лог» Виктор Фалевич, и сразу несколько начальников отделов таможенного оформления и контроля. Кстати, «платные» клиенты шли во все четыре смены — от заманчивого предложения не отказался никто.

Следствие и суд установили, что Ниверкевичу ежемесячно начальник РПТО «Каменный Лог» Фалевич, а затем сменивший его Горальский, приносили «долю» в одном и том же журнале «15 лет Ошмянской таможне»

Из показаний начальника отдела Марины Мороз: Приблизительно в середине 2010 года во время одной из пересменок, когда я и начальник отдела таможенного оформления и таможенного контроля № 3 Сарумянц сменяли друг друга, мы зашли в служебный кабинет начальника пункта таможенного оформления «Каменный Лог» Фалевича. Фалевич и Сарумянц стали обсуждать тему, связанную с тем, что некоторые представители коммерческих структур, занимающихся цветочной продукцией, готовы и желают платить денежные средства за ускоренное и беспрепятственное прохождение через таможенную границу транспортных средств с данной продукцией. Фалевич мне сказал, что он вместе с другими начальниками отделов определились, что определенные машины с цветочной продукцией будут проходить без задержек таможенное оформление, чтобы инспекторы «не придирались к формальностям», за что нам будут платить деньги. Меня, можно сказать, «поставили перед фактом» о принятом решении.

Дело было поставлено добротно. Предприниматели присылали «контактному лицу», бывшему таможеннику, СМС с номерами машин, которые следует пропустить. Тот пересылал их начальнику смены, который давал указания рядовым сотрудникам. Сохранить конфиденциальность сомнительной переписки помогали сим-карты литовских операторов.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Из показаний начальника отдела Игоря Высоцкого: Примерно с середины 2010 года в Ошмянской таможне и, в частности, на РПТО «Каменный Лог», приняла организованную форму схема получения взяток за ускоренное оформление автомобилей, перемещающих цветочную продукцию, должностными лицами названной таможни. Взятки получали начальники отделов таможенного оформления и контроля «Каменного Лога»: в различные периоды времени я, Букель, Лапшевич, Мороз, Горбаль, Карпович, Ермолаев, а также их заместители, подчиненные им инспектора, непосредственно оформлявшие тот или иной автомобиль, пересекающий РПТО «Каменный Лог». Кроме указанных лиц общая сумма получаемых взяток делилась и передавалась начальнику РПТО — в различные периоды времени Фалевичу и Горальскому, а также, возможно, начальнику Ошмянской таможни Ниверкевичу. Также часть взяток передавалась главному инспектору отдела анализа и управления рисками Ошмянской таможни Попченко. Как я уже говорил, денежные средства должностным лицам Ошмянской таможни на первоначальном этапе передавал Сарумянц, а затем эти деньги уже самостоятельно распределялись сотрудниками таможни между собой.

Структура с годами росла и совершенствовалась. Организаторам было очевидно, что сами сотрудники пункта пропуска не смогут обеспечить регулярный и беспрепятственный проезд цветочных фур: задерживать грузы и транспорт в рамках своих полномочий мог и отдел анализа и управления рисками, и отдел по борьбе с контрабандой и административными таможенными правонарушениями. Так в схему вписался еще с десяток сотрудников этих подразделений.

Понятно, что такие масштабные поборы не могли процветать и без прикрытия группы со стороны компетентных подразделений таможни. Так среди получателей «денежного довольствия», по версии следствия, оказался начальник отдела собственной безопасности. Еще один из участников группы за ежемесячный «оклад» в 1000 долларов прикрывал таможенников, сообщая, где и когда будет проводиться проверка ГТК.

Фото: оперативная съемка

40 тысяч долларов — сгнило, 160 тысяч — откопали возле будки

Итак начальник отдела таможенного оформления получал от коммерсантов через посредника определенную сумму, из которой он забирал свою долю, распределял деньги между подчиненными и передавал часть начальнику пункта пропуска «Каменный Лог». Также деньги уходили работникам следующей смены.

Главный инспектор отдела таможенного оформления и контроля «Каменного Лога» Александр Лапейко в таможенных органах трудился с 1996 года. В суде он признал вину в части получения взяток, подтвердив, что пропустил через границу 153 автомобиля, но не согласился с общей суммой, которую за это получил. По версии обвинения, это 9390 долларов. Лапейко уверяет, что взял 6000−7000 долларов.

Фото: оперативная съемка

В суде он заявил, что в первый раз получил деньги от начальника отдела Игоря Высоцкого. Когда это было и какая сумма была передана, не помнит. На вопрос, за что были деньги, обвиняемый сказал, что Высоцкий «просто передал».

— Я даже не знал, за что передаются. Я не задавал вопрос — за что.

— В связи с чем?

— Не задавал.

— В связи с чем?

— Он быстро передал и ушел.

— Почему вы приняли деньги?

— Затрудняюсь ответить.

В дальнейшем Высоцкий с периодичностью раз в полтора-два месяца передавал Лапейко от 100 до 300 долларов. При этом начальник никаких задач не ставил, не просил ничего нарушать, уверяет обвиняемый.

— Наши между собой разговаривали. Поговорили, может, дает за цветы. Мы оформляем, — вспомнил он.

Любопытно, что когда Лапейко перевели в другой отдел, под руководство Марины Мороз, взятки ему продолжила давать уже она. Суммы и периодичность остались такими же — по 100−300 долларов раз в полтора-два месяца.

Лапейко рассказал, что тоже передавал деньги подчиненным, рядовым инспекторам, но ему это в открытую никто не поручал. Просто Высоцкий, а потом Мороз приносили деньги, завернутые в бумагу, на которой были написаны номера печатей инспекторов или первые буквы их фамилий и суммы. На допросе Лапейко сказал, что сам догадался: деньги надо передать.

И хотя большинство фигурантов, признавая факт взятки, отрицают свои действия в составе организованной группы, спасаясь от санкций части 3 статьи 430 (Получение взятки в особо крупном размере, либо организованной группой), сложно представить другое обоснование равенства получаемых сумм и потрясающей синхронности и слаженности действий в распределении полученной «благодарности».

Из показаний Петра Лапшевича: Примерно в 2010 году, более точную дату я уже не помню, но это произошло после назначения меня на должность начальника отдела «Каменного Лога», начальник пункта таможенного пункта Фалевич вовлек меня в противоправную деятельность по получению денежного вознаграждения за беспрепятственный пропуск автомобилей с цветочной продукцией. Согласно установленному Фалевичем порядку, из общей суммы, полученной мною за пропуск автомобилей, я должен был передавать ему от 25 до 100 долларов с машины, плюс четыреста долларов ежемесячно. Оставшиеся деньги я должен был делить между собой и инспектором, оформившим автомобиль, в пропорции, установленной Фалевичем. Я в своей деятельности лишь следовал его указаниям.

По моим ориентировочным подсчетам, за весь период моего участия в вышеуказанной преступной схеме (с июня-июля 2010 г. по февраль 2013 г.) я получил приблизительно 37−40 тысяч долларов. Хочу отметить, что в месяц я получал около 1−2 тысяч долларов. Приблизительно такие же размеры денежных средств я ежемесячно передавал начальнику поста Фалевичу и распределял между своими подчиненными инспекторами.

Все денежные средства, получаемые при вышеуказанных обстоятельствах, я хранил в стеклянной 1,5-литровой банке, которую закапывал на участке своего частного дома рядом с будкой собаки. Периодически я выкапывал данную банку и докладывал в нее вновь полученные денежные средства. Весной этого года, приблизительно в марте-апреле 2015 г., я со своей супругой стал обсуждать вопрос приобретения для нашей дочери квартиры. Я откопал указанную банку с деньгами и увидел: банка лопнула, а все денежные купюры пришли в негодность (все купюры пачки слиплись между собой). После этого я обратился к своему знакомому по имени Алик (житель Литвы, часто приезжает в Беларусь), чтобы он узнал, можно ли поменять пришедшие в негодность денежные купюры в банке Литвы. Он мне ответил, что можно поменять порванные или залитые краской купюры, но сгнившие нельзя поменять. Также я разговаривал с еще одним знакомым, который мне сообщил, что сгнившие купюры нельзя поменять. После этого я расстроился и со злости выбросил в печку все указанные денежные средства и спалил их. Хочу уточнить, что никто из моих родственников и знакомых не знал о моих сбережениях и месте хранения банки с деньгами.

Видео: оперативная съемка: где зарыто 166,4 тысячи долларов и сколько влезает в коробку от детской обуви

Преступление и наказание

— Благодаря моему подзащитному было раскрыто это уголовное дело. Он полностью раскаялся, сотрудничал со следствием, погасил ущерб, прошу это учесть при вынесении наказания, — говорили защитники о большинстве обвиняемых.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

После речи гособвинителя, в которой он высказал свое мнение относительно наказания фигурантам данного уголовного дела, Мороз, Горбаль, Лапшевич и Ермолаев внесли деньги, в результате чего запрашиваемые сроки снизили.

«Хотелось бы, чтобы кто-то ответил: почему при наличии опытного центрального аппарата, системы подбора, подготовки, расстановки кадров, всех служб внутриведомственного контроля, собственной безопасности у вас под боком сформировалась такая банда? — заявил руководству ГТК президент. — Я потребовал принципиально разобраться в рамках уголовного дела, кто это все организовал и кто к этому причастен».

Нашли следователи ответ и на этот вопрос. Еще в 2015 году судом Центрального района Минска к 4,5 годам лишения свободы приговорен старший оперуполномоченный по особо важным делам управления собственной безопасности ГТК Полозов, который, узнав о том, что ведется разработка ошмянских таможенников, продал эту информацию членам ОПГ за 2,5 тысячи долларов. Кроме того, коллега Полозова — Ковальчук, в свою бытность начальника ОСБ Ошмянской таможни, будучи «прикормленным» членами ОПГ, закрывал глаза на регулярные обращения граждан о вымогательстве взяток на границе.

Фото: оперативная съемка

Разбор и выяснение заняли больше двух лет, обвинение ключевым фигурантам, тому же Сарумянцу, пришлось переквалифицировать. Затруднения следствия понятны: никого из фигурантов не брали с поличным, а с учетом масштабов деятельности группы крайне сложно определить — сколько именно давали и получали обвиняемые. Фактически КГБ пришлось иметь дело не просто с коррупционной схемой, а с масштабной и профессионально выстроенной системой «кормлений». Эдакие средневековые пережитки с уголовным уклоном.

Многочисленность группы и масштабы поборов обусловили и длительность «разработки», ведь целью было — распутать всю цепочку, а не ограничиваться единичными эпизодами получения взяток рядовыми инспекторами. Что и было сделано — сели все.

Гособвинитель просил для нынешней группы ошмянских таможенников от 3 лет ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение до 12,5 лет колонии усиленного режима. Прокурор также попросил суд взыскать с обвиняемых в доход государства суммы причиненного ущерба — от 3,3 тысячи долларов до более чем 124 тысяч.

Гарник Сарумянц, который был, по версии следствия, организатором, получил 11,6 лет усиленного режима с конфискацией имущества, начальник отдела Марина Мороз - 6 лет лишения свободы (она погасила ущерб в сумме почти 120 тысяч долларов). Александр Горальский, экс-начальник ПТО «Каменный Лог», получил 6 лет лишения свободы. Виктор Фалевич, экс-начальник пунктов «Каменный Лог», «Гудагай» и «Котловка» — 7,7 года. Бывший начальник пункта таможенного оформления «Каменный Лог» Игорь Высоцкий — 8 лет. Таможенники Лапшевич, Горбаль, Карпович, Ермолаев приговорены к 6 годам, Башлыкевич — к 7,6 года, Попченко - к 5 годам. Не признавшие вину Юрий Ковальчук и Игорь Бубнов приговорены к 5 и 6 годам соответственно. Обвиняемый Букель получил пять лет химии.

Литовскому бизнесмену Артуру Тураеву дали штраф — 2000 базовых, он выходит на свободу. Белорусский бизнесмен Павел Ревако из Островца приговорен к трем годам домашней химии.