148 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Где в Беларуси численность населения падала, а где росла? Посмотрели статистику по регионам
  2. Девушка Роналду — модель с невероятными формами. Вы удивитесь, узнав, чем она занималась до встречи с ним
  3. Врач — о симптомах хламидиоза и том, как им можно заразиться
  4. Врач объясняет, когда выпивать два дня — это уже запой и как быстро человек может спиться
  5. «Оказалось бы, что Минск — древний азербайджанский город». Бывший президент Армении раскритиковал Лукашенко
  6. «Нормализация отношений невозможна, пока не прекратится насилие». Макей встретился с послами Германии и Франции
  7. Мошенники оформили на женщину онлайн-кредит на 10 000 рублей, пришлось его выплатить. Что говорят в банке
  8. «Падает мотивация платить налоги». Белорусы плохо разбираются в бюджете. Вот к чему это может приводить
  9. «Настроения упаднические». Работники «Белмедпрепаратов» сообщают об увольнениях из-за политики
  10. Премьер-министр России в Минске: налоговая интеграция и анонс встречи Лукашенко и Путина
  11. В выходные чуть потеплеет, на следующей неделе — похолодание и дожди
  12. «В больнице плакал и просил прощения». Поговорили с женой Виктора Борушко, которому дали 5 лет колонии
  13. Переговоры с Мишустиным, новые законы и задержания. Что происходило в Беларуси 16 апреля
  14. Суд приговорил музыканта Тиму Белорусских к двум годам «домашней химии»
  15. Склепы с останками ребенка и взрослого обнаружили при прокладке теплотрассы в центре Могилева
  16. «Белнефтехим» рассказал, насколько подорожает топливо до конца года
  17. «Мы не гоняемся за сложными рецептурами». На Белинского открылась кондитерская Mousse
  18. Вместо Земфиры — Моргенштерн. Организаторы «Вёски» — о возврате билетов и новом лайнапе
  19. Курсы доллара и евро заметно упали. Что происходит на валютном рынке
  20. На «Гомсельмаше» рассказали про 400 вакансий, приглашение россиян на работу и зарплаты выше 3600 рублей
  21. Дух захватывает. Что видно с крыши в центре Минска, где сегодня презентовали высотный огород?
  22. В прокате — «Чернобыль» Данилы Козловского. Что с ним не так?
  23. Глава Минздрава о третьей волне коронавируса в Беларуси: заболевших меньше, но тяжелых случаев больше
  24. Как скручивают пробеги у машин из Европы: вопиющие примеры и советы специалистов
  25. «Это недопустимо». Григорий Василевич — об идее ограничить возраст для голосования 70 годами
  26. «Переболел COVID-19 и вернулся». История 92-летнего фельдшера, без которого в деревне никак
  27. Белорус заочно получил пожизненное за убийство французских миротворцев. Рассказываем, что известно
  28. «Попытка восстановить легитимность». Эксперты — о «заигрывании с Баку» и будущей встрече с Путиным
  29. Руководителем Белорусской ассоциации журналистов избрали Андрея Бастунца
  30. Туктамышеву называют новой примой российского фигурного катания. Только взгляните, как она хороша


Александр Обухович, специально для TUT.BY

Россия выбирает стратегию развития. В предыдущей статье я попытался обрисовать суть выбора между "стратегией Путина", опирающейся на поддержку чиновников и промышленников, и "стратегией Медведева", опора которой – интересы торгового и финансового капитала. Причем и В. Путин, и Д. Медведев сегодня, скорее, знамя, чем реальные политические лидеры каких-то политических сил. Поскольку и сами они, и их сторонники бороться за свою стратегию пока не готовы.
 

В разные стороны
 

Конечно, названия стратегий весьма условны. Оба российских лидера, скорее, склоняются к одной из них. Пытаются ограничить уровень расхождений во взглядах только акцентами, выстраивая конкретные политические решения якобы вне стратегий, только исходя из конкретных сиюминутных проблем. Однако ход развития настоятельно потребует выбора.

А о том, что выбор уже назрел, свидетельствует принципиальное расхождение во взглядах между крупными чиновниками - министром экономразвития А. Улюкаевым и помощником президента А. Белоусовым. Только самые очевидные примеры:
 
А. Улюкаев: Рубль должен укрепляться. ("Рубль серьезно недооценен в макроэкономическом смысле. Мы обречены на длительный период укрепления реального курса рубля".) А. Белоусов: Рубль слишком дорог, его курс препятствует экспорту и стимулирует импорт.
 
А. Улюкаев: Макроэкономическая стабилизация важнее роста. ("Обеспечить стабильность развития, стабильность финансов — это важнее, чем просто получить сколько-то процентов роста в отчетном году".) А. Белоусов: И все же главное в экономической системе — это рост и, соответственно, взгляд на хозяйство как на динамическую систему.
 
А. Улюкаев: Ставить задачу достижения высоких темпов экономического роста наивно и бессмысленно. ("Никогда в обозримой перспективе не будет у нас 7% [роста ВВП], а в мире в среднем 5% — об этом надо забыть".) А. Белоусов: Высокий экономический рост необходим и возможен. ("Перед страной объективно стоит задача выхода на темпы роста не ниже 6% в год по ВВП".)

Мы все "родом из СССР". Чтобы чиновники такого ранга могли себе позволить публично высказывать взаимоисключающие взгляды, они должны быть уверены в очень мощной поддержке. Так что уже это показывает, что силы за этими стратегиями стоят очень значительные.
 
Напомню, то, что я назвал "стратегией Путина", имеет приоритетами "Великую Россию" как самостоятельного игрока на мировой арене. Основные средства - ее реиндустриализация через обильное госфинансирование и интеграция постсоветского пространства. Прежде всего – как подконтрольный рынок сбыта для возрожденной российской промышленности.
 
"Стратегия Медведева" как приоритеты выдвигает макроэкономическую стабилизацию и инкорпорацию экономики России в западную. Пусть и с потерей части суверенитета. Создание условий для спокойного накопления капитала. Постепенное свертывание вмешательства государства в экономику.
 
До поры обе стратегии прекрасно уживались. "Стратегия Путина" в его первые сроки президентства отвечала и настроениям населения, оскорбленного правлением Ельцина, и потребности стабилизации экономики после развала 90-х. А торговый и финансовый капитал был занят своей консолидацией, не сильно интересовался промышленным производством, и некоторая отстраненность от Запада была ему только на руку, поскольку сдерживала вторжение западных конкурентов.
 
Причем сторонники обеих стратегий вовсю клялись в верности принципам рыночной экономики. Сторонники "стратегии Путина" были уверены, что, получив обильное финансирование, предприятия сами проведут необходимую модернизацию и выйдут на уровень, обеспечивающий их конкурентоспособность не только внутри России.
 
Сторонники "стратегии Медведева" считали, что накопленный капитал сам перетечет в промышленность и сельское хозяйство и совместно с западными партнерами удастся создать крупный бизнес, который откроет российским олигархам путь в круг воротил крупного бизнеса Запада. Откуда планировалось привлечь и капитал в промышленность, и технологии. На постсоветском пространстве сторонники "стратегии Медведева" пытаются смоделировать тот же механизм, который использует Запад, строя отношения с "третьим миром": преобладание на открытых рынках более мощных российских банков и компаний, как им кажется, позволит цивилизованно вытягивать ресурсы из стран ТС.
 
Однако уже в начале нынешнего кризиса, в 2009 году, стало ясно: и стратегия реиндустриализации через госфинансирование (прежде всего – госкорпораций) проваливается, и российские олигархи на Западе в круг воротил крупного бизнеса не будут приняты. (Покупка ими недвижимости и футбольных клубов на Западе приветствуется, серьезных активов им стараются не продавать.) Реальных иностранных инвестиций и трансферта технологий тоже крайне мало. Строго говоря, пока проваливаются обе стратегии.
 

Стратегии и их проблемы 
 

Реально инвестированных в промышленность России до 2008 года средств хватило только на некоторую стабилизацию работы предприятий на старой советской технической базе. За исключением добывающих предприятий и предприятий по первичной переработке сырья (металлургия, пищевая промышленность и т.п.). Для коммерчески обоснованной модернизации предприятий под современный уровень в России не оказалось ни кадров, ни соответствующих объемов спроса. Поскольку российский рынок оказался плотно забит импортом, а никаких структур для экспорта создано не было. Именно поэтому недавно Д. Медведев и констатировал неконкурентоспособность российской промышленности. Именно поэтому в 2009 году провалилась попытка предотвратить падение объемов производства через дополнительное госфинансирование: выделенные ресурсы оказались не востребованы. Деньги, конечно, необходимое, но недостаточное условие для реиндустриализации. А других рычагов для нее у правительства России не было и нет.
 
Причем, похоже, опыт российских либералов ничему не учит: на недавнем заседании правительства А. Улюкаев, новый министр экономического развития (в прошлом – сподвижник Е. Гайдара), озвучил новый пакет мер по борьбе с надвигающейся рецессией. И в этом пакете – все тот же набор мер по кредитованию бизнеса, созданию дополнительных финансовых инструментов, страхованию банковских кредитов и т.п. Короче – те же деньги, которые реальный сектор российской экономики отторгает: их некуда вложить с эффективностью, сравнимой с инвестициями в торговлю или строительство. Соответственно, и эффективность этого пакета изначально более чем проблематична.

Дополнительным фактором торможения российской реиндустриализации неизбежно станет вступление России в ВТО. Уже нынешний уровень таможенных платежей не позволяет российской промышленности даже на внутреннем рынке конкурировать с импортом. Последовательное снижение барьеров только усугубит ситуацию. А выгоды, которые могла бы получить при вступлении в ВТО российская промышленность от экспорта, незначительны. Поскольку особо нечего и экспортировать. По крайней мере, потери для страны от облегчения вхождения импорта намного превысят выгоды для нескольких экспортеров.
 
Не лучше показывает себя пока и "стратегия Медведева". Даже очень крупные российские капиталы не имеют шансов сформировать транснациональные компании. Поскольку зачастую высокотехнологичные активы россиянам просто не продают, а внутри их формировать не удается: емкости имеющихся рынков недостаточно для коммерчески обоснованных инвестиций. Развитие крупных капиталов идет по заведомо тупиковому пути формирования конгломератов. С перспективой, при вхождении в Россию западных и китайских конкурентов, их разорения.

Очевидные, но труднодоказуемые картельные сговоры (цемент, зерно, молоко, мясо – только самые известные примеры) подавляют конкуренцию и приводят к необоснованной концентрации добавленной стоимости в торговле, угнетают мелкое производство. Перенакопление капитала в торговле (особенно импортом), крупных компаниях при недостаточной емкости внутреннего рынка приводит к выводу накоплений за рубеж. При остром дефиците инвестиций в других отраслях. Перетоков капитала нет.

Либералы, объясняя трудности "стратегии Медведева", чаще всего ссылаются на коррупцию и чрезмерное вмешательство государства в экономику. Однако они полностью игнорируют тот факт, что без коррупции первичное накопление капитала было невозможно: с постсоветского "нуля" более цивилизованные методы накопления работают слишком медленно.
 
Да и не россияне авторы методики ускоренного создания среднего класса через коррупцию: задолго до России методика была применена американцами в Кампучии (привела к власти Пол Пота), в шахском Иране (привела к "революции аятолл"), посленасеровском Египте (Садат был убит). При Б. Ельцине либералы протолкнули эту американскую методику как государственную политику. А уж если такой "зверь" выпущен из клетки, загнать его обратно очень трудно: с коррупции кормится слишком много людей. Так что борьба с коррупцией в России – надолго.

Что касается вмешательства государства в экономику. А что делать, если рыночные механизмы подталкивают развитие страны в нежелательном направлении? Молиться на них, что ли? Другое дело, что нынешние российские методики вмешательства государства в экономику крайне неэффективны и тонут в коррупции. По сути, используются два основных механизма: поддержка системообразующих предприятий и финансирование крупных госзаказов. Современные методы проектного финансирования и частно-государственного партнерства либо не используются, либо тоже тонут в коррупции.
 
К тому же в процессе государственного вмешательства в России имеет место странный симбиоз государственного финансирования и либеральных экономических моделей. Как говорится, "нельзя быть немножко беременной". Если государство финансирует какой-то проект, рыночные механизмы должны включаться только после реализации проекта.

В таких условиях вползание России в рецессию практически неизбежно. С тяжелыми последствиями для России и очень тяжелыми - для Беларуси. Слишком велика наша зависимость. Некоторые экономисты считают, что, при неблагоприятном развитии событий в России, сначала последует дефолт в Беларуси, а уж потом – кризис в России. Дополнительно осложняет наше положение давление на нашу внутреннюю политику российских либералов, навязывающих нам (через условия кредитов, пропаганду и т.д.) принципы экономической политики, не работающие в самой России.
 
На экономическом форуме в Санкт-Петербурге В.В. Путин заявил, что нынешняя экономическая модель в России себя исчерпала. Но пока никаких признаков серьезной проработки какой-то другой модели не просматривается.
Обращаем ваше внимание, что мнение автора может не совпадать с мнением редакции TUT.BY.

Читать полностью: https://news.tut.by/economics/358392.html

Читать полностью: https://news.tut.by/economics/358392.html

Читать полностью: https://news.tut.by/economics/358392.html
-10%
-20%
-20%
-20%
-15%
-21%
-10%
-15%
-12%