1. Руководителей МЗКТ, МТЗ, БЕЛАЗа и других предприятий обвиняют в получении взяток от россиян
  2. Расследование BYPOL о смерти Бондаренко, подорожание топлива, повышение пенсий. Что происходило в Беларуси 27 января
  3. «Любимая пациентка» доктора Менгеле. Как белоруска выжила после опытов палача из Освенцима и написала письмо его сыну
  4. Вынесли приговор минчанину, которого обвиняли в нападении на сотрудника ОМОНа, — 5 лет колонии
  5. «Меня завезли в отдел, стали избивать». По делу о «коктейлях Молотова» дал показания 16-летний обвиняемый
  6. Дмитрий Крук назвал сценарии для экономики в 2021 году и угрозы, способные их перечеркнуть
  7. Опознана одна из девушек, которая часто появляется в окружении Лукашенко. Она тоже срезала ленточки во дворах
  8. Минское «Динамо» проиграло дома нижегородскому «Торпедо»
  9. В Беларуси за сутки 1651 новый случай COVID-19 и десять смертей
  10. Бегуна из Новополоцка ждет суд за фото с забега Zombie Run. Соседи считают их «исключительно циничными»
  11. Горный инженер из Могилева предлагает пешеходный туннель под Днепром — и это звучит круто. Он все рассчитал
  12. Минчанина судят за протест 9−10 августа: бросил цветок в ОМОН, нанес ущерб «Минсктрансу» на 27 тысяч
  13. В Беларуси повышают минимальные трудовые и социальные пенсии
  14. «Я одна здесь уже 10 лет». История Галины, которая живет в мертвой деревне. Почти
  15. «Он держится, и я держусь». Девушка одаренного студента, осужденного на 4 года, ищет ему работу и стажировки
  16. Генпрокуратура опровергла задержание прокурора Витебска. Он уволен
  17. Тест по роману Короткевича. Его должен пройти на 10 из 10 каждый белорус
  18. С 28 января снова дорожает автомобильное топливо
  19. «Цепкало участвовать не планирует». Экс-представитель штаба Цепкало хочет зарегистрировать партию
  20. «Службой был доволен, не жаловался». Что известно о погибшем в части в Островце 18-летнем срочнике
  21. «Понял, что поменял шило на мыло». Три уехавших врача рассказывают, как изменилась их жизнь после выборов
  22. Представитель власти — это кто? Разобрались с юристом, кого нельзя будет оскорблять по новому УК
  23. На пациента, ударившего в «политическом конфликте» врача скорой в Бресте, завели уголовное дело
  24. Конфликт в столичной маршрутке. Водитель хотел высадить пассажира из-за неприятного запаха
  25. Правозащитники опубликовали доклад о пытках в Беларуси
  26. В Tinder появились профили студентов, которые сейчас в СИЗО. Как так получилось
  27. «Нет, алкоголем не пахнет вообще». BYPOL опубликовал свое расследование по факту смерти Романа Бондаренко
  28. Англия глазами белоруса: чем плоха и хороша британская жизнь
  29. «Людей лишают «плюшек». Официальные профсоюзы придумали, как удержать работников и «наказать» тех, кто вышел
  30. Министр по чрезвычайным ситуациям Ващенко освобожден от должности


/

Статистические отчеты свидетельствуют, что белорусская экономика де-факто возвращается к докризисной модели роста, когда главными его "драйверами" становятся внутренний спрос (поддерживаемый ростом доходов домохозяйств) и внутренние инвестиции (особенно в условиях кампании по "модернизации" экономики).

Чем чреваты "старые грабли" и как модернизация, заявленная как способ вывести экономику на новую бескризисную траекторию развития, легко превращается в свою противоположность.



Также в программе "Экономика на пальцах" с Сергеем Чалым: белорусы резко увеличили спрос на золотые слитки в последнее время. В качестве основной причины роста интереса к золоту Нацбанк называет падение цен на него. Хорошая ли это инвестиция и перспективы цен на золото.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (30.83 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео (206.00 МБ)

Сейчас должны пойти утечки относительно планов социально-экономического развития на 2014 год. Примерно то же самое было в прошлом году, когда еще работала схема растворителей и разбавителей. В прошлом году основной вклад в ВВП давал экспорт. В 2012 году в первом квартале был больше 15%. В третьем квартале прошлого года эффект вклада экспорта стал отрицательным, а в четвертом квартале мы получили снижение ВВП. Сейчас чистый экспорт – минус 6,7, а внутренний спрос - плюс 12,4.

В первые месяцы 2013 года упал и экспорт, и импорт. Но при этом темпы падения экспорта превышали темпы сокращения импорта. В начале января 2011 года президент говорил, что мы должны развиваться по модели экспортно ориентированных государств. На самом деле мы были импортозависимым государством: финансировали экономический рост за счет стимулирования внутреннего потребления путем роста доходов домохозяйств и финансирования инвестиций в рамках госпрограмм. Таким образом, главным "драйвером" роста был внутренний спрос.

Превышение внутреннего потребления над внутренними источниками и создавало дисбаланс. Когда дыра финансирования достигла таких размеров, что ее нечем было закрыть, понятно было, что должна произойти ребалансировка.

Весной 2011 года целительное воздействие оказало то, что, оправившись от шока, домохозяйства и предприниматели нашли обходные пути и вернулись к старым схемам еще из 90-х годов – конвертации через счета иностранных банков. Мы действительно импортозависимая страна, и у нас довольно большая доля импортной составляющей в нашем экспорте. Вопрос был о соотношении эластичности цены, когда произойдет резкая корректировка курса, насколько сократится импорт, насколько вырастет экспорт. Результат был ошеломляющим: со складов сметали все, даже обувь.

Став на тот момент экспортно ориентированной страной, в настоящий момент мы восстанавливаем структуру ВВП в докризисное время. Модель экспортно ориентированного роста – это не слишком хорошо для тех, кто внутри этой страны. Стимулировать экспорт — значит, стимулировать внешнее потребление. Иными словами, то, что мы производим, должны потреблять не мы сами. Очень часто это делается путем искусственного сдерживания внутреннего спроса. Почти все отчеты о достигнутых успехах после перехода на плавающий валютный курс говорили, что одним из важных факторов стабилизации была целенаправленная политика сокращения внутреннего спроса. Она и обеспечила экспортоориентированность.

Потребительское поведение домохозяйств очень четкое: как только на руках оказывается больше денег, моментально спрос смещается в более дорогой сегмент. Такое ощущение, что наши белорусские товары – классические товары Гиффина: их потребление увеличивается в результате ухудшения бюджетных ограничений. Главным образом рост идет не по продовольственному импорту, а по непродовольственному. По позициям сложной бытовой техники это видно очень четко. Год назад доля импорта по стиральным машинам была 32%, сейчас более 50%. По телевизорам было около 60%, а сейчас стало около 80%. Белорусские товары по определению воспринимаются как товары худшего качества.

То же самое происходит с инвестиционным спросом, особенно в рамках начавшейся комплексной модернизации. Пока вопрос только в том, есть ли дисбаланс и какова его величина. Главным показателем этих дисбалансов является дефицит платежного баланса. Платежный баланс сводится довольно медленно, сейчас есть данные только первых двух месяцев. Общий дефицит чуть меньше 400 млн долларов. Если исходить из их нереалистичного прогноза (рост около 75 млрд долларов), в итоге мы получаем порядка 4% дефицит текущего счета. Первые два месяца года было минус 400 млн, по статье финансирования – 440 млн – первый из двух траншей антикризисного фонда. Пока эту дыру мы закрываем, и на валютном рынке относительное спокойствие, связанное с тем, что с февраля население является нетто-продавцом валюты.

За счет чего берутся те 5 млрд долларов? Помимо всего прочего, туда включаются 4,5 млрд долларов прямых иностранных инвестиций, запланированных на этот год. Пока насчитали 1,5 млрд долларов прямых иностранных инвестиций за квартал, если не вдаваться в детали. Секрет в том, что в одном месяце порядка 1 млрд были зачтены реинвестированные прибыли существующих иностранных и совместных предприятий, уже действующих в Беларуси. Заработанные прибыли были вложены в это же предприятие, хотя считаются иностранными инвестициями. Создания новых производств не происходит.

Кризис никогда не повторяет предыдущий. Экономические власти готовятся к прошлому кризису, и в процессе попыток избежать старых ошибок они провоцируют новые. Интересно наблюдать, насколько управляема ситуация теми, кто должен ею управлять. 22 мая произошел аукцион по размещению краткосрочных облигаций Нацбанка. До осени прошлого года у нас была избыточная ликвидность. Потом создали искусственный кризис ликвидности, который одновременно помог преодолеть валютную панику в сентябре-октябре, и до февраля у нас был недостаток ликвидности. Начиная с февраля мы снова возвращаемся в ситуацию избыточной ликвидности, это четко видно по ставкам на межбанке: с избыточной ликвидностью они кладутся на нижнюю процентную ставку операций по изъятию. Сейчас она 17%.

22 мая – окончание налоговых дней, после которых, как правило, ликвидность в системе сокращается. Этого не случилось. Как правило, количество свободных денег уменьшается в результате посевных работ. Этого не произошло. Остатки на счетах коммерческих банков в Нацбанке в результате этой операции практически не изменились. Это один из примеров того, что процентная ставка и ставка рефинансирования не сильно становятся инструментом денежно-кредитной политики. Помимо всего прочего, основной момент – активность Минфина, финансирование госпрограмм.

По объективным параметрам денежно-кредитная политика оказалась жестче, несмотря на снижение двух процентных ставок. Получается, что впервые с 2012 года размер кредита экономики становится положительным по сравнению с тем, который Минфин считает равновесным. Его больше, чем должно было бы быть, если бы все экономические агенты вели себя так, как полагается. Объем выданных кредитов зависит от спроса на них. Но этот спрос зависит от жесткости денежно-кредитной политики: насколько сложно получить кредит - как по условиям его предоставления, так и по процентной ставке. Нацбанк с горечью говорит, что эффективность его денежно-кредитной политики становится все меньше, потому что она не влияет на кредиты, выданные в иностранной валюте, и кредиты, выданные в рамках госпрограмм, которые нечувствительны к ставке рефинансирования. Если ты включен в некий перечень, ты получишь деньги независимо от того, какова в данный момент денежно-кредитная политика Нацбанка.

Основные потребители кредитов в иностранной валюте и реципиенты в рамках кредитов госпрограмм – это госпредприятия. В результате для компенсации неэффективности на государственном сегменте происходит избыточное ужесточение политики для частного сектора.

Получается, государственные предприятия взяли в рамках госпрограмм даже больше кредитов, чем рассчитывал Нацбанк.

Мы оставили ту модель, которая получилась после перехода на плавающий курс. Мы снова работаем по старой схеме: "драйвером" роста является внутреннее потребление, которое равно сумме инвестиционного и потребительского спроса. Очевидно, что главной угрозой является давление на потребительский и инвестиционный импорт. Это ведет к ухудшению ситуации с платежным балансом, с торговым и текущим счетом платежного баланса. 4% от ВВП – это несколько больше, чем все ожидали. С учетом того, что потребность финансирования порядка 5 млрд, нужны будут внешние займы, либо трата золотовалютных резервов, либо корректировка в виде девальвации.

Мы все время говорили, что без серьезных структурных изменений ситуацию не улучшить. Имелись в виду структурные изменения, которые повышали бы эффективность нормальных рыночных способов регулирования экономики. Например, это единые условия хозяйствования как государственных, так и частных предприятий. В действительности идет движение в противоположном направлении: структурные изменения происходят, но со знаком минус. Неравенство положения государственного и частного сектора становится сильнее, тем самым эффективность денежно-кредитной политики Нацбанка понижается.

Девальвация – уже не вполне нормальное решение, потому что структурно наша экономика становится хуже. Это означает, что соотношение эластичности спроса импорта и экспорта от курса изменилась таким образом, что эффект от девальвации становится все меньше. Это пока только модельные подсчеты. Это означает, что для аналогичной корректировки текущего счета потребуется пропорционально больший девальвационный шок. Понятно, что это неприемлемое решение политически и экономически.

Всегда остается вариант приватизации, но пока, похоже, это одни разговоры. Сколько активных разговоров шло про пять интеграционных проектов. Но я уже объяснял, что фактически требование приватизации из условий Антикризисного фонда ЕврАзЭС пропало и заменилось приоритетными интеграционными проектами. Из всех проектов быстро могут быть реализованы МЗКТ, вопрос МАЗа и КамАЗа. Остальные проекты – на дальнюю перспективу.

Имеет смысл следить, как будет заключаться нефтяной баланс: либо на остаток года, либо на квартал. Это лакмусовая бумажка, по которой можно следить, действительно ли эти два вопроса увязаны. Наши нашли юридическую лазейку, как развязать эти вопросы. Но дело не в нефтяном балансе, а в том, что приватизация, похоже, понадобится, чтобы стабилизировать текущий счет.

Цель модернизации была в ситуации экономического равновесия постараться увеличить равновесные, не создающие экономические дисбалансы темпы экономического роста. По мере того, как лозунг модернизации начинает наполняться содержанием, мы теряем макроэкономическое равновесие, которое предполагалось. Если комплексная модернизация будет выполнена в тех же масштабах, она потенциально может стать угрозой для стабильности, потому что является фактором роста, который стимулирует внутреннее потребление.

Однако что нужно, чтобы модернизация не вредила хрупкой макроэкономической стабильности?

Модернизация должна привести к увеличению экспорта настолько, чтобы этот дисбаланс закрывать. Петр Прокопович дает рецепт: "На основе модернизации и повышения производительности труда повысить жизненный уровень, конкурентоспособность продукции, значительно нарастить экспортный потенциал". При этом он напомнил, что задача промышленности – экспортировать 80-85% всей продукции. Сравним это с тем, что было во время бума, когда разбирали все (май-июнь). Тогда показатели составляли 65%. Как можно получить 80-85%? Единственный вариант – сокращать внутреннее потребление.

Что значит сокращение внутреннего потребления? Меньше зарплаты платить?

Да, в том числе. В ситуации, когда проводится комплексная модернизация, инвестиции не сократить. А получить нужно еще больший результат, чем тот, который был в более благоприятных условиях. Если только эти 80-85% не просто слова. Я искренне надеюсь, что модернизация в итоге окажется кампанейщиной, потому что в том виде, в котором планируется, она уже создаст проблемы. Если она будет исполняться, то чтобы она не привела к кризису, нужно административным методом снизить внутреннее потребление домохозяйств. Получается забавная ситуация: модернизацию придумывали, чтобы обеспечить темпы роста, которые смогут закрыть разрыв в доходах с сопредельными странами. Теперь же выходит, что инструментом успеха модернизации становятся действия, прямо противоположные тем, которые были когда-то целью этой модернизации. Свернули мы с этой дорожки, когда выдвинули лозунг модернизации вместо лозунга структурной перестройки. Тем самым мы начали структурную перестройку в противоположном направлении.

Российская Федерация повторяет много наших ошибок. В частности, они пришли к особому управлению экономикой. Президент недоволен работой правительства, потому что, став президентом, он напринимал указов, которые все воспринимали как литературные. Они были либо неисполнимы, либо вредны. Но оказалось, что контрольные параметры надо исполнять, даже если они нереалистичны. Планировалось создание 25 млн высокопроизводительных рабочих мест к 2020 году и увеличение производительности труда к 2018 году в 1,5 раза. Полная аналогия того, что буквально через полгода мы начали называть нашей модернизацией. В России эти указы выполняются уже год, а воз и ныне там. Рабочие места создаются, но даже хуже, чем старые. И занятость у них растет быстрее экономики, за счет прироста и эмиграции. В целом эффективность снижается. Это еще одно доказательство того, что это имитация.

Проект указа о неприватизированном гражданами жилье уже готов и находится на рассмотрении у президента. А речь идет о 400 тысячах квартир, если умножить на 2,5, это примерно 10% населения и 14% общего жилья. Это немаленькая величина. Решение довольно простое: то, что не приватизировано, либо до конца приватизировать, либо оно становится арендным (ставки сейчас 20 тыс. руб. за м2. Но есть еще повышающие коэффициенты, устанавливаемые исполкомом в зависимости от местоположения). Указ согласован, разработан и готовится к направлению президенту. Никакого не то что обсуждения мы не видим – в прессе практически ничего об этом нет, кроме сообщений информагентства.

Я выскажу догадку относительного того, чем эта ситуация может закончиться. Этот указ упадет людям на голову, а времени, чтобы принять решение, немного. Обычно акцентируется проблема и начинается ее обсуждение. По мере того как в умах людей это станет проблемой и появится идея, что с ней нужно что-то делать, предлагается решение. Странно как раз то, что вся технологическая процедура разработки указа не сопровождалась обсуждением.

Мое мнение: скорее всего, это решение постигнет та же судьба, которая касалась тарифов на ЖКХ. Стояла цель сокращения перекрестного субсидирования. Высокие тарифы для промышленных потребителей компенсируют низкие тарифы для населения. Инициатором выступало конкретное ведомство – Минэнерго. Чем все в итоге закончилось?

Арестами.

А до этого чем? Президент сказал: посчитайте, я думаю, у вас там половина воруется и население уже платит проценты, которые должны быть к 2015 году. И сказал разобраться с ценообразованием.

Еще было несколько креативных вещей. У вице-премьера Тозика была идея сделать платными посещения поликлиник. И эта, и ей подобные идеи закончились тем, что президент сказал: "Хватит будоражить население". Если избирательная кампания уже началась, мы увидим аналог истории с Минэнерго. Судьба этого решения будет проверкой, действительно ли мы находимся в режиме предвыборной избирательной кампании. Если это так, то уменьшение внутреннего спроса, о котором я говорил выше, будет невозможным. Тогда вопрос, что будет с модернизацией, если у нее пропадет инструмент, который позволяет ей не стать фактором экономического дисбаланса.
-90%
-10%
-20%
-11%
-50%
-10%
-40%
0071710