148 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Где в Беларуси численность населения падала, а где росла? Посмотрели статистику по регионам
  2. Девушка Роналду — модель с невероятными формами. Вы удивитесь, узнав, чем она занималась до встречи с ним
  3. Врач — о симптомах хламидиоза и том, как им можно заразиться
  4. Врач объясняет, когда выпивать два дня — это уже запой и как быстро человек может спиться
  5. «Оказалось бы, что Минск — древний азербайджанский город». Бывший президент Армении раскритиковал Лукашенко
  6. «Нормализация отношений невозможна, пока не прекратится насилие». Макей встретился с послами Германии и Франции
  7. Мошенники оформили на женщину онлайн-кредит на 10 000 рублей, пришлось его выплатить. Что говорят в банке
  8. «Падает мотивация платить налоги». Белорусы плохо разбираются в бюджете. Вот к чему это может приводить
  9. «Настроения упаднические». Работники «Белмедпрепаратов» сообщают об увольнениях из-за политики
  10. Премьер-министр России в Минске: налоговая интеграция и анонс встречи Лукашенко и Путина
  11. В выходные чуть потеплеет, на следующей неделе — похолодание и дожди
  12. «В больнице плакал и просил прощения». Поговорили с женой Виктора Борушко, которому дали 5 лет колонии
  13. Переговоры с Мишустиным, новые законы и задержания. Что происходило в Беларуси 16 апреля
  14. Суд приговорил музыканта Тиму Белорусских к двум годам «домашней химии»
  15. Склепы с останками ребенка и взрослого обнаружили при прокладке теплотрассы в центре Могилева
  16. «Белнефтехим» рассказал, насколько подорожает топливо до конца года
  17. «Мы не гоняемся за сложными рецептурами». На Белинского открылась кондитерская Mousse
  18. Вместо Земфиры — Моргенштерн. Организаторы «Вёски» — о возврате билетов и новом лайнапе
  19. Курсы доллара и евро заметно упали. Что происходит на валютном рынке
  20. На «Гомсельмаше» рассказали про 400 вакансий, приглашение россиян на работу и зарплаты выше 3600 рублей
  21. Дух захватывает. Что видно с крыши в центре Минска, где сегодня презентовали высотный огород?
  22. В прокате — «Чернобыль» Данилы Козловского. Что с ним не так?
  23. Глава Минздрава о третьей волне коронавируса в Беларуси: заболевших меньше, но тяжелых случаев больше
  24. Как скручивают пробеги у машин из Европы: вопиющие примеры и советы специалистов
  25. «Это недопустимо». Григорий Василевич — об идее ограничить возраст для голосования 70 годами
  26. «Переболел COVID-19 и вернулся». История 92-летнего фельдшера, без которого в деревне никак
  27. Белорус заочно получил пожизненное за убийство французских миротворцев. Рассказываем, что известно
  28. «Попытка восстановить легитимность». Эксперты — о «заигрывании с Баку» и будущей встрече с Путиным
  29. Руководителем Белорусской ассоциации журналистов избрали Андрея Бастунца
  30. Туктамышеву называют новой примой российского фигурного катания. Только взгляните, как она хороша


/ Павел Свердлов,

В очередной программе Сергея Чалого "Экономика на пальцах" мы говорим о кадровых перестановках в Нацбанке и снижении процентных ставок.

Сергей Чалый и Павел Свердлов

Также говорим о перспективе курса белорусского рубля и о сокращении государственного аппарата.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (34.81 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео (220.74 МБ)

Макияж: Щербицкая Юлия и Каменец Дарья (ученицы Татьяны Тетерук, директора школы профессионального макияжа, мастера международного класса).

Поступил коварный вопрос от слушателя. Gazoilman пишет: “Здравствуйте, в банковских кругах существует мнение о курсе 9800 руб. к концу года. Какова вероятность повторной спекулятивной атаки банков на фоне этих представлений? Возможен ли реалистичный сценарий, при котором курс достигнет этой отметки на фоне политических целей руководства и существующих запасов прочности?”

Достаточно бессмысленно давать прогнозы на определенную дату, потому что кризисы редко начинаются и заканчиваются календарным годом. Имеет смысл поговорить о базовом сценарии этого года, потому что ситуация более-менее вырисовывается. Коммерческие банки поучаствовали в осенней ситуации со спекулятивным ростом курса доллара. В тот момент у большинства банков с иностранным капиталом и средних и малых банков выросла валютная позиция. Продавать валюту на бирже, которая потом может стать дороже, смысла не было, поэтому получилась ситуация мини-придерживания, локального дисбаланса спроса и предложения.

Мой базовый сценарий относительно этого года заключается в том, что острых вещей в этом году мы не увидим. Для этого нет никаких объективных причин. Кризис 2010 года был во многом связан с тем, что очень долго “мочились против ветра”. Прошлогодняя мини-валютная паника была целиком рукотворная. Пытались нащупать грань, где максимально возможные темпы экономического роста, которые еще не приводят к тяжелым последствиям. Теперь приоритетом является макроэкономическая стабильность. В случае, когда расходящиеся цели приводят к различным ситуациям в виде прошлогодней, приоритетом является восстановление макростабильности. Все понимают, что второй кризис будет выглядеть совершенно по-другому, чем первый. Понятно будет, кто будет в нем виноват, и списать это на внешние факторы будет очень сложно.

Если прогноз 9800 руб. к концу года, то за 8 месяцев с 8600 руб. рост составит чуть меньше 15%. Откровенно говоря, это много. Это будет явно выше, чем темпы инфляции, которые останутся до конца года. Очевидно, что инфляция замедляется сразу по двум причинам: потому что цены, которые зависят от монетарной политики, в нерегулируемом секторе, растут существенно медленнее. Последний год лидером являются административные повышения, а это было связано с тем, что им размазали ценовой скачок, который сразу произошел. Более того, принято политическое решение, чтобы такими темпами регулируемые цены не росли. Особенно четко это было видно на совещании по проблемам энергетической отрасли, и было сказано о тарифах ЖКХ.

Некоторое время курс пляшет вокруг 8600 руб. Нет ли тут отложенного потенциала для роста? Вполне возможно, что уже должен быть чуть-чуть выше.

Он, несомненно, должен быть выше, если бы не процентные ставки в экономике, которые существенно выше, чем должны были бы быть. Выше они в силу того, что до сих пор Нацбанку приходится сдерживать инфляционные и девальвационные ожидания. В реальном выражении это очень высокие процентные ставки. Учитывая потенциал снижения инфляции и ставки, курс доллара должен будет расти.

В целом понятно, что находится в головах у Нацбанка и на основании чего они действуют. Их задача – не допустить спекулятивной атаки на банки.

Кто может атаковать?

Вкладчики рублевых депозитов. Сейчас ситуация противоположная. Именно в силу того, что ставки сейчас сверхвысокие, мы последние месяц имели рекордный приток рублевых депозитов.

Плюс люди больше продают долларов, чем покупают.

Я думаю, люди решили, что это последний шанс, когда еще можно выиграть за счет высоких процентных ставок. Все равно это спекулятивные действия наших вкладчиков. Что будет потом, когда эти ставки начнут снижаться, вопрос очень важный. Это вопрос динамики курса, который будет, ожидаемой инфляции. Все эти факторы выражаются в голове человека в одном-единственном решении: выгодно ли оставлять рубли на рублевых депозитах или выбирать долларовые инструменты.

Задача Нацбанка заключается в том, чтобы поддерживать психологическое ощущение того, что рублевые депозиты по-прежнему являются выгодными. Естественно, он меньше всего хочет увидеть возможное давление на курс. То, что курс сейчас стоит, вместо того, чтобы плавно ослабевать, это следствие того, что процентные ставки в целом в экономике существенно высоки. Я думаю, курс будет максимум 9300 руб.

Я подытожу: вероятность повторной спекулятивной атаки – скорее нет.

В том варианте, какой был осенью прошлого года, это маловероятно.

И насчет политических целей и существующего запаса прочности…

Вопрос не в курсе, а в процентных ставках. Наша экономика сейчас в рецессии: квартал 3,5%, первые два месяца было 4,4%. Это в чистом виде замедление темпов экономического роста. Это связано с тем, что в условиях быстрого снижения инфляции процентные ставки за ними не успевают. В реальном выражении они очень высоки, что сказывается на конкурентоспособности и прибыльности предприятий. Для экономики в нашей ситуации курс 9800 руб. был бы неплох.

Но выбирать нужно между экономикой и доверием.

Наверняка Нацбанк уже сейчас хотел бы видеть курс не 8600 руб., но он прекрасно понимает, что сделать это надо осторожно и постепенно.

Президент в своем кабинете встречал Надежду Ермакову: “… особенно на наших традиционных рынках. Немного Россия просела, Европейский союз лихорадит. Поэтому приходится искать новые рынки сбыта для нашей продукции. Мы констатировали непростые условия, в которых сегодня работает экономика России и Беларуси. В этих непростых условиях Нацбанк молодец: он не просто удерживает позиции, которые мы имели в лучшие времена, но и добавляет”. Это уже третье на моей памяти за короткий период упоминание о том, что просела Россия и ЕС. Иными словами, на случай чего бы то ни было у нас уже начинают стелить соломку. Но готовимся мы не к кризису, а к тому, чтобы постепенно съехать с этих злополучных 8600 руб. и оправдать низкие темпы экономического роста. У нас реальная экономика, и Нацбанку говорят “поддерживать ее, насколько это возможно. Но не за счет всяких там обвалов, девальваций. Народ этого не потерпит. Это наиважнейший вопрос. Если в стране будет финансовая стабильность, мы решим все вопросы, все задачи решим”.

Я не увидел никакого негатива в том, что произошло с составом руководства Нацбанка. Я не вижу здесь никакой кадровой чистки, это нелогично. Уходят кадры, с которыми великолепно работал Прокопович. Сейчас он на коне и по аппаратному весу начинает превосходить премьера, поэтому нелогично, что эти кадры уходят. Я думаю, что это внешняя причина, по которой и Сергей Румас хотел перестать быть вице-премьером и стать банкиром, просто потому, что там платят больше. Мы же знаем, куда уходят Алымов и Лузгин: в банки с участием российского капитала, ВТБ и БелВЭБ. Уход этих людей – скорее, не действия Нацбанка, а просто хорошая рекрутинговая политика этих банков. Они прекрасно понимают, что эти люди знают, как решаются проблемы.

Снижение процентной ставки – это во многом символический шаг, потому что ставка рефинансирования давно не определяет стоимость денег. На пресс-конференции Надеждой Ермаковой было сказано, что Нацбанк будет поддерживать уровень, который будет обеспечивать им превышение доходности над валютными инструментами. Иными словами, рублевые депозиты как деньги для банков дороги, но приходится пока это терпеть, пока народ не успокоился. Ставка влияет на стоимость денег для предприятий, потому что у нас негласное правило, что стоимость кредитов для предприятия определяется банком как ставка рефинансирования плюс своя маржа.
Снижение ставки рефинансирования – это не улица с односторонним движением. Я уверен, что если Нацбанк увидит существование какой-то угрозы, он с легкостью может принять решение не только об остановке снижения ставки рефинансирования, но и даже повысит ее. При правильном объяснении это будет воспринято верно. Это будет сигналом о том, что Нацбанк готов принять все меры, которые нужны, чтобы не привести к кризисному развитию ситуации, даже такие, которые ставят под угрозу темпы экономического роста.

Со статистикой темпов экономического роста все понятно. Промышленное производство у нас стабильно хуже с каждым месяцем. Интересно, что продолжается рост складских запасов. На 1 апреля они составляют 80%. Для меня это загадка, потому что правительство вынуждено было говорить, что на это не стоит обращать внимание. Объяснение в виде сезонности выглядят полной ерундой, потому что предыдущие годы никакой подобной сезонности не демонстрировали. Только 2009 год был с такой сезонностью: мы впервые столкнулись с сокращением мирового спроса. Странно, что сейчас не предпринимается никаких мер. Можно предположить, что на самом деле меры предпринимаются, но они не работают.

У нас от всей внешней просроченной задолженности половина приходится на Россию. По статистике, по российскому направлению за январь-февраль просроченная задолженность российских “покупателей” увеличилась с начала года на 51%. Это означает, что мы боремся со складскими запасами, потому что иначе они росли бы еще быстрее. Помимо всего прочего, еще и ухудшение финансового положения предприятий: с января - февраля 2012 года к январю - февралю 2013 года на треть сократилась прибыль, рентабельность продаж. На русском рынке торговать становится все сложнее, и фактор ВТО здесь тоже играет свою роль. И ухудшение финансового положения связано с тем, что политика опережающего роста дохода привела к увеличению себестоимости, что сказалось на конкурентоспособности.

По поводу совещания по вопросам энергетического ведомства интересно, что Минэнерго, понимая, что будет тяжело, попыталось упредить критику. На пресс-конференции говорилось, что тарифы на тепло и электроэнергию отстают от темпов роста цен на топливо. Президент же сказал: “При существующем избытке мощностей для увеличения их полезной нагрузки нам необходимо наращивать экспорт. Однако на деле получается, что за прошлый год вдвое увеличили экспорт электроэнергии. Но экспортная цена не покрывала даже сложившиеся внутри страны затраты. Это у премьер-министра, главного экономиста страны. Ситуация продолжается и в этом году, причем продаем по еще более низким ценам. Это что, бизнес?” Очевидно, что президент тем или иным способом уже давно хочет отправить премьер-министра в отставку, но по разным причинам у него это пока не получается.

Действительно, есть избыток производственных мощностей. Действительно, есть рост экспорта. Действительно, есть разница экспортной цены и себестоимости внутри страны. Как же это может сосуществовать внутри страны? Объясняю. Одновременно с ростом экспорта происходит рост импорта электроэнергии. В действительности мы не экспортируем электроэнергию, мы ее реэкспортируем. По ценам получается так: около 15 центов – Литва, 9 центов за киловатт – Россия, около 6 – Украина. Внутри страны у нас 14 центов за киловатт, то есть дороже, чем у всех наших соседей. Предприятия начали строить для себя автономные энергетические установки. Для себя у них себестоимость получается нормальной. С другой стороны, уменьшение спроса внутри страны означает, что для всех остальных потребителей цена получается высокой. Понятно, что это изначально проблема высокой продажной стоимости у нас внутри страны. Продажа дешевле, чем у нас внутри, происходит Литве, Польше, Калининграду. В настоящий момент страна импортирует электроэнергию. Она хотела бы покупать ее у Украины, потому что там дешевле всего. Но Беларусь решает купить у Украины и потом продать свою, сидит на перекиде и получает нормальную прибыль. Проблема не в том, что мы продаем ниже себестоимости: мы не свое продаем. А то, что себестоимость у нас выше, чем то, что мы можем купить за границей, это действительно проблема.

То есть не совсем корректно увязывать это в один узел.

Наконец обратили внимание на то, что никто не знает, как эта себестоимость формируется. Началось все с тезиса, что “энергетики создали собственное государство в государстве, некую независимую организацию с элементами мафии и банды. Не наведен порядок в системе государственных закупок. Зачастую здесь выявляются факты воровства, откатов, коррупции и элементарного разгильдяйства”. “Будущие темпы роста тарифов на ЖКХ не будут опережать темпы роста доходов населения”. То есть принято политическое решение о том, чтобы эти цены сдерживать. Очевидно, что инфляция будет тормозиться еще и по этой причине.

Теперь о сокращении госаппарата. В январе 25% сокращения предлагалось добиться тем, что Министерство по налогам и сборам должны были влить в Министерство финансов, Министерство торговли – в Министерство экономики, и ЖКХ - Минстройархитектуры. Основная угроза была Минторгу и Министерству по налогам и сборам. Естественно, они тут же начали рассказывать, какие они важные и нужные. В январе президент сказал: “Оптимизация затронет и администрацию президента, и правительство”. Насколько я понял, нынешним указом эти структуры не затронуты. Теперь же на ряд министерств указом возлагаются дополнительные задачи и функции.

Когда речь шла о том, на основании чего проводить оптимизацию, правительство предлагало разобраться с функциями и потом под них определить кадровый состав и оргструктуру. На это президент сказал, что сначала сокращение на 25%, а потом определение функций.

В январе было сказано: “Мне тут комиссия вносит целый ряд льгот и привилегий, и выплат. Так вот я вам хочу сказать: никаких льгот, привилегий и выплат не будет. Скажите, какие могут быть гарантии, льготы, выплаты и прочее людям, которые сегодня сокращаются и не могут работать по своему состоянию в государственном аппарате? Есть такие люди. Есть люди, которые не видят себя в государственном аппарате. Он лучше будет работать в школе, на производстве. Так его туда и надо направить работать. Какие дополнительные выплаты могут быть? Где вы возьмете деньги для этих выплат? Размахнулись”.

Однако в новом указе должны принять меры по их трудоустройству в других госорганах. Им предоставляется право на отсрочку по погашению кредитов на строительство, оплату обучения на получение высшего образования детьми, право на медицинское обслуживание в учреждениях здравоохранения, в которых они обслуживались до увольнения. “Это не худшие опытные люди, надо дать им шанс работать на новом месте, всех должны трудоустроить”. На этот счет я вспоминаю другое выступление президента 1 марта на совещании в Совмине. Валерию Вакульчику, председателю КГБ, было сказано, чтобы он осуществил мониторинг: “Посмотрите, куда ушли те, кто ушел или был уволен. И упаси господь, мы найдем, что где-то на каком-то уровне уволенный чиновник сел в теплое место. Мало не покажется. В этом весь корень проблемы”.

С одной стороны, это логично, потому что терять государственные кадры – это роскошь. Но, с другой стороны, хорошо бы они сами как-то устраивались, создавали какой-то бизнес, становились советниками.

Так и происходит, но мы все прекрасно понимаем, какого рода это бизнес и в чем заключаются их консалтинговые услуги. В январе говорилось: “Не дай бог у вас появятся "подснежники", и вместо этих людей в подчиненных организациях вы будете иметь большую численность”. Теперь Минэкономики, наоборот, растет. Подходы меняются в течение четырех месяцев, а это не такой уж большой срок.
-10%
-20%
-20%
-20%
-15%
-21%
-10%
-15%
-12%