Обусловлены ли ограничения на выдачу валютных кредитов экономическими причинами? На этот вопрос читателя TUT.BY в рамках совместного проекта нашего портала, Исследовательского центра ИПМ и Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра BEROC (Киев) отвечает эксперт BEROC Дмитрий Крук.

Вопрос от пользователя cz11: 
Почему в нашей стране запрещены валютные кредиты? Есть ли резон делать такое в стране, которой действительно не угрожает девальвация раз в год?

Данный вопрос во многом затрагивает одну из специфических черт белорусской экономики – высокий уровень долларизации. Беларуси присуща как реальная долларизация, которая выражается в номинировании в долларах цен и зарплат, так и финансовая - номинирование в долларах кредитов и депозитов. Поэтому для предельно четкого ответа на поставленный вопрос предварительно давайте проанализируем причины и последствия проблемы долларизации.

В большинстве стран, в том числе сопоставимых с Беларусью по уровню экономического развития, такая проблема либо не актуальна вовсе, либо ее масштабы ощутимо меньшие. В нормальной ситуации у заемщика нет стимулов принимать на себя риск, связанный с тем, что его доходы и расходы номинированы в разных валютах. Ведь когда человек или фирма получает доход в национальной валюте, логично и финансовые обязательства принять в той же валюте, защитив тем самым себя от возможных колебаний обменного курса. Аналогичным образом будет размышлять и вкладчик, принимая решение о размещении средств на депозите.

Ситуация, когда заемщики и вкладчики предпочитают другие валюты, может возникнуть по нескольким причинам:

Во-первых, если цены на продукцию фирмы и/или доходы индивида номинированы в иностранной валюте, то есть имеет место реальная долларизация.

Во-вторых, на выбор валюты контракта может повлиять разница в номинальных процентных ставках между национальной и иностранной валютами. Здесь необходимо отметить, что определенная разница между ставками в белорусских рублях и ставками по контрактам в долларах США или евро вполне естественна. Она отражает фундаментальное различие в отдаче на капитал в развитых странах и странах с переходной экономикой, к которым относится Беларусь. Но в дополнение к этому разница в процентных ставках между рублевыми и валютными кредитами может увеличиваться вследствие роста инфляционных и/или девальвационных ожиданий. Такая ситуация будет благоприятствовать росту спроса на кредиты в иностранной валюте.

В-третьих, стимулом к финансовой долларизации может стать недоверие к проводимой монетарной политике. Оно выражается в высоких инфляционных и/или девальвационных ожиданиях, которые побуждают делать вклады в иностранной валюте.

Стоит отметить, что последние два стимула, подталкивающие вкладчиков и заемщиков к выбору иностранной валюты, порождены одним источником – слабой монетарной политикой, которая не в состоянии стабилизировать на низком уровне инфляционные и/или девальвационные ожидания. Поэтому чаще всего оба эти стимула проявляются одновременно, а не по отдельности. В результате значительная часть как кредитов, так и депозитов будет номинирована в иностранной валюте. При этом банки в большинстве случаев не будут своей политикой серьезно препятствовать росту объемов валютных контрактов. Наоборот, даже если имеет место лишь отдельно рост предложения депозитов в иностранной валюте, либо рост спроса на кредиты в иностранной валюте, банки будут стремиться сбалансировать между собой объем валютных кредитов и депозитов, чтобы снизить свои валютные риски. А значит, слабая монетарная политика может увеличить заинтересованность в долларизации практически всего спектра экономических агентов.

Такую ситуацию может усугубить попытка центрального банка "связать" девальвационные ожидания путем ограничения колебаний обменного курса, особенно если при этом сохраняются предпосылки для инфляции. В этом случае стимулы для спроса на валютные кредиты возрастают многократно: пока курс стабилен, заемщик де-факто получает кредит в национальной валюте, но под ставку существенно ниже рыночной. Одновременно и вкладчики могут увеличить предложение депозитов в иностранной валюте, поскольку волатильная инфляция приводит к непредсказуемости реальной процентной ставки по депозитам в национальной валюте, и в условиях высоких девальвационных ожиданий такие вклады становятся еще менее привлекательными.

В результате сочетания таких факторов возникает высокий уровень финансовой долларизации экономики. Единственным ее преимуществом может являться лишь то, что финансовое посредничество будет функционировать более стабильно - по крайней мере, при отсутствии девальвации. Но такое преимущество можно рассматривать как благо только в случае, если корни финансовой долларизации кроются в реальной долларизации. Это, как правило, актуально для достаточно малых экономик с высокой степенью открытости. Таким экономикам можно даже рекомендовать де-факто отказаться от национальной валюты в пользу иностранной. Этот подход зачастую называют добровольной долларизацией (евроизацией). Относительно свежим примером следования ему является Словения. Но следует помнить, что в случае добровольного перехода на другую валюту страна полностью утрачивает монетарную политику как составляющую экономической политики, а также отказывается от доходов, которые получает государство в результате эмиссии. Полагаю, что для Беларуси этот путь не является приемлемым.

Очевидным минусом долларизации является то, что возможности монетарной политики существенно ограничены. Кроме того, во многих случаях рост долларизации может быть не только следствием девальвационных ожиданий, но и причиной их реализации. В результате формируется замкнутый круг: "недоверие к монетарной политике – высокие инфляционные и девальвационные ожидания – высокая инфляция и номинальная девальвация".

Поэтому необходимость финансовой дедолларизации, на мой взгляд, не подлежит сомнению. С этой точки зрения ограничение валютного кредитования может быть полезным инструментом. Во-первых, ограничивая кредитование в иностранной валюте, центральный банк стимулирует банки стремиться и к снижению объемов валютных депозитов., что приведет к снижению финансовой долларизации. Во-вторых, такая мера может ограничивать рост долларизации, связанный со спекулятивными действиями ряда экономических агентов в условиях значительной разницы в размерах процентных ставок в условиях относительно стабильного обменного курса. Полагаю, что это был основной мотив недавнего ограничения валютного кредитования юрлиц.

При этом необходимо отметить, что данные меры могут серьезно способствовать дедолларизации лишь в случае, если себя исчерпали более фундаметальные предпосылки для высокой финансовой долларизации – высокие инфляционные и девальвационные ожидания, высокая волатильность инфляции и более низкая волатильность обменного курса. В противном случае нет гарантий того, что ситуация принципиально изменится. На данный момент фундаментальные причины для высокого уровня долларизации по-прежнему сохраняются.

Исходя из этих посылок, на сформулированный вопрос можно дать предельно четкий ответ: резон ограничивать валютные кредиты есть, потому что рост долларизации может способствовать реализации девальвационных ожиданий. Но с точки зрения нынешней ситуации в экономике Беларуси этот шаг, возможно, являясь оправданным в рамках политики дедолларизации, отнюдь не является достаточным для достижения этой цели.

Экономисты ждут ваших каверзных вопросов!


Каментар тыдня. Калi рубель упадзе, як хутка скокнуць цэны на харчаванне?>>>

Комментарий недели. Возможно ли предсказать кризис? А спровоцировать?>>>

Комментарий недели. Кто в Беларуси получает заветные 500 долларов?

Комментарий недели. Как заставить инвестора вывернуть карманы?>>>
-50%
-14%
-20%
-27%
-46%
-20%
-21%
-21%
0068062